"Охридский пролог" святителя Николая Сербского: 5 июля (22 июня)

В начало

Дата:
Праздник:

Неделя:
Пост:
День памяти святых:
Апостольские и Евангельские чтения дня:
"Мысли на каждый день года" свт. Феофана Затворника:
подписка на новости сайта - просто введите Ваш email:
на указанную почту поступит письмо для подтверждения подписки (проверяйте папку "спам" - письмо может попасть и туда)

богословские курсы ВКонтакте

Перейти в календарь

охридский пролог святитель Николай Сербский

1. Священномученик Евсевий, епископ Самосатский.

     Великий обличитель арианства. Когда Антиохийская патриаршая кафедра стала вакантной, по настоянию святого Евсевия на нее был избран Мелетий, великий светоч Церкви, по смерти удостоившийся изрядной похвалы от святителя Иоанна Златоуста. Но ариане в одночасье изгнали этого Мелетия из Антиохии. По кончине Констанция, злочестивого сына святого Константина, на престол взошел горший его — Юлиан Отступник. Во время преследования христиан со стороны последнего святой Евсевий, сняв с себя архиерейские облачения, надел солдатскую одежду и под видом воина обходил гонимые церкви в Сирии, Финикии и Палестине, всюду утверждая православную веру и рукополагая, если было нужно, иереев, диаконов и прочих клириков, а кое-где — и епископов.

     После громкой гибели Юлиана святой Евсевий убедил святителя Мелетия созвать в 361 году Собор в Антиохии. На Соборе присутствовало 27 архиереев. Они еще раз осудили арианскую ересь и провозгласили православную веру — такой, какой она была изложена на Первом Вселенском Соборе. Помимо Мелетия и Евсевия на Антиохийском Соборе особо выделялся святитель Пелагий Лаодикийский, известный девственник и подвижник. Антиохийский Собор состоялся в правление благочестивого царя Иовиана. Однако этот царь вскоре умер, и вместо него воцарился нечестивый Валент, вкупе с которым опять пришло гонение на Православие. Святитель Мелетий был изгнан в Армению, святитель Евсевий — во Фракию, а святитель Пелагий — в Аравию.

     После Валента на престол взошел царь Грациан, давший свободы Церкви и вернувший заточенных архиереев на их кафедры. Тогда Мелетий вернулся в Антиохию, Евсевий — в Самосаты, а Пелагий — в Лаодикию. В ту пору многие епархии и приходы были вдовствующими, и потому Евсевий ревностно стремился найти и дать народу законных пастырей. Но когда вместе с новоизбранным епископом Марином прибыл он в город Долихины, чтобы возвести сего нового архипастыря на кафедру, а арианскую ересь, которая в том городе была сильна, изобличить, некий еретик-фанатик сбросил с крыши на голову Евсевия [кусок] черепицы и смертельно его ранил. Сей великий ревнитель Православия, святитель и мученик, скончался, чтобы вечно обитать в райском блаженстве. Пострадал он в 379 году.

2. Мученики Зинон и Зина.

     Святой Зинон был римским офицером в городе Филадельфия Аравийская. Зина был его слугой. Когда в правление императора Максимиана наступило гонение на христиан, святой Зинон дерзновенно вышел пред игемона Максима, исповедал свою веру в единого живого Бога, а [к тому же] призвал и Максима оставить мертвых идолов и принять единственную истинную веру. Разгневанный игемон повелел ввергнуть Зинона в темницу. А когда верный слуга Зина навестил своего господина в темнице, то и он был схвачен и арестован. Затем оба они были мучимы за Христа и наконец брошены в огонь, в который язычники налили масла. Их души сподобились венцов в Царстве Христовом, а телесные останки были положены в церкви святого Георгия в месте, называемом Кипариссион.

3. Стихотворение

Не скудеет Церковь пастырями славными,
За Христа страдальцами отважными.

