Неделя тридцатая по Пятидесятнице

пред Рождеством Христовым, святых отец

В начало

Дата:
Неделя:
Пост:
День памяти святых:
Апостольские и Евангельские чтения дня:
подписка на новости сайта - просто введите Ваш email:
на указанную почту поступит письмо для подтверждения подписки (проверяйте папку "спам" - письмо может попасть и туда)

богословские курсы ВКонтакте

     Братия и сестры, важнейшим моментом в ходе Божественной Литургии является чтение Евангелия. Чтобы помочь Вам подготовится к воскресной литургии, мы за несколько дней до службы публикуем тексты евангельских чтений с толкованиями Святых Отцов и Учителей православной Церкви. Тексты будут размещены в синодальном переводе и на церковнославянском языке (исходный текст и транслитерация).

Апостол

воскресный листок

Евангелие

воскресный листок
     В "Воскресном листке" на одной странице указаны праздники, отмечаемый Русской Православной Церковью в это воскресенье, а также приведен текст апостольского чтения. На другой странице размещен текст евангельского чтения дня.
Советуем Вам распечатать "Воскресный листок", предварительно ознакомиться с ним и взять его с собой на службу.
файлы для печати высокого разрешения:
скачать 1-ю страницу jpg скачать 1-ю страницу pdf скачать 2-ю страницу jpg скачать 2-ю страницу pdf

Апостол: Неделя 30-я по Пятидесятнице


скачать, формат pdf скачать, формат jpg (изображение)

Евангелие: Неделя 30-я по Пятидесятнице


скачать в формате pdf скачать, формат jpg (изображение)

3 января 2021 года. Неделя 30-я по Пятидесятнице
ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ: ВЕЛИ́КАЯ ВЕЧЕ́РНЯ, У́ТРЕНЯ, ЧАСЫ, БОЖЕ́СТВЕННАЯ ЛИТУРГИ́Я
скачать, формат doc скачать, формат pdf скачать, формат rtf

особенности различных форматов размещенных текстов:
- файл в формате *doc(*docx) можно отредактировать под свои нужды. Наиболее адекватно открывается на компьютере;
- файл в формате *rtf можно отредактировать под свои нужды. Адекватно открывается на компьютере. Также можно редактировать на мобильных устройствах при наличии соответствующего ПО;
- файл в формате *pdf наиболее удобен для чтения с экранов планшетов. Редактированию обычными средствами практически не поддается.



 Неделя святых отец (Неделя пред Рождеством) празднуется в воскресенье, предшествующее Рождеству Христову. В этот день Церковь прославляет тех ветхозаветных праведников, от которых по плоти родился Господь наш Иисус Христос

Богослужебные указания
Служба совершается по главе Типикона под 21 декабря, 2-е «зри»:
"«Подобает ведати, аще случится Петра митрополита в Неделю пред Рождеством Христовым, святых отец». Служба Недели пред Рождеством Христовым, святых отец, находится в Минее 18 декабря"


Вот подошла, братья, досточтимая память блаженных в Боге отец наших патриархов, поживших в законе Господа непорочно и верою угодивших Богу, и он прославил их на небесах и на земле. Говорит Писание:
«Авраам поверил Богу, и это было зачтено ему как праведное дело», и он услышал Бога, говорящего ему: «Отцом многих народов сделаю тебя».

Вот и мы, верующие в Святую Троицу, — дети по духу Авраама, а не по плоти: те, кто по плоти от него произошли, не все верой угодили Господу. Свидетель этому — Господь наш Иисус Христос, он сказал иудеям:
«Если бы вы были дети Авраама, делали бы его дела».
И кроме того:
«Бог может из этих камней сделать детей Авраама».

И вот были каменными сердца язычников, и из них Господь сам избрал себе Сион, и новый народ, каменное сердце, и омыл крещением скверну наших прегрешений и верою сделал нас детьми Аврааму и наследниками вечной жизни, как сказал Господь:
«Сыны царствия будут изгнаны во тьму, которая вовне»,
а другие войдут в него и будут владеть им.


Поэтому, братья, похвалим благого Владыку, прославившего наших духовных отцов. Радуйся, первым сотворенный Адам, ведь Бог не забыл тебя во аде, — вот твой избавитель Спас приходит родиться от Девы, и Бог человеком становится, чтоб обожить человеческую природу. Собрание богоугодных людей от древних веков:
Енох, до сих пор не испытавший смерти,
Ной, спасенный от потопа,
Авер, не присоединившийся к совету о создании столпа,
Араам, патриарх веры,
Исак, от благого извещения рожденный,
Иаков, названный Израиль,
с ними же почитается и Мелхиседек, жрец всевышнего Бога,
многотерпеливый Иов,
великий Моисей законодавец,
и Арон, служитель Шатра,
и Богом избранный Исус Навгин,
и те, кто судил в земле израильской после него:
Гедеон,
Самсон
и Варак,
и богоотец Давыд,
от племени которого воплотился Христос — тот, о ком сегодня веселится сонм пророков, видя исполнение своих слов.


Поминая их, прославим
великого ревнителя Илию,
и многочудесного Елисея,
кроткого Михея,
великодушного Наума,
богоносца Исайю,
священного с момента зачатия Иеремию,
творца прекрасных песен Аввакума,
и боговидца Даниила,
и с ними вместе и царских детей — Ананию, Азарию и Мисаила, верою поправших пламя.


Со всеми ими и блаженный Иосиф, обрученный самой чистой Богородице, той, кем было разрушено и истреблено наложенное на прабабку проклятие. И веселится и Евва с сонмом женщин благоугодивших Богу: из них поминаем мы
блаженую Сарру
и Ревекку целомудренную,
Лию и Рахиль с Марфою вместе,
Девору пророчицу с Иаилью и Анною, матерью Самуила,
славную Руфь с Есфирью,
и крепкую душой Юдифь
и всех досточтимызх женщин с Саламиею богоносицей, той, что приняла Христа на руки при родах,
и вот теперь наступает его предпразднество, и мы празднуем память наших богоугодных отец, чтобы благодаря их молитвам получить вечную пищу. У Исуса Христа Господа нашего, ему слава сейчас, всегда, и в веки вечные, аминь.


(Великие Минеи-Четьи: неделя перед Рожеством Христовым, святых Отец. святитель Макарий, митрополит Московский и всея Руси)



      Во имя Отца и Сына и Святого Духа!
     Многие из вас, впервые открывая Евангелие от Матфея, наверное, смущались и удивлялись: для чего в нём дается этот перечень старинных и странных имён? Зачем нужно перечисление четырнадцати родов, ещё четырнадцати родов и ещё четырнадцати?

     А дело в том, что евангелист хотел в этих кратких строках, в этом перечне имён напомнить нам всю историю Ветхого Завета, наполненного ожиданием Спасителя мира. И за каждым именем – история жизни. Здесь и праведный Авраам, пошедший вслед за Господом и ничего не пожалевший для Него; здесь и праведная моавитянка Руфь, оставившая отечество и принявшая веру в Единого Бога... Здесь и грешники, и праведники: все они были предками Господа Иисуса по плоти.

     Но вы скажете: откуда же мы знаем, кто были эти люди? Трудно это всё понять. Почему нам сразу не говорится о том, что нужно для нашего сердца? – А вот тут самое главное – трудное начало Евангелия, которое требует от всех нас некоторых усилий, обозначает всю духовную жизнь. Это не газета, которую прочитал и тут же оставил. Это – Слово Божие, и оно требует от нас сосредоточенности, работы ума, сердца! И тот, кто преодолеет, совершит труд, читая первые строки, – потом пойдёт дальше, и ему будет легче. А тот, кто скажет, открыв Святую Книгу:
«Какие-то непонятные тут слова, дальше читать не буду»
– тот так и останется без Слова Божия.

     Значит, надо не просто читать, почитывать, полистывать, а сердцем и умом углубляться в Слово Божие. И вы увидите, что имена эти имеют значение, что эти строки о родословии Иисуса Христа говорят о Нём как о предсказанном Царе-Избавителе. Они говорят о том, что Господь стал сродником человека по плоти, что Он стал одним из нас, что у Него, так же как и у нас, есть деды и прадеды по плоти, что Он вошёл в род человеческий. В эту книгу родства можно было бы вписать всех людей, миллионы, миллиарды людей, – и все они стали бы сродниками нашего Спасителя по плоти. Он с нами породнился, воплотившись от Назаретской Девы, от Девы Марии.

     Была в старину пословица: «До Бога высоко, до царя далеко». И так нам кажется всегда, когда мы говорим, что Господь где-то на небе, что Он далёк от человека, что наша молитва может быть не услышана. Как будто Господу Богу нужен слишком сильный звук или какая-то необыкновенная святость молящегося, чтобы Он внял нашей молитве. И вот, сегодняшнее Евангелие нам отвечает: нет, не тревожьтесь! Бог здесь! Он с нами! И священное тайное имя Христово – не только ИисусГосподь спасает») и Спаситель, но и Эммануил, что в переводе с древнееврейского языка значит «С нами Бог».

     Это Святое имя Господа преображает и нашу жизнь. Когда мы с вами недоумеваем, как нам жить и как поступать, – вспомним, что с нами Бог, что Он поможет, если мы к Нему обратимся. Когда мы с вами устаём, изнемогаем под ношей житейского бремени, когда мы с вами страдаем, унываем, и нам кажется, что жизнь наша напрасна, усилия наши тщетны, – мы должны помнить, что с нами Бог. Это есть наша главная надежда, потому что мы не на человека уповаем, а на Бога, ставшего Человеком, на Господа, Который здесь, с нами, не далеко и высоко, а близко – потому что Господь Сам захотел приблизиться к нам.

     Вот мы приближаемся к дням Рождества Христова! Мы уже поём песнопение:
«Христос рождается»!

      Сегодня мы слышали евангельский рассказ о том, как Иосифу было предсказано в ночном видении, что его жена родит сына, Которому он должен дать имя Иисус, что значит «Спасение Господне», и этот Сын спасёт людей от их грехов. И это означает, что с нами Бог! Поэтому приближается радость! Все мы, согнутые под гнётом своих грехов, забот, печалей и болезней, должны сейчас распрямиться и смотреть вперёд, встречать Господа, как и поётся словами проповеди святителя Григория Богослова:
«Христос рождается – идите Ему навстречу»!
(«срящите» по-славянски значит «идите навстречу», «встречайте».) И мы идём к Нему навстречу – ведь Он родился не только тогда, Он родился для нас сейчас, потому что Он живёт среди нас! Кто откроет Ему своё сердце, тот будет с Ним обитать и тот познает, что значат слова
«С нами Бог! Разумейте, языцы, и покоряйтеся», – то есть «поймите, неверующие, и преклонитесь перед Ним», «яко с нами Бог!»
Аминь.


протоиерей Александр Мень 3 января 1988 г.

В двух Евангелиях — от Матфея и от Луки — содержится родословие Господа Иисуса Христа во плоти. Оба они одинаково свидетельствуют о происхождении Господа Иисуса Христа от Давида и Авраама, но имена в одном и в другом не всегда совпадают.


Так как св. Матфей писал свое Евангелие для евреев, то ему важно было доказать, что Господь Иисус Христос происходит, как это, согласно ветхозаветным пророчествам, надлежало Мессии, от Авраама и Давида. Он, св. Матфей, и начинает свое Евангелие с родословной Господа, причем ведет его только от Авраама и доводит до "Иосифа, мужа Марии, от которой родился Иисус, называемый Христос". Возникает вопрос: почему Евангелие дает родословную Иосифа, а не Пресвятой Девы Марии? Потому что у евреев было не принято вести чью-либо родословную по линии матери. Но так как Пресвятая Дева, несомненно, была единственным ребенком у Иоакима и Анны, то, согласно требованию закона Моисея, Она должна была быть выдана замуж только за родственника из того же колена, племени и рода, а поскольку Иосиф был из племени царя Давида, следовательно, и Она — из того же рода.


Святой Лука ставил перед собой другую задачу: показать, что Господь Иисус Христос принадлежит всему человечеству и является Спасителем всех людей, поэтому он ведет родословную Господа от Адама до Самого Бога. В этой родословной, однако, есть некоторые разногласия с родословной от св. Матфея. Так, например, Иосиф, мнимый отец Господа, по Матфею — сын Иакова, а по Луке — сын Илия. Так же и упоминаемый обоими евангелистами Салафиил, отец Зоровавеля, по святому Матфею — сын Иехонии, а по святому Луке — Нирии. Древнейший христианский ученый Юлий Африкан прекрасно объясняет это законом ужичества, по которому, если один из братьев умирал бездетным, другой должен был взять на себя его жену, и "Первенец, которого она родит, останется с именем брата его умершего, чтобы имя его не изгладилось в Израиле" (Второзак. 25:5-6). Этот закон имел силу в отношении не только родных, но и сводных братьев, какими были Иаков и Илий. Отцы у них были разные, но мать одна, Эста. Таким образом, когда Илий умер, Иаков, взяв за себя его жену, восстановил род брата, зачав Иосифа. Отсюда и вышло разногласие, так как св. Лука ведет род Иосифа через Рисая, сына Зоровавеля, и Илия, а св. Матфей — через Авиуда, другого сына Зоровавеля, и Иакова.


Женщины, бывшие язычницами или даже грешницами, включены святым Матфеем в родословную Господа не случайно. Этим он хотел показать то, что Бог, не погнушавшийся причислить к избранному народу таких женщин, не гнушается призывать язычников и грешников в Свое Царство: не заслугами своими спасается человек, а силою все очищающей благодати Божией.

Архиепископ Аверкий (Таушев); Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета. Четвероевангелие

1. Так как евангелисты Матфей и Лука передают родословную Христа по-разному, то немало верующих считает, что они противоречат одна другой, и каждый, не зная истины, изо всех сил старается придумать объяснение этих мест. Приведем сообщение о них, дошедшее до нас в письме к Аристиду, где недавно упомянутый нами Африкан пишет о согласовании евангельских родословных. Опровергнув мнения остальных, как надуманные и ошибочные, он передает в таких словах слышанную им историю.


2. Имена поколений в Израиле исчисляли или по природе, или по закону: по природе, когда имелось преемство законных сыновей; по закону, когда по смерти бездетного брата его брат своему чаду давал имя умершего. Тогда не было еще ясной надежды на воскресение и будущее обетование считали заодно со смертным воскресением: имя умершего должно было сохраниться навеки.


3. Поэтому из лиц, упоминаемых в этом родословии, некоторые были законными наследниками своих отцов по природе, другие же рождены были одними отцами, а по имени принадлежали иным. Упоминали же тех и других: и действительных отцов, и тех, кто были как бы отцами.


4. Таким образом, ни то, ни другое Евангелие не ошибается, исчисляя имена по природе и по закону. Потомки Соломона и Нафана до того переплелись между собой вследствие «воскрешения» бездетных, вторых браков и «восстановления семени», что одни и те же лица справедливо могли считаться детьми, и мнимых, и действительных их отцов. Оба повествование совершенно правильны и доходят до Иосифа путем извилистым, но верным.


5. Чтобы сказанное было яснее, я изложу, как произошла эта путаница. Считая от Давида через Соломона, на третьем от конца месте стоит Матфан, который родил Иакова, отца Иосифа. Согласно Луке, после Нафана, сына Давидова, третьим от конца был Мелхий, сын которого Илий был отцом Иосиф.).


6. Так как мы поставили себе целью родословие Иосифа, то надлежит показать, почему отцом его называют двух человек: Иакова, потомка Соломона, и Илия, потомка Нафана; каким образом они, Иаков и Илий, были братьями и как отцы их, Матфан и Мелхий, происходя от разных родов, являются дедами Иосифа.


7. Матфан и Мелхий женились один после другого на одной и той же женщине и родили единоутробных братьев, ибо закон не запрещал женщине незамужней, будь то разведенная или оставшаяся вдовой, выходить замуж за другого.


8. От Есфы (так, по преданию, называлась эта женщина) сперва Матфан, происходивший из рода Соломона, родил Иакова; когда же Матфан умер, то Мелхий, принадлежавший к роду Нафана, женился на его вдове (он происходил, как я сказал, из того же колена, но из другого рода), от нее имел он сына Илия.


9. Таким образом мы найдем, что Иаков и Илий, хотя и принадлежали к разным родам, но были единоутробными братьями. Илий умер бездетным, Иаков женился на его вдове и родил от нее Иосифа (это уже третье поколение), который был его сыном по природе (и по Писанию: «Иаков же родил Иосифа»), а по закону – сыном Илия, ибо Иаков, его брат, «восстановил семя ему».


10. Поэтому нельзя отвергать родословную, его касающуюся. Евангелист Матфей отсчитывает: «Иаков родил Иосифа», а Лука считал по восходящей линии: «Он был, как думала (он еще добавляет), сын Иосифов, Илиев, Мелхиев». Нельзя было обозначить яснее рождение по закону, и Лука, говоря о подобных рождениях, до конца избегает слова «родил», а доходит он в своем перечислении до Адама и Бога.


11. Всё это не бездоказательно и не произвольно выдумано. Родственники Спасителя по плоти сообщили нам, то ли для прославления себя, то ли поучения ради, но во всяком случае правдивую историю: когда идумейские разбойники вошли в Аскалон, город в Палестине, они вместе с прочей добычей увели из храма Аполлона, построенного близ городских стен, Антипатра, сына некоего иеродула Ирода, и так как жрец не мог дать выкуп за сына, то Антипатр и был воспитан в идумейских нравах. Позднее он полюбился Гиркану, первосвященнику Иудеи.


12. Отправленный послом в Помпею по делам Гиркана, он испросил для него царскую власть, захваченную его братом Аристовулом. Антипатр и сам был удачлив: его назначили епимелетом Палестины. После его смерти – его коварно убили из зависти к его счастливой участи – должность эту унаследовал его сын Ирод, которого позже, по декрету сената, Антоний и Август поставили царем над иудеями. Сыновья его – Ирод и прочие – были тетрархами. Это события, о которых сообщено и в истории греков.


13. До сих пор в архивах хранились родословные и еврейские, и древних прозелитов, например Ахиора Аммонитянина и Руфи Моавитянки, а также выходцев из Египта, породнившихся с евреями. Ирод, у которого не было ничего общего с народом израильским, в досаде на свое низкое происхождение, велел сжечь списки родов, думая, что он покажется знатным, если никто не сможет по народной записи возвести свой род или к патриархам, или к прозелитам, или к так называемым гиорам – чужестранцам, породнившимся с евреями.


