Неделя четвертая по Пятидесятнице

В начало

Дата:
Неделя:
Пост:
День памяти святых:
Апостольские и Евангельские чтения дня:

Подписка на новости сайта - введите Ваш email:

     Братия и сестры, важнейшим моментом в ходе Божественной Литургии является чтение Евангелия. Чтобы помочь Вам подготовится к воскресной литургии, мы за несколько дней до службы публикуем тексты евангельских чтений с толкованиями Святых Отцов и учителей православной Церкви. Тексты будут размещены в синодальном переводе и на церковнославянском языке (исходный текст и транслитерация).

Апостол

воскресный листок

Евангелие

воскресный листок
     В "Воскресном листке" на одной странице указаны праздники, отмечаемый Русской Православной Церковью в это воскресенье, а также приведен текст апостольского чтения. На другой странице размещен текст евангельского чтения дня.
Советуем Вам распечатать "Воскресный листок", предварительно ознакомиться с ним и взять его с собой на службу.
файлы для печати высокого разрешения:
скачать 1-ю страницу jpg скачать 1-ю страницу pdf скачать 2-ю страницу jpg скачать 2-ю страницу pdf
Какова вера сотника! Удивила Самого Господа. Сущность ее в том, что он исповедал Господа Богом всяческих, всемощным владыкою и повелителем всего сущего; потому-то и просил: только скажи слово, и исцелеет отрок мой. Верую, что все Тебе подвластно и все слушается мановения Твоего. Такой же веры и от всех требовал Господь; такая же требуется и от нас. В ком есть такая вера, тот ни в чем не имеет недостатка и что ни попросит, все получает. Так обетовал Сам Господь.
О, когда бы и нам попасть хоть на след такой веры! Но и она есть дар, и дара этого тоже надо просить и просить с верою. Будем же просить ее, по крайней мере, с чувством нужды в ней, просить постоянно, притрудно, помогая в то же время раскрытию ее в нас соответственными размышлениями, а более всего покорностью заповедям Божиим.
Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

Божественная Литургия 2 июля 2017 года

Евангелие от Матфея 8:5-13 (зачало 25)

Евангелие от Матфея


Стих 8:5

Вшéдшу же емý въ капернаýмъ, приступи́ къ немý сóтникъ, моля́ егó
Вше1дшу же є3мY въ капернаyмъ, приступи2 къ немY со1тникъ, молS є3го2
Когда же вошел Иисус в Капернаум, к Нему подошел сотник и просил Его:

Прокаженный приступил к Иисусу по сошествии Его с горы, а этот сотник по вшествии Его в Капернаум. Почему же ни тот, ни другой не взошли на гору? Не по нерадению, так как оба имели пламенную веру; но чтобы не прервать Его учения.

В сообщениях Матфея и Луки здесь сильное разноречие. Лучшее объяснение этого разноречия дают Августин и Кальвин. Первый высказывается в том смысле, что целью Матфея было выставить на первый план веру сотника. Поэтому для него не важны были исторические подробности и точная передача событий.

 Лука же, напротив, имел целью передать в точности самый исторический факт. Кальвин замечает, что различие в рассказах просто ничтожно (nihil), хотя оно, конечно, и существует, как видно из его же слов, потому что ничтожное различие есть все-таки различие. По мнению Морисона, Матфей не хотел дать научного описания факта. Для взора евангелиста сотник «действительно присутствовал около Господа через своих подданных».

Мы будем здесь держаться рассказа в том виде, в каком он дан у Матфея. Сотник, по-видимому, подошел к Спасителю на пути Его по улицам Капернаума. Можно даже думать, что это было не в начале, а в самом конце путешествия, когда Христос был уже около самого дома сотника. Евангелист пропустил слова посланных и вынужден был вложить их в уста самого сотника. Что это нисколько не вредит точности исторического повествования, видно из того, что как у Матфея, так и у Луки слова принадлежат самому сотнику.