Лишь сверкнул над Церковью Голиафов меч,
Как Евсевий, мудрый пастырь Самосатский,
Дал ему отпор мечом духовным;
Вкупе с ним — Мелетий, архипастырь верный,
И Пелагий, звезда светлая, предивная,
Православия священного ревнители,
Церкви Божией пречудные святители
.
Было время то суровое и тяжкое —
И христианам враг грозил:
С этой стороны — еретики свирепые,
А с другой — цари-игемоны безумные.
Трудно было душу сохранить от прелести,
Остоять Божественную Истину.
Ложь и лютое насилие умножились,
Цвет росистый заглушило терние.
Три блаженных иерарха — словно три цветка
Источали правой веры аромат,
Насыщая землю медом Православия,
Потребляя скверну еретическую.
Сей Евсевий был от юности ревнителем,
А скончал живот как мученик Христов.
Ниспосли же нам свое благословение,
О первосвященник Церкви пренебесной!

4. Рассуждение

святитель Николай Сербский Охридский Пролог

     Для чего благий Господь попускает беды и напасти на истинную веру, тогда как ересям и язычеству дает наслаждаться покоем? «Для чего? — спрашивает и святитель Иоанн Златоуст. И тут же отвечает:
Для того, чтобы ты познал их (то есть ересей и язычества) немощь, когда видишь, что они и без возмущения сами по себе разлагаются, и дабы убедился [ты] в истинности [в серб, букв.: в силе. — Ред.] веры, которая, претерпевая бедствия, умножается даже при посредстве своих врагов».

     «Итак, если спорим мы с язычниками или с несчастными иудеями, достаточно выставить доказательством Божественной силы то, что (христианская) вера, подвергшись бесчисленным нападениям, одержала победу» даже тогда, когда против нее ополчался весь мир.

     А преподобный Исаак Сирин говорит:
«Удивительная Божия любовь к человеку познаётся тогда, когда человек пребывает в бедах и горестях, разоряющих его надежду. Здесь Бог являет Свою силу и его спасение. Ведь никогда человек не познаёт Божией силы, пребывая в покое и пользуясь свободой».


(Прим. - Ред.)

зриОсновное богословие: вера


Путь осознанной веры

Слова апостола Фомы (Ин. 20:28) почти сразу приходят на ум, когда задумываешься о том, как и почему мы верим во Христа. Стараясь объяснить самому себе то, к чему шел многие годы, вновь и вновь видишь совершенно ясные и недвусмысленные подтверждения веры, которая некогда родилась где-то глубоко внутри и постепенно выстроила жизнь по своим законам.

Нужно ли вообще подтверждать свою веру? Может быть, однажды возникнув, она уже есть в человеке как данность и просто необходимо жить по вере, подкрепляя ее делами. Тогда евангельский рассказ о Фомином неверии вряд ли показался бы нам достойным внимания, ведь он уже однажды поверил Христу и стал Его учеником. Зачем вновь возвращаться к тому, что и так ясно? Если Фома верил Христу, то должен был верить и Его словам о смерти и воскресении, которые много раз повторялись по пути в Иерусалим.

Однако Церковь не просто обращает внимание на «неверие» Фомы, но и называет его благим, посвящая Фоме воскресную службу, которая следует за воскресеньем Пасхи. Значит, особое внимание уделяется осознанию человеком своей веры. Подобно Фоме, мы порой ставим Богу условие: «Не поверю, пока лично не получу подтверждения». И, если мы искренни, Бог никогда не отворачивается от нашего «неверия», но так или иначе дает то, что мы ищем. Но стоит ли при этом успокаиваться и полагать, что вера может укрепиться сама по себе, без нашего участия? Фома активно и дерзновенно искал подтверждения веры в Воскресшего Господа. Поэтому, как его «неверие», так и вера стали осознанными и, по сути, раскрыли его личность с разных сторон. Его «неверие» Господь преобразил в личную веру, с которой были сказаны слова: «Господь мой и Бог мой». Дважды повторяя слово МОЙ, Фома из глубины собственного сознания, разума и сердца утверждает свое ЛИЧНОЕ отношение к Христу как Господу и Богу.