14. Только немногие, хранившие память о своем роде, сберегли свои частные родословные, или запомнив имена предков, или имея их списки. Они гордились тем, что сохранили память о своем благородстве. В их числе были и вышеупомянутые деспосины – их называют так по причине их родства с семьей Спасителя. Уроженцы иудейских селений – Назарета и Кохабы, они разбрелись по остальному краю и составили упомянутую родословную на основании «Книги Дней», как могли.


15. Так это или нет, но лучшее объяснение, по-моему, да и по мнению всякого благоразумного человека, вряд ли найдется. Его мы и будем держаться, хотя оно и не подтверждено свидетельствами, ибо нет лучшего или более верного, Евангелие же по крайней мере истинно во всем».


16. В конце того же письма Африкан добавляет: «Матфан, потомок Соломона, родил Иакова. По смерти Матфана Мелхий, потомок Нафана, родил от той же женщины Илия; значит, Илий и Иаков были единоутробными братьями. Илий умер бездетным; Иаков восстановил семя его и родил Иосифа, который был его сыном по природе и сыном Илия по закону. Таким образом, Иосиф был сыном того и другого».

17. Так говорит Африкан. Если же такова родословная Иосифа, то и Мария должна была происходить из одного с ним колена, ибо, по закону Моисееву, не дозволялось вступать в брак лицам разных колен. Предписывалось брать жену из того же города и из того же родства, чтобы наследство не переходило от одного колена к другому.

На этом закончим.

Евсевий Кесарийский (Памфил). Церковная история. Книга первая, глава 7

Приступающий к написанию или изучению истории, первый прежде всего дает знать, а другой хочет знать, кто то лицо, о котором будет идти речь. Так и приступающему к уразумению Евангелия и обучению себя чрез него надобно наперед возыметь светлое понятие о Том, Чьи деяния и словеса изображены в Святом Евангелии. Святой Пророк, предзря явление Его, восклицал: род «же Его кто исповесть?» (Ис. 53:8). И народ, видевший Его, явившегося на земле, недоумевал, кто Он и откуда?


Святое Евангелие решает недоумение, определительно сказывая, кто Он, откуда и как пришел? Евангелист Матфей, представляя родословие Его, дает разуметь, что Он есть потомок Давида и Авраама. Но святой Лука восходит далее по ряду святых патриархов и доходит до самого первозданного; не останавливаясь, однако ж, и на нем, он заходит за пределы тварей и возносится к Самому Богу, говоря, что Он – Божий (Лк. 3:38). Что значит это «Божий», объясняет святой Иоанн Богослов в своем выспреннем (высоком) богословии о Боге Слове. Божий Он не как прочие твари, но как Бог Слово, безначальное и единосущное, как Единородный Сын Божий, воплотившийся. И вот Кто Тот, о Ком благовествует Святое Евангелие! Бог во плоти, или в человеческом естестве, истинный Бог и истинный человек в одном Лице. Святой Матфей и Лука в своем родословии сказывают, как Он есть человек; а святой Иоанн учит, как Он есть Бог. Но как те не останавливаются на одном человечестве, а восходят к Божеству Его, заключая родословие показанием, что Он – Божий, так и этот не Божество только созерцает, но нисходит до явления Его в мир воплощением, открывая, как предвечное Слово, сущее у Отца, «плоть бысть и вселися в ны» (Ин. 1:14). Те свидетельствуют, что Он не человек только, но и Бог; а этот наводит, что Он не Бог только, но и человек: все Он – один и Тот же есть, и Бог и человек.


Исповедание сего составляет сущность верования о Лице Иисус Христове, чтобы ни человечество не поглощалось Божеством, ни Божества не отрицать ради человечества, но то и другое созерцать соединенным в одном лишь – Спасителе нашем. Исповедание сие – камень, на коем создана Господом Церковь Его Святая, которая потому, не колеблясь, отвергала все, противное сей норме верования. Отвергла она и Ария,— умалявшего в Спасителе Божество, и докетов (секта), не знавших человечества, и Нестория, не уразумевшего дивного сочетания Божества и человечества в едином Лице Иисус Христове. «Таков подобаше нам» Спаситель и Восстановитель падших! Соединяя в Себе и Божество и человечество, Он, как Бог Сын, единосущный Отцу, едино есть с Ним и, как Сын Человеческий, единоестественный человекам, едино есть с ними,— Он один и Тот же. И стал Он, таким образом, посредником, воссоединяющим в Себе падшее человечество с Богом. Все верующие, силою учрежденных Им таинств, становятся едино с Ним, а чрез Него и в Нем соединяются с Богом, в общении с Коим, живом и существенном, предназначено быть людям в самом творении. И осуществляется предопределенное сочетание во едино, или предопределенная целость всего сотворенного, расстроенная падением. Отпало от Бога будто одно звено, но такое, на коем держалось все прочее. Пал один человек, но расстройство падением его введено во все творения, и вещественные и духовные, и целости стройной не стало.


Святой Павел сказывает нам, как в Боге воплощенном снова возглавляется все, и земное и небесное, и вводится от века предуставленная гармония во все сущее (Еф. 1:10). Как мог бы Иисус Христос явить такое действие, если б Он не был Бог? Такова сила Его в целости всего сущего. В отношении собственно к нам, человекам, силу воссоединить падших нас с Богом, примирением нас с Ним, явил Он потому, что, как Бог беспредельный, беспредельно ценную принесши жертву Богу беспредельному, удовлетворил тем правде Его беспредельной и открыл, таким образом, чрез Себя всем доступ к Богу Отцу, в Коем истинная жизнь наша (Еф. 2:18). Мы или совсем перестали бы существовать вслед за падением, или если бы и существовали, то существовали бы, как омертвелые, не имея в себе истинной жизни. Но с минуты первого в раю обетования Он стал ходатаем нашим, и мы продолжали и продолжаем жить в силу сего ходатайствовавшего посредничества, в силу того, что от Него исходит к нам жизнь Божественная, оживотворяющая нас.


"Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, благословивший нас всяким благословением духовным в небесных о Христе!" (Еф. 1:3)

"Да веруем же, яко Иисус есть Христос» Сын Божий и Бог; ибо, только веруя таким образом, удостоимся мы возымети истинный живот во имя Его" (Ин. 20:31)

Таково предвечное определение Божие, что только верующий в Сына Божия, как Бога, может иметь живот (Ин. 6:40). Над тем же, кто не верует в Него, как Бога и Искупителя, простертым пребывает гнев Божий, сила коего – погибель вечная. Укроемся же под эту сень исповедания Божества Иисус Христова; ибо иначе не мимо идет гнев Божий.
Кто исповедует сие, тот есть Божий; а кто не исповедует,— тот антихристов (1Ин. 4:3).


Ныне много лиц, исполненных духа антихристова; закроем же слух от их речей тлетворных. Они величаются мудростию; на деле же обнаруживают только свое юродство; ибо видя не видят и слыша не слышат: одебелело (огрубело) сердце людей сих. Мы же «во свете Лица Бога воплощенного пойдем, чтобы о имени Его и возрадоваться во веки».

После грехопадения всеродного Адама поток тления и греха разлился по земле. «Средостение греха» уносилось человеком в загробную жизнь. Души умерших нисходили в темницу (греч. — ад, евр. — шеол), как бы в заключение, будучи связаны еще в земной жизни узами греха и невольным рабством врагу рода человеческого — диаволу. «Узами греха» были связаны даже и праведно пожившие на земле, ибо и они не имели достаточно сил и чувств, необходимых для райской жизни: духовные силы их не были подготовлены к райскому Богообщению.


Человеку оставалась юдоль плача и воздыхания по Избавителю и Освободителю от рабства греха и диавола. «Простри руку Твою (Боже), — так, вероятно, взывал ветхозаветный человек, — не остави нас, да не пожрет нас смерть, жаждущая нас, и сатана, ненавидящий нас, но прииди и приближися нам, и пощади души наша». Обещание, что придет Избавитель — Христос, данное Богом еще Адаму, сохранилось в предании его потомков. Но не скоро пришел на землю Христос Спаситель. Потребовались многие и многие века, чтобы подготовить человечество к Его принятию. И это понятно. Человек был создан существом свободно-разумным и мог быть спасен Богом не иначе, как при своем добровольном желании. Господь подготавливал человечество ко спасению: до Авраама — через праотцев, а после Авраама — через избранный народ Израильский.


О пришествии Спасителя многие «законнии образы и пророческие проречения яве предвозвещаху». Пророки народа Израильского, начиная от Моисея и кончая «печатью пророков» Малахией, пророчествовали о Христе Спасителе. «Образы неизреченного Твоего воплощения проявляя, Щедре, умножил еси видения и пророчествия вдохнул еси».


Бог, изрекая Свой суд Адаму и его потомству, предсказал и ту борьбу, которая будет происходить между семенем змия (диавола) и семенем жены. Если под первым понимаются все люди, которые через грех работают диаволу, то под вторым следует понимать лучших потомков Адама, праотцев и отцов древности, которые своей праведной жизнью противоборствовали «семени диавола» — греховной части человечества. Они жили непреложной, живой верой и ожиданием явления Божественного Посланника. Человечество могло принять Христа только верою. И первое, чего потребовал Христос от людей, была вера (Евр., гл. 11). Задолго до Рождества Христова человечество в лице праотцев и отцов, которых воспевает Церковь в своих песнопениях перед праздником Рождества Христова, явило благие плоды веры. «Верою (греч. «в вере») Бог оправдал праотцев», — говорится в кондаке Недели праотцев. Поскольку многие из праотцев не принадлежали к избранному народу, Христос через них предобручил Себе язычников, чтобы впоследствии призвать языческие народы в Свою Церковь. Христос «возвеличил их (праотцев и отцов) во всех языцех», ибо от их рода происходила Пресвятая Дева Мария, которая без семени родила Христа.


Спаситель должен был родиться на земле телесно. Насколько важно было телесное рождение, доказывается тем, что Евангелие начинается именно с родословия Христа. Хотя рождение Спасителя и было чудесным, безмужным, но оно произошло от Матери, и благословенная Дева и Матерь не могла не иметь Своих предков.


«Закон наследственности, как и всякий закон, строгий и неумолимый, иногда бывает ужасен по своим последствиям. Человеку приходится страдать всю жизнь — с детства, с колыбели за грехи своих предков, мучиться от нажитых ими болезней, порочных наклонностей. Но этот же закон и весьма благодетелен для рода человеческого. Он закрепляет все хорошее, нажитое человеком, закрепляет в потомках — и не только закрепляет, но и развивает, совершенствует. Этот закон делает один род, один даже народ хорошим, честным, даже святым, другой — плохим, худшим, по крайней мере»

Скабалланович М., проф. (ред.) Христианские праздники. Кн. «4». Рождество Христово. Киев, 1916. С. 28.

Особенно ярко это видно в родословии Иисуса Христа, в праотцах и отцах древности, от которых по плоти произошел Христос, — все они отличались высокой и праведною жизнью.


Вот восхваляется
«первый Адам, рукою Зиждителя (через создание) почтенный», всех праотец;
сын его Авель, дары принесший «душою благороднейшею», «которые и принял всех Бог и Господь»;
«поется в мире Сифово к Зиждителю пламенное устремление, ибо в непорочном жительстве и душевной любви Тому истинно угоди».
«Чудный Еноc богомудренно положился в Духе на призывание устами, языком и сердцем Владыки всех и Бога».
И Енох, «благоугодив Господу, преставился в славе, явился лучше смерти, Божий быв раб искреннейший».
Бог, видя благородство и простоту нрава Ноя во всем совершенными, «соделал его главным вождем (родоначальником) второго мира».
Отец верующих — Авраам,
образец кротости и покорности — Исаак,
пример терпения — Иаков,
покорности и целомудрия — Иосиф,
милосердный Вооз,
преданная Руфь,
мужественный Давид,
премудрый Соломон,
несчастный Ровоам,
благочестивый Езекия,
кающийся Манассия,
праведный Иосия
и многие другие ветхозаветные праведники.


Так от одного праведника к другому передавалось благочестие на земле до Христа. От таких благочестивых предков произошла Пресвятая Дева Мария, достигшая высочайшей святости и непорочности и послужившая великой тайне спасительного Боговоплощения. К святости и высокому жребию Дева Мария была предуготована еще до Своего рождения подвигом праведной жизни предыдущих поколений ветхозаветных праведников, праотцев и отцов, ибо через них таинственно предвозвещалось явление в мир Христа, спасающего людей, «взывающа вся сущия в мире».


Чем ближе становилось время пришествия Христа, тем сильнее была вера и ожидание праведников Ветхого Завета. Три отрока, находившиеся в пламени, верою побеждают огненную стихию, думая только о Боге отцов своих. И пророк Даниил, будучи брошен в ров львиный, силою веры укрощал диких зверей. Христос явился ожиданием не только избранного народа Божия, но и «чаянием (всех) языков».
Наконец, когда «оскуде князь от (племени) Иуды, время наста прочее (уже) в неже явится языков упование (чаяние народов) Христос»«пророческая проповедания, речения и видения — конец прияша (начали осуществляться)».


«Се, время приближися спасения нашего, готовися вертепе, Дева приближается родити. Вифлееме, земле Иудова! Красуйся и веселися, яко из тебе возсия Господь наш. Услышите горы и холмы, и окрестные страны иудейские, яко грядет Христос, да спасет человека, его же созда»

Неделя св. Отец. Предпразднство Рождества Христова, великая вечерня, стихира на «И ныне» на стиховне.

«Ныне чаяние языков от Девы предгрядет»

Неделя св. Праотец, утреня, 2 канон, п. 3. Богородичен.

«Вифлееме, приими Христа! К Тебе бо воплотивыйся приходит, Едем отверзая мне»

Предпразднство Рождества Христова, утреня, 1-й канон, п.1, 2



Проповеди

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Сегодняшние чтения из Апостола и Евангелия раскрывают перед нами две стороны веры древнего Израиля, Народа Божия, и его верности, и являют нам также необычайность путей Божиих.

В Послании мы видим ряд людей, мужчин и женщин исполинской веры, которые так поверили Божиему слову и Богу, давшему это слово, что готовы были жизнь свою и свою смерть отдать ради этого обещания, однажды данного их предкам и остававшегося неисполненным на протяжении тысячелетий.

И нам надо научиться этой верности потомков Авраама, которому Бог это обетование дал. Около двух тысяч лет целый народ жил всей верностью, на которую был способен каждый отдельный человек этого народа. Потому что слово Божие – правда, и как бы долго ни ждать его исполнения, оно остается правдой, и пути Божии остаются выше путей наших, и мысли Его – выше мыслей наших; непонятные, таинственные пути, но всегда верные. И в ответ на Божию верность целый народ явил способность быть верным обетованию, которое продолжало оставаться неисполненным до дня, когда Сам Господь пришел стать человеком, когда Сын Марии родился, подлинный Эммануил, "с нами Бог", Которого человечество ждало на протяжении всей истории.

А дальше – чтение начала Евангелия от Матфея. Иногда мы слушаем это чтение как-то нетерпеливо: причем все эти имена?.. Даже ученые, изучавшие Ветхий Завет, не всегда могут сказать, кто именно скрывается под тем или другим именем; зачем этот длинный перечень? Но вот, неужели не вздрогнет наше сердце о том, что Господь Иисус Христос, Сын Божий, становясь человеком, приобретает длинную человеческую линию предков; что Он принимает на Себя человеческую наследственность; что каждое столетие, иногда – каждое десятилетие привносило еще одно свойство, вплетая его в историю человеческой семьи, увенчанием которой был воплотившийся Сын Божий?

И когда мы читаем эти имена, – многие из них нам известны тем, что это имена святых, великих людей духа, которые поражают нас своей святостью. Но сколько среди них и людей сложной судьбы: Раав блудница, Вирсавия, бывшая жена Урии, силой взятая Давидом; Руфь чужестранка... В этой родословной святость и человеческая хрупкость, грех так переплетаются, что это должно бы поражать нас: как может Сын Божий принять на Себя человеческую природу, которую сплело столько рук; одни руки чистые, другие – запятнанные? Так – и руки, и души, и тела, и умы, и сердца?.. Все они, эти люди, перечисленные здесь, такие хрупкие и так порой отличающиеся от подвижников духа, описанных в сегодняшнем Послании, также были частью народа, возлюбившего обетование и жившего надеждой на него, каждый по своей силе или по своей хрупкости.

И дивно, что одно из имен, которыми Ветхий Завет называет Бога, это Огнь Поядающий; но этот всепожирающий огонь – не разрушительный огонь, а огонь, способный принять в себя все и все обратить в пламя: чистое, сверкающее, за пределом осквернения. Огонь питается и драгоценным деревом, и отбросами; когда пища огню в него брошена, она им принята и им изменена. И это – наша надежда, и это диво наше, что мы можем прийти к Богу, как Раав, как Вирсавия, как Давид, как Соломон, как Фамарь, как Манассия, как все эти люди, которые вспоминаются здесь за их хрупкость, но также и за их покаяние и за их верность: они поверили, что Бог Своего обещания не нарушает, и поэтому можно жить ради этого обещания, ожидая его исполнения в нашей ли жизни или через много поколений.

И однажды исполнилось это обетование: Бог пришел, Он – Эммануил, "Бог среди нас", "с нами Бог". Бог пришел, и Его имя, человеческое имя Иисус означает "Господь есть спасение": обещание исполнено. Но не следует ли нам задуматься на мгновение о тех столетиях, когда люди жили ожиданием, так никогда и не увидев исполнения своей надежды; с такой верностью, с таким мужеством перед лицом опасности, готовые, если нужно, умереть, но не изменить своей вере, своей уверенности, что Бог верен?..

Мы живем в мире обещания исполнившегося; это исполнение – Христос. Пришла для нас жизнь вечная, как зерно, которое несет нас в себе. И вот – где мы? Какова наша вера в другие обещания, какова наша верность Живому Богу, давшему их нам? Неужели мы не можем уподобиться самому хрупкому из людей Ветхого Завета и не можем постараться вырасти в меру самого великого из них? Они жили чаянием, – мы живем в пределах уверенности вещей уже случившихся и в ожидании их исполнения, – их полноты, в ожидании славного пришествия Господа, победы Божией, которая есть наша вечная жизнь и наше спасение. Сколько в этом вдохновения! Сколько мужества и надежды! Сколько радости мы могли бы, должны бы внести в жизнь: мы – народ Божий, но народ такого Бога, Который уже среди нас. Он – Один из нас, если только мы – Его. Какое это диво! Какая это радость и вдохновение!

Аминь

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Други наши, пройдет всего несколько дней, и мы с вами увидим, ощутим преобразующий будни нашей жизни свет великого праздника Рождества Христова. Церковь возгласит о явлении миру света разума рождением Христа. Время и вечность, Бог и человек соединились в день Рождества Христова в единый поток жизни во спасение.

