"Охридский пролог" святителя Николая Сербского: 4 июля (21 июня)

В начало

Дата:
Праздник:

Неделя:
Пост:
День памяти святых:
Апостольские и Евангельские чтения дня:
"Мысли на каждый день года" свт. Феофана Затворника:
подписка на новости сайта - просто введите Ваш email:
на указанную почту поступит письмо для подтверждения подписки (проверяйте папку "спам" - письмо может попасть и туда)

богословские курсы ВКонтакте

Перейти в календарь

охридский пролог святитель Николай Сербский

1. Мученик Иулиан Тарсийский.

     Был благородного, сенаторского происхождения. Жил в Тарсе Киликийском, пострадал в правление Диоклетиана. Хотя ему было всего 18 лет от роду, когда подвергли его истязаниям за веру, святой Иулиан был достаточно воспитан и утвержден в христианском благочестии. Целый год царский наместник водил его за собой из города в город, непрестанно пытая его и уговаривая отречься от Христа. Мать Иулиана следовала издали за своим сыном. Когда наместник схватил ее и послал увещевать своего сына, чтобы тот отверг Христа, она три дня давала в темнице сыну противоположные советы, научая его и ободряя не падать духом, но с благодарением Богу и мужеством идти на смерть. Тогда мучители зашили Иулиана в мешок с песком, а [также] со змеями и скорпионами, и бросили в море; мать Иулиана в мучениях скончалась.

     Морские волны выбросили мощи святого Иулиана на берег. Верующие перенесли их в Александрию и с честью похоронили. [Было это] в 290 году. Впоследствии эти мощи были перенесены в Антиохию. Сам святитель Иоанн Златоуст в свое время произнес похвальное слово святому мученику Иулиану.
«Из уст [этого] мученика, — сказал Златоуст, — исходил святой голос, а вместе с голосом изливался свет, яснейший солнечных лучей».
И еще:
«Возьми кого бы то ни было, умалишенного и бесноватого, и приведи к этой святой гробнице, где покоятся мощи мученика, — и ты увидишь, как он (демон) непременно выскочит и побежит, словно от палящего жара».
Из этих слов очевидно, сколь многие чудеса должны были совершаться у раки святого Иулиана.

2. Преподобные Иулий пресвитер и Иулиан диакон.

     Родные братья из греческой области Мирмидонии. С малых лет воспитаны в христианстве, причем дали обет до конца дней хранить девство и служить Церкви. Иулий был пресвитером, а Иулиан — диаконом. От царя Феодосия Младшего они получили грамоту, позволявшую им по всей империи разрушать кумиров и строить христианские храмы. Словно два Апостола, эти два брата, обходя Восток и Запад, обращали иноверных в христианство и сооружали церкви. За свою жизнь они воздвигли 100 храмов. Мирно упокоились в Господе близ Медиолана. Жители Медиолана призывают святого Иулия в помощь против волков.


(Прим. - Ред.)

Однажды какие-то люди проезжали мимо строившейся церкви. Опасаясь, что их начнут уговаривать принять участие в работе, они пошли на обман, чтобы быстрее миновать это место. Один из них притворился мертвым и, когда святой Иулий пригласил их принять участие в труде, они отговорились тем, что везут хоронить мертвеца. Святой спросил: "Не лжете ли вы, чада?" Проезжие стояли на своем. Тогда преподобный Иулиан сказал им: "Так пусть же будет вам по слову вашему". Отъехав на некоторое расстояние, они увидели, что мнимый мертвец действительно умер. Никто больше не смел лгать святым братьям.

источник: официальный сайт Московской Патриархии

3. Мученик Арчил, царь Иверский.

     Арчил был сыном царя Стефана и внуком грузинского царя Вахтанга. Великий христианин и защитник христианства, царь Арчил претерпел мучения от мусульман и был усечен за Христа 20 марта 744 года. Было ему 80 лет, когда пострадал он за Господа и преставился в блаженную вечность.


(Прим. - Ред.)

