"Охридский пролог" святителя Николая Сербского: 27 (14) июля

В начало

Дата:
Праздник:

Неделя:
Пост:
День памяти святых:
Апостольские и Евангельские чтения дня:
"Мысли на каждый день года" свт. Феофана Затворника:
подписка на новости сайта - просто введите Ваш email:
на указанную почту поступит письмо для подтверждения подписки (проверяйте папку "спам" - письмо может попасть и туда)

богословские курсы ВКонтакте

Перейти в календарь

охридский пролог святитель Николай Сербский

1. Апостол от 70-ти Акила.

     Один из семидесяти Апостолов. Как еврей жил сначала в Италии со своей супругой Прискиллой. Когда император Клавдий повелел изгнать всех евреев из Рима и Италии, тогда Акила переселился в Коринф, где с ним впервые познакомился апостол Павел. Сей апостол жил в его доме полтора года, крестил Акилу и его супругу. Пылая ревностью ко Христовой вере, Акила и Прискилла сопровождали Павла до Ефеса, помогая ему в апостольском деле. Из Ефеса Павел написал свое Первое послание к Коринфянам, в конце которого говорит:

"Приветствуют вас усердно в Господе Акила и Прискилла с домашнею их церковью" (1Кор. 16:19)

     По смерти императора Клавдия евреям было разрешено вернуться в Италию, и Акила с Прискиллой возвратились в Рим. Из Коринфа Павел впоследствии написал Послание к Римлянам, в котором приветствовал своих старых друзей и соработников:

"Приветствуйте Прискиллу и Акилу, сотрудников моих во Христе Иисусе (которые голову свою полагали за мою душу, которых не я один благодарю, но и все церкви из язычников), и домашнюю их церковь" (Рим. 16:3-4)

     В дальнейшем мы опять видим Акилу в Ефесе, где он трудится вместе со св[ятым апостолом] Тимофеем. Находясь в узах в Риме, Павел пишет Тимофею в Ефес:

"Приветствуй Прискиллу и Акилу" (2Тим. 4:19)

     Будучи епископом, Акила многих крестил и просветил верой, сокрушал идолов, строил храмы, рукополагал священников и возвещал среди людей славу воплощенного Сына Божия. Наконец, претерпел он смерть от озлобленных язычников и переселился в Царство Христово.

2. Преподобный Еллий монах.

     Подвизался в Египте в IV столетии. С ранней юности посвятил себя иноческим трудам в пустыне, так что своей жизнью и могущественными чудесами вызывал изумление как среди монахов, так и среди мирян и, хотя убегал от славы человеческой, однако не мог утаиться. Претерпел ожесточенную брань с бесовскими обольщениями, особенно во время длительного поста. То мед, то прекрасные яблоки представлял ему диавол, но Еллий не дал себя обмануть. Прозирал он в сердца человеческие, распознавая страсти и помыслы каждого [приходящего к нему] человека — не для того, чтобы явить свое сокровенное ведение, а [для того] чтобы исправить людей.


(Прим. - Ред.)

Великая вера, душевная простота и глубокое смирение позволяли святому Еллию повелевать дикими животными. Однажды, когда преподобный нес в пустынную обитель тяжелую ношу и очень утомился, он, помолившись, подозвал к себе дикого осла и возложил на него свою ношу. Осел покорно доставил груз святого до места и был отпущен обратно в пустыню. В другой раз, когда преподобному Еллию надо было переправиться через реку, а лодки не было, он вызвал из воды крокодила и, став на его спину, благополучно переправился на противоположный берег.

Один из молодых послушников обители, которую посетил святой Еллий, просил его взять с собой в глубь пустыни. Преподобный Еллий предупредил юношу о великих трудах, подвигах и искушениях, которые неминуемо постигают всех отшельников, но, так как послушник продолжал усердно просить, он взял его с собой. В первую же ночь послушник, устрашенный ужасными видениями, в трепете прибежал в пещеру к преподобному Еллию. Преподобный утешил его, успокоил и повел обратно. Оградив пещеру крестным знамением, преподобный сказал, чтобы юный отшельник не боялся, ибо страхования более не повторятся. Поверив слову святого, послушник решил остаться в уединении и впоследствии достиг такого совершенства, что сподобился, как его наставник святой Еллий, получать в нужное время пищу от Ангела.