День этот настолько велик, что Святая Церковь установила длительное приготовление к нему сорокадневным постом и пятидневным предпразднством. За пять дней до праздника церковные песнопения уже пронизаны предощущением предстоящего праздничного ликования.

День этот велик тем, что исполнилось в нем величайшее обетование Божие, данное людям о грядущем Спасителе мира. А в предпразднственные дни вспоминается все, что предшествовало великому событию явления Бога во плоти на земле.

Человечество готовилось к рождению Спасителя еще со времен Адама. Получив в раю наказание за преступление, оно в лице Адама получило и обетование о имеющем некогда совершиться великом событии, когда «семя жены сотрет главу змия» (Быт.3:15) и человек вновь обретет утраченный рай.

Два последние предпраздничные воскресенья Святая Церковь молитвенно вспоминает святых праотцев и отцев – праведников Ветхого Завета, кои, приняв обетование о грядущем Искупителе, терпеливо, трудолюбно и неустанно шли Ему навстречу, становясь соучастниками в великом деле спасения мира. И недаром сегодня в Святом Евангелии были перечислены имена, составляющие родословную Спасителя мира – Христа, а апостольское послание раскрыло перед нами основу их богоугодной жизни – подвиг веры.

По слову апостола, недостанет времени, чтобы перечислить все примеры великих дел веры, которые родили и вскормили единственную, ставшую вместилищем Невместимому Христу Богу – Пресвятую Матерь-Деву.

И сегодня нам с вами, други наши, особенно важно не просто услышать перечень имен, прозвучавший в Святом Евангелии, но за каждым именем увидеть жизнь человека с его добродетелями и подвигами, коими он сподобился нетленной славы и вошел в историю мира добрым делателем. Только при таком восприятии станет для нас очевидным, что величие человеческой жизни определяется мерой исполнения воли Божией.

Много имен величалось миром, но прошло время, и «погибе память их», совсем изгладились из памяти некоторые имена как не сущие; другие же, некогда великие, поставляются теперь Богом в пример великого и глубокого падения. А имена забытые, некогда поруганные, Бог воскрешает и ставит на свещнице, чтобы их светоносной жизнью освещать путь странствующих в житейском море.

И живет вечно память о тех, кто послужил Богу верой, кто послужил делу спасения мира.

Сегодня, други наши, назидание жизнью ветхозаветных праведников понуждает меня говорить с вами о вере. Ведь величие их определилось только верой, именно верой живой и действенной, ибо без веры угодить Богу невозможно. А ведь заметьте, дорогие мои, что вера их была несравненно труднее нашей, ибо она питалась только обетованиями Божиими, нам же светит уже совершившееся в мире великое дело искупления.

Внимательно всмотревшись в жизнь и веру праведников Ветхого Завета, нам нетрудно будет оценить себя и свою жизнь, ответить на вопрос: «В вере ли пребываем мы? Идем ли мы вослед праведников?» Пусть их пример умудрит нас на жизненном пути, пусть их вера научит и нас вере в Бога.

Дорогие мои, со времени сотворения мира все остается как было: три воли непременно предлежат на выбор человеку – воля Божия, воля вражья и воля своя. Искушения от мира, плоти и диавола преследуют всякого человека, родившегося в мир. Если мы с вами будем внимательны к тому, что известно о праведниках, мы поймем, как и чем руководствовались они в жизни, и сможем сознать, чем же руководствуемся в жизни мы.

Внимательно вглядываясь в жизнь и историю народов, мы непременно, хотим или не хотим, но должны сделать вывод: человек был, есть и будет странником, пришельцем на земле.

Что в этой жизни непреложно и безоговорочно принадлежит нам как наша собственность? Да нет у нас ничего своего. Ибо «воры подкопывают и крадут», стихии властвуют над всем и над нами, ни в чем нет у нас уверенности. Завтрашний день, как тать, найдет и изменит все, на чем мы ныне утверждаемся. Будущее для нас темно и неизвестно. Такова участь всякого человека на земле.

Так было и с праведниками. Но разница в том, что они несомненной верой в Бога приняли свою участь как Божий закон и прошли сквозь жизнь, предав себя в руку Божию, следуя за Ним без рассуждения, куда бы Он ни вел, несомненно веря, что для Бога нет ничего неизвестного, нет ничего темного. За это они приняли венцы праведности, сотканные из веры, страданий, бед, гонений, и через все испытания они прошли без содрогания, без ропота. Приведу несколько примеров, подтверждающих мои слова.

«Верою познаём, что веки устроены словом Божиим, так что из невидимого произошло видимое» (Евр.11:3)

Великий праотец пророк Моисей вещает всему человечеству величайшую тайну сотворения мира в своей боговдохновенной книге Бытия и вещает так, будто сам присутствовал при его сотворении и видел все своими глазами. Чистые и праведные беспрекословно приняли откровение Божие, ибо сильны были верой. А вот уму человеческому понадобились многие тысячелетия, чтобы уразуметь то, что зрел Моисей очами веры и умом богозрящим. Когда читаешь книгу Бытия, поражаешься и преклоняешь колени, преклоняешь сердце пред Богом, давшим вере слабого человека такую силу и власть.

И еще пример велией веры. Святой праведный Авраам, славный, богатый и земными богатствами, и верой. Он жил среди своего родства, на своей земле, в полном довольстве. Но явился Господь и велел ему уйти из земли, которая была обжита, где все было благо, оставить все дорогое и родное, уйти от того, в чем Авраам был укоренен.

А куда? Не говорит этого Господь, но лишь обещает, что укажет обетованную землю, и не Аврааму, а только семени его, потомству его даст ее во владение. Не помыслил Авраам своего, не ослушался, встал и пошел неведомо куда, не зная, что ждет его впереди. Не изнемог Авраам в вере, и в награду за верность звучит к нему обетование – слово Божие:

«Я... возвеличу имя твое... и благословятся в тебе все племена земные» (Быт.12:2–3)

И это лишь один пример из жизни Авраама.

А какую силу веры и доверия к Богу надо было иметь этому праведнику, чтобы принести в жертву сына своего Исаака, в котором Бог обещал ему величие всего рода. Авраам должен был принести в жертву того, в ком крылась вся надежда жизни его и вся опора веры его. Но он готов был сделать и это. Он не дал помыслам своим и уму своему восстать на Божие повеление. Он поднял руку на сына своего, чтобы принести его в жертву Богу, и Господь, видя верность раба Своего, удержал его руку.

И все Божии обетования Аврааму исполнились. Вера его не была посрамлена, хоть он, живя на земле, этого и не увидел. Господь назвал его отцом всех верующих. Все истинно верующие зачинались в нем и стали чадами его по вере.

Но так ли веруем мы? Способны ли мы на веру-подвиг, когда «вера... есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Евр.11:1)?

И сколько еще примеров можно найти в жизни ветхозаветных праведников, чтобы принять их как прообраз нашей нынешней жизни. Были в жизни их дни благоденствия, когда Господь обогащал их земными благами, но на смену этим дням приходили другие, когда в горниле огненного испытания блистала вера праведников ярче злата. И как дни блага, так и дни испытания посылались одной десницей – десницей Божией, праведной и неизменно верной, творящей спасение посреди земли.

А то, что вера в Бога и верующие в Бога всегда подвергаются жестоким гонениям и преследованиям, и то, что вера есть подвиг, открыли для нас ветхозаветные праведники и подтвердили апостолы и все святые христианских времен. До наших дней верующие люди несут это неоспоримое доказательство истинности своей веры.

Подвергались гонениям и преследованиям истинные праведники в ветхозаветные времена. Святой пророк Илия силой своей молитвы воскресил мертвого, а сам вынужден был скрываться от гонителей и смерти в пещерах земли. Были замучены за веру Елеазар и семь отроков Маккавеев с матерью их Соломониею, не пожелавшие избавиться от мучений и самой смерти ценою отречения от веры.

Страх Божий в истинно верующих был сильнее страха человеческого, обетование лучшего – славного и блаженного воскресения, ведущего в Царство Небесное, – вдохновляло их. И такие страдальцы веры в очах Божиих были ценнее целого мира.

Святой пророк Исаия, в чьи уста Господь вложил великие пророческие обетования о рождении Спасителя Христа и Его крестных страданиях: «се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил» (Ис.7:14), тот, кто описал будущее так, что кажется, будто он не столько предсказывает, сколько излагает историю времен минувших; пророк Исаия, этот великий из великих, явил подвиг страдания и веры, быв перепилен деревянной пилой за обличение царя.

Иных праведников веры Бог хранил от бедствий, а другим для испытания допустил понести разные бедствия, скорби и боль. По слову Иоанна Златоуста: «И то и другое – чудеса веры: и то, что она (вера) совершает великие дела; и то, что она терпит великие бедствия».

Все ветхозаветные праведники, послужив делу спасения мира, не получили обещанного, сходя по смерти в преисподняя земли. Но они сделали свое великое дело: они приготовили мир к исполнению Божия обетования, они дали Богу дар от рода человеческого – Матерь-Деву.

Все они жили великой верой, ожидая спасения языков.

Мы живем во времена исполнившихся обетований.

Но одно обетование принимаем верой и мы – обетование, что Бог определил для всех земнородных людей и для всего мира одно время, когда праведники и Ветхого, и Нового Завета получат обещанное им Царство Небесное – совершенную награду за свою веру, за добродетельную жизнь, а грешники – муку вечную в день великого Страшного Суда Господня.

Итак, дорогие наши, други наши, будем учиться вере. Она научает нас приносить Богу жертву любви, всю жизнь и в радости, и в горе предавая Богу. Она научает нас принять и хранить Божии откровения, Божии обетования. Страхом Божиим она оградит нас от потопа зла и нечестия, захлестывающего мир. Вера станет нам спасительным ковчегом, где кормчим будет Сам Господь, Который приведет нас к вратам праведности. И исчезнет страх, с которым взираем мы в завтрашний день, ибо что такое он, этот завтрашний день, если верующему в Бога и живущему в Боге обещана вечность.

Будем верить Богу верой живой и сильной, а Бог Один и Тот же на все времена. И как не была тщетна вера ветхозаветных праведников, так утверждается вера праведников Нового Завета от времен явления Спасителя до наших дней.

И Святая Церковь, воздавая молитвенную память праведникам ветхозаветным, ожидавшим Рождества Христова, и праведникам, жившим после исполнения обетования, нас, ныне живущих верою, зовет:

«Приидите вси, Христово Рождество верно предпразднуим... Горы и холми, взыграйте, пророцы богогласнии, ликуйте, людие и языцы, восплещите: всех спасение и просвещение близ наста, во граде Вифлеемсте раждаемое. Чистыми очесы и чистыми деянии срести Его потщимся» (канон предпразднства, песнь 1).
«Готовися, Вифлееме, отверзися всем, Едеме, красуйся, Евфрафо, яко Древо Живота в вертепе процвете от Девы: рай бо Оноя чрево явися мысленный, в немже Божественный сад, от негоже ядше, живи будем, не якоже Адам умрем. Христос раждается прежде падший возставити образ» (тропарь предпразднства).

Аминь.


Божественная Литургия 3 января 2021 года

Евангелие от Матфея, 1:1-25 (зачало 1): родословие Иисуса Христа

Евангелие от Матфея
В ходе Божественной Литургии Евангелие читается на церковнославянском языке. Кому пока еще трудно читать тексты, написанные церковнославянским шрифтом, размещаем их транслитерацию (написание гражданским шрифтом), а также синодальный перевод. Церковнославянский язык является священным богослужебным языком потому, что создан был Кириллом и Мефодием для высшей цели – для богослужебного употребления, для церковного прославления Бога и общения с Ним.
словарь малопонятных слов, встречающихся при чтении Псалтири и молитв

     Очень важно для нас, что Православная Церковь никогда не канонизировала какой-то один текст или перевод, какую-то одну рукопись или одно издание Священного Писания. Единого общепринятого текста Библии в православной традиции нет. Существуют расхождения между цитатами из Писания у Отцов; между Библией, принятой в греческой Церкви, и церковнославянской Библией; между церковнославянскими текстами Библии и рекомендованным для домашнего чтения русским Синодальным переводом. Эти расхождения не должны нас смущать, ведь за разными текстами на разных языках, в разных переводах стоит единая Благая Весть.

     Наша церковнославянская Библия имеет в своей основе греческий текст Библии (Септуагинту). Это драгоценное достояние нашего народа, и Русская Православная Церковь проявляла и проявляет заботу об этом достоянии. Выполненный под руководством святителя Филарета Московского Синодальный перевод был сделан (впервые в православном мире) непосредственно с еврейского масоретского текста, с учетом, в отдельных случаях, чтений Септуагинты. Этот перевод сегодня за пределами богослужения приобрел статус общецерковного или даже официального перевода Русской Православной Церкви. Благодаря Синодальному переводу Священное Писание стало более доступным для вocприятия, а это помогло людям сохранить веру и заложило основы для возрождения религиозной жизни

     Таким образом, в Православной Церкви сосуществуют переводы, ориентирующиеся на разные текстуальные традиции. Это отражает, с одной стороны, верность древним библейским истокам христианства, с другой — верность святоотеческому преданию и традиции ранней Церкви.

председатель Отдела внешних церковных связей, председатель Синодальной библейско-богословской комиссии, ректор Общецерковной аспирантуры и докторантуры митрополит Волоколамский Иларион


Мы специально разместили церковнославянский текст первым - старайтесь сначала читать его (чтобы глаз привыкал) и "подглядывать" в гражданский текст. Даже если вы не воспринимаете церковнославянский шрифт - смотрите также и на третью строчку - на этом языке читали Писание наши предки - это язык Богообщения.

Стих 1:1

Родословие Иисуса Христа, Сына Давидова, Сына Авраамова.
Кни́га родствá Иисýса Христá, Сы́на Дави́дова, Сы́на Авраáмля.
Кни1га родствA ї}са хrтA, сн7а дв7дова, сн7а ґвраaмлz.

     "Евангелие от "Матфея начинается родословием "Спасителя, которое излагается с 1-го стиха по 17. В славянском переводе вместо «родословие» - «книга родства». Русский и славянский переводы хотя и точны, но не буквальны. В греческом — вивлос генесеос. Вивлос — значит книга, а генесеос (род. падеж; именит. генесис или генезис) — слово непереводимое как на русский, так и другие языки. Поэтому оно перешло в некоторые языки, в том числе и в русский, без перевода (генезис). Слово «генезис» обозначает не столько рождение, сколько «происхождение», «возникновение» (нем. Entstehung). Вообще оно обозначает сравнительно медленное рождение, более процесс рождения, чем самый акт, и в слове подразумевается зарождение, возрастание и окончательное появление на свет. Отсюда понятна и связь еврейского выражения, которым начинаются некоторые родословия (Быт. 2:4-25); (Быт. 4:1-26); (Быт. 5:1–32); (Быт. 6:9-22); (Быт. 9:1-29); (Быт. 10:1); (Быт. 11:10); (Быт. 11:27) в Библии, сефер толедот (книга рождений), с греческим вивлос генесеос. В еврейском — множественное число — книга рождений, а в греческом — единственное — генесеос, потому что в последнем слове подразумевается не одно рождение, а целый ряд рождений. Поэтому для обозначения множественности рождений греческое генесис употребляется в единственном числе, хотя встречается иногда и во множественном. Таким образом, мы должны признать наши славянский (книга родства, книга родственников, исчисление родов) и русский переводы если не вполне, то приблизительно точными и допустить, что перевести греческое («вивлос генесеос») иначе, а не словом родословие, нельзя, за неимением подходящего русского слова. Если вместо слова «происхождение» в славянском употребляется иногда «бытие», а иногда и «жизнь», то такую неточность можно объяснить тою же причиной.
     В каком значении употреблены в 1-м стихе слова «Иисуса Христа»? Конечно, в значении собственного имени известной исторической Личности (так и в стихе 18-м — слово «Христос» без члена), жизнь и деятельность которой евангелист намерен был представить перед читателями. Но недостаточно ли было назвать эту историческую Личность просто Иисусом? Нет, потому что это было бы неопределенно. Евангелист хочет представить родословие Иисуса, который и евреям, и язычникам сделался уже известен как Христос и которого сам признает не простым лицом, а Христом, Помазанником, Мессией. Иисус — слово еврейское, преобразованное из Иешуа, или (до Вавил. плена) Иегошуа, значит Бог Спаситель. Так же и в 18-м стихе. Имя это было обычно у евреев. Христос, по-еврейски Мессия, значит помазанный, или помазанник. В Ветхом Завете его имя было нарицательное. Так назывались еврейские цари, священники и пророки, которые помазывались священным маслом, или елеем. В Новом Завете имя сделалось собственным (на что указывает обыкновенно греч. член), но не сразу. По толкованию блаженного Феофилакта Господь назван Христом потому, что, как Царь, Он царствовал и царствует над грехом; как Священник, принес жертву за нас; и Он помазан был, как Господь, истинным елеем, Духом Святым.
     Назвав известную историческую Личность Христом, евангелист должен был доказать Его происхождение как от Давида, так и от Авраама. Истинный Христос, или Мессия, должен был происходить от евреев (быть семенем Авраама) и был немыслим для них, если не происходил от Давида и от Авраама. Из некоторых евангельских мест видно, что иудеи не только подразумевали происхождение ХристаМессии от Давида, но и рождение Его в том самом городе, где родился Давид (напр., (Мф. 2:6)). Евреи не признали бы Мессией такого человека, который не происходил от Давида и Авраама. Этим праотцам даны были обетования о Мессии . А евангелист Матфей писал свое Евангелие прежде всего, несомненно, для евреев.
«Ничего не могло быть приятнее для иудея, как сказать ему, что Иисус Христос был потомок Авраама и Давида» (Златоуст).
     Пророки пророчествовали о Христе, как о сыне Давидовом, напр. Исаия (Ис. 9:7); (Ис. 55:3), Иеремия (Иер. 23:5), (Иез. 34:23); (Иез. 37:25), Амос (Ам. 9:11) и др. Поэтому, сказав о Христе, или Мессии, евангелист тотчас же говорит, что Он был Сын Давида, Сын Авраама.
     Сын в смысле потомок, — так часто у евреев. В словах: "Сына Давидова, Сына Авраамова", как в греческом Евангелии, так и в русском есть некоторая двусмысленность. Можно понимать эти слова: Иисуса Христа, Который был Сыном (потомком) Давида, бывшего (в свою очередь) потомком Авраама. Но можно и так: Сына Давидова и Сына Авраамова. Оба толкования, конечно, нисколько не изменяют сущности дела. Если Давид был сыном (потомком) Авраама, то, конечно, и Христос, как Сын Давида, был потомком Авраама же. Но первое толкование ближе соответствует греческому тексту.
     Имя "Иисус" не греческое, но еврейское, и в переводе значит "Спаситель", ибо словом "яо" у евреев говорится о спасении.
     Христами ("Христос" по-гречески значит "помазанный") назывались цари и первосвященники, ибо они помазывались святым елеем, изливавшимся из рога, который полагали на их голову. Господь называется Христом и как Царь, ибо Он воцарился против греха, и как Первосвященник, ибо Он Сам принес Себя в жертву за нас. Помазан же Он истинным елеем, Духом Святым, и помазан преимущественно пред другими, ибо кто иной имел Духа так, как Господь? В святых действовала благодать Святого Духа, во Христе же действовала не благодать Святого Духа, но Сам Христос вместе с Единосущным Ему Духом совершал чудеса.
     После того, как Матфей сказал "Иисуса", он прибавил "Сына Давидова" для того, чтобы ты не подумал, что он говорит о другом Иисусе, ибо был и другой знаменитый Иисус, вождь евреев после Моисея. Но этот назывался сыном Навина, а не сыном Давида. Он жил многими поколениями раньше Давида и был не из колена Иудина, из которого произошел Давид, но из другого.
     Почему Матфей поставил Давида прежде Авраама? Потому, что Давид был более знаменит; он и жил позже Авраама, и был славным царем. Из царей он первый благоугодил Богу и получил обетование от Бога, что из его семени восстанет Христос, почему все и называли Христа Сыном Давида. И Давид в действительности сохранил в себе образ Христа: как он воцарился на место отверженного Богом и возненавиденного Саула, так и Христос пришел во плоти и воцарился над нами после того, как Адам лишился царства и власти, которую он имел над всем живущим и над демонами.