В царствование Арчила II Грузия подверглась опустошительному нашествию Мурвана-Кру (Глухого), прозванного так грузинским народом за его неумолимую жестокость. Положение грузин было безвыходным, и царь Арчил II, вместе со своим братом Миром, правителем Западной Грузии, со слезами просили заступничества у Пресвятой Богородицы. И Она явила Свою милость.
В сражении при реках Абаша и Цхенис-цхали грузины чудесным образом одержали победу над значительно превосходившими силами Мурвана-Кру.

После этой победы благоверный царь Арчил II занялся восстановлением грузинского царства. Он восстановил город Нухпатис, возобновил разрушенные храмы в Мцхете и способствовал принятию христианства многими горскими племенами. Однако вскоре Грузия подверглась новому арабскому нашествию - неожиданному вторжению Джиджум-Асима. Исправно выплачивая дань арабам, благоверный царь не ожидал этого нападения. Чтобы избавить страну от нового разгрома и от навязываемого ей ислама, он счел за благо самому явиться к Джиджум-Асиму, признать вассальную зависимость Грузии и испросить мира. Возлагая всю надежду на милосердие Божие и приготовившись положить душу свою за святую веру и за свой народ, святой Арчил явился в стан арабов. Джиджум-Асим принял его гостеприимно и обещал свое покровительство, но настаивал на принятии мусульманства. Как повествует "Летопись Грузии", святой царь Арчил спокойно отвечал:
"Не будет того, чтобы я оставил Христа, Истинного Бога, Который для нашего спасения принял на Себя плоть человеческую. Знай, если я послушаюсь тебя, то умру вечной смертью и буду страдать вечно; если же за мою твердость ты предашь меня смерти, то я воскресну, как и Господь мой, и приду к Нему".
Услышав эти слова, Джиджум-Асим приказал связать исповедника и отвести в темницу. Но ни пытки, ни уговоры, ни обещания не могли сделать благоверного царя Арчила вероотступником.
20 марта 744 года святой царь Арчил был предан мученической смерти через усечение. Тело мученика тайно вывезли грузины-христиане в местечко Эрцо и погребли в Кахетии, в Ноткорской церкви, построенной самим благоверным царем.

источник: официальный сайт Московской Патриархии

4. Мученик Луарсаб II, царь Карталинский.

святой также именуется: святой мученик благоверный царь Грузинский Луарсаб II

     Его отец, Георгий X, пострадал за веру и был отравлен персидским шахом. Луарсаба же ввергли в темницу близ Шираза, в которой провел [он] 7 лет. 21 июня 1622 года, по приказу шаха Аббаса I, он был повешен в заточении вместе с двумя слугами. На его гробнице был виден небесный свет.

5. Стихотворение

Девяносто девять Божьих храмов
Строит Иулий с братом Иулианом.
А затем Иулиан решает
Брату старшему соорудить гробницу.
Рек, ее увидев, Иулий кроткий:
«Милый брат, себе ты гроб устроил,
Бог тебя зовет в чертог небесный;
Мне же выстроить Христос повелевает
Церковь сотую на острове далеком».
Как сказал он — так и совершилось:
Младший брат в обитель горнюю вселился,
Старший — церковь сотую воздвигнул,
Божьих алтарей число восполнив.
Честной жизни до конца свершив теченье,
В вечность [к брату] перешел [родному].

6. Рассуждение

святитель Николай Сербский Охридский Пролог

     Когда человек только начинает упражняться в молчании, то молчание представляется ему чем-то более низким, чем речь. Но когда навыкнет он безмолвствовать, то поймет, что речь ниже молчания. Монах сказал преподобному Сисою:
«Хотел бы я соблюсти сердце мое, но не могу»,
- на что старец ему ответил:
«Как можем мы соблюсти сердце, если дверь нашего сердца - язык - постоянно открыта?»

     Однажды Гарилеуса, племянника Ликурга, спросили, почему его дядя издал так мало законов. Тот ответил:
«Не нужно много законов тем, кто много не говорит».


(Прим. - Ред.)

зриПатрология: о многоглаголании и молчании


Слово 11. О многоглаголании и молчании

1. В предшествовавшем слове мы сказали кратко о том, сколь бедственно и вредно судить ближних, вернее же самим судимыми быть и страдать от собственного языка; что случается и с мнимо духовными мужами. Ныне же порядок требует, чтобы мы показали причину сего порока и дверь, которою он входит в нас, или вернее, которою он из нас выходит.