О самой личности последнего можно сказать только немногое. Так как нет известий чтобы в то время в Капернауме стояли римские войска, то нужно думать, что сотник служил у Ирода Антипы, войска которого, по свидетельству Иосифа Флавия, состояли из наемников. Сотники называются в Евангелиях и Деяниях ekatontarcj, -chj и kenturiwn (=centurio, (Мк. 15:39, 44, 45). Римские легионы разделялись на 10 когорт (Деян. 10:1), или полков, в каждой когорте было по три манипулы, а каждая манипула состояла из сотней; если число это убывало, сотня не переставала быть сотней. В каждом легионе было 60 сотен. Сотник был, очевидно, язычник. Это, по словам Цана, само понятно и составляет сущность рассказа. Думают даже, что Матфей намеренно поставил два рассказа рядом — об исцелении прокаженного и слуги язычника, которые оба были нечисты с обрядовой точки зрения. Сотник мог быть нечист даже и в том случае, если бы был иудеем, потому что иудеи, если вступали в войска, состоящие из чужеземных солдат, то, по свидетельству Иосифа Флавия, считались, как мытари. Но он, вероятно, принадлежал к язычникам, которые склонялись к иудейству и принимали живое участие в богослужении синагоги. На развалины синагоги, построенной сотником в Капернауме, указывают и теперь.

И этот не подошел на горе, чтобы не прервать учения. Это тот же сотник, что и у евангелиста Луки. Хотя евангелист Лука говорит, что он других отправил послами к Иисусу, но это не противоречит Матфею, который говорит, что сотник сам пришел. Очевидно, что сначала сотник послал других, а потом, когда опасность увеличилась, пошел сам и сказал: (см. Мф. 8:6).

Стих 8:6

и глагóля: Гóсподи, óтрокъ мóй лежи́тъ въ домý разслáбленъ, лю́тѣ страждá.
и3 глаго1лz: гDи, џтрокъ мо1й лежи1тъ въ домY разслaбленъ, лю1тэ страждA.
Господи! слуга мой лежит дома в расслаблении и жестоко страдает.

Некоторые говорят, что он (сотник) в оправдание свое представил и причину, почему не привел и его (слугу) самого. Невозможно было, говорят, привести расслабленного, который мучился и находился при последнем издыхании. А что отрок находился при последнем издыхании, об этом свидетельствует Лука: и хотяше умрети. Но, по моему мнению, это означает великую веру сотника, и гораздо большую, нежели какую имели свесившие (расслабленного) сквозь кровлю. Так как он ясно знал, что довольно и одного повеления, чтобы восстал лежащий, то почел за излишнее приводить его.

Буквально и говоря: мальчик мой поражен в доме, параличный, страшно мучающийся. Относительно греч. слова «мальчик» (paij) следует сказать, что оно употребляется и в смысле «сын», — так переводится оно у (Ин. 4:51); (Деян. 3:13, 26), и «раб» или слуга у (Лк. 12:45); (Лк. 15:26). В рассматриваемом месте слово, несомненно, означает «раб», потому что оно пояснено так у Луки (Лк. 7:2 — douloj). Название болезни неопределенно. Ссылаясь на 1 Мак. 9:55–56, Альфорд говорит, что может быть это был tetanus, который древние врачи смешивали с параличом. Такая болезнь более обычна в жарких странах, чем у нас. По Луке мальчик был при смерти. Думали, что это и было причиной, почему сотник сам не явился ко Христу с просьбой об его исцелении. Но с таким объяснением не согласен Златоуст, полагая, что неприбытие сотника было таким же делом его веры, как и его слова. Это был, по словам Иеронима, первый параличный, исцеленный Христом. Описание болезни у Матфея не противоречит показанию (Лк. 7:2); но у Матфея несколько подробнее и точнее.

Стих 8:7

И глагóла емý Иисýсъ: áзъ при­­шéдъ исцѣлю́ егó.
И# гlа є3мY ї}съ: ѓзъ прише1дъ и3сцэлю2 є3го2.
Иисус говорит ему: Я приду и исцелю его.