Сыном Давида евангелист называет Христа, а сыном Авраама – самого Давида, возводя умы слушателей к воспоминанию об обетовании. Некогда Бог обещал Аврааму и Давиду, что из семени их родится Христос, и так как слушателями, как мы выше сказали, были иудеи, то они знали эти обетования.

Прежде евангелист поставил Давида, потому что он был у всех на устах, как великий пророк, как весьма славный царь и, притом, не слишком давно умерший. Авраам же хотя и был знаменит, как патриарх, но так как умер давно, не был в таком почтении. Хотя Бог дал обетование и тому и другому, но о том, как о древнем, молчали, а это, как новейшее, носилось у всех на устах. Посему и говорили: не от семени ли Давидова и от Вифлеемския веси, идеже бе Давид, Христос приидет (Ин. 7:42). Итак, никто не называл Его сыном Авраама, а все, сыном Давида. Посему начиная с того, что было известнее, восходит к тому, что было древнее.

Так как Матфей писал к тем, которые были от обрезания, то он не возводит родословную выше Авраама; а начав с него, он нисходит до Христа, показывая только, что Он родился от семени Авраама и Давида, согласно с обетованиями. И ничто так не утешало уверовавших из иудеев, как известие, что Христос родился из семени Авраама и Давида, потому что они всегда ожидали его оттуда. Лука, говоря чрез посредство Феофила всем верным, передает полное родословие. Он начинает снизу от Христа и восходит до Адама, чтобы показать, сколько поколений отделило нового Адама от ветхого и над сколькими поколениями господствовал грех. Посему различие доказываемых предметов произвело различие доказательств. Матфей, по необходимости сделав упоминание об Аврааме, от него обычным порядком нисходит до Христа, родословие которого пишет. Лука же, которому не было надобности упоминать об Аврааме, начиная по необходимости от Христа, восходит, – что было обычно у евреев, – и по этому восхождению составляет родословие.

Стих 1:2

Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова; Иаков родил Иуду и братьев его;
Авраáмъ роди́ Исаáка. Исаáкъ же роди́ Иáкова. Иáковъ же роди́ Иýду и брáтiю егó.
Ґвраaмъ роди2 їсаaка. І3саaкъ же роди2 їaкwва. І3aкwвъ же роди2 їyду и3 брaтію є3гw2.

     Сказав, что Иисус Христос был Сыном Давидовым и Сыном Авраамовым, евангелист, начиная с 2-го стиха, подробнее доказывает эту мысль. Называя Авраама, Исаака, Иакова, Иуду, евангелист указывает на известных исторических личностей, которым даны были обетования, что от них произойдет Спаситель мира (Быт. 18:18); (Быт. 22:18); (Быт. 26:4); (Быт. 28:14) и т. д.)..
     С Авраама начинает евангелист родословие потому, что он был отцом евреев, и потому, что он первый получил обетование, что "о его семени благословятся все народы". Итак, прилично от него начать родословие Христа, ибо Христос есть семя Авраама, в котором получили благословение все мы, которые были язычниками и находились прежде под клятвою. Авраам в переводе значит "отец языков", а Исаак - "радость", "смех". Евангелист не упоминает о незаконнорожденных детях Авраама, например, об Измаиле и других, потому что иудеи происходили не от них, но от Исаака.
     Видишь, что об Иуде и братьях его Матфей упомянул потому, что от них произошли двенадцать колен.
     О чем же теперь у нас вопрос? О том, для чего евангелист представляет родословие Иосифа, который нимало не был причастен к рождению Христа.
     Одну причину мы уже указали; надобно открыть и другую, которая таинственнее и сокровеннее первой. Какая же это причина? Евангелист не хотел, чтобы при самом рождении известно было иудеям, что Христос родился от Девы. Но не смущайтесь, если сказанное мною для вас страшно; я говорю здесь не свои слова, но слова отцов наших, чудных и знаменитых мужей. Если Господь и многое первоначально скрывал во мраке, называя Себя сыном человеческим; если Он и не везде ясно открывал нам Свое равенство со Отцем, - то чему дивиться, если Он> скрывал до времени и о Своем рождении от Девы, устрояя нечто чудное и великое? Что же здесь чудного, скажешь ты? То, что Дева сохранена и избавлена от худого подозрения. Иначе, если бы об этом с самого начала сделалось известным иудеям, они, перетолковав слова в худую сторону, побили бы Деву камнями и осудили как блудницу. Если уже и в таких случаях, коих примеры часто встречались им еще в ветхом завете, они обнаруживали свое бесстыдство (например, называли Христа беснующимся, когда Он изгонял бесов, почитали Его противником Богу, когда исцелял больных в субботу, не смотря на то, что суббота и прежде уже многократно была нарушаема), - то чего бы не сказали они, услышав об этом? Им благоприятствовало и то, что в прежнее время никогда не случалось ничего подобного. Если и после многочисленных Его чудес они называли Иисуса сыном Иосифовым, то как бы поверили, еще прежде чудес, что Он родился от Девы? Вот почему и пишется родословие Иосифа, и обручается ему Дева. Когда даже Иосиф, муж праведный и дивный, чтобы поверить такому событию, имел нужду во многих доказательствах, - в явлении ангела, сонном видении, свидетельстве пророков, - то как же бы приняли такую мысль иудеи, народ грубый и развращенный, и так враждебно расположенный ко Христу? Без сомнения, их крайне возмутило бы такое необыкновенное и новое событие, когда они и слухом не слыхали, чтобы нечто подобное случилось у предков. Кто однажды уверовал, что Иисус есть Сын Божий, тот не стал бы уже и в этом сомневаться. Но кто почитает Его льстецом и противником Богу, как не соблазнился бы этим еще более и не возымел бы указанного подозрения? Вот почему и апостолы не с самого начала говорят о рождении от Девы. Напротив, они часто и много говорят о воскресении Христовом, потому что примеры воскресения были уже и в прежние времена, хотя и не такие; а о рождении Его от Девы говорят редко. Даже сама Матерь Его не смела объявлять о том. Посмотри, что говорит Дева самому Христу:
"се Аз и отец Твой искахом Тебе" (Лук. II, 48)!
     Почитая Его рожденным от Девы, не стали бы уже признавать сыном Давидовым; а отсюда произошло бы много и других зол. Потому и ангелы возвестили об этом одной только Марии и Иосифу; когда же благовествовали о рождении пастырям, не присовокупили уже об этом. Но для чего евангелист, упомянув о Аврааме и сказав, что он родил Исаака, а Исаак Иакова, не упоминает о брате последнего, между тем как после Иакова упоминает и о Иуде, и о братьях его?
     Причиною этого некоторые поставляют злонравие Исава, то же говоря и о других некоторых предках. Но я этого не скажу: если бы это было так, то почему же немного после евангелист упоминает о порочных женах? Очевидно, здесь слава Иисуса Христа обнаруживается чрез противоположность, не чрез величие, а чрез ничтожество и низость Его предков. Для высокого в том-то и слава великая, если он может уничижить себя до крайней степени. Итак, почему же евангелист не упомянул об Исаве и других? Потому что сарацины и измаильтяне, арабы и все, которые произошли от тех предков, не имели ничего общего с народом израильским. Потому и умолчал он об них, а обращается прямо к предкам Иисуса и народа иудейского, говоря: Иаков же роди Иуду и братию его. Здесь уже означается род Иудейский.

Стих 1:3

Иуда родил Фареса и Зару от Фамари; Фарес родил Есрома; Есром родил Арама;
Иýда же роди́ Фарéса и Зáру от Ѳамáры. Фарéсъ же роди́ Есрóма. Есрóмъ же роди́ Арáма.
І3yда же роди2 фаре1са и3 зaру t fамaры. Фаре1съ же роди2 є3сро1ма. є3сро1мъ же роди2 ґрaма.

     Фарес и Зара (Быт. 38:24–30) были братья близнецы. Есром, Арам, Аминадав и Наассон вероятно все родились и жили в Египте, по переселении туда Иакова и его сыновей
     Иуда выдал Фамарь замуж за Ира, одного из своих сыновей; когда же этот умер бездетным, то он сочетал ее с Аинаном, который также был его сыном. Когда и этот лишился жизни за свою срамоту, то Иуда ни с кем уже не соединял ее браком. Но она, сильно желая иметь детей от семени Авраамова, сложила с себя одежду вдовства, приняла вид блудницы, смесилась с свекром своим и зачала от него двух детей-близнецов. Когда пришло время родов, первый из сыновей показал из ложесн руку, как будто первым родится он. Повивальная бабка тотчас отметила показавшуюся руку ребенка красной нитью, чтобы можно было узнать того, кто родится первым. Но ребенок увлек руку в чрево, и прежде родился другой младенец, а потом уже и тот, который прежде показал руку. Поэтому родившийся первым был назван Фаресом, что значит "перерыв", ибо он нарушил естественный порядок, а тот, который увлек руку, - Зарою. Эта история указывает на некоторую тайну. Как Зара прежде показал руку, а потом увлек ее снова, так и жительство во Христе: оно открылось во святых, которые жили прежде закона и обрезания, ибо все они не соблюдением закона и заповедей оправдались, но евангельскою жизнью. Посмотри на Авраама, который ради Бога оставил отца и дом и отрекся от естества. Посмотри на Иова, Мелхиседека. Но когда пришел закон, таковая жизнь скрылась, но как там после рождения Фареса позже снова и Зара вышел из чрева, так и по даровании закона позже воссияла жизнь евангельская, запечатленная красной нитью, то есть кровью Христа. Евангелист упомянул об этих двух младенцах потому, что рождение их означало нечто таинственное. Кроме того, хотя Фамарь, по-видимому, и не заслуживает похвалы за то, что смесилась с свекром, но и о ней упомянул евангелист для того, чтобы показать, что Христос, принявший ради нас все, принял и таковых предков. Точнее: чтобы тем, что Он Сам родился от них, освятить их, ибо он не пришел "призвать праведников, но грешников".
     Что делаешь ты, богодухновенный муж, напоминая нам историю беззаконного кровосмешения?
Что же в том? отвечает он. Если бы мы стали перечислять род какого-либо обыкновенного человека, то прилично бы было умолчать о таком деле. Но в родословии воплотившегося Бога не только не должно умолчать, но еще велегласно надлежит возвестить об этом, для того, чтобы показать Его промышление и могущество.
     Он и пришел не для того, чтобы избегать позора нашего, но чтобы уничтожить его. Как особенно удивляемся не тому, что Христос умер, но тому, что и распят (хотя это и поносно, - но чем поноснее, тем большее показывает в Нем человеколюбие), так можно сказать и о рождении: Христу должно удивляться не только потому, что воспринял на Себя плоть и соделался человеком, но и потому еще, что порочных людей удостоил быть Своими сродниками, не стыдясь нимало наших пороков.
     Так, с самого начала рождения Он показал, что не гнушается ничем нашим, научая тем и нас не стыдиться злонравия предков, но искать только одного - добродетели. Человек добродетельный, хотя бы происходил от иноплеменника, хотя бы родился от блудницы или другой какой грешницы, не может получить от этого никакого вреда. Если и самого блудника, если он переменится, прежняя жизнь нисколько не позорит, то тем более человека добродетельного, если он произошел от блудницы или прелюбодейцы, нимало не может позорить порочность его родителей. Впрочем, Христос поступал так не только для нашего научения, но и для укрощения гордости иудеев. Так как они, нерадя о душевной добродетели, при всяком случае превозносились только Авраамом, и думали оправдаться добродетелью предков, то Господь с самого начала и показывает, что надлежит хвалиться не родом, но собственными своими заслугами. Притом Он хочет еще показать и то, что все, и самые праотцы, виновны во грехах. Так патриарх, от которого и самое имя получил народ иудейский, оказывается немалым грешником: Фамарь обличает его в блудодеянии. И Давид от жены прелюбодейной родил Соломона. Если же такие великие мужи не исполнили закона, то тем более те, которые ниже их. А если не исполнили, то все согрешили, и пришествие Христа было необходимо. Для того евангелист упомянул и о двенадцати патриархах, чтобы унизить тем иудеев, превозносившихся знаменитыми предками. Ведь многие из патриархов рождены были от рабынь, и однакож различие родивших не произвело различия между рожденными. Все они равно были и патриархами и родоначальниками колен. В этом-то и состоит преимущество Церкви; в этом отличие нашего благородства, прообразованное еще в ветхом завете. Хотя бы ты был раб, хотя бы свободный, тебе нет от этого ни пользы, ни вреда; одно только потребно - воля и душевное расположение.
     Необходимо обратить внимание на то, что в родословной Спасителя не указывается ни одной святой женщины, а упоминаются только такие из них, которых порицает Священное Писание, чтобы показать, что Пришедший ради грешников, происходя от грешников, изгладил грехи всех. Поэтому и в следующих стихах указывается на моавитянку Руфь и Вирсавию (Bethsabee), жену Урии.

Стих 1:4

Арам родил Аминадава; Аминадав родил Наассона; Наассон родил Салмона;
Арáмъ же роди́ Аминадáва. Аминадáвъ же роди́ Наассóна. Наассóнъ же роди́ Салмóна.
Ґрaмъ же роди2 ґмінадaва. Ґмінадaвъ же роди2 наассHна. НаассHнъ же роди2 салмHна.

     Об Есроме, Араме и Аминадаве упоминается в (1 Пар. 2:1–15) только по именам, но ничего особенного неизвестно. Сестра Наассона, Елизавета, вышла замуж за Аарона, брата Моисея. В (1 Пар. 2:10) и (Чис. 2:3) Наассон называется «князем» или «начальником» «сынов Иудиных». Он был в среде лиц, занимавшихся исчислением народа в пустыне Синайской (Чис. 1:7), и первый принес жертву при поставлении скинии (Чис. 7:2), приблизительно лет за сорок до взятия Иерихона.

Стих 1:5

Салмон родил Вооза от Рахавы; Вооз родил Овида от Руфи; Овид родил Иессея;
Салмóнъ же роди́ воóза от Рахáвы. Воóзъ же роди́ ови́да от рýѳы. Ови́дъ же роди́ Иессéа.
СалмHнъ же роди2 воо1за t рахaвы. Воо1зъ же роди2 њви1да t рyfы. Њви1дъ же роди2 їессе1а.

     Некоторые думают, что Рахав есть та Раав-блудница, которая приняла соглядатаев Иисуса Навина: она и их спасла, и сама спаслась. Матфей упомянул о ней для того, чтобы показать, что как она была блудница, так и все собрание язычников, ибо они блудодействовали в своих делах. Но те из язычников, которые приняли соглядатаев Иисуса, то есть апостолов, и уверовали в их слова, эти все спаслись.
     Эта Руфь была иноплеменница; тем не менее, она сочеталась браком с Воозом. Так и церковь из язычников, будучи иноплеменницею и вне заветов, забыла народ свой и почитание идолов, и отца своего дьявола, и Сын Божий взял ее в жены.
     Сын Наассона, Салмон, находился в числе соглядатаев в Иерихоне, которых в своем доме укрыла блудница Рахав (Нав II:1); (Нав VI:24). На ней Салмон женился. По словам евангелиста, от этого брака родился Вооз. Но в Библии не сообщается, что Рахав была женою Салмона (см. (Руфь IV:21); (1 Пар II:11)). Отсюда заключают, что евангелист при составлении родословия, «имел доступ к иным сведениям, кроме ветхозаветных книг». Чтение имени Рахав неустановившееся и неопределенное: Рахав, Раавь, а у Иосифа ФлавияРахава. Относительно нее существуют хронологические затруднения. О рождении Овида от Вооза и Руфи подробно рассказывается в книге Руфь. Руфь была моавитянка, иноплеменница, а иноплеменников иудеи ненавидели. Евангелист упоминает о Руфи с целью показать, что в числе предков Спасителя были не одни евреи, но и иноплеменники. Из сообщений о Руфи в священном писании можно заключить, что нравственный облик ее был весьма привлекателен.

О трех женах, Рахаве, Руфи и Урииной, то есть Вирсавии, упомянул Евангелист.
Рахав есть та самая иноплеменная Раав блудница, принявшая присланных во Иерихон смотрителей, которая, будучи спасенною Иудеями, была причислена к ним (Руф. 4:21); (1 Пар. 2:11); (2 Цар. 12:24); (3 Цар. 11:43), (3 Цар. 14:31), (3 Цар. 15:8). Упомянул же о сей и Пророко-царь Давид, говоря: «помяну Раав и Вавилона ведущим мя» (Пс. 86:4).
Руфь же хотя была также иноплеменная, родом Моавитянка, однако оставив идолопоклонство, отечество и родство, уверовала в истинного Бога и присоединилась к Иудеям, почему и Вооз взял сию себе в жену.
А Вирсавия есть та самая, ради которой Давид, учинив прелюбодеяние и убийство, явил грешникам пример покаяния.