Поиск веры, ее подтверждение и исповедание – это непрерывный процесс, в который мы вовлечены самой жизнью. Она ставит нас в разные обстоятельства, когда мы вынуждены проходить испытание своей веры, чтобы вновь и вновь подтвердить самим себе, как и во что верим. Часто это бывает неожиданным и непредсказуемым, но всегда возможно найти силы, чтобы не потерять веру до конца. Можно полагать, что дерзновенное желание Фомы вложить пальцы в раны от гвоздей на теле Христа, а руки в Его ребра (Ин. 20:25), возникло в совершенно особом состоянии, когда он, наверное, находился на грани отчаяния, не зная, что делать и куда идти. Слова других апостолов не убеждали его, потому что он искал личного подтверждения. И получил его.

Человек – личность, и БогЛичность. Богоподобие есть личностный образ человеческого бытия. Пока мы преданы во власть своей природы и делаем то, что ей присуще, личность в нас «дремлет». Каждый человек в определенное время должен есть и пить, каждый склонен искать удовлетворения своих желаний, которые, в конечном счете, сводятся к вещам, общим и понятным для всех. «Хлеба и зрелищ» – так древние римляне примитивно выразили суть человеческой природы. Личность же человека надприродна и все, что присуще природе, напротив, отсутствует в личности. И вера не есть присущее природе человека свойство, она требует преодоления природы и «пробуждения» личности. Когда Евангелие говорит об отвержении себя (Мф. 16:24); (Мк. 8:34); (Лк. 9:23), а святые Отцы учат противостоянию своим помыслам, речь идет именно о восстановлении приоритета человеческой личности над природными склонностями, то есть осознание себя как подобия Божия.

Чтобы веровать и следовать за Христом, в человеке должно развиться духовное или личностное начало, освобождающее от слепой приверженности природному началу, то есть от рабства греху. «Попечения о плоти не превращайте в похоти» (Рим. 13:14) – человеческая природа с ее свойствами сама в себе не заключает греха, но отношение к ее потребностям может приводить к греху. Личность же начинается там, где прекращается склонность к греху, то есть внутреннее согласие человека не противиться слепому безличностному побуждению «делать как все». Чаще всего мы даже не отдаем себе отчет, следуя тому, что нам предлагается делать, чтобы не остаться без поддержки этого мира. Это укоренилось в нас, вошло «в плоть и кровь», и требуется серьезное и постоянное усилие, чтобы осознавая свою внутреннюю зависимость, постепенно освободиться от нее и встать на путь осознанной личной веры.

Не только Церковью были выявлены свойства, отличающие человека как личность от «человека толпы». Например, исследуя характеристики «коллективного бессознательного», выдающийся швейцарский психолог Карл Густав Юнг пришел к выводу, что причиной многих психических заболеваний является воздействие «коллективного бессознательного» на индивидуума, не осознающего своей зависимости от него. Освобождение от этой зависимости давало человеку шанс на выздоровление. Здесь вполне можно видеть «экспериментальное» подтверждение тому, о чем говорилось выше – как природное начало в человеке затмевает личностное и препятствует его выявлению. Однако научный метод в стремлении объективировать реальность не дает полноты понимания личности, и Юнг, например, считал обособленность и индивидуальность основными характеристиками личности или персоны, вспоминая древнегреческое значение этого понятия как маски актера в театре. Но такое неотъемлемое качество личности как осознанная сопричастность чему-то общему, превосходящему обособленность и замкнутость индивида, оставалась вне научного постижения и разумного обоснования. Это качество как раз и восходит к области веры, одновременно личной и разделенной с другими.