Что же делает Иисус? То, чего прежде нигде не делал. Во всех других случаях Он сообразовался с желанием просителей; а здесь Сам предупреждает желание сотника и обещается не только исцелить, но и придти в его дом. А это делает для того, чтобы мы познали добродетель сотника. Если бы Он не обещал этого, а сказал только: иди, да исцелеет отрок твой, - тогда бы мы совершенно не знали об его добродетели. То же самое, хотя противоположным образом, сделал Он и с женою финикийскою. Здесь, без приглашения, добровольно сам обещает придти в дом, чтобы ты познал веру сотника и великое смирение. Финикиянке же отказывает в даре, и ожиданию ее как бы не подает надежды. Как опытный и проницательный врач, Он умеет из противного производить противное. Так здесь веру сотника открывает чрез добровольно обещанное пришествие, а там веру женщины - чрез продолжительную отсрочку и отказ. Так поступил Он и с Авраамом, сказав: не утаю от отрока Моего Авраама (Быт. 18:17), - чтобы ты познал Его любовь и попечение о содомлянах. Так и посланные к Лоту отказываются взойти к нему, чтобы ты познал великость страннолюбия этого праведника.

Стих 8:8

И отвѣщáвъ сóтникъ, речé [емý]: Гóсподи, нѣ́смь достóинъ, да подъ крóвъ мóй вни́деши: но тóкмо рцы́ слóво, и исцѣлѣ́етъ óтрокъ мóй:
И# tвэщaвъ со1тникъ, рече2 (є3мY): гDи, нёсмь досто1инъ, да под8 кро1въ мо1й вни1деши: но то1кмw рцы2 сло1во, и3 и3сцэлёетъ џтрокъ мо1й:
Сотник же, отвечая, сказал: Господи! я недостоин, чтобы Ты вошел под кров мой, но скажи только слово, и выздоровеет слуга мой;

Послушаем это мы, намеревающиеся принять Христа, - ведь и ныне можно Его принимать, - послушаем и поревнуем, и примем с таким же тщанием. В самом деле, когда ты принял бедного, алчущего и нагого, то принял и напитал Его самого. Но скажи только слово, и выздоровеет слуга мой. Смотри, как и сотник, подобно прокаженному, имеет надлежащее понятие о Христе. И он не сказал: призови Бога; не сказал: помолись и умилостиви Его; но только - повели.

Но ты не просто исследуй слова сотника, а прими во внимание еще его положение как египетского начальника, и тогда увидишь добродетель этого мужа. В самом деле, начальствующие бывают весьма надменны и не унижаются в самых несчастиях. Так упоминаемый у Иоанна (царедворец) влечет Иисуса в дом, и говорит: сниди, - отрок мой при смерти (Иоан. IV, 49); напротив сотник не так поступил, но гораздо лучше, нежели и этот царедворец, и те, которые спустили одр сквозь кровлю. Он не домогается телесного присутствия, и не принес страждущего ко врачу; а это и показывает, что сотник не низко об Нем думал, но имел богоприличное мнение, когда говорит: "токмо рцы слово". И не с начала говорит: рцы слово, но сперва рассказывает только о болезни, так как по великому смиренномудрию не ожидал, чтобы Христос тотчас его послушал и пошел к нему в дом. Вот почему, когда услышал уже слова Его: "Аз пришед, исцелю его", тогда говорит: "рцы слово". И болезнь не смущала его, но он и в несчастии любомудрствует, имея в виду не столько здоровье отрока, сколько то, чтобы не показать в действиях своих чего-либо неблагоговейного.

Хотя он и не настаивал, но Христос обещал. А он и при этом опасался, чтобы каким-либо образом не выйти из пределов собственного достоинства, и не обременить себя каким-либо тяжким поступком. Видишь ли его благоразумие? Посмотри на безумие иудеев, которые говорят: он достоин, чтобы Ты оказал ему милость. Надлежало бы прибегнуть к человеколюбию Иисусову, а они выставляют достоинство человека, сами не зная, с какой стороны должно выставить его. Напротив, сотник иначе поступил: он сознавал себя весьма недостойным не только благодеяния, но и того, чтобы принять Господа в дом. Потому-то, сказав: отрок мой лежит, не прибавил: рцы, опасаясь сделаться недостойным принятия дара, но рассказал только о своем несчастии. Когда же увидел милосердие Христово, то и в этом случае не настаивал, но соблюл приличную себе меру.

А если бы кто спросил: для чего Христос взаимно не почтил его? - мы ответили бы, что Он, напротив, много почтил его: во-первых, тем, что изъявил согласие, как видно это особенно из того, что не пошел в дом; а во-вторых, тем, что ввел его в царство и предпочел всему народу иудейскому. За то, что Он признал себя недостойным даже принять Христа в дом, удостоился получить царство и блага, которыми наслаждается Авраам.