Упомянул убо Евангелист о Рааве и Руфи, да сим покажет, яко пред Богом «несть Иудей, ни Еллин: несть раб, ни свободь: несть мужеский пол, ни женский» (Гал. 3:28); но все, к Нему приходящие, суть едино и то же. И как Раав, приняв смотрителей, спаслась: также и Руфь, оставив отеческую веру и уверовав в Бога, удостоилась быть прародительницею Христовою: так языческая церковь, прияв Апостолов и оставив идолослужение, приобщилась спасению. О Вирсавии же упомянул, да покажет силу покаяния и обнаружит, что оно так заглаждает грех, что раскаявшийся грешник не почитается грешником, но праведным.

Стих 1:6

Иессей родил Давида царя; Давид царь родил Соломона от бывшей за Уриею;
Иессéй же роди́ Дави́да царя́. Дави́дъ же цáрь роди́ соломóна от урíины.
І3ессе1й же роди2 дв7да царS. Дв7дъ же цaрь роди2 соломHна t ўрjины.

     Об Иессее известно, что он имел восемь сыновей (1 Цар XVI:1–13); по (1 Пар II:13–15) — семь. Из них младший был Давид. Иессей жил в Вифлееме и был сын Ефрафянина из колена Иудина, Овида; во время Саула достиг старости и был старший между мужами. Во время преследования Давида Саулом подвергался опасности. Говоря о рождении от Иессея Давида, евангелист прибавляет, что Иессей родил Давида царя. Такой прибавки нет при упоминании о прочих царях, потомках Давида. Может быть, потому, что это было излишне; достаточно было назвать царем одного Давида, чтобы показать, что с него началось поколение царей — предков Спасителя. У Давида, кроме других, были сыновья Соломон и Нафан.
     Евангелист Матфей ведет дальнейшее родословие по линии Соломона, Лука (Лк. 3:31)Нафана. Соломон был сын Давида от бывшей за Уриею, т. е. от такой женщины, которая раньше была за Уриею. Подробности об этом изложены во 2-ой книге Цар гл. XI-XII и общеизвестны. Евангелист не называет Вирсавии по имени. Но упоминание о ней служит здесь выражением желания обозначить уклонение от правильного порядка в родословии, так как брак Давида с Вирсавией был преступлением. О Вирсавии известно очень мало. Она была дочь Аммиила и жена Урии хеттеянина и по всей вероятности отличалась многими личными достоинствами, если сделалась любимой женой царя и имела на него значительное влияние. Соломон был провозглашен наследником царского престола по ее просьбам.

Стих 1:7

Соломон родил Ровоама; Ровоам родил Авию; Авия родил Асу;
Соломóнъ же роди́ ровоáма. Ровоáмъ же роди́ Авíю. Авíа же роди́ áсу.
СоломHнъ же роди2 ровоaма. Ровоaмъ же роди2 ґвjю. Ґвjа же роди2 ѓсу.

     Соломон царствовал сорок лет 1015–975 г. до Р. X.. При нем выстроен храм в Иерусалиме.
     Ровоам, или Реговоам, сын Соломона, царствовал в Иудее только «над сынами израилевыми, жившими в городах Иудиных». Он вступил на царство 41 года и царствовал в Иерусалиме 17 лет 975–957.
     После него на престол вступил сын его Авия и царствовал три года 957–955.
     После Авии воцарился сын его Аса 955–914.

Стих 1:8

Аса родил Иосафата; Иосафат родил Иорама; Иорам родил Озию;
А́са же роди́ Иосафáта. Иосафáтъ же роди́ Иорáма. Иорáмъ же роди́ Озíю.
Ѓса же роди2 їwсафaта. І3wсафaтъ же роди2 їwрaма. І3wрaмъ же роди2 nзjю.

     После Асы воцарился Иосафат, или Иегосафат, сын его, 35 лет, и царствовал 25 лет 914–689.
     После Иосафата воцарился Иорам, или Иегорам, 32 лет, и царствовал 8 лет 891–864.
     За Иорамом встречается у Матфея пропуск трех царей: Охозии, Иоаса и Амасии, царствовавших в общем с 884 по 810 год. Если этот пропуск сделан не случайно, по ошибке переписчика, а намеренно, то причину исключения из родословия трех названных царей следует искать в том, что евангелист считал их недостойными быть исчисленными в ряду наследников Давида и предков Иисуса Христа [По народным представлениям ни в царстве Иудейском, ни в царстве Израильском нечестие и смуты никогда не достигали такого развития, как во времена Агава, с домом которого через Гофолию имели связь цари Охозия, Иоас и Амасия.].

Стих 1:9

Озия родил Иоафама; Иоафам родил Ахаза; Ахаз родил Езекию;
Озíа же роди́ Иоаѳáма. Иоаѳáмъ же роди́ Ахáза. Ахáзъ же роди́ езекíю.
Nзjа же роди2 їwаfaма. І3wаfaмъ же роди2 ґхaза. Ґхaзъ же роди2 є3зекjю.

     Правнук Иорама Озия 810–758 называется в Библии еще Азарией.
     После Озии воцарился Иофам, или Иоафам, сын его, 25 лет, и царствовал в Иерусалиме 16 лет 758–742.
     После Иоафама вступил на престол сын его, Ахаз, 20 лет от роду и царствовал в Иерусалиме 16 лет 742–727.

Стих 1:10

Езекия родил Манассию; Манассия родил Амона; Амон родил Иосию;
Езекíа же роди́ Манассíю. Манассíа же роди́ Амóна. Амóнъ же роди́ Иосíю.
є3зекjа же роди2 манассjю. Манассjа же роди2 ґмHна. ҐмHнъ же роди2 їwсjю.

     После Ахаза воцарился Езекия, сын его и царствовал 29 лет 727–698.
     После Езекии вступил на престол сын его Манассия, 12 лет и царствовал 50 лет 698–643.
     После Манассии воцарился сын его Аммон, или АмонЕвангелии от Матфея, согласно древнейшим рукописям, синайской и ватиканской и др., следует читать:Амос; но в других, меньше ценных, но многочисленных рукописях: Амон), 22 лет и царствовал два года 643–641.

Стих 1:11

Иосия родил Иоакима; Иоаким родил Иехонию и братьев его, перед переселением в Вавилон.
Иосíа же роди́ Иехóнiю и брáтiю егó, въ преселéнiе Вавилóнское {Ст. 11 въ нѣ́кiихъ грéч.: Иосíа же роди́ Иоаки́ма и брáтiю егó. Иоаки́мъ же роди́ Иехóнiю въ преселéнiе Вавилóнское.}.
І3wсjа же роди2 їехо1нію и3 брaтію є3гw2, въ преселе1ніе вавmлHнское [въ нёкіихъ гре1ч.: їwсjа же роди2 їwакjма и3 брaтію є3гw2. І3wакjмъ же роди2 їехо1нію въ преселе1ніе вавmлHнское].

     Иосия вступил на престол 8 лет и царствовал 31 год 641–610.
     После Иосии царствовал только три месяца сын его, Иоахаз, царь нечестивый, которого воцарил «народ земли». Но его низложил царь египетский. Так как Иоахаз не был в числе предков Спасителя, то евангелист о нем не упоминает. Вместо Иоахаза был возведен на престол брат его Елиаким, 25 лет, и 11 лет царствовал в Иерусалима 610–599. Царь вавилонский, Навуходоносор, подчинил себе Елиакима и переменил его имя на Иоакима.
     После него воцарился сын его, Иехония (или Иоахин), 18 лет, и царствовал только три месяца (в 599 г.). В его царствование Навуходоносор, царь вавилонский, подступил к Иерусалиму, осадил город, а Иехония вышел к царю вавилонскому со своею матерью, слугами и князьями. Царь вавилонский взял его и переселил в Вавилон, а на его место посадил Матфанию, дядю Иехонии, и переменил имя Матфании на Седекию. Так как дальнейшую линию евангелист ведет от Иехонии и уже после переселения в Вавилон, то упоминать о Седекии не было надобности. По переселении в Вавилон Иехония был посажен в тюрьму и пробыл в ней 37 лет. После этого Евилмеродах, новый царь вавилонский, в год своего воцарения, вывел Иехонию из дома темничного, говорил с ним дружелюбно и поставил престол его выше престола царей, которые были у него в Вавилоне. Иехонией закончился период царей Иудейских, продолжавшийся более 450 лет.
     Как ни прост 11 стих, толкование его представляет непреодолимые и почти неразрешимые трудности. В греческом, и именно в лучших рукописях, не так, как в русском: Иосия родил Иехонию (а не Иоакима)… при (во время) переселении вавилонском, т. е. в Вавилон. Далее в 12 стихе так же, как в русском. Предполагают, что слова (по русск. перев.) "Иосия родил Иоакима; Иоаким родил Иехонию (подчеркнутые) есть вставка в подлинные слова Матфея, — правда, очень древняя, известная уже Иринею во втором веке по Р. X., но все-таки вставка, первоначально сделанная на полях в целях соглашения родословия Матфея с ветхозаветным писанием, а потом и — ответа язычникам, упрекавшим христиан в том, что в Евангелии пропущено имя Иоакима. Если упоминание об Иоакиме подлинно, то легко видеть (из русск. перев.), что от Соломона до Иехонии было не 14 родов или поколений, а 15, что противоречит показанию евангелиста в 17 ст. Для объяснения этого пропуска и восстановления правильного чтения 11 стиха следует обратить внимание на следующее. В (1 Пар III:15, 16, 17) сыновья царя Иосии перечисляются так:
«первенец Иоахаз, второй — Иоаким, третий — Седекия, четвертый — Селлум»
     Отсюда видно, что у Иоакима было три брата. Далее:
«сыновья Иоакима: Иехония, сын его, Седекия, сын его»
     Отсюда видно, что у Иехонии был только один брат. Наконец:
«сыновья Иехонии: Ассир, Салафиил» и др.
      Здесь евангельское родословие почти совпадает с родословием 1-й книги Паралипоменон III:17. В 4 Цар XXIV:17 Матфания или Седекия называется дядей Иехонии. Рассмотрев внимательно эти показания, видим, что у Иосии был сын (второй) Иоаким; он имел нескольких братьев, о которых евангелист не говорит; но говорит о братьях Иехонии, между тем как по 1 Пар III:16 у последнего был только один брат, Седекия, что несогласно с показанием евангелиста Матфея. Поэтому предполагают, что было два Иехонии, Иехония первый, который назывался еще Иоаким, и Иехония второй. Иехония первый первоначально назывался Елиакимом, потом царь вавилонский переменил его имя на Иоаким. Причину же, почему он назван был еще Иехонией, объясняли еще в древности (Иероним) тем, что переписчик легко мог смешать Иоахин с Иоаким, переменив Х на K и Н на М. Слово же Иоахин легко можно прочитать: Иехония по-еврейски, вследствие полного сходства употребленных в обоих именах согласных букв. Принимая такое толкование, мы должны читать 11 стих Евангелия Матфея так:
«Иосия родил Иехонию (иначе Елиакима, Иоакима) и братьев его» и проч.;
ст. 12:
«Иехония второй родил Салафииля» и проч.
Против такого толкования возражают, что подобное обозначение родов противно обычаям, соблюдавшимся в родословии. Если бы вышеприведенное толкование было правильно, то евангелист должен был бы выразиться так:
«Иосия родил Иехонию первого, Иехония первый родил Иехонию второго, Иехония второй родил Салафииля» и т. д.
Трудность эта, по-видимому, не разрешается и предположением, что «имена отца и сына так сходны, что были случайно отожествлены или спутаны, когда воспроизведены на греческом». В виду этого другие толкователи для разрешения этой трудности предполагают, что первоначальное чтение 11 стиха было таково:
«Иосия родил Иоахима и братьев его; Иоаким родил Иехонию при переселении вавилонском»
Это последнее толкование — лучше. Хотя оно, вследствие перестановки слов «и братьев его» и не согласно с существующим, подтверждаемым древними и важными рукописями, греческим текстом Евангелия Матфея, однако можно допустить, что перестановка была сделана по ошибке древними переписчиками. В подкрепление последнего толкования можно указать и то, что существующий греческий текст, т. е., как сказано выше,
«Иосия родил Иехонию и братьев его при (русск. перевод) переселении вавилонском»
не может быть принят без таких или иных изменений и перестановок и явно ошибочен, потому что Иосия жил не при переселении вавилонском или вовремя его, а за 20 лет раньше. Что касается до Иер XXII:30, где говорится об Иоакиме:
«так говорит Господь: запишите человека, его лишенным детей, человеком злополучным во дни свои»
то слова «лишенным детей» объясняются последующими выражениями пророка, из которых видно, что дети Иоакима не будут сидеть на престоле Давидовом и «владычествовать в Иудее». В этом именно последнем смысле и следует понимать выражение: «лишенный детей».

Стих 1:12

По переселении же в Вавилон, Иехония родил Салафииля; Салафииль родил Зоровавеля;
По преселéнiи же Вавилóнстѣмъ, Иехóнiа роди́ Салаѳíиля. Салаѳíиль же роди́ зоровáвеля.
По преселе1ніи же вавmлHнстэмъ, їехо1ніа роди2 салаfjилz. Салаfjиль же роди2 зоровaвелz.

ПО ПЕРЕСЕЛЕНИИ ЖЕ В ВАВИЛОН, ИЕХОНИЯ РОДИЛ САЛАФИИЛЯ.
Сам Иехония умер бездетным; так предсказал этому нечестивому царю пророк Иеремия:
«Так говорит Господь: запишите человека сего лишенным детей... потому что никто уже из племени его не будет сидеть на престоле Давидовом и владычествовать в Иудее» (Иер. 22:30)
     Но у Евреев был такой закон: если кто умирал бездетным, то вдова умершего не должна была выходить замуж за человека чужого; ее должен был взять за себя брат или, если его не было, другой ближайший родственник умершего, и рожденные от этого брака дети считались по закону детьми того, кто умер бездетным. Таким образом, у них было два отца: один по плоти, другой по закону. Братья и ближайшие родственники царя Иехонии во время взятия Иерусалима были умерщвлены; поэтому жену его взял за себя Нирий, потомок царя Давида от сына его Нафана. Вот почему у евангелиста Луки родословие Ииуса Христа от царя Давида до Салафииля идет по другой линии родов, через Нафана и Нирия.
САЛАФИИЛЬ РОДИЛ ЗОРОВАВЕЛЯ.
Священное Писание Ветхого Завета (1 Пар. 3:18–19) говорит, что у Салафииля не было детей; значит, его жена после его смерти вышла замуж за его брата Федаию; от этого брака и родился Зоровавель, который по крови был сыном Федаии, а по закону считался сыном Салафииля.

Стих 1:13

Зоровавель родил Авиуда; Авиуд родил Елиакима; Елиаким родил Азора;
Зоровáвель же роди́ Авiýда. Авiýдъ же роди́ Елiаки́ма. Елiаки́мъ же роди́ азóра.
Зоровaвель же роди2 ґвіyда. Ґвіyдъ же роди2 є3ліакjма. є3ліакjмъ же роди2 ґзHра.

     По 1 Пар III:19 и след. в числе сыновей и внуков Зоровавеля нет Авиуда. На основании сходства имен евр. и греч. предполагают, что Авиуд тожествен с Годавьягу ст. 24-го той же главы и Иудой Лк III:26. Если так, то в 13-м стихе Евангелия Матфея опять пропуск; именно родословие в указанном месте кн. Паралипоменон излагается так: Зоровавель, Ханания, Исаия, Шехания, Неария, Елиоенай, Годавьягу. Хотя пополнение такого пропуска шестью лицами и сближало бы родословие Матфея с родословием Луки по числу родов, при полной разности имен, однако отожествление Авиуда с Годавьягу весьма сомнительно. Впрочем, некоторые новейшие толкователи такое объяснение принимают. О лицах после Зоровавеля и, может быть, Авиуда, упоминаемых в 13–15 стихах, ничего неизвестно ни из Ветхого Завета, ни из сочинений Иосифа Флавия, ни из талмудических и других писаний. Можно заметить только, что это противоречит мнению, по которому евангелист составлял родословие Спасителя по одной только Библии, или, по крайней мере, не подтверждает этого мнения.

Стих 1:14

Азор родил Садока; Садок родил Ахима; Ахим родил Елиуда;
Азóръ же роди́ садóка. Садóкъ же роди́ Ахи́ма. Ахи́мъ же роди́ Елiýда.
ҐзHръ же роди2 садHка. СадHкъ же роди2 ґхjма. Ґхjмъ же роди2 є3ліyда.

     О лицах после Зоровавеля и, может быть, Авиуда, упоминаемых в 13–15 стихах, ничего неизвестно ни из Ветхого Завета, ни из сочинений Иосифа Флавия, ни из талмудических и других писаний. Можно заметить только, что это противоречит мнению, по которому евангелист составлял родословие Спасителя по одной только Библии, или, по крайней мере, не подтверждает этого мнения.

Стих 1:15

Елиуд родил Елеазара; Елеазар родил Матфана; Матфан родил Иакова;
Елiýдъ же роди́ Елеазáра. Елеазáръ же роди́ Матѳáна. Матѳáнъ же роди́ Иáкова.
є3ліyдъ же роди2 є3леазaра. є3леазaръ же роди2 матfaна. Матfaнъ же роди2 їaкwва.

     О лицах после Зоровавеля и, может быть, Авиуда, упоминаемых в 13–15 стихах, ничего неизвестно ни из Ветхого Завета, ни из сочинений Иосифа Флавия, ни из талмудических и других писаний. Можно заметить только, что это противоречит мнению, по которому евангелист составлял родословие Спасителя по одной только Библии, или, по крайней мере, не подтверждает этого мнения.

Стих 1:16

Иаков родил Иосифа, мужа Марии, от Которой родился Иисус, называемый Христос.
Иáковъ же роди́ Иóсифа, мýжа Марíина, изъ нея́же роди́ся Иисýсъ, глагóлемый Христóсъ.
І3aкwвъ же роди2 їHсифа, мyжа мRjина, и3з8 неsже роди1сz ї}съ, глаго1лемый хrто1съ.