2. Многоглаголание есть седалище, на котором тщеславие любит являться и торжественно себя выставлять. Многоглаголание есть признак неразумия, дверь злословия, руководитель к смехотворству, слуга лжи, истребление сердечного умиления, призывание уныния, предтеча сна, расточение внимания, истребление сердечного хранения, охлаждение святой теплоты, помрачение молитвы.

3. Благоразумное молчание есть матерь молитвы, воззвание из мысленного пленения, хранилище божественного огня, страж помыслов, соглядатай врагов, училище плача, друг слез, делатель памяти о смерти, живописатель вечного мучения, любоиспытатель грядущего суда, споспешник спасительной печали, враг дерзости, безмолвия супруг, противник любоучительства, причащение разума, творец видений. Неприметное предуспеяние, сокровенное восхождение.

4. Познавший свои прегрешения имеет силу и над языком своим; а многоглаголивый еще не познал себя, как должно.

5. Любитель молчания приближается к Богу, и тайно с Ним беседуя, просвещается от Него.

6. Молчание Иисусово постыдило Пилата; и безмолвие уст благочестивого мужа упраздняет тщеславие.

7. Петр Апостол изрек слово, и потом плакася горько, забыв изречение Псалмопевца: «рех сохраню пути моя, еже не согрешати ми языком моим» (Пс. 38:2); и слово другого мудрого мужа: «лучше пасть с высоты на землю, нежели от языка» (Сир. 20:18).

8. Но не хочу много писать о сем, хотя коварство страстей и побуждает меня к тому. Впрочем скажу, что я узнал некогда от одного человека, который беседовал со мною о молчании уст. «Многоглаголание», – сказал, – «рождается непременно от которой-нибудь из сих причин: или от худой и невоздержной жизни и привычки (ибо язык, будучи естественным членом сего тела, чему научится, того по навыку и требует); или, что наиболее бывает в подвизающихся, от тщеславия, а иногда и от многоядения. Посему часто бывает, что многие с некоторым насилием и изнеможением укрощая чрево, обуздывают вместе и язык и многословие».

9. Кто возымел попечение об исходе из сей жизни, тот пресек многословие; и кто приобрел плач души, тот отвращается многоглаголания, как огня.

10. Возлюбивший безмолвие затворил уста свои; а кто любит выходить из келлии, тот бывает изгоним из нее страстию многоглаголания.

11. Познавший благоухания огня, сходящего свыше, бегает многолюдных собраний, как пчела – дыма. Ибо как дым изгоняет пчелу, так и сему нетерпимо многолюдство.

12. Не многие могут удержать воду без плотины; и еще менее таких, которые могут удерживать уста невоздержные.

На одиннадцатой степени одержавший победу одним ударом отсек множество зол.

источник: преподобный Иоанн Лествичник "Лествица или Скрижали духовные. Слово 11. О многоглаголании и молчании"

7. Созерцание

Исцеление слепого

Исцеление слепого; двусторонняя икона-таблетка, Новгород, вторая половина XVI в.; место хранения: Новгородский гос. историко-архитектурный и художественный музей-заповедник, Новгород, Россия


     Да созерцаю чудесное исцеление слепого Вартимея (Мк. 10:46-52), а именно:
1) как Вартимей с верой вопиет ко Господу об исцелении — и как Господь его исцеляет;
2) как и я, слеп[отствуя] душой, сижу близ дороги, по которой проходит Господь; и если воззову я к Нему - Он меня уврачует.


(Прим. - Ред.)

зриИконография: двусторонние иконы-"таблетки"