источник: сайт "Азбука веры"

3. Стихотворение

Светлые потоки с неба ниспустились,
И сердца Апостолов светом озарились.
Светом тем Апостолы многих просветили
И своих преемников в дарах утвердили.
И Акила чудный сим в вере укрепился,
Восприяв от Павла свет, — для Церкви он родился,
И его супруга верная, Прискилла,
Ощутила, что есть Божия сила.
Всю они отринули суету мирскую
И вступили радостно на стезю благую.

Послушанье чудное супруги явили:
В Риме Павлу-узнику бесстрашно служили;
Аполлосу юному, Тимофею дивному,
Помогали в битве с миром супротивным.
Многих ко Христу они вместе обратили,
Раны ж за Христа — ни во что вменили;
Труд плодом сторичным свой увенчали
И венцы нетленные на небе стяжали.

4. Рассуждение

святитель Николай Сербский Охридский Пролог

Христиане должны надежно защитить себя от соблазнов мира сего.
Подобает им покрыться бронёй от всех ударов и всех искушений так, чтобы любое зло от них отскакивало. Броня же их созидается не за день и не за два, но со многим старанием и усердием выковывается в ходе длительных подвигов добродетели.
[Но] чего стоит вся наша добродетель, если поддаемся мы первому же соблазну.

     Говоря об этом, святитель Григорий Нисский приводит пример с некой обезьяной в Александрии.

«В Александрии, — пишет он, — один ловкач научил обезьяну весьма умело изображать танцовщицу на сцене. Посетители театра хвалили обезьяну, которая в одежде плясуньи танцевала в такт музыке. Но в то время как зрители обращали свои взоры на сие новое для них представление, некий шалун захотел всем продемонстрировать, что танцовщица есть не кто иная, как обезьяна. Пока все радостно восклицали и аплодировали мастерству плясуньи, тот баловник, как говорят, бросил на сцену сладости, которые обезьяна особенно любит. Как только увидела она такие гостинцы, то, забыв и о танцах, и о восторге зрителей, и о [напяленных на нее] дорогих одеждах, бросилась всеми лапами на угощение. А так как одежды ей мешали, то стала она драть их когтями, пытаясь сорвать их с себя. И вместо похвалы и удивления среди зрителей разразился смех».

Ведь из-за разорванной маски «танцовщицы» выглянула обезьян[ья мордочк]а.


(Прим. - Ред.)

зриПатрология: искушения


Святоотеческое понимание И. сформировалось под влиянием библейского повествования, во многом благодаря его толкованиям. Первые упоминания об И. в раннехрист. лит-ре связаны с толкованием Христовых И. Эти И. связываются христ. авторами с др. ключевыми событиями земной жизни Христа и т. о. рассматриваются в контексте всей истории спасения. И. Господа вошли в состав типологических сопоставлений, таких как Христос - Новый Адам и Христос - Новый Израиль. Уже древние авторы отмечают прообразующий характер Христовых И.: Спаситель показал Своим ученикам пример противостояния диаволу. Тема искушения Христа использовалась в христ. проповеди, в частности в огласительных беседах перед таинством Крещения. Связь между Крещением и И. является значимой как для раннехрист. авторов, так и для последующей традиции. Подобно тому как за крещением Христа в водах Иордана последовало И., так и каждый христианин, выходя из вод крещения, вступает на путь борьбы. На формирование понимания И. в первые века христианства значительное влияние оказали гонения, к-рые воспринимались христианами в качестве испытания веры. Как и в Священном Писании, в христ. лит-ре И. рассматривается в 2 основных значениях: испытание и соблазн.

Мч. Иустин Философ в толковании 21-го псалма связывает искушение Христа в пустыне с Его крестными страданиями, в к-рых он видит исполнение пророчества псалмопевца:
«Множество тельцов обступили меня; тучные быки Васанские окружили меня, раскрыли на меня пасть свою, как лев, алчущий добычи и рыкающий» (Пс. 21:13-14).
В толковании мч. Иустина тельцами и быками были пророчески названы иудейские книжники и фарисеи, а львом - сатана, искушавший Христа. Прообраз борьбы Христа с диаволом мч. Иустин усматривает также в борьбе Иакова с Богом (Быт. 32:24-29). Бог наделил мужественного Иакова именем Израиль, что значит «побеждающий силу»,- это было прообразом того, как Христос одолеет диавола. Через победу Христа все верующие в Него становятся «благословенным Израилем», т. е. обретают силу противостоять злу.

