"Охридский пролог" святителя Николая Сербского: 25 (12) августа

В начало

Дата:
Праздник:

Неделя:
Пост:
День памяти святых:
Апостольские и Евангельские чтения дня:
"Мысли на каждый день года" свт. Феофана Затворника:
подписка на новости сайта - просто введите Ваш email:
на указанную почту поступит письмо для подтверждения подписки (проверяйте папку "спам" - письмо может попасть и туда)

богословские курсы ВКонтакте

Перейти в календарь

охридский пролог святитель Николай Сербский

1. Мученики Фотий и Аникита и многие с ними.

     Царь Диоклетиан прибыл в Никомидию со злым умыслом - полностью уничтожить там христиан. Но когда принялся он беспощадно истязать их и мучить, предстал перед ним святой Аникита, один из градоначальников, и дерзновенно исповедал пред ним свою веру в Господа Иисуса Христа, Бога, ставшего плотью [в серб, букв.: воплотившегося. — Ред.] ради нашего спасения. При этом святой Аникита изобличил и идолов как глупые и немые камни, кланяться которым недостойно разумного человека.

     Разгневанный царь приказать отрезать ему язык. Однако святой Аникита, укрепляемый силой Божией, говорил и впредь. Тогда выпустили на него льва, но зверь лишь ласкался у его [ног]. В тот же час обрушилось капище Геркулеса.

     Фотий, сродник Аникиты, видя его терпение в жестоких обстоятельствах, облобызал Аникиту, объявил себя христианином и крикнул царю:
«Постыдись, о идолопоклонник, боги твои суть ничтожества!»

     Царь повелел немедленно усекнуть святого Фотия мечом. Однако палач, поднявший на него руку, ударил мечом самого себя и умер. После долгих истязаний святых Фотия и Аникиту бросили в подземелье, где томились они три года. Затем вывели их из темницы, разожгли огромную печь и бросили их в огонь. Многие другие христиане — мужчины, женщины и дети — добровольно вошли вместе с ними в яростное пламя. И послышалось из пламени моление христиан, которым благодарили они Бога за свою мученическую смерть. Все они пострадали около 305 года. Святые Фотий и Аникита призываются в молитвах на елеосвящении и водоосвящении.

2. Священномученик Александр, епископ Команский.

     Жил как простой угольщик в городе Комане близ Неокесарии. Когда преставился команский епископ, святитель Григорий Неокесарийский, чудотворец (см. 17 ноября), был приглашен для председательства на соборе, созванном для избрания нового епископа. На этом соборе присутствовали как клирики, так и миряне. И никак не могли сии выборщики прийти к согласию относительно того или иного лица. При оценке кандидатов все главным образом останавливались на их внешности, наружном достоинстве и манерах поведения. Святой Григорий тогда сказал, что следует придавать значение не столько наружным качествам, сколько духу и духовным способностям. Тут некоторые острословы с издевкой закричали:
«Давайте выберем епископом Александра угольщика!»
И весь зал разразился смехом. Святой Григорий спросил, кто этот Александр. И считая, что его имя на соборе упомянули не без Божия Промысла, повелел привести его в собрание. Угольщик, как и полагалось ему по роду занятий, был весь в саже, а к тому же и в оборванной одежде. Его появление опять вызвало смех среди собравшихся.

     Тогда святой Григорий, отозвав его в сторону, заклинал его сказать о себе правду. И Александр поведал ему, что был он греческим философом, занимал высокое положение и пользовался всеобщим почетом, однако с той поры, как прочитал и уразумел Священное Писание, оставил всё, уничижил себя и стал юродивым Христа ради. Григорий приказал вымыть его и облечь в новые одежды, а затем вместе с ним пришел на собор и перед всеми начал экзаменовать его по Священному Писанию. [И] все поразились мудрости и словам благодати [исходящим из уст] Александра и едва могли распознать в этом мудреце бывшего молчаливого угольщика. Единогласно был он избран в епископы. Своей святостью, рассудительностью и добротой приобрел он любовь своей паствы. Мученически скончался за Христа в Диоклетианово гонение.