Отцы и учители христианской Церкви, развивая учение о Святой Троице, изначально отличали личностное начало от природного и ставили это отличие в основу своего учения не как постижение человеческого разума, но как божественное откровение. При единстве божественной природы в Пресвятой Троице различаются Три Божественных Ипостаси. Подобно этому человечество, будучи единой природы, многообразно в личностном отношении. Однако, чтобы это различие для человека стало совершенным, то есть воспринятым во образ различия Ипостасей Троицы, необходимо осознание своей веры и ее подтверждение, как это было в случае с апостолом Фомой. Осознанная вера в Бога Троицу, по сути, есть глубоко личный акт. Человеческая природа, которая пребывает в падшем состоянии, не способна сама проявить себя в акте веры. Но есть «принцип» человеческого бытия, который заключается в его личностном характере и который мы называем образом и подобием Бога, хотя и затемненными в нынешнем состоянии, но не до конца. Именно личностное начало делает нас способными к духовной жизни и восприимчивыми к акту веры, первопричиной которой является действие в человеке Духа Божия.

Чтобы личностное начало в человеке получило свое развитие, кроме его различения от природного, необходим акт осознанной веры, разделенной с другими и находящей свое подтверждение в общении во имя Того, Кому мы верим. Бог есть совершенное общение Трех Лиц, Каждое из Который не бывает без Других: Сын не бывает без Отца, Отец – без Сына, а Божественный Дух всегда разделяет и подтверждает Их общение. Вне какой-либо связи с творением Бог Троица пребывает в отношении разделенной и подтвержденной, то есть совершенной любви. Творение же совершается по «преизбытку Его благости» с тем, чтобы мир отобразил собою эту благость и в лице «венца творения» – человека воздал Богу достойную хвалу. Творец, создавший мир и человека, ищет личной встречи с ним и предоставляет ему возможность стать причастным Своего общения.

По-настоящему только осознанная вера приводит человека в Церковь, где человеческое общение преображается во образ троичного и в Духе человеку раскрываются отношения Отца и Сына. Вне Церкви общение людей может иметь различный характер, но никто не сможет подлинно утверждать, что основой его действительно является осознанная вера в Бога Троицу. Таким образом можно утверждать два качества определяющих осознанную веру – ее личностное начало и разделенность в подлинном общении. Характер общения должен быть именно подлинным, когда в нем отсутствует какое-либо ограничение и несвобода, но в полноте присутствует любовь. Любовь же бывает только разделенной и жертвенной, и человеку дан образ такой любви – божественной триипостасной: Сын приносит Себя в Жертву Отцу, а Дух подтверждает и разделяет эту Жертву.

Жертва Христова как жертва троичной любви приносится в вечности, и лишь подлинное приобщение этой Жертвы подтверждает веру и делает ее осознанной. Фома приобщился Христовой Жертве, вложив пальцы в Его раны, а руки в Его прободенные ребра, тогда его вера стала осознанной и подтвержденной, и он смог обратиться к Христу«Господь мой и Бог мой». Христос дал ему лично соприкоснуться с Собой, Распятым и Воскресшим, на опыте, чтобы рассеять его сомнения и внушить личную веру. Другие ученики были тогда этому только свидетелями, но в День Пятидесятницы они все ВМЕСТЕ удостоились личного духовного опыта, и так основалась Церковь. Если начало личной веры было положено в сионской горнице, когда Христос вложил пальцы апостола Фомы в Свои раны, а руки в Свои ребра, то подтверждение и осознание веры всеми апостолами совершилось, когда Святой Дух почил на них огненными языками, подтвердив их общение во имя ХристаСына Божия. С тех пор апостольская Церковь, святая и соборная, дает всякому идущему по пути осознанной веры ее основание и подтверждение.

Стремление осознать веру через ее различные аспекты – евангельские, литургические и экклесиологические может помочь нам поддержать себя во всякий момент жизни, какой бы непредсказуемой она нам порой ни казалась. Чаще же, напротив, бывает необходимо усилие, чтобы, преодолев ее обыденность и монотонность, зажечь в сердце хотя бы малый духовный огонек, так много освещающий и согревающий своими светом и теплом. Сохранить внутреннюю бодрость, не закоснеть и не охладеть душой – это значит постоянно ощущать в себе «источник воды живой, текущей в жизнь вечную» (Ин. 4:14). Рассуждая, осмысливать и переосмысливать свою веру, открывать все новое и более глубокое в Евангелии и Литургии, помогает живое человеческое общение и соприкосновение с окружающим миром, созданным для прославления Бога и Творца. Именно на этом основана практика церковной традиции, подтвержденной многоценным опытом сонма подвижников и исповедников веры. И особую ценность приобретает осознание веры, которое наступает в результате как личных усилий, так и духовной практики литургического церковного общения.