В христианской традиции искушения Христа сопоставлялись не только с И. Израиля, но и с И. прародителей в раю. Это типологическое толкование основывается на представлении о Христе как Новом Адаме, Который исправил ошибки первого Адама, поскольку «смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп. 2:8). Христос побеждает те И., которые не выдержал Адам. Эта параллель, впервые представленная у мч. Иустина Философа, систематически изложена у сщмч. Иринея Лионского в контексте его учения о рекапитуляции.

Согласно учению о рекапитуляции, вся земная жизнь Иисуса Христа имела значение для спасения человечества. Объясняется это тем, что Христос прошел путь обычного человека, пережил все трудности, с которыми столкнулись и перед которыми не устояли первые люди, и всем содержанием Своей жизни восстановил естественный порядок вещей. Христос стал Новым Адамом, новым главой рода человеческого. Победа Христа над И. в пустыне в таком контексте приобретает особое значение, поскольку, отвергая обольщение диавола, последовавшее за продолжительным постом, Он уврачевывает тем самым преступление невоздержания Адама. Посрамляя ложь, к-рой прежде сатана искусил первых людей, Христос истиной слов Божиих прогоняет прочь сатану. И. в пустыне было началом борьбы Христа с сатаной, которая окончилась на кресте Его победой, т. к. Он исправил древнее непослушание прародителей через послушание Отцу. Крестная смерть Искупителя, по мнению сщмч. Иринея, произошла в тот же день, в к-рый соблазнились Адам и Ева. Т. о., побеждая диавола и ад смертью и воскресением, Христос дарует людям победу не только над смертью, но и над всеми кознями диавола. Победа Христа становится победой каждого христианина. В подтверждение этой мысли сщмч. Ириней приводит слова Христа:
«Се, даю вам власть наступать на змей и скорпионов и на всю силу вражью, и ничто не повредит вам» (Лк. 10:19).

В сочинениях Тертуллиана И. Господа упоминаются в христологическом контексте. В полемическом трактате против докетизма «О плоти Христа» Тертуллиан приводит И. в пустыне как одно из доказательств истинности воплощения Слова Божия:
«Он голодал при диаволе, жаждал при самарянке, проливал слезы над Лазарем, трепетал пред смертью; ибо, говорит Он, плоть слаба».
Искушение Христа подтверждает двойство природ в Нем, поскольку подвергнуться И. Он мог только по человечеству. Тертуллиан не отделяет искушения Христа от И., которые постигают людей, напротив, принципиально важно то, что Он был искушаем так же, как все люди. Сама возможность быть искушаемым, по мысли Тертуллиана, указывает на то, что природы во Христе «действуют каждая согласно своему характеру». Тертуллиан обращает внимание на то, что диавол, говоря «если Ты Сын Божий» (Мф. 4:6), возможно, «упрекал Евангелие во лжи, на самом деле говоря: «...я же к Самому Богу приступил, Самого Всемогущего искушал лицом к лицу»».

К числу И. Тертуллиан относит также И. ересями. Существование ересей, по его мнению, объясняется Божиим попущением с целью укрепления веры. Такое тяжкое И. может не выдержать даже епископ или мученик. Однако Тертуллиан призывает не бояться ни самого факта существования ересей, ни того, что они увлекают большое количество верующих. Более того, он утверждает:
«Пусть побольше и во все стороны разлетается мякина легкой веры, провеваемая искушениями,- тем чище будет пшеница, засыпанная в закрома Господни».
Эту мысль повторяет сщмч. Киприан Карфагенский. В соч. «О единстве Церкви» он пишет:
«Господь, сохраняя свободный наш произвол, допускает быть сему (возникать ересям.- Д. А.), чтобы, через искушение сердец и мыслей наших состязанием об истине, в ясном свете представилась чистая вера достойных».
Ереси и расколы, по мысли сщмч. Киприана, это лукавое изобретение диавола, предназначенное для соблазнения неосторожных или неокрепших в вере христиан:
«Кого ослеплением не может [диавол] удержать на ветхом пути, того сводит в заблуждение и обольщает путем новым».
Однако заблуждения вопреки замыслам искусителя приносят пользу Церкви, поскольку с их помощью «еще прежде дня судного, отлучаются души праведных от неправедных и отделяются плевелы от пшеницы!». В «Книге о благе терпения» сщмч. Киприан указывает, что конечная причина любых испытаний, выпадающих на долю человека, заключена в промысле Божием, к-рым делается явной праведность и обнаруживается нечестие.