Почему же, скажет кто-либо, прокаженный, показавший больше того, не был похвален? Он не сказал: рцы слова, но, - что гораздо более, - пожелай только, как то пророк говорит об Отце: "вся, елика восхоте, сотвори" (Псал. CXIII, 11). Но и прокаженный был похвален. Когда Спаситель сказал: принеси дар, егоже повеле Моисей, во свидетельство им, то этими словами выразил не иное что, как то, что ты обвинишь их, потому что ты уверовал. С другой стороны, не все равно было - уверовать иудею, и - тем, кто вне народа иудейского.

Стих 8:9

и́бо áзъ человѣ́къ éсмь подъ влáстiю, имы́й подъ собóю вóины: и глагóлю семý: иди́, и и́детъ: и другóму: прiиди́, и прихóдитъ: и рабý моемý: сотвори́ сié, и сотвори́тъ.
и4бо ѓзъ человёкъ є4смь под8 влaстію, и3мы1й под8 собо1ю во1ины: и3 глаго1лю семY: и3ди2, и3 и4детъ: и3 друго1му: пріиди2, и3 прихо1дитъ: и3 рабY моемY: сотвори2 сіе2, и3 сотвори1тъ.
ибо я и подвластный человек, но, имея у себя в подчинении воинов, говорю одному: пойди, и идет; и другому: приди, и приходит; и слуге моему: сделай то, и делает.

Потом, опасаясь, чтобы Он по смирению не отказался, говорит:
"ибо я и подвластный человек, но, имея у себя в подчинении воинов, говорю одному: пойди, и идет; и другому: приди, и приходит; и слуге моему: сделай то, и делает.

Что ж из того, скажет кто-нибудь, если сотник так думал? Дело в том, ведь, одобрил ли и подтвердил ли то Христос? Хорошо и весьма благоразумно ты говоришь. Итак, на это-то и посмотрим; и мы найдем здесь то же, что случилось с прокаженным. Прокаженный сказал: "аще хощеши" - и мы удостоверяемся во власти Спасителя не только чрез прокаженного, но и чрез глас самого Христа, потому что Он не только не отверг такого мнения, но еще более подтвердил его, когда для утверждения его присовокупил излишнее слово, сказав: "хощу, очистися". Равно и здесь надобно посмотреть, не произошло ли чего-либо подобного. И действительно найдем, что и здесь случилось то же самое.

Подлинно, весьма много значило, что человек, не из числа иудеев, имел столь высокую мысль о Христе. Мне кажется, он имел представление о воинствах небесных, или о том, что болезни, смерть и все прочее так же подчинено Христу, как ему самому воины. Потому Он и говорил: "ибо и аз человек есмь под властию учинен", - т. е., ты Бог, я человек; я под властью, Ты же не под властью. Итак, если я, будучи человеком и находясь под властью, столько могу, то гораздо более можешь Ты, будучи Богом и не находясь под властью. С особенною силою он хочет убедить Его в том, что он представляет это не как пример сходный, но как несравненно высший. Если я, говорит он, будучи равен подчиненным и находясь под властью, при малом преимуществе начальства имею такую силу, что никто мне не противоречит, но что я приказываю, то и делают, хотя бы и различны были приказания (глаголю сему: иди, и идет; и другому: прииди, и приходит), то гораздо большую силу имеешь Ты.

Некоторые же читают это место и таким образом: "аще бо аз человек сый, и, отделив эти слова знаком, присоединяются: под властию имый под собою воины. Но ты обрати внимание на то, как ясно показал он, что Христос может управлять смертью как рабом, и повелевать как Владыка. Когда он говорит: иди, и идет, прииди, и приходит, то выражает этими словами такую мысль: если Ты повелишь смерти не приходить к нему, она не придет. Видишь ли, какую он имел веру? Он уже ясно открыл то, что впоследствии всем должно было открыться, то есть, что Христос имеет власть над смертью и жизнью, и может низводить во врата ада и возводить. И не только упомянул о воинах, но и о рабах, - что служит знаком большего послушания. Но, не смотря на то, что он имел столь великую веру, он почитал себя еще недостойным.

