"Охридский пролог" святителя Николая Сербского: 3 ноября (21 октября)

В начало

Дата:
Праздник:

Неделя:
Пост:
День памяти святых:
Апостольские и Евангельские чтения дня:
"Мысли на каждый день года" свт. Феофана Затворника:
подписка на новости сайта - просто введите Ваш email:
на указанную почту поступит письмо для подтверждения подписки (проверяйте папку "спам" - письмо может попасть и туда)

богословские курсы ВКонтакте

Перейти в календарь

охридский пролог святитель Николай Сербский

1. Преподобный Иларион Великий.

     Как роза вырастает на тернии, так сей великий святой родился в семье язычников, живших в селении Фавафа близ Газы Палестинской. Родители отправили его учиться в Александрию, где одаренный юноша быстро овладел и светской ученостью, и духовной мудростью. Познав Господа Иисуса Христа и крестившись, он возжелал всецело предать себя Господу на служение. Горя таким сердечным намерением, Иларион посетил преп[одобного] Антония в пустыне и стал его учеником.

     Затем вернулся он в родные края и подвизался близ Маиума подле Газы. Устрашали его демоны различными привидениями, но молитвой к Богу и крестным знамением он всегда побеждал их и отгонял. Вокруг него собралось множество ревнителей духовной жизни, и стал преподобный Иларион для Палестины тем же, чем был преподобный Антоний для Египта. Божественный учитель, неутомимый подвижник, дивный чудотворец, Иларион был уважаем не только христианами, но и язычниками. Однако, опасаясь людских похвал и повторяя с плачем:
«Горе мне, ибо принял я на земле свою награду!»
он переходил с места на место, только чтобы укрыться от людей и остаться наедине со своей душой и с Богом.

     Так, некоторое время имел он пристанище в Египте, [потом] на Сицилии, в Далмации и наконец на Кипре, где около 372 года и скончал свою многотрудную жизнь, достигнув 80-летнего возраста. Исихий, ученик преподобного Илариона, перенес его чудотворные мощи в Палестину и положил в основанном им монастыре.

2. Перенесение мощей святителя Илариона, епископа Меглинского.

     Родился в знатной и благочестивой семье. Его бездетная мать долго молилась Богу, чтобы даровал Он ей дитя. В ответ на ее молитву явилась ей Пресвятая Богородица и утешила ее словами:
«Не скорби, родишь сына, и он многих обратит ко свету истины».

     Когда Илариону исполнилось 3 года, из его уст стала непрестанно доноситься песнь:
Свят, Свят, Свят Господь Саваоф!
Получив хорошее образование, он на 18-м году жизни принял монашество и основал обитель с уставом преподобного Пахомия. В 1134 году тырновский архиепископ Евстафий [с собором епископов.—Пер.] рукоположил Илариона во епископа Меглинского. Почти на протяжении всей жизни святой Иларион вел упорную борьбу с богомилами и армянскими еретиками. Своей духовной образованностью и неподражаемой святостью посрамил он их всех, причем многих из них привел к Православию. Мирно упокоился и переселился в Царство Господа своего в 1164 году.


(Прим. - Ред.)

зриИстория Церкви: богомильство


"В основе религиозно-философского учения богомилов лежало представление о двойственности мира, о постоянной борьбе в нем доброго и злого начал. Но в отличие от павликиан они были умеренными дуалистами, т. к. считали, что добро победит зло (Сатана будет уничтожен). Земной мир и тело человека богомилы объявляли созданием диавола. Они не признавали христ. Церковь и ее служителей, символы, обряды и таинства, поскольку считали, что все это дело рук Сатаны. Они не посещали церковь, отрицали молитву, за исключением «Отче наш», не почитали Креста Господня, икон, не признавали церковный брак, мощи, праздники, Воскресение Христово, не считали Деву Марию Богородицей. Они утверждали, что причастие - это просто хлеб и вино, а не Тело и Кровь Иисуса Христа, св. мощи - кости умерших людей, чудотворения - сказки для легковерных людей.

Богомилы считали, что между Богом и человеком не нужен посредник (духовенство). Человек сам в состоянии спасти свою душу. Из христ. книг признавали только Новый Завет, а Ветхий отвергали полностью, т. к. считали, что Моисей - служитель Сатаны. Не признавали решения Вселенских и Поместных Соборов и сочинения церковных авторов. В Б. были сильны и социально-политические тенденции. Богомилы отвергали светскую власть и царя, осуждали богатство и смогли в известной мере включиться в структуру феодального общества только в XIII-XIV вв. в Боснии с ее специфическим политико-географическим положением и конфессиональной ситуацией.