     По евангелисту Матфею и Луке родословия ясно относятся к Иосифу. Но отцом Иосифа Матфей называет Иакова, Лк. 3:23 — Илия. А по преданию отцом и матерью Марии были Иоаким и Анна. Спаситель же, согласно ясному повествованию Матфея и Луки (Лк. 1:26); (Лк. 2:5), не был сыном Иосифа.
     Зачем же в таком случае нужно было евангелистам составлять и помещать в своих Евангелиях родословие Христа, которое в действительности не относилось к Нему? Большинство толкователей объясняют это обстоятельство тем, что Матфей ведет родословие по предкам Иосифа, желая показать, что Иисус был не родным, а законным Сыном Иосифа и, следовательно, наследником его прав и преимуществ, как потомка Давидова. Лука же, если в своем родословии упоминает также об Иосифе, то в действительности излагает родословие Марии. Мнение это впервые высказано было церковным писателем Юлием Африканом (3 в.), отрывок из сочинения которого помещен в Ц. И. Евсевия (1, 7), с изменениями повторено в толковании на Евангелие Луки Амвросия Медиоланского, и было известно Иринею (Haer. III:32).
     Почему здесь дается родословие Иосифа, а не Богородицы? Какое участие Иосифа в том бессеменном рождении?
Здесь Иосиф не был истинным отцом Христа, чтобы от Иосифа вести родословие Христа. Итак, слушай: действительно, Иосиф не имел никакого участия в рождении Христа, и потому должно было дать родословие Богородицы; но так как был закон - не вести родословие по женской линии (Чис. 36:6), то Матфей и не дал родословия Девы. Кроме того, дав родословие Иосифа, он дал и ее родословие, ибо был закон не брать жен ни из другого колена, ни из другого рода или фамилии, но из того же колена и рода. Так как был такой закон, то ясно, что если дается родословие Иосифа, то тем самым дается и родословие Богородицы, ибо Богородица была из того же колена и того же рода; если же нет, то как бы она могла быть обручена ему? Таким образом, евангелист соблюл закон, который запрещал вести родословие по женской линии, но, тем не менее, дал родословие Богородицы, дав родословие Иосифа. Мужем же Марии назвал его соответственно общему обыкновению, ибо мы имеем обычай и обручника называть мужем обрученной, хотя брак еще и не совершен.
     У евангелиста Луки вместо Иакова отцом Иосифа назван Илий, и родословие от Салафиила ведется не через Авиуда, а через Рисая; причина этого тот же закон сродства, о котором было сказано раньше: Илий умер бездетным, а жена его вышла за сродника его, Иакова, от которого и родила Иосифа. Так объясняют разницу в именах родословия Христова древнейшие толкователи, ссылаясь на предание, дошедшее до них от сродников Спасителя по плоти. Иосифом не закончил евангелист Матфей родословие Христово, но присоединил и имя Марии, дабы показать, что для Марии он привел и родословие самого Иосифа, что Иисус Христос родился не от Иосифа, а от Марии Приснодевы. Это видно уже из слов евангелиста; он не сказал: «Иосиф же родил Иисуса от Марии», а говорит: от Которой родился – Сам родился, от Духа Святаго, без семени мужа – Иисус, называемый Христос. Апостол Матфей называет Иосифа мужем Марии в том же смысле, в каком и мы можем назвать обрученного жениха мужем обрученной невесты, хотя их брак еще и не совершен.

Стих 1:17

Иаков родил Иосифа, мужа Марии, от Которой родился Иисус, называемый Христос.
Иáковъ же роди́ Иóсифа, мýжа Марíина, изъ нея́же роди́ся Иисýсъ, глагóлемый Христóсъ.
І3aкwвъ же роди2 їHсифа, мyжа мRjина, и3з8 неsже роди1сz ї}съ, глаго1лемый хrто1съ.

     Слово «всех» относится ближе всего к родам, исчисленным Матфеем от Авраама до Давида. В последующих выражениях стиха евангелист этого слова не повторяет при исчислении дальнейших родов. Поэтому самое простое объяснение слова «всех» заключается, по-видимому, в следующем. Евангелист говорит «всех, указанных мною в настоящем родословии родов от Авраама до Давида» и проч. Число 14 едва ли было священным у евреев, хотя и сложено из повторенного священного числа 7. Можно думать, что евангелист, насчитав от Авраама до Давида четырнадцать родов, а также от Иехонии до Христа, хотел показать некоторую округленность и правильность в исчислении родов, почему принял число 14 и для среднего (царского) периода своего родословия, выпустив с этою целью некоторые роды. Прием этот несколько искусствен, но вполне согласен с обычаями и мышлением иудеев. Нечто подобное встречается в (Быт. 5:3) и след., (Быт. 5:11, 10) и след., где от Адама до Ноя и от Ноя до Авраама исчисляются до 10 родов. Под родами разумеются поколения — от отца к сыну.
Таким образом родословие Христа по Матфею можно представить в следующем виде:
I. Авраам. Исаак. Иаков. Иуда. Фарес. Есром. Арам. Аминадав. Наассон. Салмон. Вооз. Овид. Иессей. Давид.
II. Соломон. Ровоам. Авия. Аса. Иосафат. Иорам. Озия. Иоафам. Ахаз. Езекия. Манассия. Амон (Амос). Иосия. Иоаким.
III. Иехония. Салафииль. Зоровавель. Авиуд. Елиаким. Азор. Садок. Ахим. Елиуд. Елеазар. Матфан. Иаков. Иосиф. Иисус Христос.

     Матфей разделил роды на три части, чтобы показать иудеям, что находились ли они под управлением судей, как это было до Давида, или под управлением царей, как это было до переселения, или под управлением первосвященников, как это было пред пришествием Христа, - они не получали от этого никакой пользы в отношении к добродетели и нуждались в истинном судии, царе и первосвященнике, который есть Христос. Ибо, когда прекратились цари, по пророчеству Иакова, пришел Христос. Но каким образом от переселения Вавилонского до Христа четырнадцать родов, когда их оказывается только тринадцать? Если бы в состав родословия могла входить женщина, то мы причислили бы и Марию и восполнили число. Но женщина не входит в родословие. Как же это разрешить? Некоторые говорят, что Матфей поставил в счет переселение, как лицо.
     Почему о родах сказано здесь: родове четыренадесяте, когда лиц поименовано двенадцать? Думаю потому, что Евангелист вместо одного рода полагал самое преселение, и вместо другого — Христа.

Стих 1:18

Рождество Иисуса Христа было так: по обручении Матери Его Марии с Иосифом, прежде нежели сочетались они, оказалось, что Она имеет во чреве от Духа Святаго.
Иисýсъ Христóво Рождествó си́це бѣ́: обручéннѣй бо бы́вши Мáтери егó Марíи Иóсифови, прéжде дáже не сни́тися и́ма, обрѣ́теся имýщи во чрéвѣ от Дýха свя́та.
І3}съ хrто1во ржcтво2 си1це бЁ: њбруче1ннэй бо бы1вши м™ри є3гw2 мRjи їHсифови, пре1жде дaже не сни1тисz и4ма, њбрётесz и3мyщи во чре1вэ t д¦а с™а.

     В начале этого стиха евангелист употребляет то же самое слово, какое и в начале 1-го стиха: генезис. В русск. и славянском это слово теперь переводится словом: рождество. Перевод опять неточный за неимением подходящего русского слова. В собственном смысле лучше было бы перевести так:
«происхождение Иисуса Христа (от девы Марии) было так»
     Обручальные обряды у иудеев несколько походили на наши, бывающие при благословении жениха и невесты. Об обручении составлялся договор или же давалось в присутствии свидетелей торжественное устное обещание в том, что такой-то человек берет за себя замуж такую-то невесту. По обручении невеста считалась обрученной женой своего жениха. Их союз можно было уничтожить только правильным разводом. Но между обручением и браком, как и у нас, протекали иногда целые месяцы (Втор. 20:7).
     Мария — слово греческое; по-арамейски — Мариам, а по-евр. — Мирьям или Мириам, слово производится от еврейского мери — упрямство, строптивость — или от рум, «быть возвышенным, высоким».
     Прежде, нежели они сочетались, т. е. прежде, чем была самая свадьба. Жили ли Иосиф и Мария в одном доме после обручения, неизвестно. По Златоусту, «Мария жила уже у него (Иосифа) в доме». Но выражение: «не бойся принять Марию, жену твою», по-видимому, показывает, что Иосиф и Мария не жили в одном доме. Другие толкователи согласны с Златоустом.      Оказалось, — сделалось заметным для посторонних лиц.
     От Духа Святаго - все обстоятельства, о которых говорит евангелист, отличаясь чудесным характером, нам непонятны (ср. (Лк. 3:22); (Деян. 1:16); (Еф. 4:30)).
     Не сказал: Деве, но просто: Матери, чтобы речь была понятнее. Но приведя сперва слушателя в ожидание услышать нечто обыкновенное, и удержав его в этом ожидании, вдруг изумляет присовокуплением необыкновенного, говоря:
"прежде даже не снитися има, обретеся имущи во чреве от Духа Свята"
Не сказал: прежде нежели приведена была в дом к жениху, она жила уже у него в доме, так как у древних было обыкновение держать обрученных по большей части в своем доме, чему и ныне еще можно видеть примеры. И зятья Лотовы жили в доме у Лота. Итак, и Мария жила в одном доме с Иосифом.
     Но почему не прежде обручения Она зачала во чреве? Чтобы, как я сказал еще в начале, зачатие до некоторого времени оставалось тайною, и Дева избегла всякого худого подозрения. Тот, которому надлежало ревновать более всякого другого, не только не отсылает ее от себя и не бесчестит, но принимает, и оказывает ей услуги во время беременности. Но явно, что, не будучи твердо удостоверен в зачатии по действию Св. Духа, не стал бы держать ее у себя и во всем ей услуживать. Притом весьма выразительно сказал евангелист: "обретеся имущи во чреве", - как обыкновенно говорится о происшествиях особенных, случающихся сверх всякого чаяния и неожиданных.
     Итак, не простирайся далее, не требуй ничего больше сказанного, и не спрашивай: каким образом Дух образовал Младенца в Деве? Если при естественном действии невозможно объяснить способа зачатия, то как можно объяснить его, когда чудодействовал Дух? Чтобы ты не беспокоил евангелиста и не утруждал его частыми об этом вопросами, он освободил себя от всего, наименовав Совершившего чудо. Ничего больше не знаю, говорит он, а знаю только, что событие совершилось силою Духа Святого. Пусть стыдятся те, кто старается постигнуть сверхъестественное рождение! Если никто не может изъяснить того рождения, о котором есть тысячи свидетелей, которое за столько веков предвозвещено, которое было видимо и осязаемо, то до какой степени безумны те, которые с любопытством исследывают и тщательно стараются постигнуть рождение неизреченное? Ни Гавриил, ни Матфей не могли ничего более сказать, кроме того, что родившееся есть от Духа; но как и каким образом родилось от Духа, этого никто из них не объяснил, потому что было невозможно.
     Не думай также, что ты все узнал, когда слышишь, что Христос родился от Духа. Узнав и об этом, мы еще многого не знаем, например:
- как невместимый вмещается в утробе?
- как всесодержащий носится во чреве жены?
- как дева рождает, и остается девою?
     Скажи мне, как Дух устроил этот храм? Каким образом не всю плоть принял от утробы, но только часть ее, которую потом возрастил и образовал? А что точно произошел из плоти Девы, евангелист ясно показал это словами: "рождшеебося в ней"; и Павел словами: "рождаемаго от жены" (Галат. IV, 4). От жены, говорит он, - заграждая уста тем, которые утверждают, что Христос прошел чрез Марию, как бы сквозь некоторую трубу. Если это справедливо, то нужна ли была и девическая утроба? Если это справедливо, то Христос не имеет с нами ничего общего; напротив плоть Его различна с нашею, не одинакового с нею состава. И как же назвать Его тогда происшедшим от корене Иессеева? Жезлом? Сыном человеческим? Как и Марию назвать Материю? Как сказать, что Христос произошел от семени Давидова? Воспринял зрак раба? Что Слово плоть бысть? Почему же Павел сказал римлянам: "от них же Христос по плоти, сый над всеми Бог" (Рим. IX, 5)? Из этих слов и из многих других мест Писания видно, что Христос произошел от нас, из нашего состава, из девической утробы; а каким образом, того не видно. Итак, и ты не разыскивай, но верь тому, что открыто, и не старайся постигнуть того, что умолчано.
     Сие сказал евангелист не в бесчестном смысле, подобно тому, как язычники баснословят в своих повествованиях, что боги их были так низки, что отдавались постыдной усладе страстей и противоестественному рождению детей. Потому, дабы и ты, когда слышишь это о Марии, не заподозрил такового же, что баснословят язычники, прибавляет, что от Духа Она оказалась имущею во чреве, а отнюдь не от супружества родила. Ибо Ее святым зачатием открывался вход Божественному Милосердию, дабы оно обитало во всякой плоти. А что Мария прежде была обручена и приняла имя своего мужа, а потом зачала во чреве, то это произошло ради преемства царей, так как невозможно было, чтобы младенец вписывался в родословную по имени своей матери; по тому же основанию Сын Давида приписан был к царям. Или сие произошло ради коварных людей, которые стали бы возводить на Марию клевету прелюбодеяния, потому Она дана была мужу кроткому, который удержал Ее, когда Она оказалась непраздной, и не изгнал из дома, когда родила, но жительствовал с Ней и оказался добровольным союзником подверженной клеветам. Он был свидетелем за Марию перед всеми, что Сын Ее явился не по любодеянию, но зачат был силой Духа.
     Родился же без мужа. Как от начала Ева явилась на свет от Адама без сопряжения, так и Мария была Иосифу и Девой, и Женой. Ева родила убийцу, потому Мария родила Животворца. Та родила пролившего кровь брата своего, Сия родила Того, Чья Кровь пролита Его братьями. Та узрела того, который вследствие проклятий земли находился в трепете и скитался (Быт. 4:11-12), а Мария узрела Того, Кто подъял проклятия и гвоздями прибит на древе Креста. В зачатии Девы научись, что Тот же, Кто без сопряжения произвел Адама из девственной земли, образовал и второго Адама в утробе Девы. И поскольку первый человек возвратился в утробу матери своей (земли), то через Сего второго, Который не возвращался в утробу Матери Своей, возведен и тот первый, который погребен был в утробе матери своей*.
* Адам, умерший и обратившийся в прах, возведен Христом, вторым Адамом, необращавшимся в прах.

Стих 1:19

Иосиф же муж Ее, будучи праведен и не желая огласить Ее, хотел тайно отпустить Ее.
Иóсифъ же мýжъ ея́, прáведенъ сы́й и не хотя́ ея́ обличи́ти, восхотѣ́ тáй пусти́ти ю́.
І3Hсифъ же мyжъ є3S, првdнъ сы1й и3 не хотS є3S њбличи1ти, восхотЁ тaй пусти1ти ю5.

     "Муж ее"
— слово муж, по буквальному переводу с греческого, означает буквально мужа, а не обрученного. Но ясно, что евангелист употребляет это слово в смысле защитника, покровителя и даже, может быть, обрученного. Иначе в его собственном повествовании было бы очевидное противоречие. В Свящ. Писании слова муж и жена иногда употребляются не в смысле супругов (Быт. 29:21); (Втор. 22:24).
     "Будучи праведен" — евр. цадик.
Так назывались люди благочестивые, всегда старавшиеся исполнять постановления закона. Почему здесь Иосиф называется так, ясно. Увидев, что Мария беременна, он подумал, что она сделала дурное, и так как закон наказывал за дурные дела, то и Иосиф вознамерился наказать Марию, хотя это наказание, вследствие его доброты, и должно было отличаться легкостью. Слово «праведен», однако, не означает: добр или любвеобилен. В Евангелии ясно можно наблюдать борьбу чувств в душе Иосифа: с одной стороны, он был праведен, а с другой — относился с сожалением к Марии. По закону он должен был употребить власть и наказать ее, но по любви к ней не желал ее огласить, т. е. ославить, рассказать другим о ней и затем на основании своего оглашениями рассказа потребовать наказания Марии. Слово «праведен» выражением «не желая» не объясняется; это — последнее — дополнительное и особое деепричастие (в греч. причастие). Иосиф был строгий блюститель закона и, кроме того, не желал огласить Марию. Слово «огласить» читается в греческом различно:
     1. По одному чтению «огласить» следует объяснять так: подать пример, выставить на показ ради примера. Слово редкое, у греков не употребительное, а в Новом Завете встречающееся только в (Кол. 2:15). Оно может быть равнозначительно выражению: «просто отпустить».
     2. Во многих других рукописях употреблено более сильное слово — пристыдить или подвергнуть опасности, огласить затем, чтобы навлечь нечто худое, предать смерти как женщину, не оказавшуюся верною. Хотел — здесь в греческом употреблено другое слово, а не «не желая» — означает решение, желание привести намерение свое в действие. Греческое слово, переведенное словом «отпустить», означает «развестись». Развод мог быть тайный и явный. Первый совершался в присутствии только двух свидетелей, без объяснения причин развода. Второй торжественно и с объяснением причин развода на суде. Иосиф вознамерился сделать первое. «Тайно» может означать здесь и тайные переговоры, без разводного письма. Это, конечно, было противозаконно (Втор. 24:1); но разводное письмо, если бы оно и было секретным, противоречило бы употребленному в Евангелии слову «тайно».
     Сказавши, что (родившееся от Девы) есть от Духа Святого и без плотского совокупления, он приводит на это еще новое доказательство. Иной мог бы спросить: откуда это известно? Кто видел, кто слышал, чтобы когда-либо случилось что-либо подобное? Но чтобы ты не подозревал ученика, что он по любви к Учителю выдумал это, евангелист вводит Иосифа, который тем самым, что в нем происходило, утверждает в тебе веру в сказанное. Евангелист как бы так говорит здесь: ежели ты не веришь мне и заподозриваешь мое свидетельство, то поверь мужу. Иосиф, говорит, "муж ея праведен сый". Здесь он называет праведным того, кто имеет все добродетели. Хотя быть праведным значит не присвоивать себе чужого; но праведностью же называется и совокупность добродетелей. В этом-то особенно смысле Писание и употребляет слово: праведность, когда напр. говорит: человек праведен, истинен (Иов. I, 1), и еще: "беста оба праведна" (Лук. I, 6).
     Итак Иосиф, будучи праведным, т. е. добрым и кротким, "восхоте тай пустити ю". Для того евангелист описывает случившееся еще во время незнания Иосифова, чтобы ты не сомневался в происшедшем по узнании. Хотя подозреваемая не только заслуживала быть опозоренною, но закон повелевал даже наказать Ее, однако Иосиф избавил Ее не только от большего, но и от меньшего, т. е. от стыда, - не только не хотел наказать, но и опозорить. Не признаешь ли в нем мужа мудрого, и свободного от мучительнейшей страсти? Вы сами знаете, что такое ревность. Потому-то вполне знавший эту страсть сказал:
"исполнена бо ревности ярость мужа; не пощадит в день суда" (Притч. VI, 34)
"И жестока яко ад ревность" (Песн. VIII, 6)
     И мы знаем многих, которые готовы лучше лишиться жизни, нежели быть доведенными до подозрения и ревности. А здесь было уже не простое подозрение: Марию изобличили ясные признаки беременности; и однако Иосиф столько был чужд страсти, что не захотел причинить Деве даже и малейшего огорчения. Так как оставить Ее у себя казалось противным закону, а обнаружить дело и представить Ее в суд значило предать Ее на смерть, то он не делает ни того ни другого, но поступает уже выше закона. Подлинно, по пришествии благодати, надлежало явиться многим знамениям высокой мудрости. Как солнце, не показавши еще лучей, издали озаряет светом большую часть вселенной, так и Христос, восходя из девической утробы, прежде нежели явился, просветил всю вселенную. Вот почему еще до рождения Его пророки ликовали, и жены предсказывали будущее, и Иоанн, не выйдя еще из утробы, взыгрался во чреве. И Иосиф показал здесь великую мудрость, не обвинял и не порицал Девы, а только намеревался отпустить Ее.