Уже древние толкователи обращали внимание на расстановку слов (в греч.). Если запятую поставить после «человек есмь» (egw anqrwpoj eimi), то переводить нужно так: я человек, под властью имеющий у себя воинов и т. д.; если же после выражения «под властью», то выражение будет означать, что сотник сам находится под властью (подвластный, как в русск.), и, находясь под властью, имеет «под собою» (русск. «в подчинении»), т. е. также под своею властью, и воинов.

Последнее мнение разделяет Златоуст. Смысл речи сотника будет более понятен, если относить начало 9 стиха к logw (словом) ст. 8, и считать 9 стих как бы продолжением этого выражения. Сотник думал, что «слово» Христа подчиняется Ему. Оно находится у Него под властью и Он властно им распоряжается. Таким образом, продолжение становится ясным. «Слово» Христа под Его властью или в Его власти; ибо я также под властью… Сотник сравнивает себя не с Самим Христом, а с Его Словом.

Труднее объяснить «потому что» (gar). Оно имеет здесь очень тонкий и почти неуловимый смысл. Можем изложить речь сотника в таком распространенном перифразе: Твое слово находится под Твоею властью, Ты распоряжаешься им по Своему произволу. Почему? Потому, что (gar) я знаю это по своему собственному опыту. Ты не под властью, я под властью. Однако если и я скажу только одно слово, мне повинуются.

Бог в руках Своих имеет живот и смерть, здравие и болезнь, счастие и несчастие.

«Господь Вседержитель имя Ему.
Яко в руце Его вси концы земли, и высоты гор Того суть. Яко Того есть море, и Той сотвори е, и сушу руце Его создасте» (Пс. 94:4-5)

И якоже царь посылает воинов иных для предохранения, а иных для усмирения граждан, тако и Бог иным посылает жизнь, —
«и живот в воли Его» (Пс. 29:6);
другим же смерть:
«и послю на них мечь и пагубу» (Иер. 24:10).

И якоже владыки посылают рабов своих на всякую службу: тако и Бог здравие подает или болезнь, счастие или несчастие ко всякому исполнению премудрого Своего хотения.

«Яко чаша в руце Господни вина нерастворенна, исполнь растворения, и уклони от сея в сию» (Пс. 74:9)

Тако о Христе веровал сотник; убо смысл слов его есть таковый:
Господи! живот и смерть суть воины твои, здравие и болезнь, счастие и несчастие — раби твои.
Если убо я, будучи человек подвластный другим, повелеваю однако же сущим под властию моею воинам, и они повинуются, — прикажу рабу моему, и он исполняет мое хотение: то кольми паче Ты, Сый всемогущ и всесилен,
если послешь живот и смерть, тот приидет, а сия отыдет;
если только речешь слово, не тогда же ли раба моего обымет здравие, и отбежит расслабление?

И сие сказал сотник.

Стих 8:10

Слы́шавъ же Иисýсъ, удиви́ся, и речé грядýщымъ по нéмъ: ами́нь глагóлю вáмъ: ни во Изрáили толи́ки вѣ́ры обрѣтóхъ.
Слы1шавъ же ї}съ, ўдиви1сz, и3 рече2 грzдyщымъ по не1мъ: ґми1нь гlю вaмъ: ни во ї}ли толи1ки вёры њбрэто1хъ.
Услышав сие, Иисус удивился и сказал идущим за Ним: истинно говорю вам, и в Израиле не нашел Я такой веры.

В словах Христа нет преувеличения, потому что сотник был одним из первых плодов языческой жатвы, которая будет обильной и превзойдет жатву Израиля. Объяснение слов отчасти можно находить в (Мф. 11:11); (Лк. 7:28). Здесь «Христос для всех уже делает известным то, что спасение — от веры, а не от дел закона».