     Так называемые таблетки (то есть небольшие иконки, написанные на туго пролевкашенной паволоке) широко применялись, насколько нам известно, лишь на Руси. Недаром они привлекли такое внимание антиохийского патриарха Макария, чье путешествие в Россию в половине XVII века описал его сын архидиакон Павел Алеппский. Из нижеприводимого текста явствует, что эти таблетки были для них чем-то необычным и поэтому они ими живо заинтересовались при посещении московского Успенского собора:
«Знай, что в этой великой церкви, а также в соборах Архангельском и Благовещенском и во многих больших церквах и монастырях находятся ковчеги наподобие книги, крытые бархатом или парчой, посеребренные и позолоченные. Они заключают в себе двенадцать изящных икон на тоненьких дощечках* (* здесь таблетки из туго пролевкашенной паволоки ошибочно называются тоненькими дощечками), на каждой иконе с обеих сторон изображены святые одного месяца; или ковчег заключает в себе шесть образов, и тогда на каждой стороне образа бывает изображение святых одного месяца. Эти ковчеги именуются годовыми, ибо в них заключаются иконы всех святых, коих память совершается в течение дней года, со всеми господскими праздниками, семью (вселенскими) соборами и иными праздниками и святыми, греческими и русскими. В каждой церкви имеется не один такой ковчег, но три и четыре, разных видов и размеров. Они хранятся на полках аналоев, покрытых пеленой и стоящих перед дверьми алтарей. Экклесиарх вынимает икону каждого месяца и кладет лицевою стороною (на аналой), оставляя до конца месяца. После него вынимает другую. Перед ней всегда стоит свеча».

     В музеях СССР имеется немалое число таких таблеток, но все они разрозненны, а потому носят случайный характер. Наиболее полный подбор таблеток хранится в Суздальском историко-художественном музее (серия, включающая двадцать таблеток из Рождественского собора) и в Новгородском историко-архитектурном музее-заповеднике (серия из восемнадцати таблеток Софийского собора, так называемые софийские святцы). Софийские святцы небольшого размера (24 х 19.5 см), отличаются высокохудожественным исполнением и по времени предшествуют суздальским таблеткам.

     Строго говоря, таблетки в такой же мере принадлежат к станковой живописи, как и к миниатюре. Они стоят на грани между этими двумя видами искусства. Таблетки предназначались для того, чтобы класть их на аналой в дни тех церковных праздников либо в дни поминовения тех святых, которые были изображены на святцах. На аналое они сменяли друг друга соответственно ходу церковного календаря и здесь были доступнее для поклонения, нежели большие иконы, входившие в состав иконостаса и рассчитанные на восприятие издалека. В самом факте появления столь маленьких икон дает о себе знать более интимное отношение к религии: икона приближается к верующему, между ними устанавливается более прямая и непосредственная связь.

     Тематика новгородских таблеток охватывает не только двунадесятые праздники, но и ряд других церковных праздников. На обороте таблеток чаще всего даются изображения различных святых в рост, продолжающие традиции излюбленных новгородцами икон с избранными святыми.

     Обычно принято считать, что подбор софийских святцев является полным и что в эту серию более не входили никакие иконы. Однако самое поверхностное ознакомление с тематикой этого цикла показывает, что в нем недостает существенных звеньев. Это прежде всего касается евангельского цикла, в котором не могли отсутствовать такие сюжеты, как Рождество Христово, как Преображение, как Вход в Иерусалим, как недостающие сцены Страстей, как Сошествие во ад. Непонятно также отсутствие Успения и полное отсутствие сцен из жизни Иоанна Предтечи.

     Основная и, пожалуй, наиболее качественная группа таблеток следует лучшим новгородским традициям XV века. Это легко прослеживается в таблетках с разреженными композициями, в таких, например, как Иоанн Предтеча в пустыне, Уверение Фомы, Распятие, Три отрока в пещи огненной, Беседа Христа с книжниками. Художественный язык многофигурных сцен гораздо менее лаконичен. Здесь композиции делаются все более перегруженными и дробными, чему сопутствует изменение самих форм, приобретающих изящный и хрупкий характер. Как ни хороши отдельные таблетки, тонкостью письма и нежностью своих красок невольно заставляющие вспомнить о работах Дуччо, в них все же определенно чувствуется спад творческой энергии. Вступает в свои права любование художественным приемом, которому присущ оттенок известной стереотипности. При всем виртуозном мастерстве исполнения в таблетках уже нет той очаровательной наивности и чистоты чувства, которые так подкупают в новгородских иконах первой половины XV века. В этом искусстве fin de siècle явно ощущается приближение новой эпохи, а вместе с тем и кризиса новгородской живописи, наступившего в XVI столетии.