источник: священник Георгий Завершинский "Путь осознанной веры"

5. Созерцание

Благовещение Захарии

Благовещение Захарии; XIV в.; Сербия, Косово, монастырь Высокие Дечаны, алтарь, жертвенник


     Да созерцаю чудесное онемение первосвященника Захарии (Лк. 1:20), а именно:
1) как Захария не поверил Божию Ангелу в том, что старая утроба его жены может зачать и родить, — и как за это, по слову ангельскому, лишился дара речи;
2) как и сам я поражен немотой, если не могу должным образом вещать о Божиих чудесах, ибо мала [и слаба] моя вера.


(Прим. - Ред.)

зриИконография: благовещение Захарии


Захария изображается старцем с седыми, длинными, мягко вьющимися волосами, со слегка вьющейся средней длины бородой, сужающейся книзу. Его отличительной чертой являются одежды первосвященника, к-рые изображали с достаточной степенью подробности: ефод, нагрудник с закрепленными на нем 12 драгоценными камнями по числу колен Израилевых, верхняя одежда в виде плаща, украшенная по подолу, длинная рубаха и пояс. Одежды довершает тканый головной убор с золотым щитком, с вырезанными на нем словами: «Святыня Яхве». В руках кадило и ладанница. В изображениях З. как пророка сохраняются священнические одежды, но в руках у него свиток с текстом из Евангелия от Луки (Лк 1. 68-69), на свитке приведен текст полностью: «Благословен Господь Бог Израилев, что посетил народ Свой и сотворил избавление ему, и воздвиг рог спасения нам в дому Давида, отрока Своего».

В декорации храмов изображение З. всегда встречается в купольной росписи среди изображений пророков и в алтарной зоне. В рус. традиции З. изображается преимущественно на восточных столпах или склонах алтарных арок. В каппадокийской ц. Пресв. Богородицы, св. Иоанна Предтечи и св. Георгия (нач. или 1-я пол. X в.) в алтарной нише деисусной композиции по сторонам Иисуса Христа изображены св. Иоанн Предтеча и З. (что объясняется посвящением престола в юж. апсиде св. Иоанну Предтече).

Изображение прор. З. включалось в пророческий ряд иконостасов. Как пророк со свитком в руке З. изображен на 2-сторонней иконе-таблетке «Избранные святые - Симеон Столпник, прор. Захария, свт. Иоанн Новгородский. Благовещение».

Единоличные изображения З. входят в состав минейных циклов на сент.: в настенных минологиях, на миниатюрах, в греко-груз. рукописи XV в., в иконописи.

Основу изображения житийного цикла З. составили тексты канонических Евангелий, гл. обр. Евангелия от Луки, дополненные сюжетами из «Протоевангелия Иакова» (2-я пол. II в.): «Введение Богородицы во храм» (Протоевангелие. Гл. 7. 2-3), «Обручение (вручение) Марии Иосифу» и «Моление о жезлах» («Чудо о процветшем жезле») (Мф 1:18); (Лк 1:27); Протоевангелие. Гл. 8, 9), «Благовестие Захарии» (Лк 1:8-20), «Немой Захария перед народом» (Лк 1: 21-22), «Встреча (целование) Захарии и Елисаветы» (Зачатие св. Иоанна Предтечи) (Лк 1:23-24), «Рождество Иоанна Предтечи» и «Захария называет имя Иоанна» (Лк 1:57,62-63), «Убиение Захарии на пороге храма» (Мф 23:35).