В самом деле, когда сотник сказал такие слова и засвидетельствовал о такой власти Спасителя, тогда Он не только не осудил его, но и одобрил, и даже более, нежели одобрил. Евангелист не сказал, что Спаситель похвалил только слова сотника, но, показывая важность похвалы, говорит, что Он даже удивился; и не только удивился, но и в присутствии всего народа представил его другим в пример для подражания. Видишь ли, как каждый из засвидетельствовавших о Его власти восхваляется? И народ дивился учению Его (Мф. 7:28), поскольку Он учил "яко власть имея"; и Христос не только не обвинил их, но еще сошел с ними с горы, и чрез очищение прокаженного утвердил их мнение. Опять прокаженный сказал: "аще хощеши, можеши мя очистити"; и Христос не только не обличил, но, врачуя его так, как он сказал, очистил его. Также сотник говорит: скажи только слово, и выздоровеет слуга мой.

То же можешь ты познать и из противного. Марфа, за то, что не сказала ничего такого, но противное: "яко елика аще просиши от Бога, даст тебе" (Ин. 11:22) - не только не похвалена, хотя и знал ее Христос и любил, и хота она весьма пеклась о Нем, но даже была Им обличена и вразумлена, потому что неблагоразумно сказала. "Не рех ли ти, так говорил ей Христос, "яко аще веруеши, узриши славу Божию" (Ин. 11:40)? - обвиняя так ее, как еще неуверовавшую. И опять, когда она сказала: "елика аще просиши от Бога, даст тебе", Спаситель, отклоняя ее от такой мысли и научая, что Он не имеет нужды заимствовать что-либо от другого, но Сам есть источник благ, говорит: "Аз есмь воскрешение и живот (Ин. 11:25), - то есть, Я не ожидаю получения силы, но Сам Собою все совершаю. Потому-то Он и удивляется сотнику, предпочитает его всему народу, удостаивает дара царствия и прочих побуждает к соревнованию ему.

А, чтобы ты знал, что Он для того сказал это, чтобы и других научить подобной вере, послушай, с какою точностью евангелист указал на это. Услышав сие, Иисус удивился и сказал идущим за Ним: "истинно говорю вам, и в Израиле не нашел Я такой веры. Итак, высокая мысль о Нем наиболее всего служит залогом веры, царствия и прочих благ.

А что сотник не был иудеем, это видно как из того, что он сотник, так и из сказанного о нем: "и в Израиле не нашел Я такой веры".

Какова вера сотника! Удивила Самого Господа. Сущность ее в том, что он исповедал Господа Богом всяческих, всемощным владыкою и повелителем всего сущего; потому-то и просил: только скажи слово и исцелеет отрок мой. Верую, что все Тебе подвластно и все слушается мановения Твоего.

Такой же веры и от всех требовал Господь; такая же требуется и от нас. В ком есть такая вера, тот ни в чем не имеет недостатка и что ни попросит, все получает. Так обетовал Сам Господь. О, когда бы и нам попасть хоть на след такой веры! Но и она есть дар, и дара этого тоже надо просить и просить с верою. Будем же просить ее, по крайней мере с чувством нужды в ней, просить постоянно, притрудно, помогая в то же время раскрытию ее в нас соответственными размышлениями, а более всего покорностью заповедям Божиим.

Вот почему Господь и дарует этому сотнику более, чем он просил: он пришел искать телесного здравия отроку, а возвратился, получив Царствие.

Если среди язычников, погибавших в бездне неверия, отчаяния и развращения, находились такие добрые души, как этот благочестивый сотник, то значит и в этой непроглядной тьме языческого мира тлела еще искра Божия, таилось зерно добра; придет час - и эта искра Божия воспламенится, это зерно, согретое благодатью Евангельской проповеди, возрастет в древо велие и покроет всю землю. И вот, время это уже близко: Христос Спаситель видит уже в сотнике начаток спасаемых от язычников, алчущих и жаждущих правды Божией, видит их, и в пророческом духе, как Бог всеведущий, возвещает обращение язычников в Царствие Божие

Стих 8:11

Глагóлю же вáмъ, я́ко мнóзи от востóкъ и зáпадъ прiи́дутъ и возля́гутъ со Авраáмомъ и Исаáкомъ и Иáковомъ во цáрствiи небéснѣмъ:
Гlю же вaмъ, ћкw мно1зи t востHкъ и3 з†падъ пріи1дутъ и3 возлsгутъ со ґвраaмомъ и3 їсаaкомъ и3 їaкwвомъ во цrтвіи нбcнэмъ:
Говорю же вам, что многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном;

 Христос не только на словах похвалил сотника, но за веру его возвратил ему больного здравым, и сплетает ему светлый венец, и обещает великие дары.

