Неделя пятая по Пятидесятнице

В начало

Дата:
Неделя:
Пост:
День памяти святых:
Апостольские и Евангельские чтения дня:
подписка на новости сайта - просто введите Ваш email:
на указанную почту поступит письмо для подтверждения подписки (проверяйте папку "спам" - письмо может попасть и туда)

богословские курсы ВКонтакте

     Братия и сестры, важнейшим моментом в ходе Божественной Литургии является чтение Евангелия. Чтобы помочь Вам подготовится к воскресной литургии, мы за несколько дней до службы публикуем тексты евангельских чтений с толкованиями Святых Отцов и учителей православной Церкви. Тексты будут размещены в синодальном переводе и на церковнославянском языке (исходный текст и транслитерация).

Апостол

воскресный листок

Евангелие

воскресный листок
     В "Воскресном листке" на одной странице указаны праздники, отмечаемый Русской Православной Церковью в это воскресенье, а также приведен текст апостольского чтения. На другой странице размещен текст евангельского чтения дня.
Советуем Вам распечатать "Воскресный листок", предварительно ознакомиться с ним и взять его с собой на службу.
файлы для печати высокого разрешения:
скачать 1-ю страницу jpg скачать 1-ю страницу pdf скачать 2-ю страницу jpg скачать 2-ю страницу pdf

Апостол: Неделя 5-я по Пятидесятнице


скачать, формат pdf скачать, формат jpg (изображение)

Евангелие: Неделя 5-я по Пятидесятнице


скачать в формате pdf скачать, формат jpg (изображение)

12 июля 2020 года. Неделя 5-я по Пятидесятнице
ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ: ВЕЛИ́КАЯ ВЕЧЕ́РНЯ, У́ТРЕНЯ, ЧАСЫ, БОЖЕ́СТВЕННАЯ ЛИТУРГИ́Я

скачать, формат doc скачать, формат pdf скачать, формат rtf

особенности различных форматов размещенных текстов:
- файл в формате *doc(*docx) можно отредактировать под свои нужды. Наиболее адекватно открывается на компьютере;
- файл в формате *rtf можно отредактировать под свои нужды. Адекватно открывается на компьютере. Также можно редактировать на мобильных устройствах при наличии соответствующего ПО;
- файл в формате *pdf наиболее удобен для чтения с экранов планшетов. Редактированию обычными средствами практически не поддается.




Святые Отцы о 5-й неделе по Пятидесятнице

     ”Уйди, уйди от нас, уйди из наших пределов!” – говорил народ, который предпочел то, что ему было дорого: богатство, стада, невзволнованность жизни здравию, исцелению человека; уйди – Ты у нас отнимаешь то, что нам дороже человека...
     Уйди от нас, – говорил Великий Инквизитор, – Ты нам мешаешь строить земное добро, мешаешь обеспечить счастьем безмолвное, безответственное стадо; уйди! Ты им открываешь пути, по которым им слишком трудно будет идти...
     Уйди от нас! – говорили вожди еврейского народа перед лицом Пилата – а раз Ты Сам не уходишь, пусть сила земная, грубая сила нас от Тебя избавит...

     И к Пилату обращались со словами: Распни, распни Его, – чтобы не звучала больше на наших улицах эта страшная проповедь о безусловной, крестной любви, это безумие о кротости и смирении, самоотречении, любви, отдающей все; потому что ничего нет более ценного, нежели человек...
     И через всю историю звучит этот крик: Уйди! Ты стоишь на нашем пути к благополучию, к беспечности, к забвению... Это говорит через всю историю человеческий род. А мы? Неужели мы единственные, с небольшой горсточкой учеников, этого страшного слова, прямо или косвенно, никогда не говорим и никогда не сказали? Вспомним притчу Христову об овцах и козлищах: разве не приходил к нам человек в нужде, и разве мы не говорили ему “Уйди!”?

     Человеку нечего было надеть, но мы ему отвечали: «Поношенного у меня ничего не осталось, а нового, хорошего, я тебе, конечно, отдать не могу – уйди!..»

     Не подходил ли к нам нищий на дороге, и не отвечали ли мы ему, держа в сумке купленную еду: Я истратился, не могу тебе дать ничего...

     Из сумки мы ничего не вынули, из кошелька ничего не дали; сказали: «Уйди...»

     Или просто, что, может быть, еще страшнее, нарочно его не увидели, прошли мимо, скользнули взором, так что он знал, что мы его видели, но что он для нас не существует; из бытия прогнали его в небытие...

     Бывает, что и вор, и преступник постучится в нашу дверь: я прямо из тюрьмы, мне нужно немножко денег, мне надо одеться, чтобы найти работу... И сколько раз такой человек слышал от мнимого верующего: С такими, как ты, я не общаюсь, – уйди!..

     Сколько раз бывало, что надо было в больнице посетить больного – но нет! – там можно заразиться, туда лучше не идти! Пусть он идет своим путем – а с моей дороги уйдет!..

     Так было когда-то, когда в декабрьскую ночь пожилой мужчина, который вез с собой молодую беременную Мать, стучался во все двери вифлеемские; ни одна дверь не открылась: у нас тихо, у нас тепло, мы собрались семьей – чужой нам не нужен; ищи другого пристанища, уйди в ту пещеру, в загон, где бедняки держат своего вола, осла: от нас уйди!..

     Сколько раз бывало в жизни каждого – в моей и вашей, – что человек с горем приходил, когда у нас на душе была весна, и ему говорилось: Уйди, не отравляй нашу радость! В нашем доме брак, в нашем доме именины, в нашем доме ликование – не омрачай этой радости: так мало ее бывает!..

     А бывает, что человек придет в дом горя, и ему скажут: Уйди! У нас темно, и у нас горя вдоволь – не прибавляй, чаша полна, через край переливается – уходи от нас!..

     И так можно было бы образов, примеров дать без конца, не из чужой жизни – из своей, из моей, из вашей... И так поступили со Христом; а Спаситель не сказал ли нам:
"Что вы сделали одному из малых сих, вы сделали Мне?..
Значит, мы Ему говорили:
Уйди! Ты нас лишаешь того, что нам дороже Твоего присутствия и тех, кого Ты так возлюбил, что Ты за них отдал Свою жизнь, Свою страшную Гефсиманскую ночь, Свое телесное распятие, оставленность Богом на кресте; все это мне нипочем: Ты их так любишь – не я...

     Мы не говорили: “Распни, распни Его, но разве, когда человек умирает от голода, когда человек истосковался в одиночестве, когда он брошен, когда ему места нет среди людей, как Христу не оказалось места даже умереть в граде Иерусалиме, – разве это не прикованность ко кресту, не распятость, не смерть оставленности, медленная, порой горькая смерть, когда раньше тела умрет вера в человека и вера в Бога, умрет и погаснет надежда, потускнеет и умрет любовь...

     Вот о чем говорит эта такая привычная нам притча; весь этот рассказ ведет к тому, что сказано было Христу в момент, когда Он явил Свое сострадание, и милосердие, и любовь, и Божественную силу:
Уйди, Ты у нас отнимаешь земное, а небесного нам не нужно...

     Вспомним слово Спасителя и опомнимся:
«Ищите прежде Царствия Божия» (Мф.6:33)
– и все приложится; и именно приложится: не отнимется, но найдет свое место там, где небо на земле, и будет тогда полнота.
Аминь.
Гадаринцы видели дивное чудо Господне, явленное в изгнании легиона бесов, и, однако же, всем городом вышли и молили Господа, «чтобы Он отошел от пределов их» (Мф.8:34). Не видно, чтобы они враждебно относились к Нему, но не видно и веры. Их объяло какое-то неопределенное страхование, по которому они желали только: иди мимо, куда знаешь, только нас не касайся.
Это настоящий образ людей, которые мирно в имениях своих живут. Сложился около них порядок вещей не неблагоприятный; они привыкли к нему, ни помышлений, ни потребности нет, чтобы изменить, или отменить что, и боятся они сделать какой-либо новый шаг. Чувствуя, однако, что если придет повеление свыше, то страх Божий и совесть заставят их отказаться от старого и принять новое, – они всячески избегают случаев, могущих довести их до таких убеждений, чтоб, прикрываясь неведением, жить покойно в старых привычках. Таковы те, которые боятся читать Евангелие и отеческие книги и заводить беседу о духовных вещах, из опасения растревожить свою совесть, которая, пробудившись, начнет понуждать одно бросить, другое принять.
Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года
     Случилось в старые времена, что жестокоустые люди смотрели в лице Сына Божия и не познали Его, и не разрешились узы их языка, чтобы прославить Его. Тогда Бог Живый отверз уста бесам, чтобы они устыдили людей, признав Сына Божия. Бесы, которые хуже камней и дешевле песка, возопили в присутствии Сына Божия, в то время как люди стояли возле Него, охваченные немотой. И если то, что совершенно отпало от Бога, было вынуждено исповедать имя Божие, как не сделать этого безгрешным камням, слепо покоряющимся Божией воле!
     Господь наставляет людей не только через небеса, наполненные ангелами и украшенные звездами, не только через землю, всю покрытую знаками бытия Божия, но даже и через бесов – лишь бы предоставить безбожникам, стремительно спускающимся в ад, возможность хоть чего-то устыдиться, и восстать, и спасти свои души от преисподней, огня и смрада.
     Поскольку даже избранные, следовавшие за Христом на земле, выказали маловерие, то Господь повел их в места самой непроглядной языческой тьмы, чтобы обличить и устыдить их тем, что произойдет. А то, что произошло, описывает сегодняшнее Евангелие.
Святитель Николай Сербский. Беседы. Неделя пятая по Пятидесятнице. Евангелие о спасении человека и гибели свиней

Практическая Гомилетика. Том 3. Недели по Троице 1-17. Неделя пятая по Троице. протоиерей Иоанн Толмачев (†1897)

Гомилетика – наука о сущности, содержании и специфических особенностях христианской проповеди (гомилии)
Об авторе

Пятая неделя по Троице

I. Евангельское чтение.
Зачало 28. Евангелие от святого апостола Матфея (8:28–34; 9:1)
СОДЕРЖАНИЕ:
- Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения
- О существовании злых духов
- О чудесах Иисуса Христа
- О человеческих страданиях
- Явление странное, но оно нередко повторяется и между нами
- Мрак духовного невежества
- Действие дьявола в чадах неверия
- Несчастное ослепление многих людей при очевидной истине
II. Апостольское чтение.
Зачало 103. Послание к Римлянам (10:1-10)
СОДЕРЖАНИЕ:
- Практический очерк содержания рядового чтения.
- Обязанность христиан по отношению к заблуждающимся в вере
- Недостаток ревности к православной Вере и Церкви
- Христианское учение согласуется с самыми святейшими требованиями нашей природы
- Исповедание веры

Образцы церковной проповеди
Слово в Неделю 5-ю по Троице.
Христос, как победитель ада
Библиографический указатель слов, бесед и поучений на 5-ю Неделю по Троице
Неделя пятая по Троице: Евангелие и Апостол (открыть в новом окне)
Навигация по документу: после нажатия на внутренню ссылку происходит переход к ее описанию (как правило, стих Писания) - в нижнюю часть документа. Чтобы вернуться в исходное место достаточно нажать на номер ссылки.