     Наличие в таблетках различных стилистических направлений, указывают на то, что наиболее вероятным временем их изготовления является рубеж XV–XVI веков, падающий на годы архиепископства Геннадия (1484–1504), ставленника Москвы и ревностного борца с ересью жидовствующих. В это время хорошие старые традиции себя еще не изжили, а новые только начали складываться. Этим и объясняется сосуществование различных манер письма — более свободной и живописной и более сухой и графической, тяготеющей к «мелкописи».

     В свое время я назвал софийские таблетки «лебединой песнью» новгородской живописи. И сейчас, после всех новых открытий, эта оценка остается в силе. Действительно, ничего равного им по блеску исполнения в новгородской иконописи XVI века мы не найдем. И если они уступают в свежести и непосредственности восприятия более ранним новгородским иконам, то по тонкости и изяществу письма они остаются в какой-то мере непревзойденными.

источник: Лазарев В. Н. "Страницы истории новгородской живописи. Двусторонние таблетки из собора Св. Софии в Новгороде"

8. Проповедь о севе и жатве.

толкование Книги Притчей Соломоновых


"Сѣ́явый зла́я по́жнетъ зла́я, я́зву же дѣ́лъ свои́хъ соверши́тъ."
"Сёzвый ѕл†z по1жнетъ ѕл†z, ћзву же дёлъ свои1хъ соверши1тъ."
"Сеющий неправду пожнет беду, и трости гнева его не станет."
(Притч. 22:8)

     Если творишь беззаконие, скорбь может и обойти тебя в тот день, когда творишь ты эту неправду; но она услышала голос беззакония и неотвратимо придет в свой урочный день.

     Порой сладок бывает сев, да горька жатва. Некий сев похож на жизнь, но плод его и урожай — смерть. Смотри внимательно и научись из Священного Писания:
- Ева посеяла беззаконие через непослушание — и объяли ее муки рождения;
- Каин посеял беззаконие через братоубийство — и сдавили его муки бессонного скитания по земле;
- Содом и Гоморра посеяли беззаконие — и пожали беду ужасной смерти;
- сыновья первосвященника Илии посеяли беззаконие, творя скверну рядом с ковчегом Завета, — и пожали беду, ибо горестно лишились жизни в сражении с филистимлянами.
- Вспомни Саула, его неправды и его бедствия.
- Перенесись мыслью к Ахаву и Иезавели, затем к Ироду и Иуде.

     Воскреси в памяти день сегодняшний, потом вчерашний, и позавчерашний, да и любой день из прошлого - и прислушайся к словам, изрекаемым ежедневно:
"Сеющий беззаконие пожнет муку!"

     Есть ли такое село в мире, для которого это правило не стало очевидной истиной? Есть ли такой кров, который не таит под собой такую науку? Существует ли хоть один живой человек, который не удостоверился в подлинности этих слов на красноречивых примерах вокруг себя?

     О Господи Премудрый, если бы не ведали мы Твою волю, то были бы менее ответственны. Но коль [скоро] Ты, Премилостивый, дал нам ее познать, то прибавь нам сил, чтобы исполняли мы ее во все дни нашей жизни. Тебе слава и [по]хвала вовеки. Аминь.


(Прим. - Ред.)

зриДогматическое богословие: правда


Что же такое правда? Ибо сие, думаю должно прежде раскрыть в слове, чтобы, когда обнаружится ее красота, тогда уже возбудилось в нас влечение к красоте видимого. Ибо не возможно возыметь пожелание чего либо не виданного; напротив того естество наше в рассуждении незнакомого нам как-то недейственно и неподвижно, если посредством слуха или зрения не приобретет какого либо понятия о вожделеваемом.

Потому некоторые исследователи подобного сему говорят, что правда есть "соблюдете правила, воздавать каждому равно и по достоинству".

Например, если кто сделается полным господином при раздаче денег; то имеющий в виду равенство и подаяние соразмеряющий с потребностью получающих называется правдивым.

И если кто, получив власть судить, произносит приговор, не по милости какой и вражде, но следуя свойству дел, и наказывает достойных того, и оправдывает своим приговором неподлежащих ответственности, и о прочих спорных делах творит суд по истине; то и он называется правдивым.