Первые попытки систематизировать учение об искушениях содержатся в сочинениях Климента Александрийского и Оригена. В «Педагоге» и «Строматах» Климент приводит примеры различных соблазнов повседневной жизни и дает советы по их преодолению. По его мысли, И. является скорее благом, нежели злом. Климент называет 3 цели, для к-рых Бог попускает христианам искушаться:
верным - для укрепления в вере и для примера язычникам;
маловерным же и неискренним - дабы отсеять их из Церкви.
Гонения Климент рассматривает как одно из И. По его словам, «истинный гностик» охотно отдает свое тело в жертву Богу и не ропщет на мучителя, но, претерпевая страдания, обращается к нему со словами увещания. Называя гностиком совершенного христианина, Климент полагал, что он уже не может быть соблазнен на грех, поэтому И. его постигают лишь по особому смотрению Божию, так, когда он должен явить пример стойкости в вере и самим подвигом проповедовать о Христе:
«Все искушения, которые выпадают на его (гностика.- Д. А.) долю, направлены не на его очищение, но на благо его ближних, которые, если он сможет пройти через все труды и страдания, образумятся и будут направлены на верный путь».

Следуя Клименту Александрийскому, Ориген понимал И. довольно широко. Борьба христиан с мн. И. состояла в сохранении единства веры, в борьбе с ересями, в терпении гонений от рим. власти, следствием к-рых было мученичество, в личном духовном подвиге, также связанном, по Оригену, с идеей мученичества. Большое значение Ориген придавал борьбе с духовными И. В его сочинениях содержится первый развернутый опыт анализа понятия «искушение». В трактате «О началах» Ориген разбирает вопрос о том, откуда приходят искушения.
Опираясь на свидетельства Священного Писания, 1-й причиной он называет диавола - духа, к-рый по своей воле избрал путь соблазна и обмана. Однако диавол, по мнению Оригена, не имеет власти над человеком и не может искушать его без дозволения Бога. Подобно тому как в спортивных состязаниях борются равные, так и Бог определяет каждому свою меру искушений. Т. о., диавол, несмотря на ненависть к человеку, служит в конечном счете его укреплению и спасению. Но, замечает Ориген, из этого положения нельзя сделать вывод, что искушаемый в любом случае одержит победу - Промысл Божий по справедливости допускает и погибель человека в этой борьбе.

«Мудрость века сего» (1Кор. 2:6) в понимании Оригена - это поэзия, грамматика, риторика, геометрия, музыка, медицина и др. наследие познания и творчества человека. По мысли Оригена, эта псевдомудрость происходит не от Божественной премудрости, но от «князей мира сего», в его толковании, от демонов. В соответствии с таким взглядом искусства и науки признаются Оригеном одним из способов диавольского обольщения.

Злые духи не являются единственной причиной грехов. Считать, что всякий грех является следствием диавольского обольщения, по мнению Оригена, недопустимое упрощение, к-рое по сути позволяет переложить большую часть ответственности за совершенный грех на искусителя. В частности, Ориген указывает на грехи, происходящие от невоздержания: объедение и блуд. В этом случае, по мнению Оригена, «нам возможно погрешать даже без побуждений со стороны диавола», поскольку в основе этих грехов лежат естественные потребности человека, в отношении к-рых соблюсти чувство меры может не каждый и только «путем долгого упражнения и опыта».
По аналогии с этими грехами Ориген возводит к природным движениям души такие грехи, как гнев, печаль и др. Т. о. Ориген приходит к выводу, что вторым, не менее опасным источником греха является искушение, к-рое исходит из собственного естества человека. Человек в таком случае несет полную ответственность за грех, поскольку сам искушает себя невоздержанностью. Демон же, «пользуясь этой первой погрешностью, поощряет и возбуждает [нас] всеми средствами, стараясь шире распространить грехи». В конечном счете, когда в душе укореняется та или иная страсть, человек уже не может не грешить и становится рабом греха, для совершения к-рого и вовсе не нужны посторонние И.