Божественная Литургия 12 июля 2020 года

Евангелие от Матфея 8:28-34 - 9:1 (зачало 28)

В ходе Божественной Литургии Евангелие читается на церковнославянском языке. Кому пока еще трудно читать тексты, написанные церковнославянским шрифтом, размещаем их транслитерацию (написание гражданским шрифтом), а также синодальный перевод. Церковнославянский язык является священным богослужебным языком потому, что создан был Кириллом и Мефодием для высшей цели – для богослужебного употребления, для церковного прославления Бога и общения с Ним.
словарь малопонятных слов, встречающихся при чтении Псалтири и молитв

     Очень важно для нас, что Православная Церковь никогда не канонизировала какой-то один текст или перевод, какую-то одну рукопись или одно издание Священного Писания. Единого общепринятого текста Библии в православной традиции нет. Существуют расхождения между цитатами из Писания у Отцов; между Библией, принятой в греческой Церкви, и церковнославянской Библией; между церковнославянскими текстами Библии и рекомендованным для домашнего чтения русским Синодальным переводом. Эти расхождения не должны нас смущать, ведь за разными текстами на разных языках, в разных переводах стоит единая Благая Весть.

     Наша церковнославянская Библия имеет в своей основе греческий текст Библии (Септуагинту). Это драгоценное достояние нашего народа, и Русская Православная Церковь проявляла и проявляет заботу об этом достоянии. Выполненный под руководством святителя Филарета Московского Синодальный перевод был сделан (впервые в православном мире) непосредственно с еврейского масоретского текста, с учетом, в отдельных случаях, чтений Септуагинты. Этот перевод сегодня за пределами богослужения приобрел статус общецерковного или даже официального перевода Русской Православной Церкви. Благодаря Синодальному переводу Священное Писание стало более доступным для вocприятия, а это помогло людям сохранить веру и заложило основы для возрождения религиозной жизни

     Таким образом, в Православной Церкви сосуществуют переводы, ориентирующиеся на разные текстуальные традиции. Это отражает, с одной стороны, верность древним библейским истокам христианства, с другой — верность святоотеческому преданию и традиции ранней Церкви.

председатель Отдела внешних церковных связей, председатель Синодальной библейско-богословской комиссии, ректор Общецерковной аспирантуры и докторантуры митрополит Волоколамский Иларион


Мы специально разместили церковнославянский текст первым - старайтесь сначала читать его (чтобы глаз привыкал) и "подглядывать" в гражданский текст. Даже если вы не воспринимаете церковнославянский шрифт - смотрите также и на вторую строчку - на этом языке читали Писание наши предки - это язык Богообщения.

Евангелие от Матфея


Стих 8:28

И пришéдшу емý на о́нъ пóлъ, въ странý гергеси́нскую, срѣтóста егó двá бѣ́сна от грóбъ исходя́ща, лю́та зѣлó, я́ко не мощи́ никомý минýти путéмъ тѣ́мъ.
И# прише1дшу є3мY на њ1нъ по1лъ, въ странY гергеси1нскую, срэто1ста є3го2 двA бBсна t грHбъ и3сход‰ща, лю6та ѕэлw2, ћкw не мощи2 никомY минyти путе1мъ тёмъ.
И когда Он прибыл на другой берег в страну Гергесинскую, Его встретили два бесноватые, вышедшие из гробов*, весьма свирепые, так что никто не смел проходить тем путем. //*Из пещер, где погребали.

После того, как Христос удалился от моря, последовало другое, страшнейшее чудо.

То, что Лука упоминает об одном беснующемся, тогда как Матфей говорит о двух, не показывает между ними разногласия. Разногласие между ними оказывалось бы только тогда, когда бы Лука сказал, что один только был беснующийся, а другого не было. Когда же один говорит об одном, а другой о двух, то это не есть признак противоречия, а показывает только различный образ повествования. И мне кажется, что Лука упомянул о том только, который был лютейшим из них, почему и бедствие его представляет более плачевным, говоря, например, что он, расторгая узы и оковы, блуждал по пустыне; а Марк свидетельствует, что он еще бился о камни. Да и самые слова их достаточным образом обнаруживают их лютость и бесстыдство, потому что они говорили: "пришел еси семо прежде времени мучити нас".

Но почему они любили жить в гробах? Потому, что им хотелось во многих посеять пагубное учение, то есть, что души умерших превращаются в бесов, чего никогда не должно даже и в уме представлять. Что же ты скажешь на то, - спросит кто-нибудь, - что многие из чародеев закалают детей с тою целью, чтобы их души после того им содействовали? А откуда это известно? Что закалают детей, о том говорят многие. Но что души закланных находятся с заклавшими их, скажи мне, откуда ты узнал об этом? Ты скажешь, что сами бесноватые взывают: я душа такого-то человека! Но и это - хитрость и обман дьявола. Не душа какого-нибудь умершего вопиет, а притворяющийся так демон, для обольщения слушателей. Если бы душа могла войти в существо дьявольское, то тем более она могла бы войти в свое тело. Притом нельзя представить, чтобы душа обиженная стала содействовать обидевшему ее, или чтобы человек в состоянии был изменить свою бестелесную природу в другое существо. Если невозможно это в отношении к телам, так как никто не может превратить тела человеческого в тело ослиное, то тем более невозможно это в отношении к невидимой душе, которую никто не может превратить в существо демонское.

Итак, это - бредни пьяных старух и детские пугалы. Душе, отделившейся от тела, уже невозможно блуждать здесь, потому что
"праведных души в руце Божией" (Прем. 3:1).
Если же души праведных в руке Божией, то и души детей, так как они не сделались еще злыми. Да и души грешников тотчас удаляются отсюда. Это видно из притчи о Лазаре и богаче. И в другом месте Христос говорит:
"сегодня душу твою истяжут от тебе" (Лук. XII, 20).
Да и быть не может, чтобы душа, исшедшая из тела, блуждала здесь. И это вполне сообразно с разумом. В самом деле, если мы, ходя по земле знакомой и известной нам, и будучи облечены телом, когда совершаем путь в странах чужих, не знаем без руководителя, какою надобно идти дорогою, то каким образом душа, отделившаяся от тела и отрешившаяся от всех земных связей, может знать без путеводителя, куда ей должно идти? Также и из многих других доказательств всякий может легко увидеть, что душа, исшедшая из тела, не может уже здесь оставаться. Так Стефан сказал:
"приими дух мой" (Деян. VII, 59);
и Павел говорит:
"разрешитися и со Христом быти, много паче лучше" (Филипп. I, 23).
Также о патриархе Писание говорит:
"и приложися ко отцем своим, воспитан быв в старости добре" (Быт. XXV, 8).

А что и души грешников по смерти не могут здесь пребывать, послушай богача, который много о том просил, и не получил желаемого. Если бы это возможно было, то он сам пришел бы и возвестил о происходящем там. Отсюда видно, что души, по отшествии отсюда, уводятся в некую страну и, уже не имея возможности возвратиться оттуда, ожидают страшного того дня.

Место, куда Спаситель прибыл, Матфей называет h cwra twn Gadarhnwn, страною Гадаринскою. В древности были три города, от которых могли заимствовать свои названия этой местности евангелисты.

1. Гераса — этот город находился далеко к юго-востоку от Галилейского озера, на границе с Аравией, дня на два пути от южного берега Галилейского озера, несколько к северу от реки Иавока, притока Иордана. От города остались самые значительные развалины в той местности. Он стоял на месте нынешнего Джераш. Предполагают, однако, что он не мог сообщить названия местности близ Галилейского озера, и что встречающееся в некоторых рукописях название gerashnwn есть только испорченное gergeshnwn.

2. Ближе к озеру находилась Гадара, в южном направлении от реки Ярмука, также притока Иордана. Иосиф Флавий говорит, что Гадара была укрепленной столицей Переи. Слова Евсевия не отличаются ясностью, он сообщает, что Гадара находилась против (antikru) Скифополя и Тивериады к востоку, на горе, где существовали горячие лечебные источники. Неясность здесь в том, что Тивериада была несколько севернее Гадары по другую (восточную) сторону Иордана, а Скифополь (Беосан) гораздо южнее. Гадара была известна своими горячими источниками далеко за пределами Палестины; об этом междy прочим упоминает Страбон. Город этот был разрушен иудеями, но потом восстановлен Помпеем, и от него осталось множество монет. Гадара была населена большею частью язычниками, и Иосиф называет ее polij ellhnij, греческий город. Она входила в число десяти городов так называемого Десятоградия. В настоящее время называется Ум-Кейс. Округ Гадары граничил на западе с округом Скифополя, а на севере — Итона. Гадаре принадлежала часть полосы по восточную сторону озера. Какое отношение имела эта Гадарянская полоса к полосе Итона, который также владел озерным берегом в средне-восточной части озера — трудно сказать, и это затруднение — главное.

3. По свидетельству и Оригена, и Евсевия, существовала Гергеса, от которой не осталось никакого следа (местность известна теперь под именем Керсы). Трудно сказать, принадлежала ли, и, если принадлежала, то каким образом, Гергеса к Гадаре, если только между ними находился округ Итона, и почему этот округ не назывался по имени последнего города. Цан, впрочем, с уверенностью предполагает, что весь округ этот назывался Гадарянским, включая и место, где расположена была Гергеса. Этим объясняются различия в показаниях евангелистов, из которых один (Матфей) называет местность (по более вероятному чтению) страною гадарян, а два других синоптика (также по более вероятному чтению) Марк — gerashnwn (Мк. 5:1), а Лука — gergeshnwn (Лк. 8:26) (в русск. у Матфея — в страну Гергеcинскую, а у Марка и Луки — Гадаринскую). Таким образом, нужно допустить, что Спаситель вышел на берег около Гергесы и хотел направиться отсюда по дороге к Гадаре, если только была такая дорога.

Дальнейшее сообщение доставляет еще больше трудностей. По сообщению Матфея ко Христу вышли два бесноватых, а к Марку и Луке — только один. Никак нельзя иначе примирить евангелистов, как только предположением, что Матфей обратил внимание на двух лиц, а другие синоптики только на одного, сравнительно еще более свирепого, чем другой. Этот второй, менее свирепый, и у Матфея не выступает ясно, как бы несколько стушевывается. Впрочем, некоторые выражение Марка (Мк. 5:9) «потому что нас много» толкуют в том смысле, что в том мире было много не демонов, а бесноватых. Был один бесноватый, или их было двое, или даже несколько, этого нельзя решить с полною точностью. Точно известно только, что они жили в гробах. Путешественники и теперь по дороге в Гадару встречают гробницы (кладбища), высеченные в горах. Причину, почему бесноватые жили в гробах объясняли тем, что это было иудейское суеверие, по которому демоны имели преимущественно пребывание в гробницах и нa кладбищах, и бесноватые только следовали этому суеверию. Но естественнее всего объяснять жизнь бесноватых в гробах тем, что они были изгнаны из городов и селений. Чем они питались? На этот вопрос опять трудно ответить точно. Может быть растениями и травами, а может быть им и приносили пищу какие-нибудь люди, хотя это последнее, конечно, и сомнительно. Выражение евангелиста Матфея и Марка «никто не смел проходить путем тем» едва ли не следует понимать только в условном смысле, именно, что путь был опасен для одного или нескольких лиц, а не в том, что всякое сообщению между Гадарой или Гергесой и озером прекратилось вследствие присутствия бесноватых. Что они не для всех были опасны, видно из того, что по крайней мере одного бесноватого пробовали даже связывать (Мк. 5:4); (Лк. 8:29). Опасность от бесноватых заключалась в том, что они были calepoi lian, не просто, но слишком свирепы.