3. Стихотворение

Люди смотрят на одежду и лицо,
Бог же - в сердце взором проникает.

Угольщиком Александр был,
Но хоть тело копотью покрыл -
Гарь сия смывается водой;
Хуже, если сердце полно сажей злой.
Здесь вода нисколько не поможет -
Только пламень веры попаляет скверну,
Покаянный плач омыть способен душу.

Легче сделать белой угольщика кожу,
Чем греховное очистить сердце.

Александр облечен смиреньем,
Как огонь, в пещере сокровенный.
Не один его насмешник обидел;
Но чего не видел мир - Григорий видел.
Духом проницательным разгадал он тайну,
В угольщике - мужа свята распознал:
Свет прекрасный в сосуде скудельном,
Мудрость величайшую под крылом юродства,
Сердце чистое средь копоти едкой,
Душу царственную в лохмотьях.
Не дает Господь укрыться свету тайному,
В нужный час его являет миру темному -
К пользе вящей и спасению людей, -
Таковы Господни дивные уроки.

4. Рассуждение

святитель Николай Сербский Охридский Пролог

Научись уважать и любить малых и простых людей.

     Таких больше всего на земле, таких больше всего и в Царстве Божием. В них нет гордости - того основного безумия, которым болеют души богатых и сильных мира сего. Нередко свои обязанности исполняют они в этом мире совершенно, однако посчитают смешным, если кому-то вздумается хвалить их за это; тогда как люди знатные требуют похвалы за каждое свое дело, зачастую [отнюдь] не совершенно исполненное.

     Святой Александр был знаменитым философом, однако бросил всё, сокрылся от высшего света и мирских похвал, смешал себя с самыми незначительными и простыми людьми - стал угольщиком среди себе подобных. Вместо прежних панегириков и почестей - с радостью переносил он насмешки от детей, бежавших за ним и дразнивших его при виде его закопченных лохмотьев. Впрочем, не один он любил жить среди малых и презренных людей. Многие цари и князья, познав сладость Христовой веры, снимали короны с головы и убегали от мирской суеты в общество людей низкого происхождения. Не Сам ли Царь царей, Господь наш Иисус Христос, явился среди пастухов и рыбаков? Преподобный Зенон советует:

«Не избирай славного места для жилья и не дружи со знаменитостями.»

(Прим. - Ред.)

зриНравственное богословие: скромность


Однажды в доме, куда Он был приглашен, Христос увидел, как «званные выбирали первые места». Заметив эту житейскую деталь, Господь, для Которого ничего не было в нравственном мире второстепенного, сказал слова, которые остались звучать над миром:
«Когда ты будешь позван кем на брак, не садись на первое место, чтобы не случился кто из званных им почетнее тебя, и звавший тебя и его, подошедши, не сказал тебе: «Уступи ему место»; и тогда со стыдом должен будешь занять последнее место. Но, когда зван будешь, пришедши садись на последнее место, чтобы звавший тебя, подошедши, сказал: «Друг! Пересядь выше»; тогда будет тебе честь перед сидящими с тобою. Ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет; а унижающий себя возвысится» (Лк. 14:8-11).

Проявление человеческого самолюбия совершается чаще всего именно в житейской обстановке, в гостях, в гостиной, в столовой. Как и в древние времена, современный гость тоже хочет сесть на место более почетное. Такое местничество сильно было в ходу у бояр Московской Руси, которые (никак не являя в этом православного духа!) стремились друг друга «пересидеть» за царским столом; но, конечно, кроме трапез самых бедных людей, во всех странах мира идет, хотя и незаметное, соревнование в честолюбии.
Скромность – трудная форма добра!
Человек, болезненно думающий о том, как бы в чем не поставить себя ниже другого и как бы поставить себя выше другого, не способен к созидательному труду. Тем более к высшему, духовному. Это может быть более всего относится к нам, пастырям.
Тщеславие есть признак не только нравственного, но и умственного застоя.