Традиция посвящения на Руси св. Иоанну Предтече расположенного в сев. апсиде жертвенника обусловила программу его декорации в XII в.- размещение там житийного цикла пророка. Развернутые циклы, включавшие эпизоды детства с обязательными сценами «Благовестие прав. Захарии», «Захария называет имя Иоанна», известны в росписи Спасо-Преображенского собора Мирожского мон-ря, реконструируются во фрагментарно сохранившейся росписи новгородской ц. Благовещения на Мячине (в Аркажах) (1189), в соборе Рождества Богородицы Снетогорского мон-ря в Пскове и др. В рус. иконописи самые ранние житийные циклы с подробным изложением истории рождения родителей пророка относятся ко времени не ранее 1-й пол. XVI в..

В рус. сводном иконописном подлиннике (XVIII в.) по списку Г. Д. Филимонова под 5 сент. облик З. описан подробно: «Подобием стар, сед, власы главныя долги, а косы по плечам, аки авраамовы, брада до пояса длина, на конце мало раздвоилася, узка, на главе шапка червлена, заломы белые, риза верхняя киноварь, а по ней плащи златые, в двунадесяти местах, средняя риза лазорь, трития риза исподняя бакан светлый. Инде пишется: риза на нем греческая, на главе митра двоерогая по Ветхому закону...» (Филимонов. Иконописный подлинник. С. 145); под 23 сент., в празднование Зачатия св. Иоанна Предтечи, сказано: «...во святилище Захария... с кадилом у престола, служит святую службу, против его стоит архангел Гавриил смиренно, в руке держит скипетр, а Захария молебно к престолу держит руки, над ними по херувиму киноварь, за Захарию стоят старцы по ветхому закону...» (Там же. С. 157-158); под 24 июня, в празднование Рождества св. Иоанна Предтечи, З. упоминается так: «...сидит мало поодаль одра [Елисаветы], подобием стар, брада долга, в руках дщица, а на ней пишет «Иоанн да будет имя ему»» (Там же. С. 372-373).

источник: фрагмент статьи из т. 19 «Православной энциклопедии». Москва, 2008 г.

6. Проповедь о том, как отвечает ленивец.

толкование Книги Притчей Соломоновых


"Вины́ и́щетъ и глаго́летъ лѣни́вый: ле́въ на стезя́хъ, на путе́хъ же разбо́йницы."
"Вины2 и4щетъ и3 глаго1летъ лэни1вый: ле1въ на стезsхъ, на путе1хъ же разбHйницы."
"Ленивец говорит: «лев на улице! посреди площади убьют меня!»"
(Притч. 22:13)

     Дабы оправдать свое бездействие, лентяй указывает на трудности и препоны в каком-то деле, увеличивая и раздувая их паче всякой меры.
Если мешает ему один человек, он скажет, что на его пути стоит всё село.
Если зашуршит листва — начнет извиняться, что не может приступить к работе из-за бури.
Если перед домом [сидит] заяц, он скажет, что — лев!
Только бы не выйти из дому, только бы отложить дело.

     Лень абсолютно противна человеческой природе. Природа человека деятельна: она требует труда, работы, созидания. Лень же — верный знак искалеченности [в серб, букв.: изуродованности. — Ред.] естества того или иного человека. То, что лень — ужасный порок, ясно [уже] из того, что
труженик никогда не завидует лентяю, тогда как лентяй завидует труженику;
равно как и трезвенник никогда не завидует пьянице, а пьяница завидует трезвеннику.

     О Господи, вседеятельный Творец, избавь нас от тупой и порочной лености, из-за которой удаляемся мы от своей первозданной природы, от образа и подобия Твоего, Владыка всех созданий! Вдохнови нас Духом Твоим Святым, вседвижным и радостнотворным. Тебе слава и [по]хвала вовеки. Аминь.


(Прим. - Ред.)

зриПатрология: об унынии и лености


Слово 13. Об унынии и лености

1. Уныние часто бывает одною из страстей. Одним из первых исчадий многословия, как мы уже и прежде сказали; потому мы сей порок и поставили здесь, как на месте приличном ему, в лукавой цепи страстей.