     Гергеса и Гадара были города в земле языческой, на другом берегу моря Галилейского. Это были два города среди десяти, некогда существовавших на берегах сего моря. У евангелистов Марка и Луки вместо Гергесы упоминается Гадара: это означает только то, что два города находились рядом и что событие, о котором рассказывается, произошло недалеко от обоих городов. Евангелисты Марк и Лука упоминают об одном бесноватом, в то время как Матфей – о двух. Первые упоминают одного из двух, который был страшней и, как наводящий ужас на всю округу, известнее, в то время как Матфей упоминает обоих, поскольку оба были исцелены Господом. А что один из них был известнее своего товарища, видно из описания святого евангелиста Луки, говорящего, что этот одержимый был из города – один человек из города. Будучи горожанином, он должен был быть известнее в городе, чем другой бесноватый, который, по всей видимости, был из селения. Также следует из слов Луки, что человек сей был одержимый бесами с давнего времени и что они мучили его долгое время, следовательно, он давно был болен и из-за своей многолетней болезни был хорошо известен во всей этой местности. Что он бесновался намного более люто и злобно, чем его товарищ, видно из замечания Луки: люди связывали его цепями и узами, но он разрывал путы и был гоним бесом в пустыни. Итак, вот причина, по которой евангелисты Марк и Лука вспоминают только об одном бесноватом, хотя их было двое. Мы и сегодня часто пользуемся подобным способом описания событий, вспоминая, например, лишь предводителя пойманной разбойничьей шайки. И хотя поймали целую шайку разбойников во главе с атаманом, мы говорим, что пойман такой-то атаман разбойников. Также поступают евангелисты. И в то время как Марк и Лука дополняют повествование Матфея одной деталью, а именно, описанием главного одержимого, Матфей дополняет Марка и Луку другой деталью – упоминанием об обоих одержимых.
     Эти одержимые жили в гробах, и из гробов они выходили и скитались по пустыне, и устрашали людей в полях и на дорогах, особенно на дороге, вблизи которой находились их гробы. Язычники хоронили умерших чаще всего возле путей и дорог, что не было редкостью и у евреев. Так, гроб Рахили находится у дороги, ведущей из Иерусалима в Вифлеем; гроб Манассии у дороги к Мертвому морю.
     Овладев двумя человеческими существами, бесы стали пользоваться ими как своим орудием для причинения зла другим людям. Ибо главная особенность людей, которыми овладели нечистые духи, – творить лишь мерзости и зло. Они были обнажены от всякого блага. И в одежду не одевавшийся, – говорится об одном из них. Думается, что не только тело его было наго, но и душа не облечена ни в какое благо, ни в какой дар Духа Божия, но была совершенно голой и пустой от добра, которое есть Божий дар. И оба были так жестоки и злы, что никто не смел проходить тем путем.
     Евангелия от Марка (Мк. 5:1) и от Луки (Лк. 8:26) пишут Гадаринску, но при Тивериадском озере лежит город Гергесса, а не Гадара. Некоторые говорят, что этот город имел два имени и назывался и тем, и другим. Кроме того, Матфей говорит о двух бесноватых, а Марк и Лука упомянули об одном, как более известном, который назывался легеоном, о котором рассказывают много ужасного и которому, вероятно, повиновался другой. Поэтому те пропустили его, а Матфей присоединил и его, как тоже бесноватого. Более исправные экземпляры имеют Гергесинскую, а не Гадаринскую и не Геразинскую. Гадара был город в Иудее, но озера с крутыми берегами или моря в ней не было нигде. Равным образом, Гераза был город в Аравии, но в соседстве своем не имеет ни озера, ни моря. Такой очевидной и легко изобличаемой лжи не сказали бы евангелисты, мужи, обстоятельно знающие все, что касается Иудеи. Итак, Гергеса, откуда гергесяне, был древний город при так называемом ныне Тивериадском озере; к нему прилегает крутой берег, на котором показывается место, откуда и были сброшены демонами свиньи. Гергеса – в переводе значит – обиталище изгнавших; она названа так, может быть, пророчески от того, как поступили со Спасителем владельцы свиней, просившие Его уйти из их пределов.
     Бесы охотно поселяются в гробах, желая внушать людям пагубную мысль, что души умерших, становясь демонами, остаются в гробницах собственных тел и соединяются с некоторыми (людьми). Но никогда они не убедят в этом правоверного. Если бы это была правда, то мучимый богач не просил бы Авраама послать Лазаря в мир, чтобы рассказать братьям его о случившемся с ним, но сам рассказал бы им.
     Слыша же, что беснующиеся, исшед из гробов, вышли на встречу Господу Иисусу, не подумай, аки бы встреча сия была по случаю, или ненарочно; ибо ничто не бывает без Божия благоволения и хотения.
«И власи главнии вам вси изочтени суть» (Мф. 10:30)
     Богочеловек, яко вся ведый, умилосердися о одержимых бесами, нарочно пришел в тот самый час, в который, по Божию смотрению, беснующиеся вышли из гробов: чего для «и сретоста Его». Достойно любопытства и сие, почему беснующиеся жили в гробах. В рассуждении убо сего приметь, что издревле некие, заблуждая, думали, аки бы души умерших бывают бесами. Почто такового же заблуждения держатся и доныне некоторые невежи, кои верят рассказам о мертвецах, о тенях, о колдунах, с того света выходцах (Злат. бесед. 22 на Мф.1). Бесы убо, чтобы таковое вредное заблуждение укрепить, понуждали беснующихся жить во гробах. Были же, пишет Евангелист, сии бесные "люты зело", то есть, весьма злы и свирепы, так что от страшилищ и козней их наглости никто не мог проходить чрез то место, где они пребывали. Таковыми же они были не естественно, яко люди, но противоестественно, яко бесами движимые и действуемые. Когда же встретили Иисуса Христа и приближились к Нему, тогда вострепетали бесы.

Стих 8:29

И сé, возопи́ста глагóлюща: чтó нáма и тебѣ́, Иисýсе Сы́не Бóжiй? пришéлъ еси́ сѣ́мо прéжде врéмене мýчити нáсъ.
И# се2, возопи1ста глагHлюща: что2 нaма и3 тебЁ, ї}се сн7е б9ій; прише1лъ є3си2 сёмw пре1жде вре1мене мyчити нaсъ.
И вот, они закричали: что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий? пришел Ты сюда прежде времени мучить нас.

Беснующиеся, как злые беглецы, увидев Господа, говорили: что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий? пришел Ты сюда прежде времени мучить нас. Тогда как народ почитал Его человеком, бесы пришли исповедать божество Его, и те, которые оставались глухими при возмущении и укрощении моря, услышали демонов, взывавших о том, о чем возвещало море своею тишиною. Потом, чтобы слова их не показались лестью, они самым опытом доказывают их истину: пришел еси семо, вопияли они, прежде времени мучити нас. Потому-то прежде всего они и сознаются в своей вражде, чтобы их прошение не подверглось подозрению. Действительно, будучи пронзаемы, воспламеняемы и претерпевая нестерпимые мучения от одного только присутствия Христова, они невидимо подвергались истязаниям и обуревались сильнее моря. Тогда как никто не осмелился приблизиться к ним? Христос сам подходит к ним. По свидетельству Матфея, они сказали: пришел еси семо прежде времени мучити нас. Другие же к этому присовокупили и то, что бесы умоляли Его и заклинали не ввергать их в бездну. Они думали, что уже настало время их наказания, и боялись, как бы уже имеющие подвергнуться мучению.

Они не могли сказать, что не согрешили; но просят Его не подвергать их наказанию прежде времени. Так как Спаситель нашел их делающими нестерпимые лютости и злодеяния, и всяким образом обезображивающими и мучащими Его творение, то бесы и думали, что Он, по причине чрезмерных их злодеяний, не будет отлагать времени наказания. Потому-то они просили и умоляли Его.

Таким образом те, которых не могли удержать и узы железные, приходят связанные;
те, которые бегали по горам, выходят на поле;
те, которые другим преграждали путь, останавливаются, увидя преграждающего им самим путь.

В русском тексте смысл слов выражен хорошо: "что Тебе до нас?" т. е., следовательно, своим вопросом бесы просто просили Христа не трогать их. По словам Августина, бесы назвали Христа Сыном Божиим более по подозрению. Слова «прежде времени» можно соединить или с словом «пришел», или с словом «мучить». В том и другом случае бесноватые хотели сказать, что Иисус Христос пришел до своего мессианского прославления, до окончательной победы Своей над адом и смертью, мучить их. Слова «Иисус» нет во многих и лучших кодексах; оно, как полагают, вставлено здесь с полей рукописи, по образцу выражений Марка и Луки. Речь бесноватых к Иисусу Христу показывает, что они были иудеи, а не язычники.

Святой Матфей говорит об исцелении обоих бесноватых, и потому опускает эти подробности. И ВОТ, говорит он, ОНИ ЗАКРИЧАЛИ: ЧТО ТЕБЕ ДО НАС, ИИСУС, СЫН БОЖИЙ? Что Ты хочешь делать с нами? Какое Тебе дело до нас? Могли ли так взывать к неизвестному Страннику, Которого в первый раз видели, люди, жившие в языческой стране? Могли ли они от себя называть Его по имени, да еще Сыном Божиим? К тому же они были вне себя... Ясно, что устами их взывали злые духи, о которых слово Божие говорит, что они «веруют и трепещут» (Иак. 2:19), которые предчувствовали, что Господь изгонит их из людей, но были связаны Божиим повелением – не увлекать несчастных страдальцев в пустыню, а встретить Господа на берегу моря.

Святой Марк повествует, что «много просили Его, чтобы не высылал их вон из страны той» (Мк. 5:10), из страны Гергесинской, где жили язычники, и потому бесы имели там большую власть над людьми.

А святой Лука говорит, что бесы умоляли Господа, чтобы не приказывал им идти в бездну, в глубины мрачного ада, в темницу духов, где уготованы им вечные муки. Из этого видно, как страшны муки адские, если сами бесы страшатся их.

Эти мольбы, эти жалобы и упреки бесов, что Господь пришел мучить их, сами собой обличали нелепую хулу фарисеев, будто Господь изгонял бесов силой князя бесовского.

Это исповедание [Иисуса Сыном Божиим] не есть исповедание добровольное со стороны демонов, за которым следует награда исповедующему, но есть вынужденное необходимостью признание, которое побуждает их, как бы беглых рабов, которые спустя продолжительное время снова видят господина своего, не просить ни о чем, кроме избавления от ударов.

Так и демоны, внезапно увидя Господа, ходящего по земле, думали, что Он пришел для суда над ними. Присутствие Спасителя есть мучение для демонов. И некоторые выражают достойное смеха мнение, будто демоны знают Сына Божия, а дьявол не знает, и это будто бы потому, что они обнаруживают меньшую злобу, чем тот, спутниками которого они являются. Но так как всякое знание учеников должно быть отнесено к их учителю, то и относительно дьявола, и относительно демонов необходимо понимать так, что они в Спасителе скорее подозревали только Сына Божия, чем с уверенностью знали, ибо "никто не знает Отца кроме Сына, и кому Сын хочет открыть" (Мф. 11:27).