Отрицательное отношение богомилов к светской власти в целом определило их неоднозначную (в зависимости от конкретной исторической ситуации) роль в балканской средневек. политической истории. Во 2-й пол. X - нач. XI в. Б. способствовало ослаблению Болгарского царства и в конечном счете завоеванию его Византией. В период визант. владычества XI-XII вв. богомилы активно участвовали в восстаниях против империи (1040, 1072), поддерживали борьбу Калояна против Византии. Отвергая материальные блага и богатство, в быту стремились к воздержанию и скромности (не пили вина, не ели мяса, не носили богатую одежду), считая идеалом социальное и имущественное равенство, существовавшее, как они полагали, в раннехрист. общинах. Однако на практике, в особенности с течением времени, исходно декларируемый аскетизм в сочетании с признанием греховности всего материального мог порождать прямо противоположные результаты.

В западноевроп. источниках XIV-XV вв. (при этом, что немаловажно, не полемического характера, где это можно было бы объяснить заведомой тенденциозностью) встречаются упоминания о том, что боснийские богомилы «по обычаю манихеев» почитают богатых и притесняют бедных, объясняя это порядком, установленным (злым) Творцом, а сексуальная свобода определяется как «боснийский обычай». В то же время в отношении болг. и визант. еретиков, приверженцев Б., правосл. авторы традиционно пишут о суровом аскетизме и моральной требовательности (расцениваемых, правда, как показные).

Многие еретики после святительского назидания оставили лжеучение и вернулись в лоно Святой Церкви. Так же неутомимо и успешно боролся святитель Иларион с проникновением в Болгарию ереси армян-монофизитов, признававших во Христе только одну природу.

На могиле И. М. стали совершаться многочисленные чудеса и исцеления. После того как святой явился во сне одному монаху и наказал прекратить нестроения в мон-ре св. Апостолов, церковный Собор постановил открыть могилу. Мощи И. М. были обретены нетленными. Очевидно, до нач. XIII в. почитание И. М. носило местный характер, поскольку даже дни его смерти и перенесения мощей были приурочены к памяти прп. Илариона Великого. 21 окт. 1204 либо 1206 г. болгарский царь Калоян (1196-1207) перенес их в Тырново, вероятно, в храм в честь Вознесения Господня, но позже болг. царь Иоанн Асень II (1218-1241) поместил мощи в новый тырновский храм во имя 40 мучеников, к-рый был построен в честь победы болгар над греками в 1230 г. Позднейшие данные о местонахождении мощей довольно противоречивы. В настоящее время местонахождение мощей неизвестно."

источник: церковно-научный центр «Православная Энциклопедия»

В это время в Болгарии распространилась богомильская ересь. Еретики придерживались ложного учения, по которому добро и зло являются самостоятельными началами, между которыми происходит борьба. Святитель Иларион с апостольской ревностью и усердной молитвой встал на борьбу с лжеучением. Он неутомимо обличал ересь богомилов, снимая с них лицемерную личину благочестия. Опровергая учение еретиков, святитель говорил: "Вы вовсе не христиане, ибо враждуете против Креста Христа Спасителя, не признаете Бога Единаго, поносите древнее Откровение (Ветхий Завет), чтимое христианами. Простых людей вы обманываете лицемерной кротостью, а исполнены гордости. Не может быть истинного благочестия в тех, кто не признает в себе сердечной порчи и не испрашивает благодати Божией молитвой и смирением. Злые мысли, зависть, тщеславие, суетность, коварство, ложь - не дело злого вещества в человеке и не побеждаются постом. Они плод самолюбия и потому требуют для искоренения духовных подвигов".

источник: сайт "Азбука веры"

3. Преподобный Филофей Афонский.

в РПЦ святой чествуется в день Всех преподобных и богоносных отцов, во Святой Горе Афонской просиявших (переходящее празднование в Неделю 2-ю по Пятидесятнице)

     Родился в городе Хрисополь в Македонии. Турки насильно отняли его у матери-вдовицы и вместе с еще одним его братом ввергли в темницу. Из темницы чудесно спасла их Пресвятая Богородица, перенеся в монастырь в Неаполе Малоазийском. Мать впоследствии обрела своих сыновей монахами и сама приняла постриг. Филофей перешел на Святую Гору, где сначала подвизался в монастыре Дионисиат, а затем в пустыне. Был удивительным аскетом и великим победителем силы бесовской. Мирно упокоился на 84-м году жизни. Повелел не погребать его тела, а бросить его в лес на съедение зверям и птицам. В дальнейшем некий рыбак увидел в лесу яркий свет и пошел обогреться, думая, что это костер. Однако свет исходил не от огня вещественного, а от чудотворных мощей преподобного Филофея.