Стих 1:20

Но когда он помыслил это, – се, Ангел Господень явился ему во сне и сказал: Иосиф, сын Давидов! не бойся принять Марию, жену твою, ибо родившееся в Ней есть от Духа Святаго;
Сiя́ же емý помы́слившу, сé, áнгелъ Госпóдень во снѣ́ яви́ся емý, глагóля: Иóсифе, сы́не Дави́довъ, не убóйся прiя́ти Марiáмъ жены́ твоея́: рóждшеебося въ нéй, от Дýха éсть свя́та:
Сі‰ же є3мY помы1слившу, се2, ѓгг7лъ гDень во снЁ kви1сz є3мY, глаго1лz: їHсифе, сы1не дв7довъ, не ўбо1йсz пріsти мRіaмъ жены2 твоеS: ро1ждшеебосz въ не1й, t д¦а є4сть с™а:

     "Но когда Иосиф помыслил это",
— в слове «помыслил» в греч. подразумеваются колебания и сомнения и даже страдания,
«се, Ангел Господень…»
Слово «се», по-русски «вот», употребляется преимущественно в Евангелиях Матфея и Луки и придает особенную силу последующей за ним речи. Читатель или слушатель приглашаются здесь к особенному вниманию. Далее евангелист повествует, каким образом сомнения и колебания Иосифа были устранены. Ангел Господень во время благовещения явился Деве Марии наяву, потому что с ее стороны требовалось сознательное отношение к благовестию Ангела и согласие: благовестие Ангела Марии относилось к будущему и было высшее. Иосифу Ангел является во сне, избирая сон как бы орудием или средством, и при том менее совершенным, чем бодрственное видение, для сообщения божественной воли. Благовестие Иосифу не имело такого значения, как благовестие Марии, — было просто предостережением.
      Ангел значит вестник, посланник; но здесь разумеется не простой вестник, а Господень. Как можно заключать из Евангелия Луки, это был Ангел Гавриил. Он сказал Иосифу во сне ( Иосиф, сын Давидов — в греческом именительные падежи вместо зват.), чтобы он не боялся принять Марию, жену свою. Не бойся — здесь в значении: не сомневайся что-либо сделать.
     Принять — толкование этого слова находится в зависимости от того, была ли Мария в доме Иосифа или вне его.
- если была, то «принять» будет означать восстановление ее прав как обрученной;
- если не была, то, кроме этого восстановления, слово будет означать еще и принятие ее в дом Иосифа из дома ее отца или родственника.
     "Жену твою": не в смысле «как жену твою». Причина, почему Иосиф должен был принять Марию — родившееся в ней, т. е. еще не родившийся или появившийся на свет младенец, а только зачавшийся, поэтому и средний род. Со времени сновидения Иосиф должен был сделаться хранителем и покровителем и самой матери, и Младенца.
     Когда он находился в таком затруднительном положении, является ангел и разрешает все недоумения. Здесь достойно исследования то, почему ангел не пришел прежде, пока муж не имел еще таких мыслей, но приходит тогда, когда он уже помыслил. "Сия ему помыслившу", говорит евангелист, ангел приходит; между тем Деве благовествует еще до зачатия, - что опять приводит к новому недоумению. Если Иосифу не сказал ангел, то почему умолчала Дева, слышавшая от ангела, и видя жениха своего в смущении, не разрешила его недоумения?
     Итак, почему ангел не сказал Иосифу прежде его смущения? Прежде надобно разрешить первый вопрос. Почему же не сказал? Чтобы Иосиф не обнаружил неверия, и с ним не случилось того же, что с Захариею. Не трудно поверить делу, когда оно уже пред глазами; а когда нет и начала его, тогда слова не так легко могут быть приняты. Потому-то ангел и не сказал сначала; по той же причине молчала и Дева. Она думала, что не уверит жениха, сообщив о необыкновенном деле, а напротив огорчит его, подав мысль, что прикрывает сделанное преступление. Если сама Она, слыша о даруемой Ей такой благодати, судит по человечески: и говорит: "како будет сие, идеже мужа не знаю" (Лук. I, 34), то гораздо более усумнился бы Иосиф, особенно слыша это от подозреваемой жены.
     Вот почему Дева вовсе не говорит Иосифу, а ангел является, когда потребовали обстоятельства. Почему же, скажут, не также поступлено и с Девою, почему и Ей возвещено не после зачатия? Чтобы предохранить Ее от смущения и большего смятения. Не зная дела ясно, Она естественно могла бы решиться сделать с собою худое, и, не перенесши стыда, прибегнуть к петле или к мечу. Поистине, Дева была во всем достойна удивления; и евангелист Лука, изображая Ее добродетель, говорит, что, когда услышала приветствие, не вдруг предалась радости и поверила сказанному, но смутилась и размышляла: каково будет целование сие (Лук. I, 39)? Будучи таких строгих правил, Дева могла бы от печали лишиться ума, представив стыд и не видя надежды, чтобы кто-нибудь поверил Ее словам, что Ее беременность не следствие прелюбодеяния.
     Итак, чтобы этого не случилось, ангел пришел к ней до зачатия. Надобно было, чтобы не знала смущения та, в чью утробу взошел Творец всяческих; чтобы свободна была от всякого смятения душа, удостоившаяся быть служительницею таких тайн. Вот почему ангел возвещает Деве до зачатия, а Иосифу во время беременности Ее. Многие по простоте и по недоразумению находили разногласие в том, что ев. Лука упоминает о благовествовании Марии, а св. Матфей о благовествовании Иосифу, не зная, что было то и другое. Тоже самое необходимо наблюдать и во всем повествовании; таким образом мы решим многие кажущиеся разногласия.
     Итак, ангел приходит к смущенному Иосифу. Доселе явления не было как по сказанной выше причине, так и для того, чтобы обнаружилось любомудрие Иосифа. А когда дело приблизилось к исполнению, ангел, наконец, является. Сия же ему помыслившу, ангел во сне является Иосифу. Примечаешь ли кротость этого мужа? Не только не наказал, но и не сказал никому, даже самой подозреваемой, а размышлял только с собою, и от самой Девы старался скрыть причину смущения. Не сказал евангелист, что Иосиф хотел Ее выгнать, но - отпустить: так он был кроток и скромен! Сия же ему помыслившу, ангел является во сне. Почему же не наяву, как является пастырям, Захарии и Деве? Иосиф имел много веры; для него не нужно было такого явления. Для Девы нужно было необыкновенное явление прежде события, потому что благовествуемое было весьма важно, важнее, нежели благовествуемое Захарии; а для пастырей нужно было явление, потому что это были люди простые. Иосиф получает откровение по зачатии, когда душа его объята уже была худым подозрением, и вместе готова перейти к благим надеждам, если бы только явился кто-нибудь и указал удобный к тому путь. Для того благовествуется после зародившегося подозрения, чтобы это самое послужило доказательством сказанного ему. О чем никому не говорил, но только помыслил в уме, о том услышать от ангела служило несомненным признаком, что ангел пришел и говорит от Бога, потому что одному Богу свойственно знать сердечные тайны. Видишь, сколько достигается целей! Обнаруживается любомудрие Иосифа; благовременность сказанного помогает ему в вере; самое повествование делается несомненным, так как показывает, что Иосиф был точно в таком положении, в каком следовало быть.
     Каким же образом ангел уверяет его? Послушай и подивись мудрости того, что сказано. Пришедши, ангел говорит ему: "Иосифе, сыне Давидов, не убойся прияти Мариам жены твоея". Тотчас приводит ему на память Давида, от которого должен был произойти Христос, и не дает оставаться ему в смущении, наименованием предков напомнив об обетовании, данном всему роду. Иначе, для чего бы его называть сыном Давидовым?
     "Не убойся". В других случаях Бог поступает не так; и когда некто против супруги Авраамовой умышлял, чего не должно, Бог употребил сильнейшие выражения и угрозу, хотя и там причиною было неведение. Фараон взял к себе Сарру по незнанию, однакож Бог привел его в страх. Но здесь Бог поступает снисходительнее потому, что совершалось дело весьма важное, и большая была разность между фараоном и Иосифом, почему и не нужно было угроз. Сказавши же: не убойся, показывает, что Иосиф боялся оскорбить Бога, держа в доме подозреваемую в прелюбодействе, потому что, если бы этого не было, он и не подумал бы Ее отпускать. Итак, из всего открывается, что ангел пришел от Бога, обнаруживая и пересказывая все, о чем Иосиф размышлял, и чем был встревожен ум его. Изрекши же имя Девы, ангел не остановился на этом, но присовокупил: жены твоея, каким именем не назвал бы, если бы Ее девство было растлено. Женою же называет здесь обрученную: так обыкновенно Писание обрученных еще до брака называет зятьями.
     Что же значит: "прияти"? Удержать у себя в доме, потому что Иосиф мысленно уже отпустил Деву. Эту-то отпущенную, говорит ангел, удержи у себя; ее поручает тебе Бог, а не родители. Поручает же ее не для брака, но чтобы жить вместе; вручает, объявляя о том чрез меня. Как Христос после поручил Ее ученику, так ныне поручается Она Иосифу. Потом ангел, намекнув о причине своего явления, умолчал о худом Иосифовом подозрении; а между тем уничтожил его скромнее и благопристойнее, изъяснив причину зачатия и показав, что потому самому, почему Иосиф опасался и хотел Ее отпустить, он должен принять и удержать Ее у себя, и, таким образом, совершенно освободил его от беспокойства. Она не только чиста от беззаконного смешения, говорит ангел, но и зачала во чреве сверхъестественным образом. Потому не только отложи страх, но еще возрадуйся: рождшеебося в ней, от Духа есть Свята. Странное дело, превосходящее человеческое разумение и превышающее законы природы! Чем уверится в сем Иосиф, не слыхавший о таковых событиях? Открытием прошедшего, говорит ангел. Для того он и обнаружил все, что происходило в уме Иосифовом, чем был он возмущен, чего боялся и на что решался, чтобы чрез это уверить и в том. Справедливее же сказать, ангел уверяет Иосифа не только прошедшим, но и будущим.

Отчего люди праведные удостаиваются небесных видений ночью, во время сна, а не днем, в бодрственном состоянии? Причина, кажется, должна быть следующая: Господь по планам Своей высочайшей премудрости являет чудеса Свои только в случае крайней надобности и больше домостроительство Свое показывает естественным способом. Явление небожителей во сне людям праведным есть дело очень обыкновенное и естественное: душа таких людей сообщается с миром невидимым во сне, оттого что связь ее с телом в это время всего слабее и удобно может воспринимать тонкое влияние мира духовного. Между тем днем, в бодрственном состоянии, и праведные люди более или менее окружены суетою мира, не дозволяющей душе всецело возноситься горе и беседовать со светлыми духами горнего мира. Только особенное, чудесное действие благодати Божией может их вполне устремлять в область небесную и доставлять им полную возможность созерцать мир духов! Желаешь ли назидательной беседы небожителей – храни себя в совершенной чистоте днем и ночью, и, подобно Иосифу и другим праведникам, ты удостоишься явления жителей мира горнего, которые заботливо следят за нашею жизнию, как братья, направляя ее так, чтобы мы сделались достойными их святого содружества и здесь, но особенно – там, на небе.

Стих 1:21

родит же Сына, и наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их.
роди́тъ же Сы́на, и наречéши и́мя емý Иисýсъ: тóй бо спасéтъ лю́ди своя́ от грѣ́хъ и́хъ.
роди1тъ же сн7а, и3 нарече1ши и4мz є3мY ї}съ: то1й бо сп7се1тъ лю1ди сво‰ t грBхъ и4хъ.

     "Родит же сына" — глагол употреблен тот же самый, какой и в (Мф. 1:25), указывает на самый акт рождения (ср. Быт. 17:19); (Лк. 1:13). Глагол употребляется только тогда, когда нужно обозначить происхождение детей от отца.
     "И наречешь" — (так в греч.; в слав. и некоторых русских изданиях: нарекут) вместо "нареки", назови, будущее вместо повелит., употребляется и у нас для выражения смягченных приказаний, иногда совсем не отличаясь по форме от повелительного (напишите, напишете, выучите, посмотрите, посмотрите и проч.). Ибо Он спасет людей Своих от грехов их. Он, именно Он, Он один, спасет народ (греч.) — Свой, т. е. известный народ, принадлежащий именно Ему, а не кому-либо другому. Прежде всего разумеется здесь еврейский народ — так мог понимать слова эти Иосиф; затем люди из всякого народа, — однако из еврейского и из других народов только те лица, которые суть Его последователи, веруют в Него, принадлежать собственно Ему.
     "От грехов их" (греч. "его", т. е. народа) — не от наказания за грехи, но от самых грехов — замечание весьма важное, указывающее на подлинность Евангелия Матфея. В самом начале евангельского благовестия, еще когда последующая деятельность Христа не выяснилась и не определилась, указывается, что Иисус Христос спасет народ Свой от грехов его, не от мирского подчинения светской власти, но именно от грехов, преступлений против заповедей Божьих. Здесь мы имеем ясное обозначение природы будущей «духовной деятельности Христа».
     Хотя родившееся есть от Духа Святого, но не думай о себе, что ты устранен от служения при воплощении. Хотя ты не содействуешь к рождению, и Дева пребыла неприкосновенною, однакож, что принадлежит отцу, то, не вредя достоинству девства, предоставляю тебе, то есть, ты дашь имя рождаемому, - ты наречеши имя Ему. Хотя Он не твой сын, но ты будь Ему вместо отца. Итак, начиная с наречения имени, усвояю тебя рождаемому. Потом, чтобы кто-либо отсюда не заключил, что Иосиф есть отец, послушай, с какою осторожностью говорит ангел далее. "Родит бо", говорит он, "сына". Не сказал: "родит тебе", но выразился неопределенно: родит, так как Мария родила не ему, но целой вселенной.
     Для того и имя принесено ангелом с небес, чтобы показать, что чудно рождаемое, потому что сам Бог свыше посылает имя чрез ангела Иосифу. Поистине, это не просто было имя, но сокровище бесчисленных благ. Потому ангел и объясняет его, внушает благие надежды, и тем приводит Иосифа к вере. Мы обыкновенно склоннее к благим надеждам, а потому и охотнее им верим. Итак, всем утвердив Иосифа в вере, - и прошедшим, и будущим, и настоящим, и честью, ему оказанною, - ангел кстати приводит слова пророка, который все то подтверждает. Но, не приведя еще слов его, возвещает о благах, какие чрез рожденного дарованы будут миру. Какие же это блага? Освобождение от грехов, и уничтожение их. Той бо, говорит ангел, спасет люди Своя от грех их. И здесь возвещается нечто чудное; благовествуется освобождение не от чувственных браней, не от варваров, но - что гораздо важнее - освобождение от грехов, от которых прежде никто не мог освобождать. Для чего же, спросят, сказал: люди Своя, а не присовокупил - и язычников? Чтобы не изумить вдруг слушателя. Разумному слушателю он дал разуметь и о язычниках, потому что люди Его, суть не одни иудеи, но и все приходящие и приемлющие от Него познание. Смотри же, как открыл нам и достоинство Его, назвавши иудейский народ людьми Его. Этим ангел показывает то именно, что рождающийся есть Сын Божий, и что он говорит о горнем Царе, так как, кроме этого единого Существа, никакая другая сила не может отпускать грехи. Итак, получив таковой дар, примем все меры, чтобы не поругать столь великого благодеяния. Если наши грехи достойны были наказания и прежде такой чести, то тем более достойны после такого неизреченного благодеяния.

Стих 1:22

А все сие произошло, да сбудется реченное Господом через пророка, который говорит:
Сié же всé бы́сть, да сбýдется речéнное от Гóспода прорóкомъ, глагóлющимъ:
Сіе1 же все2 бы1сть, да сбyдетсz рече1нное t гDа прbро1комъ, глаго1лющимъ:

     Неизвестно, чьи слова изложены в этом стихе, Ангела или евангелиста. По словам Златоуста
«достойно чуда и достойно самого себя воскликнул Ангел, говоря» и т. д.
Т. е. Ангел, по Златоусту
«отсылает Иосифа к Исаии, дабы, пробудившись, если и забудет его слова, как совершенно новые, будучи вскормлен писанием, вспомнил слова пророческие, а вместе с тем привел на память и его слова»
     Такое мнение поддерживается и некоторыми новейшими толкователями на том основании, что, если считать эти слова принадлежащими евангелисту, то речь Ангела представлялась бы неясною и незаконченною.
     Достойно чуда и достойно самого себя воскликнул ангел, говоря: "сие же все бысть". Он видел море и бездну человеколюбия Божия; видел явленным на деле то, осуществления чего никогда нельзя было и ожидать; видел, как законы природы нарушились, примирение совершилось, - Превысший всех нисходит к тому, кто всех ничтожнее, средостение рушится, преграды упраздняются; видел еще и больше того - и в немногих словах выразил чудо: "сие же все бысть, да сбудется реченное от Господа". Не думай, говорит он, будто это ныне только определено; это в древности было предобразовано, - как то и Павел старался везде показать. Затем, (ангел) отсылает Иосифа к Исаии, чтобы, пробудившись, если и забудет его слова, как совершенно новые, будучи вскормлен Писанием, вспомнил слова пророческие, а вместе с ними привел на память и его слова. Он не сказал этого жене, потому что она, как отроковица, была еще неопытна; а предлагает пророчество мужу, как человеку праведному, который углублялся в писания пророков. И сперва говорит он Иосифу: Мариам жену твою; а теперь, приводя слова пророка, вверяет ему тайну, что она Дева. Иосиф не так скоро успокоился бы мыслями, слыша от ангела, что она Дева, если бы прежде не услышал того от Исаии; от пророка же он должен был выслушать это не как что-либо странное, но как нечто известное и долго его занимавшее. Потому-то ангел, чтобы слова его удобнее были приняты, приводит пророчество Исаии; и не останавливается на том, но возводит пророчество к Богу, говоря, что это слова не пророка, но Бога всяческих. Потому и не сказал он: "да сбудется реченное Исаиею", но говорит: "да сбудется реченное от Господа". Уста были Исаии, но пророчество дано свыше.