В мудрых и спокойных словах Христос открыл нам, людям, эту истину. Но перед тем как остро обличить человечество, Он выявил Свое Божественное милосердие, исцелив больного. Это было в доме «одного из начальников фарисейских» и случилось в субботу, в праздничный день, когда запрещалась всякая работа. Как в нашу эпоху, не понимали многие и тогда – в чем дух настоящего религиозного праздника, не понимали того, что он состоит не в мертвой букве внешнего «выполнения предписания», но истинный праздник религиозный есть день послушания Богу в духе и истине и выявлении милосердия.

И вот, не понимавшие этого религиозного смысла праздника люди сочли исцеление Христом больного в праздник нарушением заповеди о покое седьмого дня. Такова слепота людей. Но Господь пришел для спасения слепых... В тот день, когда Христос был у фарисеев в гостях, «предстал пред Него человек, страждущий водяною болезнью... Иисус спросил законников и фарисеев: позволительно ли врачевать в субботу? Они молчали. И, прикоснувшись, исцелил его и отпустил. При сем сказал им: если у кого из вас осел или вол упадет в колодезь, не тот час ли вытащит его и в субботу? И не могли отвечать Ему на это» (Лк. 14:2-6).

Дело человека – творить добро и помогать людям-братьям всегда и особенно – в религиозные праздники. Всякий день – день Божий, и есть добро Божье, и создан для добра. И праздник веры – это милосердие Божье и человеческое.

И, уча этой истине, Спаситель указал, что явлению милосердия более всего мешает человеческое самолюбие, и оттого, желая исцеления всем людям, Он сказал:
«Всякий, возвышающий себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится».

Многие в мире не знают духовных законов. Но эти законы существуют и опровергают неверие в духовный мир. Жалкое, отталкивающее впечатление производит на всех, – даже не религиозных – людей, человек, который сам себя хвалит. И чем больше человек собою похваляется и себя превозносит, тем более он кажется жалким для окружающих. Таково действие духовного закона. И чем человек скромнее, тем он приятнее для всех. Скромных все любят; тщеславные всех отталкивают. Мы ясно видим, что действует – даже в неверующих людях – непреложный закон. Неверующие тоже подчинены этому закону. И если они не ценят скромности в себе, они всегда ценят ее в других людях.

Мы не ошибемся, признав скромность одной из самых утешительных черт человеческой личности. Скромность, безусловно, равна милосердию, так как в силу одной своей скромности человек уже милосерд к другим людям – не надоедает им своими претензиями, не мучает их своим посягательством на какую-то значительность. Вольно и невольно, скромный всегда отдает честь, во первых, Богу, а потом и людям, которые все имеют от Бога свои дары.

Скромный оттого никогда в жизни не проигрывает; его таланты и достоинства не унижаются его скромностью, наоборот, еще больше вырастают. И скромность отнюдь также не означает слабости, как думают некоторые, опасаясь скромности; нет, она, только она, есть сила и доблесть духа. И в жизни обществ и народов «гордыня идет перед погибелью». Уровень культуры – прямо пропорционален скромности общественной и международной. И оттого Слово, создавшее миры, приняло на Себя жизнь скромного Человека и прошло страдальческим путем жизни, показывая дух скромности, как свет, ведущий в бесконечную славу Небесного Царства. Смирение Христа Иисуса стало печатью истины в человеке.

источник:архиепископ Иоанн (Шаховской) (1902–1989) Архиепископ Сан-Францисский и Западноамериканский Православной Церкви в Америке, духовный писатель, проповедник, поэт. "Апокалипсис мелкого греха"

5. Созерцание

Ковчег завета и сосуд с образом Богоматери

"вот человек, о котором Я говорил тебе; он будет управлять народом Моим" (1 Цар. 9:17); Лицевой летописный свод Ивана Грозного, Царь-книга; 1568–1576 гг.