4. Стихотворение

Иларион святой звездою неботечной
Полмира обошел, взыскуя жизни вечной.
Но сколько не таился, от людей не мог укрыться
Свет подвигов его вселенной должен был явиться.
Больше всего хотел он славы мира избежать,
Но где сияет свет — там тьма не может пребывать.

От силы его демоны лукавые бежали
И тем невольно святость его людям открывали.
Куда ни приходил он — всюду исцелял недуги,
Князья пред ним бесовские дрожали, словно слуги.
В пещере затворялся он, но всем известен был,
Ведь славу в себе Божию нетленную носил.
Так прославляет Бог прославивших Его,
Венцами наградить не забывая никого.

Когда земное поприще приблизится к концу,
Победоносцу каждому дает Он по венцу.
Сей дивный старец, духом неизменно молодой,
Лик Божий созерцает ныне в жизни неземной.
Но и теперь молитвою воинствует за нас,
Чтобы Господь помиловал нас, грешных, в судный час.

5. Рассуждение

святитель Николай Сербский Охридский Пролог

     Всевидящее Божие око бодрствует над всеми людьми, чудесным образом руководствуя верных ко спасению. То, что верующему вначале представится невосполнимой утратой, с течением времени окажется великим прибытком.

     Случай с преподобным Филофеем и его братом, которых мать считала навсегда потерянными, подобен случаю, имевшему место с преподобным Ксенофонтом (память 26 января) и со святым великомучеником Евстафием Плакидой и его супругой и сыновьями. Когда преподобный Филофей вкупе с братом сидел в турецкой тюрьме в Македонии, явилась им Пресвятая Богородица в облике их матери и сказала:
«Встаньте, мои дорогие дети, и пойдемте за мной!»

     И во мгновение ока юноши оказались в монастыре в малоазийском городе Неаполе. Когда рассказали они игумену о том, что с ними произошло, тот уразумел, что это от Бога, принял братьев в обитель и постриг их в иночество. Со времени сего события прошло много лет. Мать, горько сокрушаясь, пережила эту беду. В конце концов решила она удалиться в некую женскую обитель и посвятить себя Богу. Божий Промысл привел ее в окрестности монастыря, в котором находились ее сыновья. Однажды в престольный праздник пришла она в этот монастырь вместе с другими инокинями. Увидела своих сыновей в церкви, но не узнала их. Но вдруг один из братьев назвал другого по его мирскому имени. У матери ёкнуло сердце от сего дорогого для нее имени, и она пристально всмотрелась в их лица. И узнала она их, а они ее. Радость их была безмерной, и воздали они сердечное благодарение Богу.

     Верующий христианин даже при величайшей утрате не должен отчаиваться.


(Прим. - Ред.)

зриДогматическое богословие: Всеведение Божие


Всеведение Божие означает, что Бог знает все и притом знает всесовершеннейшим образом.

Что же именно является предметом Божественного ведения?

Прежде всего - само существо Божие.
"Все предано Мне Отцем Моим, и никто не знает Сына, кроме Отца; и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть" (Мф. 11:27), говорит Сам Иисус Христос, приписывая Богу самосознание.
Самосознание есть высший предмет разумного ведения. Человек потому и называется разумным существом, что достигает, в отличие от животных, тоже обладающих умом, самосознания.
Но самосознание не только высший, но труднейший предмет ведения. Апостол Павел говорит:
"Ибо кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем? Так и Божьего никто не знает, кроме Духа Божия" (1Кор. 2:11).
Самосознание Божие безмерно выше самосознания человека: человек не знает ни сущности своей, ни полноты своих сил, потому что силы его постепенно раскрываются. В связи с этим развивается и его самосознание, которое, таким образом, и неполно и не всегда одинаково равно. Самосознание Божественное есть ведение самой сущности Божией и притом всегда равное, не развивающееся, а совершеннейшее и полнейшее от века и до века.

Против самосознания в Боге иногда выдвигают то возражение, что самосознание возникает при процессе отличения от какого-либо внешнего предмета или объекта. А так как предположить существование такого объекта рядом с Богом нельзя, то нельзя приписывать Богу и самосознания. Но такое возражение нельзя признать правильным. Дело в том, что и для человеческого самосознания не всегда нужен внешний объект. Человек может отличить свое "я" от внутреннего своего содержания, то есть от своих представлений, мыслей, чувствований и стремлений. Это показывает, что способность к самосознанию лежит в самой природе человека. Внешние же воздействия и влияния только облегчают ему опознать то, что существует в нем от природы. Мышление же абсолютного не нуждается в таких внешних возбуждениях и пособиях; оно не пользуется приемами нашего конечного мышления.