Стих 1:23

се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему Еммануил, что значит: с нами Бог.
сé, Дѣ́ва во чрéвѣ прiи́метъ и роди́тъ Сы́на, и нарекýтъ и́мя емý Емманýилъ, éже éсть сказáемо: съ нáми Бóгъ.
се2, дв7а во чре1вэ пріи1метъ и3 роди1тъ сн7а, и3 нарекyтъ и4мz є3мY є3мманyилъ, є4же є4сть сказaемо: съ нaми бг7ъ.

     Приведенные Ангелом (или, по другому мнению, самим евангелистом) слова встречаются у пророка Исаии (Ис. 7:14). Они приведены с незначительными отступлениями по переводу Семидесяти, сказаны были Исаией иудейскому царю Ахазу по случаю нашествия на Иудею сирийского и израильского царей. Слова пророка ближе всего указывали на современные ему обстоятельства. Употребленное в еврейском тексте и греческом переводе слово «Дева» означает буквально деву, родившую сына естественным путем и от мужа (см. (Ис. 8:3), где та же дева называется пророчицей). Но затем мысль пророка расширяется, он начинает созерцать будущие события, которые наступят при полной перемене современных ему обстоятельств – вместо нашествия израильского и сирийского царей Иудею подчинит царь ассирийский. Он
«пойдет по Иудее, наводнит ее и высоко поднимется – дойдет до шеи; и распростертие крыльев ее будет во всю широту земли Твоей, Еммануил» (Ис. 8:8)!
     Если в первом пророчестве следует понимать обыкновенную деву, обыкновенное рождение и обыкновенного иудейского мальчика, названного Еммануилом, то в (Ис. 8:8) этим именем, как видно из слов пророка, называется Сам Бог. Хотя пророчество и не относилось в талмудических писаниях к Мессии, однако ясно можно видеть, что оно имеет высший смысл. Мессианское приложение пророчества сделано было впервые в Евангелии Матфея. Если слова 23-го стиха и были словами Ангела, то выражение «что значит» и прочее следует приписать самому евангелисту. Это обычное греческое выражение, показывающее, что еврейское слово или слова переводятся или толкуются при переводе с еврейского на греческий. По мнению некоторых толкователей, выражение «что значит» служит доказательством, что Евангелие Матфея было первоначально написано не на еврейском языке, а на греческом. С другой стороны, говорили, что когда Евангелие было переведено на греческий, то в то время уже было вставлено выражение или переводчиком, или самим евангелистом.
     Достойно чуда и достойно самого себя воскликнул ангел, говоря: "сие же все бысть". Он видел море и бездну человеколюбия Божия; видел явленным на деле то, осуществления чего никогда нельзя было и ожидать; видел, как законы природы нарушились, примирение совершилось, - Превысший всех нисходит к тому, кто всех ничтожнее, средостение рушится, преграды упраздняются; видел еще и больше того - и в немногих словах выразил чудо: "сие же все бысть, да сбудется реченное от Господа". Не думай, говорит он, будто это ныне только определено; это в древности было предобразовано, - как то и Павел старался везде показать. Затем, (ангел) отсылает Иосифа к Исаии, чтобы, пробудившись, если и забудет его слова, как совершенно новые, будучи вскормлен Писанием, вспомнил слова пророческие, а вместе с ними привел на память и его слова. Он не сказал этого жене, потому что она, как отроковица, была еще неопытна; а предлагает пророчество мужу, как человеку праведному, который углублялся в писания пророков. И сперва говорит он Иосифу: Мариам жену твою; а теперь, приводя слова пророка, вверяет ему тайну, что она Дева. Иосиф не так скоро успокоился бы мыслями, слыша от ангела, что она Дева, если бы прежде не услышал того от Исаии; от пророка же он должен был выслушать это не как что-либо странное, но как нечто известное и долго его занимавшее. Потому-то ангел, чтобы слова его удобнее были приняты, приводит пророчество Исаии; и не останавливается на том, но возводит пророчество к Богу, говоря, что это слова не пророка, но Бога всяческих. Потому и не сказал он: "да сбудется реченное Исаиею", но говорит: "да сбудется реченное от Господа". Уста были Исаии, но пророчество дано свыше.

Не распространяясь о силах Божественного Имени Иисуса, пред Которым преклоняется всякое колено небесных, земных и преисподних, заметим однако же, что, быв собственным именем Спасителя, оно подает повод возражению, почему Иисус Христос не назывался Еммануилом, как предсказывал Пророк Исайя. Враги религии, как-то Иудеи, язычники, древние еретики, ставили ей в упрек сие мнимое противоречие, между тем, нет ничего легче, объяснить сие. Имя Еммануил было предсказано не как собственное имя Иисуса Христа, но как имя, означавшее, чем должен быть Иисус Христос, и действительно, поелику Он был в одно время и Бог и человек и обращался с людьми, то Он воистину был Еммануил, то есть: с нами Бог. Подобным образом, тот же Исайя говорил:
«и нарицается имя Его: Чуден Советник, Бог крепкий, Князь мира, Отец будущего века» (Ис. 9:6);
это не значит, будто каждое из сих имен должно быть Его собственным именем, но показывает только то, что Он будет всем, что означают имена сии, и что каждое из них Ему прилично.

Стих 1:24

Встав от сна, Иосиф поступил, как повелел ему Ангел Господень, и принял жену свою,
Востáвъ же Иóсифъ от снá, сотвори́ я́коже повелѣ́ емý áнгелъ Госпóдень, и прiя́тъ женý свою́,
Востaвъ же їHсифъ t снA, сотвори2 ћкоже повелЁ є3мY ѓгг7лъ гDень, и3 пріsтъ женY свою2,

     Когда Иосиф пробудился от сна, то поступил так, как повелел (собственно, предначертал, установил, определил) ему Ангел Господень.
     Видишь ли послушание и покорный ум? Видишь ли человека решительного, и во всем прямодушного? Когда он подозревал Деву в чем-то неприятном и неприличном, то не хотел держать ее у себя. Когда же освободился от такого подозрения, не только не захотел выслать ее, но держит и делается служителем воплощения. И прият, говорит Писание, Мариам жену свою. Видишь ли, как часто евангелист употребляет это имя, не желая до времени открыть тайну девства, чтобы устранить всякое худое подозрение?

Стих 1:25

и не знал Ее, как наконец Она родила Сына Своего первенца, и он нарек Ему имя: Иисус.
и не знáяше ея́, дóндеже роди́ Сы́на своегó пéрвенца, и наречé и́мя емý Иисýсъ.
и3 не знazше є3S, до1ндеже роди2 сн7а своего2 пе1рвенца, и3 нарече2 и4мz є3мY ї}съ.

     В этом стихе нужно объяснить прежде всего слова «как наконец», буквально «до», в славянском переводе – «дондеже», доколе. По мнению древних и новых толкователей, слово это не имеет такого значения: «до, следовательно после» (ср. (Быт. 8:7); (Пс. 89) и др.). Правильное объяснение этого стиха таково: евангелист говорит только о времени «до» рождения Младенца, а о последующем времени не говорит и не рассуждает. Вообще
«что было после рождения, о том предоставляется судить тебе самому» (свт. Иоанн Златоуст)
     Слово «первенца» отсутствует в Синайской и Ватиканской рукописях. Но в других рукописях, менее важных, но зато многочисленных, слово это прибавлено. Оно встречается в Евангелии от Луки (Лк. 2:7), где нет разночтений. Означает и первого – последнего, но не всегда. В некоторых случаях – первого сына, за которым следовали другие.
      «Он назвал» – выражение это относится к Иосифу. Он нарек имя Младенцу согласно повелению Ангела и в силу своей власти, как законного, хотя и не природного отца (ср. (Лк. 1:62–63).
     Здесь евангелист употребил слово "дондеже"; но ты не подозревай из того, будто Иосиф после познал ее. Евангелист дает этим только знать, что Дева прежде рождения была совершенно неприкосновенною. Почему же, скажут, употребил он слово: "дондеже"? Потому, что в Писании часто так делается. Это слово не означает определенного времени. Так и о ковчеге сказано:
"не возвратися вран, дондеже изсше земля" (Быт. 8:7, 14),
хотя он и после не возвратился. Также о Боге Писание говорит:
"от века и до века Ты еси" (Пс. 89:2),
но тем не полагает пределов. И опять, когда благовествуя говорит:
"возсияет во днех его правда и множество мира, дондеже отъимется луна" (Пс. 71:7),
тем не означает конца для этого прекрасного светила. Так и здесь евангелист употребил слово - дондеже, в удостоверение о том, что было прежде рождения. Что было после рождения, о том предоставляет судить тебе самому. Что тебе нужно было узнать от него, то он и сказал, то есть, что Дева была неприкосновенною до рождения. А что само собою видно из сказанного, как верное следствие, то предоставляет собственному твоему размышлению, то есть, что такой праведник (каков Иосиф) не захотел познать Деву после того, как она столь чудно соделалась материю, и удостоилась и родить неслыханным образом, и произвести необыкновенный плод. А если бы он познал ее, и действительно имел женою, то для чего бы Иисусу Христу поручать ее ученику как безмужнюю, никого у себя не имеющую, и приказывать ему взять ее к себе?
     Но скажут: как же Иаков и другие называются братьями Иисуса Христа? Так же, как и сам Иосиф был почитаем мужем Марии. Многими завесами до времени сокрываемо было рождение Христово. Потому и Иоанн назвал их также (братьями), говоря:
"ни братия бо Его вероваху в Него" (Ин. 7:5)
     Впрочем, прежде неверовавшие сделались после достойными удивления и славными. Так, когда Павел прибыл в Иерусалим для рассуждения о вере, тотчас явился к Иакову, который так был уважаем, что его первого поставили епископом. Рассказывают также, что он вел такую строго-подвижническую жизнь, что все члены его омертвели, что от непрерывной молитвы и беспрестанных земных поклонов лоб у него отвердел, до такой степени, что жесткостью не отличался от колен верблюда. Он и Павла, который после опять приходил в Иерусалим, вразумляет, говоря:
"видиши ли, брате, колико тем есть собравшихся" (Деян. 21:20)?
     Так велико было его благоразумие и ревность, а лучше сказать: так велика была сила Христова! В самом деле, те, которые поносили Христа во время земной Его жизни, по смерти Его так возревновали о Нем, что совершенно готовы были даже умереть за Него, - что и показывает особенно силу воскресения. Для того славнейшее и соблюдено к концу, чтобы доказательство было несомненно. Если тех, которым дивимся при жизни, забываем по смерти, то как же хулившие Христа при жизни признали Его после Богом, если Он был обыкновенный человек? Как бы решились идти за Него на смерть, если бы не имели ясного доказательства воскресения.
     Оба евангелиста с очевидною, особенною целью указывают на то, что Богочеловек был Первенец. Иудеи, которым обетован был Мессия, по этой причине особенно уважали чадорождение, а неплодство женщины презирали; по этой же причине они особенно уважали первенца между чадами, так как один из первенцев, по мнению их, долженствовал быть ожидаемым Мессией. Вот тот вожделенный и преславный Первенец, — говорят евангелисты, — который удовлетворил желаниям и ожиданиям! После рождения Его уже нет причины бесплодию женщины быть ее бесчестием, а рождаемым отселе первенцам пользоваться особенным значением. Отселе слава переходит от супружества к девству, потому что ожидаемый ПервенецДевственник, и родился от Девы, сохранив ее при рождении и по рождении Девою.
     Приснодева и по рождестве пребывает девою, не имевши до смерти никакого общения с мужем. Если же написано: и не знаяше ея, дондеже роди сына своего первенца (Мф. 1:25), то должно знать, что первенец есть тот, кто рожден первым, хотя бы он был и единородным. Ибо слово первенец означает того, кто родился первым, но не указывает непременно на рождение других. Слово же дондеже, хотя и означает срок определенного времени, но не исключает и последующего засим (времени). (Например), Господь говорит: и се аз с вами есмь во вся дни до скончания века (Мф. 28:20) не в том смысле, что Он намерен разлучиться (с нами) после скончания века; ибо божественный Апостол говорит: и тако всегда с Господем будем (1 Фес. 4:17), т. е. после общего воскресения. Да, и каким образом Родившая Бога и из последовавшего затем опытно узнавшая чудо допустила бы соединение с мужем? Нет. Даже думать так, не то, что делать, не свойственно здравомыслящему уму.
Источник: "Точное изложение православной веры". Книга четвертая. Глава XIV. О родословии Господа и о святой Богородице

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл

     Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

     Рождественский пост, который подходит ныне к концу, обращает наше внимание на духовный подвиг людей, живших до Христа Спасителя. Большинство праздников, посвященных ветхозаветным пророкам, приходится на время Рождественского поста. И богослужения в честь ветхозаветных пророков помогают нам понять смысл и значение того служения, которое они совершали.

     Два же последних воскресенья перед Рождеством Христовым, именуемых на языке церковного Устава Неделей праотец и Неделей отец, посвящены всем ветхозаветным угодникам Божиим, которые хранили обетование о пришествии в мир Спасителя. Они были верны этому обетованию, несмотря на тяжелейшие с духовной точки зрения обстоятельства тогдашней жизни.

     Небольшой иудейский народ окружало море языческих стран и народов. В этих странах была мощная языческая культура, которая поражает даже нас, людей XXI века. Величественные храмы в долине Нила, египетские пирамиды как бы вобрали в себя всю мощь той языческой цивилизации. Развитые ремесла, сельское хозяйство, армия, наука, точные науки, позволявшие строить эти величественные сооружения, — всё это являло огромную мощь. Что перед этой мощью были по большей части незнатные, малоизвестные люди, жившие в Палестине, которых называли пророками? Что была их сила перед этой потрясающей воображение людей силой языческой цивилизации?

     В чем же ошибочность и греховность этой цивилизации? В том, что в основе ее было поклонение ложным богам. Люди в поисках Бога зашли в духовный тупик и обожествили то, что Богом не является. И поскольку это было ложное поклонение ложным богам, то оно сопровождалось и опасным, ложным, неправильным, небогоугодным образом жизни. Люди жили по закону инстинкта, и все, что способствовало раскрепощению этого инстинкта, все, что способствовало наслаждению, и было в центре внимания тех древних людей, а все остальное должно было обслуживать эту ложную, языческую жизнь.

     Нельзя сказать, чтобы языческое окружение не влияло на тех, кто сохранял веру в единого истинного Бога Творца. Многие в израильском народе, под влиянием всей этой роскоши и мощи окружавшего их мира, преклоняли свои колена пред ложными богами и, наверное, руководствовались при этом очень простым принципом: «Мы что, хуже других? Посмотрите, как они хорошо живут, какие у них мощные государства, какая у них армия, как они хорошо питаются, какие у них красивые храмы и жилища!»

     Многие искушались, видя перед собой силу языческого мира. Но были и те, кто не поддавался искушениям, — их-то и называли пророками. Они шли как бы наперекор течению, оставаясь внутренне свободными и подчиненными только Богу. И Бог в ответ на этот подвиг мужественного хранения веры даровал тем людям благодать Святого Духа. Святой Дух, как исповедуем мы в Символе веры, говорил через пророков, и потому слова их несли Божественную мудрость и силу, помогали народу сохранять истинную веру, а когда народ отступал, то грозное обличение пророков помогало сохранить веру.

     Значение Рождества Спасителя в том, что Он дал возможность иметь дар Святого Духа не только отдельным великим и сильным духом людям, но каждому человеку, потому что через рождение и жизнь Спасителя, через Его страдания, Крест и Воскресение нам ниспосылается благодать Святого Духа. И каждый, кто желает обрести эту благодать — ту самую, которая вдохновляла пророков, — должен лишь иметь веру в сердце и креститься во имя Отца и Сына и Святого Духа. И то, что имели избранные, получаем мы все. В каждом есть Дух Святой, по слову апостола, и этот Дух способен и нас вразумлять, и нас делать сильными.

     Искушения древнего мира по-прежнему остаются искушениями рода человеческого. Мы видим, как построенная некогда на христианской основе европейская цивилизация постепенно превращается в цивилизацию языческую, из которой изгоняется поклонение истинному Богу, а на место Бога возводится культ человека, культ потребления. Жизнь по закону инстинкта становится ценностью, которую эта цивилизация проповедует. И опять, как в глубокой древности, на стороне этой цивилизации — сила, которая поражает воображение; богатство, которое застилает глаза. И, наверное, многим хочется сказать: «Но ведь там так прекрасно, там такая сила, такое богатство, такие наслаждения! Я что, хуже всех? И я хочу жить так».

     Как было трудно древним пророкам, ветхозаветным праотцам и отцам, противостоять искушениям! Они были в одиночестве и один на один боролись с окружавшей их языческой реальностью. Но мы сегодня не один на один противостоим языческому миру. Мы, все вместе — Церковь Божия, в которой живет и действует Святой Дух. Укрепляемые Таинством, мы просвещаем свой ум, закаляем свою волю, возвышаем свои чувства. У нас есть та сила, которой не было даже у пророков, — это сила общей веры и молитвы, это сила, которая даруется через сопричастность к Таинству Церкви.

     Но как часто не хватает нам и этих сил, и нередко мы оказываемся буквально раздавлены, разрушены этими внешними обстоятельствами языческой жизни. Память о ветхозаветных святых и дается нам в преддверии праздника Рождества Христова, чтобы в полной мере оценить все то, что Бог во Христе принес людям, чтобы в полной мере почувствовать и осознать, каким великим Божественным сокровищем мы обладаем. Эти дни даны нам также для того, чтобы укрепить свою веру, осознать суетность и греховность языческого мира и делать все, чтобы наша национальная жизнь всегда питалась от своих христианских истоков, чтобы народ наш черпал из этих источников благодатную силу, действием которой наша культура становится носителем высочайших духовных ценностей.

     Апостол учит нас, что наша брань не против крови и плоти (Ефес. 6:12). Да, действительно, христианин не борется с людьми, но христианин призван бороться с грехом. И да поможет нам Господь, ради нашего спасения родившийся в Вифлееме, обретать победу над всеми теми силами, которые как в древности, так и ныне борются с верой. От нашей победы, от победы рода человеческого над этими стихиями мира сего зависит существование рода человеческого. Именно поэтому вопрос о вере, о принятии Христа в сердце есть не второстепенный вопрос нашей жизни, но самый фундаментальный, от решения которого зависит не только наш личный облик, но облик всего рода человеческого.

Аминь.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл
проповедь Святейшего Патриарха КИРИЛЛА в Неделю перед Рождеством Христовым, святых отец 3 января 2010 года
Создание и сопровождение сайта:   Студия AleGrans.ru