В связи с темой И. Ориген говорит о происхождении помыслов, к-рые, исходя из сердца, рождают различные воспоминания или представления. По его мнению, помыслы «иногда происходят от нас самих, иногда возбуждаются противными силами, иногда же внушаются Богом или святыми ангелами» и имеют разнонаправленное действие. Ориген отмечает, что помыслы сами по себе не оказывают к.-л. действия на человека, кроме «одного только волнения и возбуждения, призывающего нас к добру или злу», поэтому человек силен не внимать ни одному из 3-х видов помыслов и может отвергать как лукавые, так и Божественные внушения. Развивая свою мысль в этом ключе, Ориген стремится подчеркнуть, что свобода воли человека остается недосягаема для любых внешних воздействий. Вместе с тем, призывая «благочестиво мыслить» об И., Ориген признает, что одержать победу над мысленным соблазном в силах лишь очень немногие христиане и что эта победа в действительности невозможна без помощи Божией.

Т. о., Ориген разделяет все искушения на 2 типа:
- «человеческие» (ср.: 1Кор. 10:13), происходящие от «плоти и крови»,
- и «сверхчеловеческие», происходящие от диавола.

Исследование «человеческого» И. у Оригена непосредственно связано с вопросами об устроении души и ее связи с телом. Здесь он многократно возвращается к словам ап. Павла о противостоянии плоти и духа (Гал. 5:17); (Рим. 7:23), подчеркивая противоречивость человеческой природы.
Размышления же Оригена о «сверхчеловеческих» И. всегда связаны с темой духовной брани и подвижничества, к-рая раскрывается преимущественно в его экзегетических сочинениях, в частности в связи с толкованиями И. Христовых. Характерно высказывание Оригена о том, что после крещения и Иисус, и христианин подвергаются И.:
«Как только ты войдешь в воды крещения, это будет начало духовной войны».
Размышления Оригена основываются на евангельском повествовании и распространяются на мн. эпизоды ветхозаветной истории; искушения Христа повторяют И. Адама, Иова, народа Божия во время исхода из Египта и др. Ориген пишет о борьбе Спасителя с сатаной, к-рую Он ведет в Своей Церкви:
«Он подвергался искушению, для того чтобы мы... могли победить благодаря Его победе».
Искушения Христа в осмыслении Оригена тесно связаны с Его крестными страданиями, поскольку Своей смертью Он окончательно преодолел противостояние диавола:
«Христос в пустыне не уничтожил власть диавола, а только сломал ее, когда же вернулся [диавол в последние дни, чтобы убить Христа], то Он не только сломал его, но и уничтожил».
Подобным образом и из числа верующих, к-рые вошли в Церковь и вступили в сражение с диаволом, Бог уничтожает врага в тех, кто достиг совершенства. Кульминационной точкой этого противостояния, а также вершиной христ. совершенства Ориген считал страдание за Христа, сильнейшее испытание веры, к-рое максимально уподобляет христианина Господу.

источник: церковно-научный центр «Православная Энциклопедия»

5. Созерцание

Наказание Корея, Дафана и Авирона

Наказание Корея, Дафана и Авирона (Числ. 16); Византия; XIII в.; памятник: Октатевх или Восьмикнижие; местонахождение: Греция. Афон. Ватопедский монастырь


     Да созерцаю праведное наказание, которому Бог подверг Корея, Дафана и Авирона (Чис. гл. 16), а именно:
1) как те трое возбудили народ против Моисея и Аарона, потребовав, чтобы все были вождями;
2) как разверзлась земля и поглотила Корея, Дафана, Авирона и прочих с ними;
3) как земля плоти поглощает души тех, кто мыслит по-плотски и, пребывая в таких помыслах, [восстает и] бунтует против закона Божия.


(Прим. - Ред.)

зриВетхий Завет: участь недостойных, пожелавших исполнять священство



"Прошло совсем немного времени после беспорядков в пустыне Фаран, как в еврейском стане опять поднялся ропот. На этот раз выступление было направлено в основном против священника Аарона и его сыновей – священников. Бунт возглавили Корей из колена Левиина, Дафан и Авирон – из колена Рувимова. К ним присоединились двести пятьдесят именитых людей, начальников еврейского народа. Бунтовщики вознегодовали на то, что священство предоставлено только племени Аарона, и требовали, чтобы из всех колен выбирались священники. Они собрались перед шатрами Моисея и Аарона и громко их укоряли: «Полно вам; все общество, все святы, и среди их Господь! почему же вы ставите себя выше народа Господня (Чис. 16:3). Моисей вышел к собравшимся и, желая их успокоить, сказал Корею: «...Ты и все твое общество собрались против Господа. Что Аарон, что вы ропщете на него?.. Вот что сделайте: …возьмите себе кадильницы и завтра положите в них огня и всыпьте в них курения пред Господом (перед Скинией. – Авт.); и кого изберет Господь, тот и будет свят» (Чис. 16:11).