Бог познает вещи непосредственно через Самого Себя. Он не получает впечатлений извне. В этом Его преимущество пред нашим умом. А бытие и жизнь Бога преисполнены богатым внутренним духовным содержанием во взаимоотношениях трех Божественных Лиц.

Вместе с знанием Самого Себя Богу в Священном Писании приписывается знание вне Его находящейся действительности, то есть всех дел Его.
"Ведомы Богу от вечности все дела Его" (Деян. 15:18).
Он знает все в мире физическом, "Ибо Он прозирает до концов земли и видит все под небом. Когда Он ветру полагал вес и располагал воду по мере" (Иов. 28:24-25).
"Он считает множество звезд и всем им имена нарицает" (Пс. 146:4).

Ведомо Богу все и в мире нравственном:
"На всяком месте очи Господни смотрят злые же и благие" (Притч. 15:3).
Потребности, желания, тайные мысли человека Ему известны. Псалмопевец взывает:
"Господи, пред Тобою все желание мое, и воздыхание мое от Тебя не утаится" (Пс. 37:10).
"Ибо, если сердце наше осуждает нас, то кольми паче Бог, потому что Бог больше сердца нашего и знает все" - говорит апостол Иоанн (1Ин. 3:20), а апостол Павел пишет:
"И нет твари, сокровенной от Него, но все обнажено и открыто пред очами Его: Ему дадим отчет" (Евр. 4:13).

Ведение Божие обнимает прошедшее и будущее, необходимое и случайное. Священное Писание говорит, что настанет день, когда "Посему не судите никак прежде времени, пока не придет Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения, и тогда каждому будет похвала от Бога" (1Кор. 4:5) и "воздаст каждому по делам его" (Рим. 2:6).

О том, что пред Богом открыто все будущее не только необходимое, но и случайное, свободное и даже условное, то есть такое, которое могло бы случиться только при известных условиях, имеем свидетельства Ветхого и Нового Завета.
"Господи! - Ты заешь, когда я сажусь и когда встаю; Ты разумеешь помышления мои издали. Иду ли я, отдыхаю ли - Ты окружаешь меня, и все пути мои известны Тебе" (Пс. 138:2-3).

Спаситель так говорит о предведении условного:
"Горе тебе, Хоразин! горе тебе, Вифсаида! ибо если бы в Тире и Сидоне явлены были силы, явленные в вас, то давно бы они во вретище и пепле покаялись" (Мф. 11:21)

Содержащиеся в слове Божием многочисленные предсказания будущих случайных действий свободы человеческой, из которых многие предрекаемы были за сотни и даже тысячи лет, являются яркими и бесспорными свидетельствами предведения Божия.

По способу и свойствам ведение Божие отличается от познания человеческого и свободно от недостатков, присущих человеческому познанию. Человек приобретает познания о внешнем мире через посредство получаемых им со вне впечатлений. Отсюда человеческое познание (постепенно развивается и изменяется. Божественное ведение не нуждается во впечатлениях: Бог знает вещи непосредственно Сам Собою; отсюда и само ведение Божие свободно от ограничений времени, оно всегда одинаково полно, совершенно, представляет единый и вечный акт созерцания.

Знание Богом будущих свободных действий человеческих называется предведением. Но стесняется ли предведением Божиим свобода человека? Не стесняется, потому что знание не есть причина, производящая самые действия или события.
"Не потому что-нибудь необходимое сбывается, что Бог предвидит, но потому Он и предвидит, что так сбудется", - говорят Святые Отцы.
Предведение Богом свободных действий человека можно уподобить нашему знанию действий других людей, а наше знание вовсе не стесняет свободы других людей: не оттого человек так или иначе действует, что мы знаем его действия; будем ли мы знать их или нет, самые действия оттого не изменяются. Возможность же предведения Богом будущего Отцы и Учители Церкви объясняли тем, что для Бога нет будущего, а есть только одно настоящее. Поэтому и будущее, имеющее еще следовать, для Него так же ведомо, как и настоящее.

источник: "Догматическое богословие" Московская духовная семинария, сектор заочного обучения, учебное пособие для студентов 2 класса, Сергиев Посад, 2006

6. Созерцание

прибытие слепого Савла в Дамаск

прибытие слепого Савла в Дамаск; роспись трапезной южного придела церкви Николы в Щепах, в Москве


     Да созерцаю чудесное исцеление слепого Савла апостолом Ананией (Деян. гл. 9), а именно:
1) как Анания возложил руки на Савла, упомянув имя Господа Иисуса;
2) что от глаз Савла отпала как бы чешуя, и он прозрел, и крестился, и стал Павлом.