     Да созерцаю [досто]чудный Божий Промысл при избрании Саула царем (1Цар. гл. 9), а именно:
1) как Саул пошел искать пропавших ослиц;
2) как встретил его Самуил, которому Бог возвестил взять Саула и поставить его Израилю во царя;
3) как Божий Промысл управляет людьми, подавая им иногда то, о чем они даже не предполагают.


"17. И ви́дѣ самуи́лъ Сау́ла, и Госпо́дь рече́ къ нему́: се́, человѣ́къ, о не́мже реко́хъ ти́: се́й бу́детъ въ лю́дехъ мои́хъ ца́рствовати."

"И# ви1дэ самуи1лъ саyла, и3 гDь рече2 къ немY: се2, человёкъ, њ не1мже реко1хъ ти2: се1й бyдетъ въ лю1дехъ мои1хъ цaрствовати."

"17. Когда Самуил увидел Саула, то Господь сказал ему: вот человек, о котором Я говорил тебе; он будет управлять народом Моим."
(1Цар. 9:17)

(Прим. - Ред.)

зриВетхий Завет: избрание первого царя


Однажды у Киса пропали ослицы. Он повелел Саулу взять слугу и отправиться на поиски. Саул со слугой три дня искали ослиц, побывали во многих местах, но нигде не могли обнаружить пропавших животных. Но слуга посоветовал Саулу, прежде чем возвращаться домой, зайти в Раму к пророку Самуилу и спросить его об ослицах.

За день до прихода Саула в Раму Господь сказал Самуилу: «Завтра в это время Я пришлю к тебе человека из земли Вениаминовой, и ты помажь его в правителя народу Моему – Израилю, и он спасет народ Мой от руки Филистимлян». Когда Самуил увидел приближающегося к нему Саула, Господь сказал ему: «Вот человек, о котором Я говорил тебе; он будет управлять народом Моим» (1Цар. 9:16–17). Увидев рослого и красивого Саула, Самуил понял, что перед ним человек, достойный царского престола. Он пригласил его к праздничному обеду и просил его не беспокоиться, так как пропавшие ослицы уже нашлись.

А рано утром Самуил разбудил Саула и провел его за город. Слуга пошел дальше по дороге в Гиву, а Самуил, оставшись с Саулом наедине, взял сосуд с елеем, вылил на голову Саула и сказал: «Вот, Господь помазывает тебя в правителя наследия Своего [в Израиле, и ты будешь царствовать над народом Господним...]» (1Цар. 10:1). Юноша был потрясен и не мог поверить, что такова воля Божия. Он поверил лишь тогда, когда на обратном пути домой с ним в точности произошло все, что предсказывал Самуил: близ гроба Рахили он встретил двух человек, рассказавших, что ослицы нашлись и отец с нетерпением ждет его возвращения. Затем у дубравы Фаворской ему повстречались три паломника, направлявшиеся в Раму для жертвоприношения, и дали ему два хлеба; самой главной, однако, была третья встреча. Саул увидел сонм пророков, спускавшихся с горы. Под звуки арф, свирелей и гуслей они пели и пророчествовали. Саул почувствовал, как на него сошел Дух Господень, и он начал пророчествовать вместе с другими пророками. Многие люди, знавшие Саула, недоумевали и спрашивали друг друга: «Что это сталось с сыном Кисовым? неужели и Саул во пророках?» (1Цар. 10:11).