На другой день к Скинии со своими кадильницами собрались все бунтари, кроме Дафана и Авирона. Эти двое возмутителей даже не нашли нужным откликнуться на приглашение Моисея и через посланных гордо заявили ему: «Не пойдем! разве мало того, что ты вывел нас из земли, в которой течет молоко и мед, чтобы погубить нас в пустыне? и ты еще хочешь властвовать над нами? привел ли ты нас в землю, где течет молоко и мед?.. глаза людей сих ты хочешь ослепить? не пойдем!» (Чис. 16:12-14).

Такой ответ ясно свидетельствовал, что религиозный протест уже перешел в политический. Горько и тяжело было слушать вождю такие несправедливые упреки. И вот, когда восставшие против законных носителей священства подошли с дымящими кадильницами к храму, внезапно над Скинией явилась слава Господня. Господь хотел поразить весь народ, стоящий у Скинии, но Моисей и Аарон умолили Господа пощадить невиновных. Тогда Господь повелел Моисею, чтобы народ отошел от шатров Корея, Дафана и Авирона. Люди послушались Моисея и отошли от шатров бунтовщиков. В это время по слову Моисея земля расступилась и поглотила Корея, Дафана и Авирона со всем их имуществом, а всех остальных заговорщиков попалил огонь, ниспосланный Господом. Суровое наказание, однако, не устрашило и не вразумило людей, а напротив – вызвало еще большее возмущение. На другой день народ собрался у Скинии и стал обвинять Моисея и Аарона в гибели лучших людей Израиля. Но вдруг над храмом явилась слава Господня, и Господь стал поражать израильтян. На этот раз не помогла и пламенная молитва вождя за свой народ. Моисей, видя, что Господь не принимает его молитвы, повелел Аарону взять кадильницу и кадить между умирающими и живыми. И только благодаря этому Господь прекратил поражать людей. В этот день погибло около пятнадцати тысяч человек. Так печально закончилось восстание израильтян против своего вождя и Богом утвержденных священников.

Чтобы в еврейском народе окончательно прекратился спор о том, кому на самом деле принадлежит священство, Господь повелел Моисею взять у начальников колен жезлы и положить их в Святая Святых перед Ковчегом Завета. «И кого Я изберу, – сказал Господь, – того жезл расцветет!» (Чис. 17:5). Всех жезлов было двенадцать. На жезле, принадлежащем колену Левиину, было вырезано имя первосвященника Аарона. На следующий день к храму собрался весь народ. Моисей в торжественной обстановке взял в Скинии все двенадцать жезлов и вынес их к народу. И вот тысячи израильтян явились свидетелями чуда. Жезл, который принадлежал Аарону, «расцвел, пустил почки, дал цвет и принес миндали». Это было явным подтверждением того, что Аарон и его сыновья являются Богом избранными носителями священства. С этого времени народ смирился перед волей Божией и больше не осуждал род Аарона за привилегии, данные ему Богом. По повелению Божию прозябший (проросший) жезл Аарона был положен перед Ковчегом Завета.

источник: епископ Вениамин (Пушкарь). Священная Библейская история Ветхого Завета


"Возмутились против Аарона, намереваясь или отнять у него священство, или вместе с ним священнодействовать в скинии. Но и когда в Египте делали они кирпичи, то не желали этого, и когда Египтяне били их, — не вожделевали этого; когда разделено было море, — не просили об этом; и когда в Египте погрязали, — не домогались этого; и когда Евреи переходили море, — не приходило им подобное на мысль, потому что боялись суда и наказания. Корей и прочие, возмутившиеся против Аарона и желавшие получить его священство, представляют образ первосвященников, возмутившихся против Господа нашего и, по сказанному в притче о винограднике, восхотевших получить Его наследие."