И назначающий подати с подначальных, когда налагает подать соразмерную с силами, и владыка дома, и начальник города, и царь народов, — если каждый из них правит подвластными, не властью неразумных побуждений движимый, но по правоте судя ему покорных, и в решении дела сообразуясь с поведением подначальных; то определяющие правду соблюдением сказанного правила все сему подобное означают именем правды.

Но, взирая на высоту божественного законоположения, полагаю, что здесь под правдою разумеется нечто большее сказанного. Ибо если спасительное слово изрекается вообще для всего человеческого рода, не всякому же человеку можно быть в числе поименованных (ибо царствовать, начальствовать, творить суд, иметь во власти раздачу денег, или другое какое смотрение, — удел не многих; великое же множество состоит под начальством и смотрением других); то как согласиться кому либо, что истинна та правда, которая не всему роду предлагается в равной степени?
Ибо если, по словам внешних мудрецов, цель правды — управление; а где преимущество, там нет равенства: то данного о правде понятия не возможно признать истинным; потому что оно немедленно обличается неравенством в жизни. Посему какая же правда, простирающаяся на всех, вожделение которой, как общее, предлежит всякому, имеющему в виду евангельскую трапезу, богат ли он, или беден, рабствует, или господствует, знатного ли рода, или купленный раб, так что никакое внешнее обстоятельство не увеличивает, и не умаляет, понятия правды? Ибо если может она находиться только в том, кто выше прочих властью какою и преимуществом; то почему праведен поверженный у ворот богатого Лазарь, не имеющий у себя ни какого средства для оказания таковой правды: ни начальства, ни власти, ни дома, ни трапезы, ни другого какого житейского запаса, чем можно на деле совершить оную правду? Ибо если правда возможна тому, кто начальствует, оделяет, или вообще имеет что либо под смотрением; тот, кто не заведывает этим, без сомнения, вне возможности творить правду. Почему же сподобляется успокоения не имевший у себя того, чем, по словам многих, отличается правда?

Посему надобно нам искать той правды, вожделевший которой по обетованию насладится ею. Ибо сказано: "блажени алчущии правды: яко тии насытятся".

источник: святитель Григорий НисскийБлаженствах" Слово 4


План созидания четвертого этажа райской пирамиды состоит в жажде правды. Здесь создается потребность в правде, основанная на страстном желании истины, подобном голоду и жажде. Голод и жажда во все времена были побудительным мотивом на земле. Однако здесь идет речь не о плотском голоде и жажде, которые утоляются хлебом и водой. Здесь речь пойдет о более великом голоде и более величественной жажде, о том голоде и о той жажде, которых душа кроткого человека носит в себе и которых вся земля со всеми ее яствами и напитками не может утолить. Человек кроткий, человек-агнец, всегда говорит, что сыт и доволен, потому что молчит и терпит. По сути, великая жажда правды кроется в глубинах души его, как невидимый вулкан.

Легко насытить высокомерного, то есть такого, кто все дни свои на земле употребляет на разрушение своей души. Он питается всякой грязью земной; лишь протолкни его вперед и поставь во главе каравана людского - и он будет сыт и доволен. Однако того, кто воздвиг три первых этажа райской пирамиды своей души, ничто земное, преходящее и тленное, не может насытить. Он смотрит на мир Божьими очами, мыслит Божьим умом и ищет Божью правду.

Под правдой здесь подразумеваются истина и порядок, такие, как Господом было указано в Откровении: истина о Творце, истина о мире, истина о человеке, истина о цели, истина о пути. Истина означает порядок внутри и порядок снаружи, порядок в душе, порядок в теле, в обществе, во всем свете, во всем порядок - это истина.

Точнее говоря, правда состоит из двух частей: знания истины и применения истины. Все, что человеку необходимо знать и делать, чтобы приблизиться к Господу Богу и угодить Ему, названо одним словом - правда. Фарисеи не были жаждущими правды, ибо они утверждали, что имеют правду. И Пилат не был жаждущим правды, несмотря на то, что спрашивал Иисуса: "Что есть истина?" Алчущими и жаждущими правды были все те, которые с самого начала пошли за Христом и не оставили Его до смерти. И сегодня жаждущими правды будут те, которые жаждут Христа, ибо Иисус Христос есть вся полнота правды, вся Истина и весь порядок, как Сам Он сказал о Себе:
"Я есть истина, и Я есть путь".