Обряд помазания Саула был совершен в глубокой тайне. Даже своим близким Саул не рассказал о том, что с ним произошло в Раме. Однако нужно было, чтобы израильтяне одобрили избрание Саула царем. Для этой цели Самуил созвал народ в Массифу. Царя избрали по жребию, и жребий пал на Саула, который уже давно был помазан Самуилом на царство. Избрание царем так смутило Саула, что он скрылся в обозе, среди телег и вьючных животных. Его разыскали и привели к Самуилу. Восхищаясь мужественным видом избранного царя, Самуил сказал народу: «Видите ли, кого избрал Господь? подобного ему нет во всем народе. Тогда народ воскликнул и сказал: да живет царь!» (1Цар. 10:24).
Но не все израильтяне были довольны избранием Саула. Некоторые даже с презрением говорили: «Ему ли спасать нас?» (1Цар. 10:27). Но Саул, человек умный и сдержанный, делал вид, что не замечает этого, и ждал только случая доказать всем израильтянам, что они в нем не ошиблись. Вскоре ему такой случай представился.

источник: епископ Вениамин (Пушкарь). Священная Библейская история Ветхого Завета


Саул иногда, яко погуби отца своего, душе, ослята, внезапу царство обрете к прослутию; но блюди, не забывай себе, скотския похоти твоя произволивши паче Царства Христова.

Саул, некогда потеряв ослиц своего отца, неожиданно с известием о них получил царство; душа, не забывайся, предпочитая свои скотские стремления Христову Царству.

источник: преподобный Андрей Критский. Великий канон, песнь 7


Прежде всего [обращусь] я к тому, что повелел ты мне объяснить из Первой книги Царств, [а именно], в каком смысле сказано: «И вошел Дух Господень в Саула» (1Цар. 10:10), если в другом месте [Писание] говорит: «И злой дух Господень в Сауле» (1Цар. 16:14). А написано здесь так: «И вот, когда он повернулся, чтобы идти от Самуила, изменил Бог в Сауле сердце в иное, и сбылись все знамения в тот день. И пришел оттуда к холму, и вот, навстречу ему хор пророков, и вошел в него Дух Божий, и он пророчествовал среди них». Все это предсказал ему Самуил, когда по велению [Божию] помазал его.

И, как полагаю я, это не содержит в себе никакого вопроса. Ибо «Дух дышит, где хочет» (Ин. 3:8), и пророческий Дух не может быть запятнан соприкосновением с какой-либо душой, поскольку Он всюду проникает в своей чистоте (Прем. 7:24). Однако не на всех Он действует одинаково; но на одних — осведомляя дух самих этих людей и показывая образы вещей, на других — используя ум и даруя познание, еще на иных — во вдохновении [затрагивая] и то и другое, а еще на кого-то — даже при их неведении. А осведомляет [пророческий Дух] дух [человека] двумя способами: или во сне, и подобным образом не только многие святые, но и фараон, и царь Навуходоносор видели то, что никто из них не был в состоянии понять, однако оба они могли видеть (Быт. 41); (Дан. 2, 4); или при помощи указания в исступлении, которое некоторые латинские авторы именуют оцепенением, — вряд ли в собственном смысле, но скорее в переносном, когда происходит отчуждение ума от телесных чувств, так что дух человека, объятый Божественным Духом, лишается подлежащих восприятию и созерцанию образов, — так Даниилу показано было то, чего он не понимал, и Петру — сосуд, спущенный с неба на четырех веревках (Деян. 10:11), ведь и он лишь позже узнал, что означало это явление.

А используя ум для [дарования] познания, [пророческий Дух воздействует] одним способом, [а именно] когда открывается значение и смысл того самого, что показывается в образах; и это — пророчество в более точном смысле этого слова, поскольку прежде всего это апостол называет пророчеством (1Кор. 13:2); так Иосиф удостоился понять то, что фараон — лишь увидеть, и Даниил объяснил царю то, что тот воспринял и не понял. Когда же ум находится под воздействием [Духа] таким образом, что не образы вещей постигает в предположительном исследовании, но вглядывается в сами вещи, — а так постигаются премудрость, справедливость и все неизменные Божественные идеи, — это не относится к пророчеству, о котором ныне ведем мы речь. А оба пророческих дара уделяются тем, кто и образы вещей созерцает в Духе, и тотчас понимает их смысл или осведомляется [об этом] в самом видении при помощи ясных речений, — так объясняется нечто в Откровении.