источник: преподобный Ефрем Сирин


"Пусть инакомыслящие научатся бояться воли Господней и чтить священников. Разве не за несогласие поглотила Дафана, Авирона и Корея бездна земная? Ведь они воздвигли двести пятьдесят мужей против Моисея и Аарона и отделились от них, и встали те, говоря: полно вам; все общество, все святы, и среди их Господь! И потому, разгневавшись, заговорил Господь со всем собранием; поразмыслил и узнал Господь, какие из них Его, и приблизил к Себе святых, а тех, кого не избрал, не приблизил. И приказал Господь, чтобы воздвигли алтари и положили на них фимиам Корей и все восставшие вместе с ним против Моисея и Аарона, священников Господних, чтобы каждый святой был избран Господом и утвержден среди левитов Господних. И сказал Моисей Корею:
Послушайте, сыны Левия! Неужели мало вам того, что Бог Израилев отделил вас от общества Израильского? И еще: Вы домогаетесь еще и священства, ты и все твое общество собрались против Господа. Что Аарон, что вы ропщете на него?
Итак, поразмыслите, каковы были причины неудачи: недостойные пожелали исполнять священство, и потому они впали в инакомыслие, что возроптали, нечестивые, на избранного по воле Божией священника, и потому великий страх объял весь народ, ужас перед наказанием охватил всех. И когда все стали умолять, чтобы из-за гордости немногих не погибли все, осуждаются виновные в преступлении и от среды всего народа отторгаются двести пятьдесят мужей с вождями своими, и земля, восстонав, разверзается посреди толпы, бездна открывается, и виновные поглощаются и отчуждаются от всех стихий мира сего, дабы не оскверняли они ни воздух дыханием, ни небо - зрением, ни море - прикосновением, ни землю - могилой."

источник: святитель Амвросий Медиоланский

6. Проповедь о твердости веры.

толкование первого соборного послания святого апостола Петра


"ему́же проти́витеся тве́рди вѣ́рою, вѣ́дуще, я́ко тѣ́же стра́сти случа́ются ва­шему бра́тству, е́же въ мíрѣ."
"є3мyже проти1витесz тве1рди вёрою, вёдуще, ћкw тёже стр†сти случaютсz вaшему брaтству, є4же въ мjрэ."
"Противостойте ему твердою верою, зная, что такие же страдания случаются и с братьями вашими в мире."
(1Пет. 5:9)

     Самая главная твердыня человеческой души, братья, — это твердыня веры.
Против этого оплота диавол сильнее всего ратует всеми своими стрелами и лукавыми кознями. Ибо знает сей нечистый и злобный дух, что если удастся ему разрушить эту [душевную] крепость, то навсегда пленит он душу человека. Посему святые Апостолы просили Господа:
"Умножь в нас веру" [в серб, букв.: добавь, приложи нам веры. — Пер.] (Лк. 17:5).

     Будем и мы, братья, молиться каждый день, чтобы Господь приложил нам веры, чтобы упрочил и укрепил Он веру нашу. Змея, [пребывая] в опасности, больше всего защищает свою голову, поэтому Сам Господь назвал ее мудрой. Да храним и мы точно так же голову нашей духовной жизни, а [голова] — это вера.

     Ничто в мире не может заменить нам веру в Бога: ни философия, ни наука, ни богатство, ни слава, ни весь мир из конца в конец со всеми своими эфемерными прелестями. Ведает об этом диавол, поэтому с наибольшей яростью нападает на нашу веру, наводя на нас сомнение, заставляя нас колебаться, смущая наши мысли, лишая покоя наши сердца. Ну а если диавол знает, что вера — это самое главное, тем более обязаны знать это мы. Ведь ради нас сошел Христос на землю, ради нас пострадал на кресте [и именно] нам вручил завет спасительной веры.

     Веру же не можем мы ни укрепить, ни приумножить иначе, как через страдания. Посему многострадальный апостол Петр и свидетельствует:
"Такие же страдания (как и ваши) случаются и с братьями вашими в мире."
По смирению не упоминает сей апостол о собственных бедствиях, но говорит о страданиях наших братьев во Христе. Общники веры суть общники и страданий. Не только вы, братья, претерпеваете сие за веру, но тому же самому подвергаются и прочие ваши собратья по этой же самой вере.

     Пусть послужит это к смягчению ваших мук. Но паче всего пусть облегчит вам беды и скорби Сам распятый Господь наш Иисус Христос.

     О Господи Иисусе, Страдалец превыше всех страдальцев и Победоносец превыше все победителей, умножь в нас веру и укрепи нас силою Твоей благодати как укрепил ты Апостолов Твоих святых. Тебе слава и [по]хвала вовеки. Аминь.


(Прим. - Ред.)