Тем, которые алчут и жаждут Христа, как совершенства правды, обещано, что они насытятся. Уверовав в это обещание, многие христиане презрели голод плотский и жажду мирскую и отправились искать утоление своей духовной жажды. Многие из них оставляли все мирское, отправлялись отшельниками в пустыни, затворялись в пещерах, становились молчальниками, поднимались на столбы, чтобы взращивать в себе духовную жажду и чтобы эту выпестованную жажду насыщать правдой небесной, то есть Господом Иисусом Христом.

источник: святитель Николай Сербский


В Ветхом Завете правда Божия обычно понималась в смысле справедливого суда, который вершит Бог, карая врагов Израиля (Втор. 33:21), грешников и преступников Закона (Ам. 5:24); (Ис. 5:16; 10:22), или же избавляя того, кто прав (Иер. 9:23; 11:20). По Своей правде Бог избавляет от бед (Пс. 10:7) и, наказывая, являет Свою неподкупную правду (Дан. 9:7); (Вар. 1:15; 2:6).

Однако уже в древнейших текстах Библии, особенно в гимнах, намечается и другое понимание этой высшей правды, основанное не на юридическом представлении о справедливом воздаянии за исполнение или неисполнение Закона. Правда Божия трактуется как щедрая милость Ягве, превозносящаяся над судом, животворящая, готовая простить раскаявшегося грешника.
«Помилуй меня, Боже, по великой милости Твоей, и по множеству щедрот Твоих изгладь беззакония мои... Избавь меня от кровей. Боже, Боже спасения моего, и язык мой восхвалит правду Твою», – взывает Псалмопевец (Пс. 50:3, 16),
и в другом псалме:
"животвори меня правдою Твоею" (Пс. 118:40).
Здесь речь идет об освящении человека Божественной благодатью. В этом же смысле следует понимать слова "блаженны алчущие и жаждущие правды..." (Мф. 5:6) Блажен не тот, кто всеми мерами добивается социальной справедливости, но тот, кто ищет правды Божией.

Эта двойственность в понимании правды Божией, судящей и милующей, сохраняется и в новозаветных писаниях. Так, Апостол Иаков свидетельствует, что есть един Законодатель и Судия, могущий спасти и погубить (Иак. 4:12). Законоположником в нашем естестве начертан нравственный закон (Рим. 2:14-15), а сверх этого иудеям был дан ветхозаветный закон, который восполнен совершенным законом евангельских заповедей (Еф. 2:10). Бог требует исполнения Своих установлений. Он любит правду и ненавидит беззаконие (Евр. 1:9); (1Пет. 3:12), и как Праведный Судия Он воздаст за добродетель и порок (Еф. 5:3); (Рим. 1:18).

Итак, здесь звучит все та же тема Суда, но в отличие от ветхозаветных книг, где часто показывается правосудие Божие в действии (например, изгнание согрешивших прародителей из рая, сожжение Содома и Гоморры, смешение языков и рассеяние племен, наказание Израиля за грехи и вознаграждение его за послушание воле Божией и т.д.), Новый Завет почти вовсе не уделяет места действию Божественного правосудия в жизни отдельных верующих или общин, а отодвигает время Суда к концу века сего. Тем не менее, и в новозаветные времена суд Божий в жизни людей, конечно, совершается, но совершается он чаще всего незримо и как бы естественно. Отчасти он усматривается в том, что праведники, несмотря на все постигающие их бедствия, по благодати Божией пребывают в мирном устроении души и удостаиваются духовных утешений, а закоренелые грешники, даже при видимом благоденствии, непрестанно терзаются своими страстями и беззакониями. Одни уже здесь предвкушают будущее блаженство, а другие – будущие мучения. В конце истории совершится Страшный Суд (Мф. 12:36; 25:31-46), последний и справедливый, на котором Бог воздаст каждому по делам его... соответственно тому, что человек делал, живя в теле, доброе или худое. Тем, которые постоянством в добром деле ищут славы, чести и бессмертия, – жизнь вечную; а тем, которые упорствуют и не покоряются истине, но предаются неправде, – ярость и гнев (Рим. 2:6-8); (2Кор. 5:10).