2. Уныние есть расслабление души, изнеможение ума, пренебрежение иноческого подвига, ненависть к обету, ублажатель мирских, оболгатель Бога, будто Он немилосерд и нечеловеколюбив; в псалмопении оно слабо, в молитве немощно, в телесном же служении крепко как железо, в рукоделии безленостно, в послушании лицемерно.

3. Муж послушливый не знает уныния, чрез чувственные дела исправляя мысленные и духовные (делания).

4. Общежитие противно унынию, а мужу пребывающему в безмолвии оно всегдашний сожитель, прежде смерти оно от него не отступит, и до кончины его на всякий день будет бороть его. Увидев келлию отшельника, (уныние) улыбается, и приблизившись к нему, вселяется подле него.

5. Врач посещает больных поутру, а уныние находит на подвижников около полудня.

6. Уныние подущает к странноприимству; увещевает подавать милостыню от рукоделья; усердно побуждает посещать больных; напоминает о Том, Который сказал: «болен... бых, и придосте ко Мне» (Мф. 25:36); увещевает посещать скорбящих и малодушествующих; и будучи само малодушно, внушает утешать малодушных.

7. Ставшим на молитву сей лукавый дух напоминает о нужных делах, и употребляет всякое ухищрение, чтобы только отвлечь нас от собеседования с Господом, как оборотью, каким-либо благовидным предлогом.

8. Бес уныния производит трехчасовое дрожание, боль в голове, жар, боль в животе; когда же настанет девятый час, дает немного возникнуть; а когда уже и трапеза предложена, понуждает соскочить с одра; но потом, в час молитвы, снова отягощает тело; стоящих на молитве он погружает в сон, и в безвременных зеваниях похищает стихи из уст.

9. Каждая из прочих страстей упраздняется одною, какою-нибудь противною ей добродетелью; уныние же для инока есть всепоражающая смерть.

10. Мужественная душа воскрешает и умерший ум; уныние же и леность расточают все богатство. Но как из всех восьми предводителей злобы дух уныния есть тягчайший, то поступим и с ним по тому же порядку, как с другими; однако прибавим еще следующее.

11. Когда нет псалмопения, тогда и уныние не является; и глаза, которые закрывались от дремоты во время правила, открываются, как только оно кончилось.

12. Во время уныния обнаруживаются подвижники; и ничто столько венцов не доставляет иноку, как уныние.

13. Наблюдай и увидишь, что оно борет тех, которые стоят на ногах, склоняя их к тому, чтобы сели; а сидящих увещевает приклониться к стене; оно заставляет посмотреть в окно келлии, побуждает производить стук и топот ногами. Плачущий о себе не знает уныния.

14. Свяжем теперь и сего мучителя памятию о наших согрешениях; станем бить его рукоделием, повлечем его размышлением о будущих благах; и когда оно предстанет нам, предложим ему подобающие вопросы.

15. Итак, скажи нам, о ты, нерадивый и расслабленный, кто есть зле родивший тебя? и какие твои исчадия? Кто суть воюющие против тебя? и кто убийца твой? Он отвечает: «в истинных послушниках я не имею где главу подклонить; а имею для себя место в безмолвниках, и с ними живу. Родительницы у меня многие: иногда бесчувствие души, иногда забвение небесных благ, а иногда и чрезмерность трудов. Исчадия мои, со мною пребывающие: перемены местопребываний, пренебрежение повелений отца духовного. Непамятование о последнем суде, а иногда и оставление монашеского обета. А противники мои, которые связывают меня ныне, суть псалмопение с рукоделием. Враг мой есть помышление о смерти; умерщвляет же меня молитва с твердою надеждою сподобиться вечных благ; а кто родил молитву, о том ее и спросите.»

Кто подлинно одержал тринадцатую победу, тот и во всем будет искусен.

источник: преподобный Иоанн Лествичник. "Лествица или Скрижали духовные. Слово 13. Об унынии и лености"


Создание и сопровождение сайта:   Студия AleGrans.ru