     В этом бесовском крике важнее всего то, что бесы познали Иисуса как Сына Божия и в ужасном страхе громко это исповедали. Чтобы устыдились люди, которые смотрели в лице Господа и не могли познать Его или, познав, не посмели признать и явно исповедать («Поскольку и ученики, и народ называли Его человеком, потому теперь и приходят бесы и объявляют о Его Божестве» Зигабен). Бесы на самом деле исповедали Христа не с чувством радости и ликования, как радостно восклицает человек, нашедший великое сокровище, или как воскликнул апостол Петр:
«Ты – Христос, Сын Бога Живаго» (Мф. 16:16);
но они закричали от страха и ужаса, видя перед собой своего Судию. И все же они закричали и исповедали Того, имени Которого они более всего боятся, и скрывают его от людей, и стирают из сердца человеческого. Закричали в муке и отчаянии, подобно многим людям, которые лишь в муке и отчаянии открывают рот, чтобы произнести имя Божие.
     "Что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий?" – спрашивают бесы. То есть: что общего между Тобой и нами? К чему Твое неожиданное и нежеланное посещение? «Какое согласие между Христом и Велиаром»? (2Кор. 6:15) Никакого согласия. Потому слуги Велиара, мучители людей, и спрашивают Христа, зачем Он пришел к ним? И при этом: прежде времени мучить нас. Значит, они ожидают судного дня и мучений в конце времен. Уже одно присутствие Христа означает для них мучение более страшное, чем свет для крота или огонь для паука. В отсутствие Христа бесы бесстыдны и дерзки настолько, что одержимых ими людей ставят ниже скотов и наполняют страхом всю окрестность, так что никто не смел проходить тем путем. А в присутствии Христа они не только рабски испуганны, но и трусливо покорны – как всякий тиран перед своим судьей – ибо, вот, они стали униженно просить Господа, чтобы Он не посылал их в бездну. И они просили Иисуса, чтобы не повелел им идти в бездну. Чтобы не повелел – потому что, стало быть, если Он повелит им, они вынуждены будут пойти. Такова власть и сила Христова.
     А бездна есть их истинное жилище и место их мучений. О князе бесовском говорит прозорливый пророк:
«Как упал ты с неба, денница, сын зари! разбился о землю, попиравший народы. Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней» (Ис. 14:12,15)
туда, где плач и скрежет зубовный. Из-за грехов человеческих, по Божиему попущению, бесы входят в людей. И им легче в людях, чем в бездне. Ибо, когда они в людях, то мучают людей, а когда в бездне, то мучают сами себя. Находясь в людях, они тоже испытывают великие муки, но эти мучения ослаблены тем, что их разделяет еще кто-то. Бес есть «пакостник плоти», «жало в плоть», как называет его апостол, ощутивший его присутствие (2Кор. 12:7). По плоти, как по лестнице, он карабкается к душе, цепляется за сердце и ум человеческий – пока все не разложит, не обезобразит, не опустошит, лишив Божественной красоты и чистоты, разума и правды, любви и веры, надежды на доброе и воли к добру. Тогда бес воссядет в человеке, как на своем престоле, возьмет в руки и душу, и тело человеческое – и человек станет для него скотом, на котором он скачет верхом, дудкой, на которой он играет, зверем, через которого он кусает.
     Таковы были и одержимые, о которых идет речь в Евангелии. Не сказано, что сами они увидели Христа или познали Его, или обратились к Нему, или что они вообще повели с Ним какой бы то ни было разговор. Все это сделали вселившиеся в них бесы. Бесноватые как бы не существуют: они словно два мертвые гроба, которые бесы толкают перед собой и гонят своими бичами. Излечить таких людей значит – воскресить мертвых, и больше того. Ибо мертвый человек есть душа, разлученная от тела. Если душа в руках Божиих, Он может вернуть ее в тело – и тело оживет. Но с этими одержимыми произошло то, что страшнее смерти. Души их украдены и порабощены бесами, их держат в своих руках бесы. Значит, нужно отнять душу человеческую у беса, нужно беса изгнать из человека и вернуть человеку его душу. Поэтому чудо исцеления бесноватых по меньшей мере равно чуду воскрешения умерших, если не больше его.
     «Пришел Ты сюда прежде времени мучить нас!» – говорят бесы Христу. Значит, они уже знают, что их в конце концов ждет мука. О, если бы грешные люди могли осознать хотя бы это: что и их ждет мука, и не меньшая, чем ожидаемая бесами! Бесы знают, что в конце концов род человеческий, их главная добыча, вырвется из их рук, и они будут низвергнуты в темную бездну, где им останется лишь грызть и поедать друг друга. Великий пророк говорит о князе бесовском, что он будет повержен вне гробницы своей (то есть вне тела одержимых людей), как презренная ветвь, и еще –
«как попираемый труп» (Ис. 14:19).
     А сам Господь свидетельствует:
«Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лк. 10:18)
     Увидят это в конце концов и грешники, когда за грехи свои падут вместе с сею молнией «в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» (Мф. 25:41).
     «Пришел еси семо прежде времене мучити нас» (Мф. 8:29), ясно, что они еще не мучатся, так как для этого еще не пришло время. Итак, если злые демоны и первые творцы зла, ради которых особенно-то уготовляется и устраивается наказание, еще не воспринимают долженствующее возмездие, но – свободные блуждают где хотят, какой довод мог бы убедить нас, что души отшедших отсюда в грехах, немедленно предаются огню и тем мукам, которые уготованы для иных?
     Велия, Господи, сила твоя! и беси признали и исповедали, что Иисус Христос есть Сын Божий. «Что нам и тебе», возопили они, — то есть, какое есть дело между нами? Чего требуем мы от Тебе, или Ты от нас? Подобное выражение найдешь ты и в главе шестойнадесять книги второй Царств, и в главе тридцать пятой книги второй Паралипоменон, и во второй главе Евангелия от Иоанна. Слова же оные возопили бесы потому, что боялись, чтобы Иисус Христос силою Божества Своего не послал их в адские муки. Неужто Ты «пришел, вопияли они, в сие место с тем, чтобы мучить нас прежде времене», то есть прежде дня судного?
     Из чего двоякое выводим следствие:
первое, что не только прежде умершие злочестивые и нераскаянные грешники, но и самые бесы не восприяли еще доныне совершенного мучения, страшного дня судного ожидающе. О сем же весьма ясно возвестили и два Апостола. Петр, пиша:
«аще бо Бог ангелов согрешивших не пощаде, но пленицами мрака связав, предаде на суд мучимых блюсти» (2 Пет. 2:4)
     Равным образом и Иуда:
«ангелы не соблюдшия своего начальства, но оставльшия свое жилище, на суд великаго дне, узами вечными под мраком соблюде» (Иуд. 1:6)
Второе, что мука толико есть страшна, что и бесы, ужасаясь оной, предпочитают оному осуждению сожительство с нечистыми свиниями, якоже показуют следующие Евангельские слова.

Стих 8:30

Бя́ше же далéче от нею́ стáдо свинíй мнóго пасóмо.
Бsше же дале1че t нею2 стaдо свинjй мно1го пасо1мо.
Вдали же от них паслось большое стадо свиней.

Выражение «от них» неопределенно, т. е. неизвестно, от Христа ли и Его учеников, или от бесноватых, или от всех них. Но так как речь в 29–31 стихах преимущественно о бесноватых, то правильнее понимать «от них» в смысле от бесноватых. «Вдали» (makran) следует понимать в относительном смысле, не в слишком большой дали, так что стадо было видно. При таком предположении не будет противоречия между Матфеем и Марком-Лукою, которые говорят, что свиньи паслись «там», т. е. где находились бесноватые. Если последние были иудеи, то владельцы свиней, жители Гадаринской страны, вероятнее всего, были язычники. Держать свиней было запрещено иудейским законом. И среди других народов свинья также считалась животным нечистым и скверным, например, у египтян. Но у последних были свиные стада и пастухи.

Геродот сообщает об египтянах, что они «считают свинью нечистым животным, и это до такой степени, что, во-первых, если кто-нибудь, проходя, случайно прикоснется к свинье, даже своей одеждой, то сейчас же идет к реке и купается в ней; и, во-вторых, пастухи свиней, хотя и природные египтяне, суть единственные жители Египта, которые не могут входить в храм. И никто не выдает за них в замужество своих дочерей, и не берет себе их дочерей в жены, так что у пастухов свиней браки совершаются исключительно в их собственном сословии» (История XI:47).

У иудеев свиноводством занимались только «низшие классы», и особенно те, которые были в более или менее близком общении с язычниками. Путешественники сообщают, что свиней много в указанной местности и в настоящее время, они пасутся там на воле и едят то, что придется, находясь в «диком состоянии». Свиньи были предметом и иудейской торговли.

     Изгонял некогда Господь бесов из бесноватого, их в нем был легион. И вот, молят Его, чтобы повелел им идти не в бездну, но в свиней, пасущихся у воды. И повелел им Господь. Они же, выйдя из бесноватого, вошли в свиней, как в свой собственный дом.
     Два обстоятельства рассматривают здесь два западных учителя, Августин и Петр Хризолог.

Первое: почему бесы, будучи горды, не просят войти в каких-либо великих и славных зверей – во львов, рысей, слонов, оленей и прочих, но в нечистых свиней?

Второе: почему Господь не запретил им, но скоро повелел, хотя вначале ни единого их прошения слушать не хотел? Просили, «чтобы камни сделались хлебами», чтобы "бросился вниз с крыла храма" (Мф. 4:3, 5-6), – Он же их никак не послушал, а в свиней войти попускает...

     И отвечают на это: всякая вещь подобных себе ищет. Бесы по сути своей нечисты. Так Господь называет беса, изгоняя его:
«Выйди, дух нечистый, из сего человека» (Мк. 5:8).
Нечисты же и свиньи, ибо в болоте валяются; и есть их мясо, как нечистых, не повелевалось в Ветхом Завете. Потому бесы в свиней, нечистые в нечистых, войти просят: подобные подобных любят. Так и Хризолог говорит: «Смотри, где бес хочет жить – в нечистых и мерзких животных, ибо он нечистоту любит».
На второе отвечает блаженный Августин: «Потому повелел Христос войти бесам в оных свиней, чтобы показать, что они в тех живут, которые в мерзостях, как свиньи в болоте, валяются».
     И кто же они, что, как свиньи, в болоте мерзостей живут? Воистину, это те, которые служат телесной нечистоте. Так повествует святой Златоуст: «И какого зла не сделает плотская сласть? Из человека свинью творит». И в таковом, добавляет учитель, как в доме своем, дьявол пребывает, таковой, говорит, человек ничем не отличается от бесноватого: так же бесстыден, так же яростен, так же злобен, как бесноватый.
     Где нечистота, там и бес.
     Повесть читал я у Проспера, о некой деве из Аравии, что жила в Карфагене и носила иноческие одежды. Ей случилось видеть образ языческой богини Венеры, очень бесстыдно изображенный, и отсюда приняла она скверную мысль в сердце. А так как в ней долго услаждалась, распаляясь похотью и соизволяя мыслью, то и стала бесу жилищем: вошел в нее дух нечистый и мучил ее. Смотри: замышленная лишь нечистота уже становится вертепом разбойнику дьяволу! Что же скажем об исполненной делом?..
     Убоимся, братия, слыша это. Будем храниться от нечистоты, да не пострадаем от нее!
«Очистим себя от всякой скверны плоти и духа, совершая святыню в страхе Божием» (2 Кор. 7:1)
     Поревнуем тем, которые до смерти пострадали ради целомудрия.

Стих 8:31

Бѣ́си же моля́ху егó, глагóлюще: áще изгóниши ны́, повели́ нáмъ ити́ въ стáдо свинóе.
Бёси же молsху є3го2, глаго1люще: ѓще и3зго1ниши ны2, повели2 нaмъ и3ти2 въ стaдо свино1е.
И бесы просили Его: если выгонишь нас, то пошли нас в стадо свиней.

Если бесы не могли войти в свиней, пока не получили дозволения, то тем менее они могут войти в образ Божий*

* Без соизволения Божия.

Демоны стремятся, погубив свиней, опечалить владельцев их, чтоб они не приняли Христа.

     А в то время как бесы со страхом и трепетом умоляли Христа, большое стадо свиней, около двух тысяч, мирно паслось вдали на берегу. И бесы просили Господа: если выгонишь нас, то пошли нас в стадо свиней. Иначе говоря: только не повелевай нам идти в бездну, но пошли хотя бы в свиные тела. Если выгонишь нас! Не говорят из человека, не хотят даже упоминать имени человеческого – настолько оно им ненавистно. Ибо из всех творений во вселенной бесам ничто так не ненавистно, как человек, и никому и ничему они так не завидуют, как человеку. А Господь наш Иисус Христос специально подчеркивает это словочеловек: выйди, дух нечистый, из сего человека! Им же не хочется выходить из человека, они бы с несравненно большим удовольствием остались в людях, вместо того чтобы идти в свиней. К чему им свиньи? Если бесы людей могут сделать свиньями, то что хуже того они могут сделать со свиньями? В остальном же, и когда они входят в свиней или в какую-нибудь другую тварь, их злоба направлена против человека. И через свиней они будут стараться навредить человеку; если не чем иным, то хотя бы тем, что потопят свиней и вызовут у людей гнев на Бога. Поэтому, когда стоит вопрос о пустой бездне, свиньи для них предпочтительнее, чем бездна.
     Не будучи в состоянии вредить самим людям, обращаются к тому, что им принадлежит, чтобы показать, какую ненависть они питают к нам. И не только это, но и другое, гораздо худшее, замышляют. Они хотят уничтожить свиней, чтобы владельцы стада, опечаленные такой потерей, не приняли Иисуса и, таким образом, потерпели еще больший вред, не приняв евангельского благовестия. И изгоняемые, они не перестают вредить.