зриПатрология: вера


Главными опорными текстами Священного Писания для Святых Отцов являются два места из апостола Павла. В Послании к евреям дается классическое определение веры:
"Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом… А без веры угодить Богу невозможно; ибо надобно, чтобы приходящий к Богу веровал, что Он есть, и ищущим Его воздает" (Евр. 11:1).
В таком понимании вера приоткрывает для человека неочевидное, но бесценное дно недоступного непосредственному чувственному восприятию и обыденной достоверности; предмет веры – это умопостигаемое, удостоверяемое лишь в мистическом опыте богообщения.

Второе место из апостола Павла не служит определением. Это скорее описание необходимых условий возникновения веры, которыми оказываются самое Писание, иными словами, божественное откровение, и наставление в нем, то есть традиция, прививаемая в церковной общине:
"…ибо всякий, кто призовет имя Господне, спасется. Но как призывать Того, в Кого не уверовали? как веровать в Того, о Ком не слыхали? как слышать без проповедующего? Итак вера от слышания, а слышание от слова Божия" (Рим. 10:14-17).

Впервые теоретическому рассмотрению понятие веры подвергается у Климента Александрийского, который, с одной стороны, опровергал обвинение греческих философов в том, что вера есть неразумное мнение, основанное на предрассудке, с другой стороны, противостоял мнению гностиков, оставлявших веру простым членам Церкви, противопоставляя ей значение гнозиса, понимаемого как некое эзотерическое ведение, доступное только посвященным и закрытое от профанов. С третьей стороны, он противился убеждению тех самых простецов, полагавших, что одной веры без знания или гнозиса вполне достаточно.

«Вера, – пишет Климент в «Строматах», – есть свободное предвосхищение и благочестивое согласие … Другие же определяют веру как акт мысленного допущения неявного, наподобие доказательства, открывающего нам существование вещи хоть и неизвестной, но очевидной. Итак, вера – это акт свободного выбора, поскольку она есть некое стремление, и стремление разумное. Но так как каждое действие начинается с разумного выбора, то выходит, что вера и есть основа всякого разумного выбора… Итак, верящий Писаниям и имеющий верное суждение слышит в них голос самого Бога, свидетельство непререкаемое. Такая вера уже более не нуждается в доказательствах. Блаженны поэтому не видевшие, но уверовавшие."

С попыткой полного и систематического богословского представления понятия веры мы встречаемся у автора IV века святого Кирилла Иерусалимского в его пятом «Огласительном поучении». Вот что он пишет:
«Слово вера одно по названию своему … разделяется на два рода.
К первому роду принадлежит вера научающая, когда душа соглашается на что-либо. И она полезна для души…
Другой род веры есть тот, который по благодати даруется Христом.
Одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом; иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом (1Кор.12:8-9).
Итак, сия по благодати Духом Святым даруемая вера есть не только научающая, но и действующая выше сил человеческих. Ибо кто имеет сию веру: скажет горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет (Мф. 17:20)… Итак, имей ты со своей стороны веру в Него, чтобы и от Него получить веру, действующую выше сил человеческих"
.

Преподобный Иоанн Дамаскин в «Точном изложении православной веры», в главе, специально отведенной раскрытию значения слова вера, суммирует предшествующую традицию:
«Вера, между тем, двояка: есть вера от слышания (Рим. 10:17). Ибо, слушая божественные Писания, мы верим учению Духа. Вера же эта обретает совершенство через все, что законоположено Христом: веруя делом, живя благочестиво и исполняя заповеди Обновителя нашего. Ибо кто не верует согласно с преданием кафолической Церкви или кто через постыдные дела имеет общение с диаволом, тот неверен.
Вера же есть, опять-таки, осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом (Евр.11:1) или несомненная и нерассуждающая надежда на то, что обещано нам Богом, и на успех наших прошений.
Поэтому первая вера относится к нашему намерению, а вторая – к дарам Духа"
.

Преподобный Иоанн, также как и святой Кирилл, четко различает, что в нашей собственной власти, а что есть божественный дар. Итак, три основных смысла слова, три преобладающих образа:
- догматический (вера Церкви),
- психологический (согласие с верой Церкви)
- и харизматический (дар Духа Святого);
это три стоящих за указанными образами сущности – Церковь, человек, Бог.
У Святых Отцов вера в первую очередь рассматривается как нечто внешнее по отношению к человеку, которое становится «внутренним» благодаря согласию души в акте личной веры.

источник: П.Б. Михайлов, преподаватель ПСТГУ "Понятие веры в святоотеческой письменности"


Создание и сопровождение сайта:   Студия AleGrans.ru