А на незнающих пророческий Дух воздействует так, как на Каиафу, когда он, будучи первосвященником, произнес пророчество о Господе, что лучше одному умереть за весь народ (Ин. 11:49-50); ведь он о другом заботился в словах, которые говорил, и не знал, что говорил он их не от самого себя. Изобильное число примеров есть в Священных Писаниях, и говорю я о вещах, хорошо известных твоему усердию. Ибо ты не научаешься этому от меня, но, вопрошая, тем самым испытываешь меня, [с одной стороны], желая узнать о моем преуспеянии, (а с другой), готовый исправить заблуждающегося. Тем же словом, которое стоит [в Писании]: «Вошел в него Дух» (1Цар. 10:10), обозначается как бы некое внезапное дуновение из сокровенного тайника Божественности. Итак, что надлежит нам думать по поводу того, каким именно из названных выше способов было оказано воздействие на Саула, — это становится вполне ясно из написанного здесь: «изменил Бог в Сауле сердце в иное» . Ведь так здесь обозначается другое расположение сердца, которое Бог посредством изменения сделал способным воспринимать для пророческого прорицания обозначающие и предвещающие нечто образы.

источник: блаженный Августин Иппонийский. "О различных вопросах. Книга вторая (В которой разбираются прочие пять или шесть вопросов, предложенных из Книги Царств)"

6. Проповедь о страшном видении пророка Исайи.

толкование Книги пророка Исаии
"И бы́сть въ лѣ́то, въ не́же у́мре Озі́а ца́рь, ви́дѣхъ Го́спода сѣдя́ща на престо́лѣ высо́цѣ и превознесе́ннѣ, и испо́лнь до́мъ сла́вы его́."
"И# бы1сть въ лёто, въ не1же ќмре nзjа цaрь, ви1дэхъ гDа сэдsща на пrто1лэ высо1цэ и3 превознесе1ннэ, и3 и3спо1лнь до1мъ слaвы є3гw2."
"В год смерти царя Озии видел я Господа, сидящего на престоле высоком и превознесенном, и края риз Его наполняли весь храм."
(Ис. 6:1)

     Вот видение, высочайшее всех видений! Вот слава паче всякой славы и величие превыше всякого величия!
Великое милосердие проявил Господь ко всем людям, дав им созерцать звездный небосвод, дело рук Своих.
Вящую милость оказал Он тем, кого наделил даром видеть мир ангельский, непреходящий и достославный.
Однако величайшую милость явил Он малому числу Своих избранников, которым даровал лицезреть Себя, Господа Саваофа, единого несотворенного и Творца мира горнего и мира дольнего.

     Но как смертный человек способен видеть бессмертного Бога? Не Сам ли Бог сказал Моисею:

"Человек не может увидеть Меня и остаться в живых" (Исх. 33:20)

     Не говорится ли и в Евангелии:

"Бога не видел никто никогда" (Ин. 1:18)

     Воистину никто из смертных не может видеть лицо Божие, то есть Божию сущность. Однако по Своему снисхождению и безграничной благости и всемогуществу Бог может показать Себя людям отчасти, причем в некоем образе, доступном человекам. В особом образе и виде являлся Он Моисею, Илии, Даниилу, Иоанну Богослову - не в сущности Своей, но в том или ином частном выражении.

     Исайя видел Его на престоле высоком и превознесенном, то есть как Судию, восседавшего [букв.: возвышенного. — Пер.] над всеми земными судьями и судами. Вокруг Него стояли шестокрылатые Серафимы и взывали друг ко другу и говорили:

«Свят, Свят, Свят Господь Саваоф

     Итак, не одинок Господь, но Царь Он в Своем необозримом Царстве, окруженный самыми возвышенными существами, которых создала Его сила. Вокруг Него - первые чины небесной иерархии, главные воеводы Его несметных и бессмертных [горних] воинств, первые причастники Его света и нестерпимого Его сияния. Се есть досточудное видение Исайи, сына Амосова, пророка Божия.