Стих 8:32

иИ речé и́мъ: иди́те. Они́ же изшéдше идóша въ стáдо свинóе: и сé, [áбiе] устреми́ся стáдо всé по брéгу въ мóре, и утопóша въ водáхъ.
И# рече2 и5мъ: и3ди1те. Nни1 же и3зше1дше и3до1ша въ стaдо свино1е: и3 се2, (ѓбіе) ўстреми1сz стaдо все2 по бре1гу въ мо1ре, и3 ўтопо1ша въ водaхъ.
И Он сказал им: идите. И они, выйдя, пошли в стадо свиное. И вот, всё стадо свиней бросилось с крутизны в море и погибло в воде.

Но, может быть, кто спросит: для чего Христос исполнил просьбу демонов, позволив им войти в стадо свиное? Я скажу на это то, что Он сделал так не потому, чтобы убежден был ими, но по многим премудрым целям.

Во-первых, для того, чтобы освободившимся от этих злых мучителей показать величие вреда, причиняемого им этими злоумышленниками.

Во-вторых, для того, чтобы всех вразумить в том, что бесы без Его позволения не смеют даже прикасаться и к свиньям.

В-третьих, для того, чтобы дать знать, что с людьми бесы поступили бы даже еще хуже, нежели с свиньями, если бы те в таком несчастии не удостаивались великого промышления Божия. Что бесы ненавидят нас более, нежели бессловесных животных, это всякому известно. Следовательно, если они не пощадили свиней, но в одно мгновение всех их низвергли в бездну, то тем более сделали бы это с обдержимыми ими людьми, которых они таскали и влачили по пустыням, если бы провидение Божие, и при самом жестоком мучении, не обуздывало и не удерживало дальнейшего их стремления.

Отсюда ясно, что нет ни одного человека, о котором бы не промышлял Бог. Если же Он и не о всех печется одинаковым образом, то и это есть величайший знак Его промысла. Бог являет промысл Свой сообразно с пользою каждого. Сверх же сказанного, мы научаемся отсюда еще и тому, что Бог промышляет не только о всех вообще, но и о каждом человеке в частности, - что показал Господь и в отношении к ученикам Своим, сказав:
"вам же и власи главнии изочтени суть" (Матф. X, 30).

Тоже самое всякий ясно может видеть и из примера этих бесноватых, которые давно были бы уже задушены, если бы не были свыше сохраняемы великим попечением. По этим-то причинам Спаситель и позволил бесам войти в стадо свиное, чтобы и жители тех стран познали Его всемогущество.

Но для чего демоны погубили свиней? Бесы постоянно стараются привесть людей в отчаяние, и всегда радуются их гибели. Так дьявол поступил и с Иовом. Хотя и здесь позволил Бог, но позволил не потому, что был убежден дьяволом, а для того, чтобы еще более прославить раба Своего, отнять у дьявола всякий предлог к бесстыдству, и обратить на его же главу его поступки с праведником. Так и в настоящем случае случилось противное их желанию. И могущество Христа торжественно проповедано было, и злоба демонов, от которой освободил Он одержимых ими, яснее обнаружилась, и открылось то, что они без попущения Бога всяческих не могут прикасаться даже и к свиньям.

Никому нимало не возбраняется разуметь эту историю в таинственном смысле. Хотя это и история, но следует знать, что люди, уподобляющиеся свиньям, легко уловляются действием бесов, и страждущие от них часто могут побеждать их, если только они люди. Но когда совершенно уподобятся свиньям, тогда не только бывают одержимы бесами, но и низвергаются в бездну. Сверх того, чтобы кто-нибудь происшествия этого не назвал баснею, но чтобы совершенно поверил исшествию бесов, для этого оно доказывается погибелью свиней.

И ныне можно видеть такие происшествия, и множество бесноватых, живущих во гробах, которых ничто не удерживает от неистовства: ни железа, ни оковы, ни множество народа, ни увещание, ни убеждение, ни страх, ни угрозы и ничто другое подобное. Так, когда сладострастный пленяется всякою красотою телесною, тогда он ничем не различается от беснующегося. Будучи облечен одеждою, но не имея истинного одеяния и лишенный приличной ему славы, он всюду бегает обнаженным, подобно бесноватому, поражая себя не камнями, но беззакониями, которые гораздо тяжелее многих камней. Итак, кто сможет связать и укротить столь бесстыдного и неистового, никогда не бывающего в самом себе, но всегда ходящего при гробах. Подлинно таковы жилища блудников, исполненные великого зловония и гнилости.

А что сказать о сребролюбце? Не таков ли и он? Кто может когда-либо связать его? Каждодневные страхи, угрозы, увещания и советы? Но он все эти узы расторгает, и если кто придет освободить его от уз, заклинает не освобождать его, почитая величайшим для себя мучением не быть в мучении. Что может быть бедственнее этого? Бес, хотя презирал людей, но повелению Христову покорился, и немедленно вышел из тела. А этот не повинуется и повелению Христову, хотя Он каждодневно слышит Его слова: "не можете Богу работати и мамоне (Матф. VI, 24), и угрозы геенною и нестерпимыми мучениями, и все-таки не повинуется - не потому, что он могущественнее Христа, но потому, что Христос против нашей воли не ведет нас к исправлению. Вот потому такие люди, и живя в городах, живут как бы в пустынях. В самом деле, какой благоразумный человек захочет обращаться с такими людьми? Я, по крайней мере, желал бы лучше жить со множеством беснующихся, нежели с одним из страждущих такою болезнью. А что я не заблуждаюсь, это видно из тех страданий, какие претерпевают сребролюбцы и беснующиеся. Сребролюбцы считают врагом своим человека, не причинившего им никакого вреда, желают сделать рабом свободного и ввергают его в бесчисленные бедствия; напротив, беснующиеся ничего другого не делают, как только в самих себе питают болезнь. Первые ниспровергают множество домов, заставляют хулить имя Божие, являются заразой городов и всей вселенной; а мучимые бесами более достойны сожаления и слез. Эти последние многое делают в бесчувствии; напротив первые, имея ум, безумствуют, среди городов неистовствуют и беснуются некоторым новым бешенством. В самом деле, все беснующиеся делают ли что-либо подобное тому, на что дерзнул Иуда, совершивший неслыханное преступление? И все ему подражающие, подобно диким зверям, убежавшим из ограды, возмущают города, никем не будучи удерживаемы. Хотя они отвсюду обложены узами, как то: страхом судей, угрозою законов, презрением от людей и многим еще другим, - но они, разрывая их, все низвращают. И если бы кто совершенно отнял от них те узы, тогда ясно увидел бы в них беса гораздо лютейшего и жесточайшего, нежели каков исшедший из упомянутого ныне бесноватого.

Но так как это невозможно, то по крайней мере предположим это на словах, и снимем с сребролюбца те оковы, и тогда ясно познаем его крайнее неистовство. Впрочем, не бойтесь зверя, когда я открою его, - это только изображение на словах, а не истинная действительность.

Итак, представим себе человека,
извергающего из очей своих огонь,
черного, вместо рук имеющего на обоих плечах своих висящих драконов;
представим у него такие уста, в которых вместо зубов вонзены острые мечи,
а вместо языка находится источник, изливающий яд и испускающий смертоносное питие;
представим, что чрево его пожирает более всякой печи, истребляет все ввергаемое,
а ноги как бы крылатые и быстрее всякого пламени,
пусть лицо его будет составлено из собачьего и волчьего;
пусть он не будет произносить ничего человеческого, но будет издавать из себя звуки нестройные, отвратительные и страшные;
пусть также и в руках у него будет пламень.

Может быть, вам представляется страшным сказанное мною; но я еще не изобразил его надлежащим образом. К сказанному надобно присовокупить и еще нечто:
пусть он поражает встречающихся с ним, пожирает и терзает плоть их.

Но сребролюбец гораздо хуже и такого чудовища. Он нападает на всех, все поглощает подобно аду, всюду ходит, как общий враг рода человеческого. Ему хочется, чтобы не было ни одного человека, чтобы ему одному обладать всем. Мало того, он и на этом не останавливается. Но когда всех истребит, по своему желанию, тогда желает истребить самое существо земли, и увидеть на месте ее золото; и не землю только, но и горы, и леса, и источники, словом все видимое. А чтобы вам знать, что мы еще не вполне изобразили его неистовство, - представьте, что никто не будет обвинять и устрашать его, уничтожьте, по крайней мере на словах, страх со стороны законов, - и вы увидите, как он, схватив меч, истребляет всех, не щадя никого, ни друга, ни родственника, ни брата, ни самого родителя. Вернее же, не нужно делать никакого и предположения, а спросим его самого: не строит ли он всегда таковые мечты в своем воображении, и не нападает ли на всех, умерщвляя мысленно и друзей, и родственников, и самих родителей? Но даже нет нужды и спрашивать его; всем известно, что одержимые недугом корыстолюбия тяготятся старостью отца, а приятное и вожделенное для всех чадородие почитают тяжким и несносным. Многие из-за этого находят удовольствие в бесчадии, делают естество свое бесплодным, не только умерщвляя родившихся детей, но и не давая им зародиться. Итак, не удивляйтесь, если я так изобразил вам сребролюбца (он гораздо даже хуже, нежели мы его представили), но посмотрим, как нам освободить его от беса.

Как же мы освободим его? Если он ясно узнает, что сребролюбие вредно ему и для самого стяжания богатства. В самом деле, желающие приобресть малозначащее всегда претерпевают великий ущерб, - почему об этом даже сложилась и пословица. Так многие, желая давать взаймы с большими процентами, в надежде получить от того прибыток, но не испытавши тех, которые берут взаймы, нередко вместе с прибытками лишались и всего собственного достояния. Другие, подвергшись каким-либо опасностям и не захотевши лишиться малого, погубили с имуществом и самую душу; а иные, тогда как могли приобресть за деньги выгодные достоинства, или что-нибудь другое тому подобное, по чрезмерной скупости своей всего лишились. Так как они сеять не умеют, а всегда заботятся только о собирании плодов, то часто и не получают их. Невозможно ведь всегда собирать плоды; так точно невозможно постоянно и приобретать сокровища. Вот почему корыстолюбцы, не желая расточать, не умеют и приобретать. Когда им нужно бывает и жениться, то и тогда встречают те же самые невыгоды, потому что они или обманываются, когда берут за себя бедную вместо богатой, или, если берут и богатую, но с бесчисленными недостатками, и опять терпят величайший вред.

Подлинно, не изобилие имущества, но добродетель производит богатство.
Что пользы в богатстве, когда жена расточительница и мотовка и все имущество уносит быстрее ветра?
Что пользы, когда она будет распутна и заведет себе бесчисленное множество любовников?
Что пользы, когда будет предаваться пьянству?
Не сделает ли она вскоре же мужа своего беднейшим из всех?