Хотя на тему эсхатологического Суда достаточно много и сильно сказано в новозаветных писаниях (даже у Апостола языков), она все же не является основной для Евангельского Благовестия в целом. Правда Божия открылась в бесконечности Божественной любви: Сын Божий добровольно принял страдания и смерть, чтобы спасти заблудшего человека. Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных (1Пет. 3:18).
Правда Божия – это прежде всего Божественная милость, благодать спасения, нисходящая с Неба на всех уверовавших во Христа, независимо от дел закона (Рим. 1:17; 3:21).

Никакие дела сами по себе недостаточны, чтобы человек мог ими оправдаться перед Богом, поэтому оправдание он всегда получает даром, как дар Божий, при условии веры и смирения. Учение об этом против законнического понимания праведности развивает Апостол Павел:
"...Мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона" (Гал. 2:16)
"потому что делами закона не оправдается пред Ним (Богом) никакая плоть, ибо законом познается грех" (Рим. 3:20),
а "возмездие за грех – смерть" (Рим. 6:23),
но "как иудеи, так и еллины, все под грехом" (Рим. 3:9).

Итак, спасение и оправдание приемлются верой во Христа, а не являются наградой за дела. Истинная вера не может не проявиться в добродетели (Иак. 2:20-26), поэтому нужны и дела, подтверждающие веру. Но важны не столько дела сами по себе, сколько те мотивы, по которым они совершаются.
Апостол пишет, что ныне, независимо от закона, явилась правда Божия... правда Божия через веру в Иисуса Христа во всех и на всех верующих, ибо нет различия, потому что все согрешили и лишены славы Божией, получая оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе (Рим. 3:21-24).
Бог являет Свою правду в прощении грехов, соделанных прежде... "да явится Он праведным и оправдывающим верующего в Иисуса" (Рим. 3:25-26).
Таким образом, в апостольском учении правда Божия по преимуществу понимается в смысле милости, иначе говоря, – благодати Христовой, освящающей и тем самым оправдывающей кающегося грешника.

Действительно, Сын Божий пришел не судить мир, но спасти мир (Ин. 12:47). Если вспомнить евангельские примеры помилования Спасителем мытарей, блудниц, разбойника, которые ничего не могли предложить в свое оправдание, кроме чистосердечного раскаяния, то становится очевидно, что Бог всегда готов освятить и оправдать человека. Правда Божия в конце времен откроется гневом и Судом только для упорствующих в нечестии, за их нераскаянность. Отмечая непостижимое долготерпение Бога к заблудшим и Его преизобильную милость к кающимся, святой Исаак Сирин пишет, что Богу более приличествует имя «благой», нежели имя «правосудный». Он пишет:
«Как зерно песку не выдерживает равновесия с большим куском золота, так требование правосудия Божия не выдерживает равновесия в сравнении с милосердием Божиим»
– и увещает:
«Будь проповедником Божией благости... потому что много ты должен Ему, а взыскания Его не видно на тебе, и за малые дела, тобой сделанные, воздает Он тебе великим. Не называй Бога только правдивым к тебе, потому что в твоих делах не дает себя познавать правосудие Его. Хотя Давид именует Его правдивым и правым, но Сын Его открыл нам, что паче Он благ и исполнен благостыни. Ибо говорит: благ есть к лукавым и нечестивым... (Лк. 6:35); (Мф. 20:13-15)

Почему также человек именует Бога только правдивым, когда в притче о блудном сыне, блудно расточившем богатство, встречает, что при одном показанном им сокрушении притек и пал на выю его, и дал ему власть над всем богатством Своим? Никто другой не сказал сего о Боге, чтобы мы не усомнились о Нем; напротив того, сам Сын Божий засвидетельствовал о Нем это. Где же правда Божия? Мы – грешники, а Христос за нас умер! Если столько Он милостив, то будем веровать, что не приемлет Он изменения (т.е. не изменяется)»
.

источник: архимандрит Алипий (Кастальский-Бороздин), архимандрит Исайя (Белов)
"Догматическое богословие"


Создание и сопровождение сайта:   Студия AleGrans.ru