     Господи Святый, Святый, Святый, Трисвятый, помилуй и спаси нас, нечистых и грешных. Тебе слава и похвала вовеки. Аминь.


(Прим. - Ред.)

зриДогматическое богословие: боговидение


Богови́дение:
1) духовное видение Бога «чистыми сердцем» (Мф. 5:8); созерцание Бога духовными очами веры;
2) созерцание Бога в Его Откровении в символическом образе, осуществляемое в особых целях Промысла;
3) ви́дение Господа Иисуса Христа очевидцами во время Его пребывания на земле;
4) созерцание образа Бога на православных иконах.

Духовное видение и ведение человека напрямую зависит от его духовного состояния.

Святый первомученик и архидиакон Стефан, перед своей страдальческой кончиной, воззрев на небо, увидел славу Божию и Иисуса, стоящего одесную Бога (Деян. 7:55).

источник: сайт "Азбука веры"


В Священном Писании и в Предании Церкви говорится о существовании мест, в которых Бог присутствует неким особенным образом. Это, конечно, не значит, что Бог находится именно в этом месте, просто в некоторых местах человеку легче ощутить присутствие Божие. Такими местами особенного присутствия Божия являются:
– небеса (Пс. 113:24);
– храм (3Цар. 9:3). Книга Царств говорит о храме Соломона, но это в полной мере может быть отнесено и к христианским храмам, в которых совершаются таинства, прежде всего таинство Евхаристии;
– человек, который может стать, по выражению апостола Павла, храмом Божиим (2Кор. 6:16).

Могут быть и другие места особенного Божественного присутствия, так называемые святые места. По разъяснению преп. Иоанна Дамаскина, «Бог, будучи невещественным и неописуемым, не находится в месте; Он место для Себя, как все наполняющий, выше всего сущий и Сам все содержащий. Однако говорится, что и Он находится в месте, и где Его действие бывает явно, то и называется местом Божиим».

Священное Писание говорит, что Бог есть Дух (Ин. 4:24). Следовательно, Он чужд какой-либо телесности и вообще материальности. Преп. Иоанн Дамаскин пишет:
«Что [Бог] по природе бестелесен, это ясно. Ибо как может быть телом то, что бесконечно и беспредельно, не имеет образа, не подлежит осязанию, невидимо, просто и несложно?»

Однако в Священном Писании имеется множество мест, где Богу приписываются телесные органы (Быт. 49:24); (Исх. 24:10); (Втор. 9:10); (Пс. 26:8); (Ис. 66:2) и др., а также чувства, состояния и способности (Быт. 6:6); (Исх. 20:5-6); (Наум. 1:2) и др., присущие тварным существам. Такие выражения Священного Писания именуются антропоморфизмами и антропопатизмами (греч. ἄνθρωπος – человек; μορφή – форма; πάθος – страсть). Антропоморфизмы весьма удобны для выражения опыта богообщения, их использование в Священном Писании и в трудах свв. Отцов является следствием непостижимости Бога и ограниченности человеческого языка.

Свв. Отцы с древнейших времен предостерегали от буквального понимания библейских антропоморфизмов, истолковывая их как указания на духовные свойства и действия Божии, о которых мы можем говорить только «с помощью символов, соответствующих нашей природе» (преп. Иоанн Дамаскин).

источник: протоиерей Олег Давыденков "Догматическое богословие"


Ни один христианский богослов никогда exprofesso (лат. - со знанием дела - Прим. Ред.) не отрицал того, что избранным, достигшим конечного блаженства, дано будет видеть Бога. Истина эта безоговорочно засвидетельствована Священным Писанием:
«увидим Его как Он есть» – οψομεθα αυτον καθως εστιν (1Ин. 3:2).
Однако она подала повод к различному развитию богословской мысли, тем более что то же Писание в том же Послании Иоанна (4:12) утверждает:
«Бога никто никогда не видел» – Θεον ουεις πωποτε τεθεαται,
– а апостол Павел уточняет, что видеть Его невозможно (1Тим. 6:16).