(Прим. - Ред.)

зриДеяния Апостолов: исцеление Савла


Апостол Анания возвращает зрение Савлу Апостол Анания возвращает зрение Савлу; художник: Jean Ii Restout; 1719 г.; Лувр, Париж, Франция
Деяния апостолов, Глава 9
9.1 Савл же, еще дыша угрозами и убийством на учеников Господа, пришел к первосвященнику
9.2 и выпросил у него письма в Дамаск к синагогам, чтобы, кого найдет последующих сему учению, и мужчин и женщин, связав, приводить в Иерусалим.
9.3 Когда же он шел и приближался к Дамаску, внезапно осиял его свет с неба.
9.4 Он упал на землю и услышал голос, говорящий ему: Савл, Савл! что ты гонишь Меня?
9.5 Он сказал: кто Ты, Господи? Господь же сказал: Я Иисус, Которого ты гонишь. Трудно тебе идти против рожна.
9.6 Он в трепете и ужасе сказал: Господи! что повелишь мне делать? и Господь сказал ему: встань и иди в город; и сказано будет тебе, что тебе надобно делать.
9.7 Люди же, шедшие с ним, стояли в оцепенении, слыша голос, а никого не видя.
9.8 Савл встал с земли, и с открытыми глазами никого не видел. И повели его за руки, и привели в Дамаск.
9.9 И три дня он не видел, и не ел, и не пил.
9.10 В Дамаске был один ученик, именем Анания; и Господь в видении сказал ему: Анания! Он сказал: я, Господи.
9.11 Господь же сказал ему: встань и пойди на улицу, так называемую Прямую, и спроси в Иудином доме Тарсянина, по имени Савла; он теперь молится,
9.12 и видел в видении мужа, именем Ананию, пришедшего к нему и возложившего на него руку, чтобы он прозрел.
9.13 Анания отвечал: Господи! я слышал от многих о сем человеке, сколько зла сделал он святым Твоим в Иерусалиме;
9.14 и здесь имеет от первосвященников власть вязать всех, призывающих имя Твое.
9.15 Но Господь сказал ему: иди, ибо он есть Мой избранный сосуд, чтобы возвещать имя Мое перед народами и царями и сынами Израилевыми.
9.16 И Я покажу ему, сколько он должен пострадать за имя Мое.
9.17 Анания пошел и вошел в дом и, возложив на него руки, сказал: брат Савл! Господь Иисус, явившийся тебе на пути, которым ты шел, послал меня, чтобы ты прозрел и исполнился Святаго Духа.
9.18 И тотчас как бы чешуя отпала от глаз его, и вдруг он прозрел; и, встав, крестился,
9.19 и, приняв пищи, укрепился. И был Савл несколько дней с учениками в Дамаске.
9.20 И тотчас стал проповедовать в синагогах об Иисусе, что Он есть Сын Божий.


Рожон – длинная заостренная палка, которой погоняют волов. Смысл выражения – трудно идти против рожна было пословицей, получившей свое начало из того, что отставшие от стада волы часто натыкаются на рожон, т. е. подгоняются острием конца палки и, получая от того чувствительную боль, ускоряют ход за стадом. Вследствие этого пословица означает глупость и безумие людей, сопротивляющихся повелению власти или увещанию своей совести. Большинство языческих писателей приводят эту пословицу в дружеских кружках, чтобы показать нелепость подобного сопротивления.

источник: архимандрит Никифор (Бажанов) "Библейская энциклопедия"


Священном Писании мы видим посредством различных гаданий облекаемого плотью Бога и слово Божие; но еще не видим мысленно бесплотного и простого, Единого и единственного Отца, как мысленно увидели Его в бесплотном, Едином и единственном Сыне, по сказанному: «видевый Мене виде Отца, и, Аз во Отце, и Отец во Мне» (Ин. 14:9-10). Следовательно, нужно много разума, чтобы, проникнув сперва сквозь покровы речений, (сказанных) о Слове, мы, таким образом, возмогли чистым умом узреть Его, стоящего обнаженным и показывающего Себя человеком. Посему благочестиво взыскующему Бога необходимо не быть связану ничем из сказанного, чтобы он в неведении вместо Бога не принял (сказанного) о Боге, то есть, чтобы он на преткновение себе (обманчиво) вместо Слова не возлюбил только сказанное (в буквальном смысле) в Писании и чтобы Само Слово не удалилось от ума, который, держа одежды, мнит держать Самое бестелесное Слово, подобно той Египтянке, которая удержала не Иосифа, но одежду его (Быт. 39:12), и тем древним людям, кои, пленившись одним видимым благолепием, в неведении «послужиша твари паче Творца» (Рим. 1:25).