Но не при женитьбе только обманываются сребролюбцы, а и при покупке рабов, когда они, по великой скупости, стараются купить не трудолюбивых, но дешевых. Итак, представивши все это в уме своем (ведь не можете еще слушать слов о геенне и царствии), и размысливши о тех неудачах, какие вы, по своему корыстолюбию, часто претерпеваете и при отдаче денег в рост, и при покупке, и при женитьбе, и в начальственных отношениях, и во всем прочем, - оставьте пристрастие к богатству. Тогда вы безопасно будете проводить и настоящую жизнь, и, несколько преуспевши, будете в состоянии слушать учение мудрости, и, несколько прояснивши взор, узрите самое Солнце правды, и получите блага, обещанные Господом, которых все мы да сподобимся быть причастниками благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава во веки веков. Аминь.

Почему Христос дозволял демонам войти в свиней, когда они оставили людей? Отвечая на этот вопрос, Златоуст указывает на три причины позволения, данного Спасителем. Он сделал так не потому, чтобы Его убедили демоны, но имея в виду многое:
во-первых, чтобы научить освобожденных от злых тиранов людей о величии вреда, который они наносили им;
во-вторых, чтобы все научились, что демоны не осмелились бы войти в свиней без Его дозволения;
в-третьих, что демоны поступили бы гораздо хуже с людьми, в которых находились, если бы по счастливой случайности они не избавились от них вследствие Божьего промышления.

Ответ этот не решает дела по существу, потому что Христос мог бы научить людей всему этому и не прибегая к гибели всего стада. Но он — единственный, какой можно дать, не вдаваясь в какие-либо, слишком тонкие, рассуждения.

Феофилакт замечает, что Христос хотел показать, какую горечь (pikrian) наносят демоны людям, и что если они имеют власть и никто им не мешает, то они поступают с людьми хуже, чем со свиньями. Христос оберегает бесноватых, чтобы демоны не убили их. Нужно заметить, что некоторые экзегеты стараются найти выход из затруднения, утверждая, что греческое слово epatreyen, встречающееся у Марка и Луки, не значит «позволил», а только «не препятствовал». Такое значение (concedo, sino) глагол действительно имеет, и таким образом в настоящем случае Христос не дал никакого положительного повеления. У Матфея употреблено слово upagete, которое, по-видимому, также не выражает положительного повеления.

При размышлении об этом событии нельзя упускать из виду и того обстоятельства, что ради напечатления какой-нибудь нравственной истины, и в священном писании, и в самой жизни часто приносятся в жертву не только растения, животные, но и люди. Многократное истребление людей в Ветхом Завете не имело бы смысла, если бы каждый раз не выступала после этого какая-нибудь новая идея или нравственная истина, указывающая, с одной стороны, на уклонение от правильного порядка, а с другой — намечающая его. Жизнь и смерть, поэтому, далеко, по-видимому, не имеют такого значения в очах Божьих, какое они имеют для людей. Создавший жизнь может ее восстановить, и потому пользуется смертью для людского вразумления. Таким образом, вопрос в настоящем случае может быть только о том, какие нравственные уроки можно вывести из рассматриваемого факта, а не о том, почему он имел такой, а не иной вид.

Первый нравственный урок заключается в том, что Бог любит больше людей, чем животных, а для демонов те и другие имеют одинаковое достоинство. Они с одинаковым удовольствием входят и в людей, и животных, чтобы только остаться в стране.

Второй урок — о силе Божией, владеющей демонами.

За словом Господним и действие последовало. Рече бесам: «идите»; они же абие повинувся, вышли из тех людей и вошли в стадо свиное. И се абие свинии устремились ко брегу, с которого сверзившись в море, потонули все в водах морских.

Но для чего беси просили, а Господь послушал их просьбы, — позволил им войти в стадо свиное? Где свинии, тамо тина и нечистота. Сие убо бысть смотрительне, то есть, да познаем, что где нечистота греховная и тина гнусных дел, тамо покоятся и нечистые беси: туда и Бог попускает им входить.

Но как же правосуднейший Бог попустил сделаться таковому убытку, каковой претерпели владетели свиней? Наказуя грешников и подкрепляя праведников, навел Бог всемирный потоп, пожег с людьми грады, целые народы истребил: так о сем ли усомнимся, почему правосудие Его снесло убыток, претерпенный владетелями свиней? Во граде Гергесинском жили язычники, но жили и Евреи. Убо, может быть, Евреи, последуя сообитавшим с ними язычникам, не только кормили свиней, но и питались свиными мясами, нарушая Моисеев закон. Следовательно, в научение и уцеломудрение таким образом и были наказаны. Достойно и сие замечания, то есть, что вход бесов в свиней соделал чудо знаменитым и гласным, а следовательно, и весьма полезным. Понеже свинопасы, видев то, что пострадали свинии их, разгласили повсюду Божественную Чудодеятеля оного силу.

И ОН СКАЗАЛ ИМ: ИДИТЕ. «Для чего Христос исполнил прошение демонов? – вопрошает святой Златоуст> и отвечает. – Он сделал это не потому, что убежден был ими, но по многим премудрым целям.
Во-первых, чтобы освобожденным от них показать, как велик вред, причиняемый этими мучителями;
во-вторых, чтобы всех вразумить, что бесы без Его позволения не смеют прикасаться даже и к свиньям;
в-третьих, чтобы дать понять, что бесы гораздо более жестоко, нежели со свиньями, поступили бы с людьми, если бы они в таком несчастье не удостаивались великого промышления Божия, потому что всякому известно, что бесы ненавидят нас более, нежели безсловесных животных.
В-четвертых, чтобы погибель свиней убедила всех, что бесы вышли».

Итак, бесы, гонимые силой Христовой, вышли из одержимых ими людей: И ОНИ, ВЫЙДЯ, ПОШЛИ В СТАДО СВИНОЕ. И ВОТ, в ту же минуту, с яростью бешенства ВСЕ СТАДО СВИНЕЙ БРОСИЛОСЬ (а их было до двух тысяч), как пишет святой Марк, С КРУТИЗНЫ (по крутому спуску) В МОРЕ И ПОГИБЛО В ВОДЕ. Таково зло в своей природе: оно коварствует и разрушает само себя; безумное, слепое и самоубийственное, оно может только губить и скорее погибнет само в общем разрушении, к которому стремится. Злые духи тьмы, в ожесточенной ненависти против Царя света – Христа, захотели в людях возбудить против Него негодование!
«Погублением свиней, – говорит блаженный Феофилакт, – демоны хотели огорчить их хозяев, чтобы они не приняли Христа».
«Итак, если бесы не пощадили свиней, – говорит Златоуст, – то тем более сделали бы это с людьми, если бы провидение Божие не обуздало их».

Но для чего Господь попустил погибнуть свиньям? Для того же, для чего и теперь Он попускает падеж скота, наводнения, град, пожары и другие беды; для того, чтобы вразумить людей, что душа человека несравненно выше тысячи стад свиней, а человек, заботясь о свиньях, часто вовсе забывает о своей душе.

Лишением свиней Он как бы так говорил Гергесинцам; вы служите своим страстям, угождаете своей плоти, как свиньям; смотрите, чем может кончиться это ваше служение плоти: бесы, которые овладели вашими душами, доведут и вас до погибели, как этих свиней.
«Бесы стараются привести людей в отчаяние, – говорит Златоуст, – и увеселяются их погибелью. Так диавол поступил и с Иовом, но Бог прославил раба Своего и все обратил на главу диавола».

Наконец, Господь попустил бесам погубить нечистых животных еще и для того, чтобы обличить саддукеев, которые, конечно, должны были услышать об этом чуде: они не верили, что есть духи невидимые, – чудо над бесноватыми показало, что эти духи существуют, иначе, – кто же заставил две тысячи свиней броситься в море?...
«Достойно замечания, – говорит Златоуст, – что где имя Господа было известно, там Он не очень много показывал Себя; но где никто не знал Его, там Он совершал славные чудеса, дабы привлечь людей к познанию Его Божества».
Однако, жители Гергесинской страны были недостойны таких чудес, что видно из последующей истории.

     Точно так же могли бы злые духи принудить и тех двух несчастных утопиться в море, если бы им не препятствовала сила Божия. Случается, тем не менее, и нередко, что душевнобольные или разбиваются, бросаясь с высоты, или топятся, или бросаются в огонь, или вешаются. Делать это их заставляют злобные бесы. Ибо цель их – не только отравить человеческую жизнь, но и погубить душу и для этого, и для того мира. Однако часто бывает и так, что Бог, по Своим премудрым соображениям, хранит людей от подобной смерти.
     Но почему Господь наш Иисус Христос послал злых духов именно в свиней? Он мог бы послать их в деревья или в камни, почему же именно в свиней? Не для того, чтобы исполнить желание бесов, но чтобы вразумить людей. Где свиньи, там нечистота, а нечистые духи любят нечистоту; где ее нет, там они создают ее сами; где ее мало, там им быстро удается соблазнить и ловко превратить малое в большое. И если они вселятся даже в самого чистого человека, то скоро нагромоздят в нем свинскую грязь. А тем, что свиньи тут же бросились в море и погибли, хочет Господь нам показать: алчность и объедение – плохие помощники в борьбе с бесовскими силами, и напомнить о посте. Кто из животных алчнее и прожорливее свиней? Смотрите же, как бесы быстро овладели ими и погубили! Так происходит и с алчными и прожорливыми людьми, думающими, что посредством объедения они накапливают в себе силы. Между тем они накапливают не силы, а слабость – и физическую, и духовную. Святитель Василий Великий писал:
«Известно мне, что врачи не предписывают больным различные яства, но воздержание и голодание. Не скажешь же ты, что мореплавателям легче спасти ладью перегруженную, чем нагруженную умеренно и легкую?» (Слово 10, о посте)
     Чревоугодники – это бесхарактерные люди, слабые перед людьми и еще более слабые перед бесами. Нет для бесов ничего легче, чем столкнуть их в море смерти душевной и в нем утопить! Но из всего этого еще и ясно видно, насколько страшна сила бесовская, когда Бог ее не сдерживает. Бесы, находившиеся всего в двух людях, за несколько мгновений овладели более чем двумя тысячами свиней и всех их потопили. Но прежде их Бог удерживал, пока не пришел Христос, – чтобы показать Свою силу и власть над ними; а здесь Бог позволил им показать их силу. Если бы Бог попустил, бесы за несколько мгновений сделали бы со всеми людьми на земле то же, что и со свиньями. Но Бог есть Человеколюбец, и Его безграничная любовь поддерживает в нас жизнь и защищает нас от самых лютых и страшных врагов.
     Но, скажет кто-нибудь, разве не жалко было Господу, что, во-первых, погибло столько свиней, а во-вторых, был нанесен такой ущерб жителям? Это снова диавол наводит людей на подобные мысли, словно желая показаться более сострадательным, чем Христос! Но что свиньи в сравнении с краткодневной травой? И если Богу не жаль белых полевых лилий, которые сегодня облекаются в большую роскошь, чем царь Соломон, а завтра будут брошены в печь, – чего ради Ему жалеть свиней? Или, может быть, Богу труднее создать свинью, чем полевую лилию? Но кто-нибудь снова скажет: не ради красоты, но ради пользы. А разве свинья приносит человеку пользу только тогда, когда питает и утучняет его тело, но не тогда, когда помогает просвещению его души? Ведь здесь речь идет как раз о последнем. Вы лучше многих малых птиц, – сказал Господь людям. Не лучше ли и не важнее люди и многих свиней – даже каких-нибудь двух-трех тысяч свиней? Пусть каждый подумает о себе и о собственной цене, и он быстро придет к выводу, что урок человечеству, преподанный через этот случай со свиньями, обошелся весьма дешево. Поскольку необходимо было наглядно – и почти грубо – показать отупевшему роду человеческому, во-первых, диавольскую нечистоту и, во-вторых, диавольскую силу. Никакие слова на свете не могли бы это выразить так ясно, как бешенство и гибель свиней, на которых набросились злые духи. И какие уж слова могли убедить язычников из Гергесы и Гадары, если даже такое ужасное и очевидное доказательство – не доказательство, но показ – все-таки не смогло пробудить их от сна греховного, остановить у бездны, в которую их, как свиней, немилосердно тащили бесы, и научить вере во всемогущего Христа!