Таким образом возник вопрос: является ли это Боговидение достоянием одной только жизни вечной, in patria , или же оно в экстатическом опыте может предначинаться еще на земле, in via.
[in patria: (лат. - в отечестве, т. е. в раю) - термин для описания места и состояния тех, кто благословен (лат. beati) на небесах, в противоположность тем, кто "в пути" (лат. in via) или все еще "скитается" на земле. Прим. - Ред.]

Если говорить о видении лицом к лицу в веке будущем, то оно могло истолковываться как один из характерных аспектов соединения с Богом, или же как самоисточник блаженства, и в таком случае это блаженное видение есть конечная цель человека.
И, наконец, если говорить о самом объекте видения Бога «как Он есть»si cuti est, – то доктринальное его толкование было различным в зависимости от того, допускалась ли возможность познания Божественной сущности или же, наоборот, утверждалась ее абсолютная непознаваемость для существ тварных.

В XIV веке вопрос блаженного видения встал сам по себе и на Востоке и на Западе, но в совершенно различных вероучительных контекстах.
В Византии он возник вследствие споров о реальном различении Божественной сущности и ее энергий. Константинопольские Соборы 1341, 1351 и 1368 годов утвердили, между прочим, следующее: Бог пребывает совершенно непознаваемым по Своей сущности, которая не может быть объектом познания или видения даже для достигших блаженства ангелов, которым Божественное Существо Себя открывает и становится познаваемым в Своих нетварных и обоживающих энергиях.
В Риме же, вернее – в Авиньоне, вопрос о блаженном видении был поставлен совершенно иначе. Просто надо было выяснить, могут ли избранные наслаждаться видением Божественной сущности после своей смерти еще до второго пришествия, или же это наслаждение надо отнести только к конечному состоянию блаженства, которое наступит после всеобщего воскресения. Папа Бенедикт XII своем определении от 29 января 1336 года Benedictus Deus, критикуя мнение своего предшественника Иоанна I, по которому видение Бога лицом к лицу может наступить только лишь после всеобщего воскресения, говорит, между прочим, следующее:
«После страданий и смерти Господа нашего Иисуса Христа, они (избранные) увидят и видят Божественную сущность в некоем интуитивном и непосредственном видении, без всякого тварного посредничества, которое стало бы объектом этого видения, ибо Божественная сущность предстанет перед ними непосредственно, неприкрыто (nude), ясно и откровенно; таким образом в этом видении они наслаждаются самой Божественной сущностью».
Спустя пять лет, в 1341 году, тот же Бенедикт XII, разбирая вероучение армян, искавших тогда унии с Римом, наряду с прочими ошибочными мнениями поставил им на вид то, что они отрицают интуитивное видение Божественной сущности достигшими блаженства.

Перед нами две явно противоречивые формулы: первая решительно отвергает всякую возможность познать сущность Бога, в то время как вторая настаивает именно на том, что сама Божественная сущность должна стать объектом блаженного видения. Однако, несмотря на всю их характерную противоречивость, оба эти вероучения согласуются в том, что как одно, так и другое непременно хотят видеть Бога «как Он есть», лицом к лицу, без какого бы то ни было тварного посредничества.

После многих веков мы вновь стоим перед тем же видением преображенного Христа, через Которого Отец сообщает в Духе Святом Свет Своей недоступной природы, стоим перед тем боговидением, которое мы нашли в начале нашего очерка у св. Иринея Лионского , этого отца христианского Предания, ученика Поликарпа, бывшего учеником св. апостола Иоанна Богослова, сказавшего:
«Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил».

источник: профессор Владимир Николаевич Лосский (1903-1958) богослов и историк церкви, видный деятель русского зарубежья, один из основоположников Парижской школы богословия, заложивший основы «неопатристического» синтеза. "Боговидение"


Создание и сопровождение сайта:   Студия AleGrans.ru