Когда ум отвергнет многие лежащие на нем мнения о словах истины, тогда является ему ясное слово истины, дает ему залоги истинного ведения и прежде принятые им мнения снимает, как чешую (Деян. 9:18), со зрительных сил, как бы с божественным и великим апостолом Павлом. Ибо мнения, (прилепленные) только к одним изречениям Писания, и пристрастные созерцания в чувстве видимых вещей, действительно суть чешуя, лежащая на презрительной силе души и удерживающая прехождение к чистому слову истины."

источник: преподобный Марк Подвижник "Нравственно-подвижнические слова. Слово десятое"


"Как только возложил на него руки, так тотчас чешуя и отпала от глаз его. Эта (чешуя), говорят некоторые, и была причиною слепоты его. И почему (Господь) не ослепил глаз его? То и было более удивительно, что он не видел с открытыми (глазами); в таком же состоянии он находился под законом, пока не было возложено на него имя Иисусово. И тотчас «крестился, и, приняв пищи, укрепился». А чтобы кто не подумал, будто слепота его была только воображаемая, для того — чешуя. Следовательно, он не имел нужды в каком-либо другом научении; но случившееся было научением."

источник: святитель Иоанн Златоуст


"Когда ум отряхивается от покрывающей его [пыли] многоразличных мнений относительно сущих [вещей], тогда ему ясно открывается слово истины, подлинно дарующее наставление ведения, которое устраняет его недавние [чувственные] воспоминания, как чешую, отпавшую от глаз, — подобное случилось с богодухновенным и великим Апостолом Павлом. Чешуя же есть восприятие одних только речений Писания, препятствующее чистому обращению к Слову истины, и чувственно пристрастное созерцание видимых [вещей], которые, [словно покровы], накладываются на проницательную зоркость души."

источник: преподобный Максим Исповедник "Главы о богословии"

7. Проповедь о богодухновенном сердце и языке.

толкование на Псалтирь
"Отры́гну се́рдце мое́ сло́во бла́го, глаго́лю а́зъ дѣла́ моя́ Царе́ви: язы́къ мо́й тро́сть кни́жника скоропи́сца."
"Tры1гну се1рдце мое2 сло1во блaго, глаго1лю ѓзъ дэлA мо‰ цRе1ви: љзы1къ мо1й тро1сть кни1жника скоропи1сца."
"Излилось из сердца моего слово благое; я говорю: песнь моя о Царе; язык мой – трость скорописца."
(Пс. 44:2)

     Вот наитие Духа Божия! Пророк желает говорить о Владыке Христе, и его сердце исполнилось силы и мудрости [букв.: взбухло силой и мудростью.— Пер.]. Посему не глаголет он: скажет или произнесет сердце мое благое слово, но — отрыгнет: будто часть собственного своего сердца выносит он наружу. Это подобно струе из переполненного, преизливающегося источника. Нагнетенная вода теснится в подземных узких каналах, но, достигнув истоков родника, мощными струями вырывается наружу.

     Таково сердце пророка, когда хочет оно вещать о Христе. Такова сила благодати, утесненной в человеческом сердце. Если не проявится она в могучих словах либо в чудотворных делах, то будет сиять внутри человека, творя чудеса. А если исходит она в словах, то язык пророка становится похожим на трость, на перо книжника-скорописца. Ибо не мучится здесь человек, чтобы родить [букв.: составить.—Пер.] мысль, и не терзается над тем, как облечь мысли в слова, но сама благодать приливает к языку с готовыми мыслями и словами.

Откуда такая сила в человеке?
От Бога Духа Святого.
К чему такая сила?
К тому, что пророк намеревается говорить Царю о Самом Царе:
Глаголю аз дела моя цареви.

     Дело и слово здесь отождествляются, как чаще всего это и бывает в Священном Писании. Где Дух говорит, там Он и действует; и где действует, там и говорит.

     Сильнее всего глаголет Он через дела. Пророк берет от Христа Царя и дает Христу Царю: говорит он, воодушевляясь любовью к Спасителю мира; вещает из сердца, изобилующего вдохновением Божественной любви. Из древности времен зрит он воплощенного Сына Божия, и его сердце играет от радости. [Это сродни тому] как путник, изнуренный ночным переходом, замечает алую зарю на востоке!