Стих 8:33

Пасýщiи же бѣжáша, и шéдше во грáдъ, возвѣсти́ша вся́, и о бѣснóю.
Пасyщіи же бэжaша, и3 ше1дше во грaдъ, возвэсти1ша вс‰, и3 њ бэсно1ю.
Пастухи же побежали и, придя в город, рассказали обо всем, и о том, что было с бесноватыми.

Видите ли, каким образом случившееся с свиньями несчастие соделало самых свинопасов учителями и проповедниками чудес? Когда свиньи погибли, то пасшие оных тогда же, побежав оттуда и пришед во град, возвестили вся, то есть все, что случилось с свиньями, еще же и то, что случилось с беснующимися.

Стих 8:34

И сé, вéсь грáдъ изы́де въ срѣ́тенiе Иисýсови: и ви́дѣвше егó, моли́ша, я́ко дабы́ прешéлъ от предѣ́лъ и́хъ.
И# се2, ве1сь грaдъ и3зы1де въ срётеніе ї}сови: и3 ви1дэвше є3го2, моли1ша, ћкw дабы2 преше1лъ t предBлъ и4хъ.
И вот, весь город вышел навстречу Иисусу; и, увидев Его, просили, чтобы Он отошел от пределов их.

Где известно было имя Его, там Он не очень много показывал Себя; но где никто не знал Его и все пребывали в бесчувствии, там Он совершал славные чудеса, чтобы привлечь их к познанию Своего божества. А что жители того города находились в бесчувствии, это видно из конца происшествия. Им надлежало бы поклониться Христу и удивиться Его могуществу; а они отсылали Его и просили отойти от пределов их.

Заметь кротость Иисуса Христа, соединенную с могуществом! Когда жители той страны, столь облагодетельствованные Им, принуждали Его удалиться, то Он без сопротивления удалился и оставил показавших себя недостойными Его учения, дав им наставниками освобожденных от демонов и - пасших свиней, чтобы узнали от них о всем случившемся, а сам, удалившись, оставил их в великом страхе. Действительно, великая потеря распространяла слух о случившемся, и событие это занимало их ум. Отовсюду неслись слухи о необыкновенном чуде и от исцелившихся, и от хозяев потопленных свиней, и от пастухов их.

И ВОТ, ВЕСЬ ГОРОД (от мала до велика) ВЫШЕЛ НАВСТРЕЧУ ИИСУСУ. И как было не выйти посмотреть на такого Чудотворца? Но если бы не погибли их свиньи, то, может быть, и не вышли бы... Другие евангелисты говорят, что Гергесинцы увидели бесноватого, а может быть и обоих, исцеленными, у ног Иисуса Христа: они были уже одеты, в здравом уме и слушали кротко слово Христово. Можно было ожидать, что пораженные чудом Гергесинцы будут просить Господа Иисуса остаться у них, как просили потом благоразумные Самаряне исцелить других больных, научить их вере истинной; однако, вместо этого они просили об одном – чтобы Чудотворец скорее покинул их...

И, УВИДЕВ ЕГО, ПРОСИЛИ, ЧТОБЫ ОН ОТОШЕЛ ОТ ПРЕДЕЛОВ ИХ. Не радовались они даже исцелению бесноватых; им было жаль своих свиней.
«Познай из этого, – говорит блаженный Феофилакт, – где свинская жизнь, там живет не Христос, а живут демоны».
Говорил некогда и апостол Петр:
«выйди от меня, Господи! потому что я человек грешный» (Лк. 5:8),
но это был голос смиренной веры, благоговейный страх от сознания своего недостоинства.

Не такой страх овладел Гергесинцами. Они как бы так рассуждали: страшен этот Чудотворец для нас, подальше бы от Него; без Него спокойнее будет жить, как жили доселе, можно и грешить по-прежнему. И Господь удалился от них, оставил их одних, согласно их желанию. Так иногда Бог в гневе Своем внимает врагам Своим и не внимает любящим Его. Мы не можем строго судить Гергесинцев: они были язычники. Но не то же ли бывает и с нами, грешными, в годину Божия посещения земными скорбями и бедствиями? Вот, например, появилась ужасная смертоносная болезнь: смерть собирает вокруг нас свою жатву; сердце наше трепещет от страха; мы просим Господа, – да мимо идет Его гнев праведный... Но крепко ли при этом наше желание, наше сердечное Богу обещание – раскаяться в прежних грехах и начать новую жизнь по заповедям Божиим? Не таится ли, напротив, в самой глубине сердца нашего тайное желание поскорее успокоиться от страха смертного, опять закрыть глаза и заснуть в привычном порядке прежней греховной жизни?..
«Отметим кротость Иисуса Христа, – говорит святой Златоуст, – соединенную с могуществом. Когда жители той страны, столь облагодетельствованные Им, принуждали Его удалиться, то Он без сопротивления удалился, оставил показавших себя недостойными Его учения, дав им наставниками освобожденных от демонов и пасших свиней, дабы узнали от них о всем случившемся».
Какой прекрасный урок для всех, кто творит добро ближнему, но не видит за это добро благодарности от ближнего! Чем меньше получишь ты благодарности за добро от людей, тем дороже будет твое добро в очах Божиих. Кто усиленно ищет благодарности от людей, тот не благодетель, а только заимодавец и даже – торгаш.

«И блажен будешь», – говорит Господь, – «что они не могут воздать тебе, ибо воздастся тебе в воскресение праведных» (Лк. 14:14)

Святой Лука повествует, что исцеленный Господом бесноватый, а может быть и оба, умоляли Господа позволить им не разлучаться с Ним. Может быть, бесноватый боялся, чтобы бесы опять не овладели им, когда не будет с ними Господа; или из чувства благодарности в сердце он пожелал быть постоянным учеником своего Исцелителя. Но Господь поручил ему великое и святое дело: «возвратись в дом твой», – сказал Он ему, – «и расскажи, что сотворил тебе Бог» (Лк. 8:39). Господь оставил Гадарян, которые оказались недостойными Его присутствия, но Он не хотел удалиться от них, не оставив среди них свидетеля. Этот свидетель должен был проповедовать благодать и всемогущество Господа, Который готов был исцелить и всех Гадарян от их душевных недугов так же, как исцелил Он бесноватого. И он, этот исцеленный, безпрекословно исполнил волю Господа: «он пошел и проповедывал» не только «но всему городу», из которого сам происходил, но и по всему Десятиградию, «что сотворил ему Иисус» (Лк. 8:39). И все дивились чуду Божию, совершенному над ним.

 «Никому не возбраняется, – говорит Златоуст, – разуметь эту историю в таинственном смысле. Люди, уподобляющиеся свиньям своими греховными страстями, не только уловляются бесами, но и низвергаются ими в бездну. Так, когда сладострастный пленяется всякой красотой телесной, тогда он ничем не отличается от беснующегося. Кто сможет связать и укротить столь безстыдного и неистового, никогда не бывающего в самом себе? А что сказать о сребролюбце? Не таков ли и он? Кто может когда-либо связать его? Бес, хотя и презирал людей, но повелению Христову покорился и немедленно вышел из тела. А такой не повинуется и повелению Христову, хотя каждый день слышит Его слова:

«Не можете служить Богу и маммоне» (Мф. 6:24)
     Страх и трепет охватил и пастухов, и жителей, и они ужаснулись. Все они видели невиданное и неслыханное: бесноватые, годами причинявшие им беспокойство, сидели у ног Иисуса, спокойные и в здравом уме. И они слышали от апостолов и от своих пастухов рассказ о том, как Христос исцелил одержимых бесами людей, как легион злых духов содрогнулся от страха при одном появлении Христа, как в страхе они Его умоляли послать их хотя бы в свиней, если им запрещается находиться в людях, и, наконец, как нечистые, словно вихрь, овладели свиньями и сбросили их в пучину морскую. Все это они слышали, все это они хорошо поняли, увидев двух новых людей, очищенных и воскрешенных, которые только что были хуже двух мертвецов; и они смотрели в лице Господу, Который стоял перед ними, кроткий и смиренный, будто не Он сотворил чудо, большее, чем если бы поднял Гергесинскую гору и вверг ее в море.
     И из всего этого отупевшим жителям только одно запало в память и в сердце, а именно: что безвозвратно погибли их свиньи. Вместо того, чтобы, упав на колени, благодарить Господа за спасение двоих собратьев, они жалеют, что потеряли свиней! Вместо того, чтобы звать Господа в гости, они просят Его как можно скорее уйти. Вместо того, чтобы воспеть славу Богу, они причитают, оплакивая свиней. Но не спешите осуждать этих свинолюбивых гергесинцев – прежде взгляните на сегодняшнее общество и пересчитайте всех своих свинолюбивых сограждан, которым, как и гергесинцам, их свиньи дороже жизни собратьев.
Или вы думаете, что мало сегодня людей, даже и из творящих крестное знамение и исповедающих Христа устами и языком, которые не долго думая решились бы убить двух человек, чтобы приобрести две тысячи свиней?
Или вы думаете, что и среди вас много таких, которые пожертвовали бы двумя тысячами свиней, чтобы спасти жизнь двум безумным людям?
     О, пусть все подобные покроются глубоким стыдом, и пусть не осуждают гергесинцев, прежде чем осудят себя. Если бы гергесинцы встали сегодня из гробов и начали считать, то насчитали бы в христианской Европе огромное число своих единомышленников. Они, по крайней мере, просили Христа отойти от них, а европейцы гонят Христа от себя – лишь бы остаться одним, наедине со своими свиньями и со своими властителями – бесами!
     Все это событие, с начала до конца, содержит в себе и иной, еще более глубокий внутренний смысл. Но и сказанного нами довольно для поучения, предостережения и пробуждения того,
кто чувствует себя в собственном теле, как в гробу;
кто замечает действие бесовской силы в своих страстях, связывающих его железными узами и цепями и влекущих в бездну погибели;
кто, несмотря на это, ценит человека в себе, то есть свою душу, выше всех свиней, всего скота, всего земного имения и богатства – и готов всем этим заплатить Врачу за исцеление от своей болезни.

Стих 9:1

И влѣ́зъ въ корáбль, прéйде и прiи́де во свóй грáдъ.
И# влёзъ въ корaбль, пре1йде и3 пріи1де во сво1й грaдъ.
Тогда Он, войдя в лодку, переправился обратно и прибыл в Свой город.

Собственным городом Иисуса евангелист называет здесь Капернаум. Город, в котором Христос родился - Вифлеем; в котором воспитан - Назарет; а в котором имел постоянное пребывание - Капернаум.

Город, куда Спаситель прибыл, Матфей называет Его «собственным». По словам Иеронима это был Назарет. Но другие думают, что это был Капернаум. Последнее мнение имеет для себя очень веские основания. У Матфея (Мф. 4:13) сказано, что Христос оставил Назарет и поселился в Капернауме приморском. Это было раньше событий, рассказанных евангелистом в 9 главе. Далее, чудо, о котором рассказывает Матфей в дальнейших ст. 9 главы, по словам евангелиста Марка, совершено было в Капернауме (Мк. 2:1 и след). Златоуст, Феофилакт, Августин и другие говорят, что Вифлеем был город, в котором Он родился; Назарет — где воспитался; а в Капернауме Он имел постоянное местопребывание. Что касается порядка, в котором рассказывается об исцелении расслабленного в Капернауме у Матфея и других синоптиков, то нужно заметить, что он почти совершенно различен. У Марка (Мк. 2:1 и след.) рассказ помещен непосредственно после исцеления прокаженного, так же и у Луки (Лк. 5:17), но время исцеления расслабленного определяется у него в более общих выражениях. Преимущественно отсюда заключают, что и настоящий рассказ Матфея следует отнести к более раннему времени, т. е. к обстоятельствам, о которых рассказано им в (Мф. 8:1–4 и след.). Мы не можем здесь входить в подробное рассмотрение вопроса, в каком именно порядке должны были следовать евангельские события после исцеления прокаженного, потому что вопрос этот чрезвычайно труден и сложен. Нам достаточно заметить, что у (Мф. 9:1) главы непосредственно связан с предыдущей главой, т. е. что когда жители страны Гадаринской попросили Христа, чтобы Он удалился из их пределов, то по этой именно просьбе Он вошел в лодку, переехал на другой берег Галилейского озера и затем в Капернауме исцелил расслабленного.