     О Господи Боже Душе Святый, не лиши и нас Твоей святой и всесильной благодати, дабы могли мы очиститься от греха и удостоиться Царства Христова. Тебе слава и [по]хвала вовеки. Аминь.


(Прим. - Ред.)

зриДогматическое богословие: Открове́ние Боже́ственное


Сверхъестественное откровение Божие

Иногда состояние возводимых к сверхъестественному откровению Божьих избранников определяют, как состояние, в котором деятельность разума и чувств как бы приостанавливается, умолкает. По большей части эту оценку соотносят с без-образными видениями, не подлежащими описанию в категориях рационального рассудка.

«Мы пользуемся произносимым словом, касающимся чего-то воспринимаемого чувствами, тогда, — уверен автор схолий к Корпусу сочинений Дионисия Ареопагита, — когда нуждаемся в словах, слогах, буквах и письме для изъяснения того, о чем идет речь. Если же душа благодаря прямым энергиям сама по себе устремляется к умопостигаемому, тогда, за пределами чувств, чувства излишни, ибо воображается высшее. Когда же она становится боговидной, продвигаясь понемногу в простертости, и благодаря единству с Непознаваемым получает доступ к неприступному свету, тогда и умственные энергии излишни, равно как и чувственные, поскольку душа помышляет высшее такового, объединившись, наконец, с Богом. А когда она представляет себе в то же время что-то низкое и старается взяться за что-то чувственное, тогда ей нужно искать более точные слова и более ясно видные вещи».

Что же касается библейских пророков, Божественные откровения преподавались им, большею частью, либо в форме конкретных указаний, либо в аллегориях и символических образах. В процессе видений праведники не теряли способность к живому общению с Богом: могли разговаривать с Ним (Ис. 6:11), вкушать получаемые от Него свитки (Иез. 2:8-9; 3:3), испивать чаши (3Ездр. 14:39-40) и даже бороться (Быт. 32:24:29). Однако иногда и в отношении пророческих озарений утверждалось, что они приводили к молчанию разума и чувств.
Такому пониманию способствовало, например, изречение Псалмопевца:
«Язык мой — трость скорописца» (Пс. 44:2);
утверждение апостола Петра:
«...Никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым» (2Пет. 1:21).

«Чин откровения, — пишет преподобный Исаак Сирин, — отличен от того, чтобы человек через изучение мудрости и труд разума направлял мысли свои к постижению некоего смысла и созерцанию чего-либо через мыслительный процесс. Ибо сказано: “Откровение есть молчание разума”. И никто пусть не воображает, что посредством ревности и помышления человеческого он обрел знание: это случается по действию духовному, когда тот, кому дается откровение, в это время не ощущает ни какого-либо помысла в душе своей, ни чего-либо подлежащего чувствам: он просто не пользуется ими и не сознает их. И это мы не от своего разумения говорим, но доказывается это особенно из писаний пророков, которые, когда бывали им откровения, поскольку находились в изумлении, не ощущали ничего из обычных предметов и не пользовались помыслами по воле своей. Не было у них и чувственного восприятия, но ум их был всецело сосредоточен только на смысле того, что открывалось видим в откровении».

Со временем на почве этих оценок сложилась доктрина, сообразно которой сверхъестественное откровение вводит озаряемого в механическое возбуждение — бессознательное состояние, схожее с гипнотическим трансом и аналогичное тому, какое испытывают языческие «мистики» в процессе общения с потусторонней действительностью. Шаткость этой концепции заключается в том, что и гипнотический транс, и состояние оккультного неистовства связано с подавлением личностных начал, лишением человека критики и рассудка, духовным оцепенением. Во время таких экстремальных сеансов люди могут испытывать зрительные и слуховые галлюцинации, рыдать и кричать, производить нецелесообразные движения. И если в варианте с гипнотизёром человек становится подконтрольным «всего лишь» человеку, то внедрённый в оккультную практику превращается в орудие лукавых демонических сил.

При таких обстоятельствах демоны могут порождать в воображении звуки и образы, обманывать внешние чувства, трансформировать сознание, возбуждать похоть, и при этом внушать, что они-де — души родственников, добрые ангелы или Господь. Эта практика может привести человека к ужасным последствиям, вплоть до дезорганизации психики и духовного истощения.
«Действуя также незаметно, как зараза, — сигнализирует Тертуллиан, — веяние демонов и ангелов производит обольщение ума, вызывая исступление, отвратительное безумие и лютую похоть с разнообразными заблуждениями, из которых самое сильное то, с помощью которого это бесовское обольщение препоручает плененному и обманутому человеческому уму всем известных богов, чтобы заодно и себе обеспечить особое (мысленное — А. Л.) питание от чада и крови, предлагаемое статуям и образам».