     "Не приходит ли вам иногда мысль пожалеть о том, - говорит святитель Филарет Московский, - что в наше время благодатные исцеления и подобные особенные благодеяния Божий не так часты, или не так явственны, как описанные в Евангелии?"
     Это сожаление нужно обратить на нас самих: "беззакония ваши произвели разделение между вами и Богом вашим", - говорит пророк (Ис. 59:2).

     Эту истину особенно ясно раскрывает нам Евангельское повествование об исцелении расслабленного в Капернауме. ТОГДА ОН, ВОЙДЯ В ЛОДКУ, - рассказывает святой Матфей, - ПЕРЕПРАВИЛСЯ ОБРАТНО из страны Гергесинской, где исцелил бесноватого, И ПРИБЫЛ (переплыл морем) В СВОЙ ГОРОД, т.е. в Капернаум, где Он пребывал постоянно. По Своему смиренному обычаю Христос Спаситель вошел в город, стараясь быть незаметным; но скоро стало известно, что Он возвратился, и к дому, где Он был (может быть, как и накануне, в доме апостола Петра), собралось так много народа, что не было места даже и у дверей, когда Он говорил им слово Евангельского учения. В числе слушателей были фарисеи и законоучители из всех мест не только соседней Галилеи, но и из Иудеи и даже из Иерусалима. Не ради пользы душевной собрались они сюда, а скорее для того, чтобы наблюдать за новым Учителем, Который не учился ни в каких школах, поэтому и права не имел, как они думали, учительствовать; в их сердцах уже в то время зарождалась зависть ко Христу и желание заметить за Ним что-нибудь противное Закону Божию. Господь не препятствовал им посещать тот дом, где Он жил, и внушал им, как знающим Писания, правильное о Себе понятие. Так и теперь: Свое учение Он подтверждал чудесными знамениями, и сила Господня являлась в исцелении больных (Лк. 5:17).
     Рассказ же Евангельский завершается словами:
"Тогда Он, войдя в лодку, переправился обратно и прибыл в Свой город."

     Ни слова не сказал Он гергесинцам. Чем помогут слова там, где не помогли столь великие Божественные чудеса? Он не упрекнул их. Он молча сошел с горы, вошел в лодку и уплыл от них. Какая кротость, какое терпение, какая Божественная высота! Как ничтожна победа того полководца (Цезаря), что гордо писал своему Сенату:

«Пришел, увидел, победил!»

Христос пришел, увидел, победил и – промолчал.

     И, промолчав, сделал Свою победу дивной и вечной. И пусть язычники учатся на примере этого гордого полководца; мы будем учиться на примере кроткого Господа Иисуса Христа. Он никому не навязывается. Но кто Его принимает, принимает Жизнь, а кто от Него удаляется, остается в свином хлеву, в вечном бесновании и вечной смерти.

     Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас, грешных, исцели и спаси! Тебе же подобает честь и слава, со Отцем и Святым ДухомТроице Единосущной и Нераздельной, ныне и присно, во все времена и во веки веков. Аминь.


Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл

Ваше Высокопреосвященство, владыка митрополит Владимир! Уважаемая Валентина Ивановна! Ваши Преосвященства! Дорогие отцы, братья и сестры!

Для меня большая радость совершить сегодня вместе с вами освящение храма святой Екатерины в Царском Селе. В истории этого храма отразились трагические события, которые произошли в истории нашего народа и нашей страны. Никакие идеалы, даже самые высокие, которые провозглашает человек, не могут оплачиваться бездной человеческого страдания. Мы, наверное, одна из немногих наций, которая знает это не только по книгам, не только в связи с размышлениями выдающихся философов и историков, а на собственном трагическом опыте. Всякое стремление к человеческому счастью, всякое стремление утвердить благополучие человека, если это стремление реализуется неправдой, кровью, страданием, — оно не от Бога. Дьявол есть отец лжи, как говорит слово Божие, а потому он употребляет лживые слова и обманывает людей. Те, кто поддерживает темную силу, с легкостью используют святые слова «любовь», «счастье», «благополучие», «свобода», «равенство», «братство» — замечательные слова, которые характеризуют богатство внутренней духовной жизни человека. Вот почему народ наш и откликнулся на призывы, которые лживо обратили к нему те, кто затем в бездне страданий и в страшных муках испытал веру нашего народа, в том числе его приверженность к самым высоким идеалам. Путь лжи — это путь диавольский, а человек, который исполняет волю диавола, — это человек бесноватый.

Сегодня мы слышали Евангелие от Матфея, где говорится о том, как Господь исцелил двух бесноватых, страшных, одержимых людей (Мф. 8:28 - 9:1). Они были настолько асоциальны, они были настолько опасны, что не могли находиться в человеческом обществе и жили где-то в пещерах. Люди боялись встретиться с этими бесноватыми — они обладали невероятной силой и, даже когда их заковывали в цепи, они рвали эти цепи. Но то были не душевнобольные люди, которых можно вылечить медикаментами, — то были люди, находившиеся во власти диавола. И Господь изгоняет бесов из этих двух бесноватых и направляет их в стадо свиней, и стадо с крутизны бросается в море и погибает.

Когда люди начинают служить диаволу, они становятся бесноватыми, они совершают безумные поступки, которые невозможно ни оправдать, ни понять с точки зрения логики. И в самом деле, зачем нужно было взрывать храмы? Да, можно было провозгласить атеизм в качестве общественного идеала, но зачем нужно было уничтожать иконы, зачем нужно было взрывать величайшие произведения искусства, осквернять те места, где люди, не совершая ничего дурного, молились о том, чтобы мир становился лучше, чтобы из него уходила злоба, конфликты, чтобы в человеческих отношениях было больше света и счастья? Никаким разумом и никакой логикой объяснить эти поступки невозможно.

Выдающийся русский архитектор Тон, построивший Московский Кремлевский дворец, Петербургский и Московский вокзалы, построивший, наконец, величественный Храм Христа Спасителя, — еще до того, как он заложил в Москве камень этой общенациональной святыни, возвел здесь, на этом месте, дивный по красоте храм святой Екатерины. Зачем нужно было его взрывать? Безумие, бесноватость. Когда мы взираем в прошлое, то, мысленно недоумевая, сами себе говорим: «Конечно, в наше время все это невозможно — это же вандализм, это преступление против людей, против культуры; вне зависимости от отношения тех людей к идее Бога, сами эти поступки были преступными поступками»…

Нам только кажется, что бесноватость — это удел прошлого. Нам только кажется, что те, из кого Господь изгнал бесов, являются уделом прошлого. Мы должны помнить, что когда мы нарушаем Божий закон, когда мы вступаем на путь лжи и зла, когда мы сознательно вредим нашим ближним, — мы идем по пути диавольскому, становимся бесноватыми. А все остальное вторично. Один разрушает храмы, другой разрушает семьи, третий разрушает свою собственную личность, четвертый растлевает детей, а пятый, имея доступ к средствам массовой информации, растлевает народ. И какая же разница между теми, кто растлевает народ, и теми, кто разрушал храмы? Да никакой разницы нет. Есть два образа жизни и два пути: путь жизни и путь смерти, как говорит Господь в слове Своем. Путь в соответствии с Божиим законом и Божиим предначертанием, и путь, п о которому людей ведет диавол.

И сегодня, освящая эту из небытия возрожденную святыню, мы радуемся тому, что происходит в народе нашем. Разуемся тому, что понимание важности возрождения духовной жизни становится уделом не только отдельных интеллектуалов, философов, писателей, богословов. Это понимание входит в сознание нашей элиты — и экономической, и политической; это понимание пронизывает сегодня нашу национальную жизнь.

Некоторые люди, не верующие в возрождение России, говорят: «Подождите, когда вы все станете богатыми, вы станете такими же неверующими, как богатые, живущие в других странах. Вы не станете больше строить храмы, у вас отпадет нужда возводить святыни. Все это еще ждет вас впереди». На это мы отвечаем: А кто сегодня больше всего жертвует на строительство храмов? — Богатые люди. И не от жира, не от излишка своего, а от сознания того, что там, где храм — там спасение. Я знаю людей, которые, построив храм на собственные деньги и думая, что этот поступок поможет им еще лучше развивать свой бизнес, теряли деньги. Приходили и спрашивали: «За что это мне? Я ведь храм построил». И непросто было этим людям понять, что необязательно строительство храма должно привести к увеличению банковского счета. Необязательно следствием строительства храма должно стать увеличение недвижимости или иной собственности. Бог особым образом проявляет милость к тем, кто отдает Ему свою жизнь, свои средства, свои силы. Но я не знал и не видел ни одного человека, который, построив храм, сказал бы, что сделал ошибку — потому что возведение храма было самым главным делом его жизни.

Дай Бог, чтобы страна наша никогда не пошла по тому пути, о котором предвозвещают лжепророки. Дай Бог, чтобы все: и богатые, и бедные, и люди среднего класса — могли ясно понимать, что есть два пути в жизни — путь Божественный и путь диавольский. Путь диавольский ведет к разрушению, к смерти — к разрушению святынь, к уничтожению красоты человеческой жизни, к разрушению человеческой жизни. А Божественный путь ведет к богатству — духовному богатству, которое очень часто, сочетаясь с земным, материальным достатком, являет миру замечательные примеры жертвенности, доброты и искреннего служения Богу и человеку.

Я бы хотел от всего сердца поблагодарить всех тех, кто принимал политическое решение о воссоздании этого храма; тех, кто жертвовал свои деньги; тех, кто организовал всю эту важную работу. Когда год назад Валентина Ивановна сказала мне о том, что в конце июня Царское Село будет праздновать свое 300-летие и будет освящаться этот храм, я принял твердое решение, как бы это ни было трудно с точки зрения моего рабочего календаря, в этот день быть вместе с вами. И радуюсь тому, что так и произошло, потому что это действительно историческое событие огромной важности — на месте поругания, бесчинства, варварства, разбоя мы обрели такую дивную красоту.

Мы вспомнили имена тех, кто построил этот храм, мы вспомнили имя отца Иоанна Кочурова, первого нашего священномученика, что в ноябрьские дни 1917 года был первым умерщвлен за веру — здесь, на царскосельской земле, и именно в стенах сего храма он был похоронен. Знаю, что останки его были обретены, и радуюсь этому. Мы вспоминаем и государей, что благословили и поддержали строительство, — государя императора Николая I и последующих царей, которые содействовали созиданию духовной красоты Царского Села. Мы вспоминаем замечательного архитектора Тона, чьи эстетические замыслы были воплощены в этом прекрасном храме. И, конечно, сегодня мы воздаем дань нашего уважения и признательности тем, кто воссоздал этот храм.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл
27 июня 2010 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл посетил Царское Село, где возглавил чин великого освящения собора святой великомученицы Екатерины и Божественную литургию в новоосвященном храме.
По окончании богослужения Предстоятель обратился к собравшимся с Первосвятительским словом.
Создание и сопровождение сайта:   Студия AleGrans.ru