Обратной стороной этих мистических параллелей можно назвать обвинения, выдвигавшиеся в адрес монахов-молчальников, кои, пребывая на высших ступенях молитвенного делания, созерцали нетварный Божественный свет. Люди гордые и далёкие от подвига непрестанной молитвы, для которых христианский мистический опыт был непонятен и чужд (в силу чего они и не допускали возможность наличия этого опыта у других), упрекали безмолвников в бесновании, демоническом мудрствовании, мессалианстве.

Мессалиане, или евхиты, — это еретики, полагавшие, что «сатана и Дух Святой сообитают в человеке, а даже апостолы не были чисты от действия одержимости, и ни крещение не делает человека совершенным, ни причастие божественных тайн не очищает душу, но одна только молитва, о которой они радеют». Мессалианам мерещилось, что и «им, и научившимся у них Дух Святой является чувственно», и что они, как духовные, «видят грех внутри и извне, равно и благодать действующую и производящую».

Но святые подвижники не были подобны евхитам, никогда не ставили во главу угла зрелище и не гонялись за созерцаниями ради удовольствия или удовлетворения праздного любопытства. Бог представал перед ними в Своем таинственном свете, как плод всей их добродетельной жизни.
«Воздержись от высших созерцаний, если ты не достиг ещё крайнего бесстрастия, — сигнализировал преподобный Феогност, — не гонись за тем, чего догнать нельзя, и не ищи того, что выше сил твоих. Если желаешь... сделаться богословом и созерцателем, путем жизни взойди до сего и чистотою стяжи чистое (Боговедение.

В отличие о демонических наваждений харизматические озарения низводятся на людей без насилия над разумом и чувствами: свобода произволения в этих случаях остается ненарушенной. Это хорошо видно из примеров бесед Бога с Адамом после грехопадения, с Каином после братоубийства, когда те, в ответ на Божественное обращение, имели возможность покаяться, но всё же осознанно и добровольно пренебрегли ей и стали дерзить своему Творцу. Сверхъестественные откровения воспринимаются человеком без вреда для духовного здоровья. Мудрый Бог всегда открывает Себя по мере приемлемости человека, исходя из его состояния и условия нравственной пользы. Проникаясь Божественным светом, созерцатели освобождаются от душевного мрака, пребывают восхищенными, изумленными, восторженными. В это время их личностное содержание не только не опустошается, но напротив: раскрывается, возвышается, восполняется Духом Святым.
«...Боговидцы, — делится знаниями святитель Григорий Палама, — причастны непостижимому Духу, который им заменяет и ум, и глаза, и уши и благодаря которому они и видят и слышат и понимают...».

Бог так глубоко проникает в сознание человека, а сознание так сильно преображается и сближается с Богом, что между ними составляется духовное единство.
«...Вода живая, говорящая во мне, — констатировал святой Игнатий Антиохийский, — взывает ко мне изнутри: “Иди к Отцу”».

Тогда как ложные «откровения» связаны с разогревом воображения, кознями богопротивных ангелов, свидетели истинных тайн Домостроительства Божия высвобождаются из-под влияния посторонних движений разума, воли и чувств, мешающих сосредоточению на главном. Пребывая в Духе, святые отличают Божественные откровения от злотворных демонических воздействий, внушений собственного разума и чувств. Сам Дух удостоверяет их, что воспринимаемые ими голоса и видения имеют Источником Бога. В частности это показано в Книге пророка Иеремии:
«И было слово Господне ко мне: “что видишь ты, Иеремия?”. Я сказал: вижу жезл миндального дерева. Господь сказал мне: ты верно видишь; ибо Я бодрствую над словом Моим, чтоб оно скоро исполнилось» (Иер.1:9-12).

«...Пророки, — напоминает святитель Иоанн Златоуст, — не были подобны (языческим) прорицателям. У тех, когда бес овладевал их душею, то ослеплял ум и помрачал мысли, и они произносили все так, что их ум нисколько не понимал произносимого, точно какая-нибудь бездушная флейта издавала звуки... Но дух Святый действует не так, а напротив, Он оставляет сердцу разумение изрекаемого... Бес, как враг и неприятель, действует на природу человеческую враждебно; а Дух Святый, как благопопечительный и благодетельный, приемлющим Его оставляет сознание и открывает уму их смысл Своих вещаний».

источник: Леонов А. М. "Православное Догматическое Богословие в конспективном изложении"


Создание и сопровождение сайта:   Студия AleGrans.ru