Как скоро сотник явил великую веру и смирение, Христос даровал ему небо и, сверх того, возвратил здоровье его отроку. И не этим только почтил его, но и засвидетельствованием, что он вводится в царствие, и какие люди из него изгоняются. Отсюда Христос для всех уже делает известным то, что спасение - от веры, а не от дел закона. Потому дар этот предложен будет не только иудеям, но и язычникам, и последним более, нежели первым.

Не подумайте, говорит, что так случилось только с сотником; то же будет и со всею вселенною. Здесь пророчески говорит Он о язычниках, и им подает благую надежду. Между следовавшими за Ним были и жители Галилеи языческой. Говорил же Он это для того, чтобы не оставить и язычников в отчаянии, и смирить гордость иудеев. Но чтобы Своими словами не оскорбить слушателей, и не подать никакого им повода к сопротивлению, для этого Христос вводит речь о язычниках, не в самом начале, а когда случай к тому подал сотник; и не прямо выражает имя язычников. Не сказал: многие из язычников, но: многие от восток и запад, - что означает язычников. А таким образом не оскорбил слушателей, поскольку сказанное было прикрыто. И не этим только смягчает кажущуюся новость учения, но и тем, что вместо царствия упомянул о лоне Авраамовом. И это имя для них было неизвестно; между тем напоминание об Аврааме сильнее угрызало их. Потому и Иоанн сначала ничего не сказал о геенне, но, что особенно их оскорбляло, говорил: не начинайте глаголати, что чада есмы Авраама (Мф. 3:9). Вместе с тем Христос имеет в виду и другое, именно - чтобы не показаться противоречащим древним уставам.

Действительно, кто удивляется патриархам, и недра их называет наследием добрых, тот совершенно уничтожает такое подозрение. Итак, никто не должен думать, что здесь одна только угроза.

Справедливо замечено, что Спаситель здесь не прямо упомянул об язычниках, что было бы оскорбительно для иудеев, а выразился описательно: «многие от востока и запада», (букв, от востоков и западов). Настоящий частный случай дает повод бросить пророческий взгляд на будущее, когда в Церковь Христову будут тесниться язычники. Пророчество это исполнилось и исполняется буквально. К произнесению его дала повод вера только одного язычника, жившего среди Израиля.

Дальше — изображение мессианского пира, конечно, только метафорическое. Метафора эта о мессианском пире, как показывают Эдершейм и другие, была обычна у иудеев. Черты, которыми изображается мессианский пир, заимствованы Христом из современных Ему обычаев при устройстве пиров. Не сказано «сядут», но «возлягут». Возлежание на пиру с Авраамом, Исааком и Иаковом — это было высшее счастье, какое мог представить себе иудей во дни Мессии, и оно отличалось не столько широким, сколько духовным характером.

Стих 8:12

сы́нове же цáрствiя изгнáни бýдутъ во тмý кромѣ́шнюю: тý бýдетъ плáчь и скрéжетъ зубóмъ.
сы1нове же цaрствіz и3згнaни бyдутъ во тьмY кромёшнюю: тY бyдетъ плaчь и3 скре1жетъ зубHмъ.
а сыны царства извержены будут во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов.

Иудеям возвещается сугубое наказание, язычникам сугубая радость:
первым потому, что они не только отпали, но и отпали от своего;
а последним потому, что они не только получили, но и получили то, чего не ожидали.

К этому присоединяется третье то, что последние получили принадлежащее первым. Сынами же царствия Спаситель называет тех, кому было уготовано царствие. Это особенно сильно уязвляло иудеев, когда, показав, что по обетованию они пребывают в недрах Авраама, вслед затем тотчас же и исключает их. Далее, так как это изречение было приговором, то Христос утверждает его знамением, - как равно и знамение подтверждает предсказанием, впоследствии исполнившимся.

Проповедь о царстве началась у евреев и в этом смысле они были признанными сынами царства (oi uioi); но так как они не хотели в него вступить, то были отвергнуты. Выражение «тьму внешнюю» встречается только у Матфея (Мф. 22:13); (Мф. 25:30). Под «тьмою внешнею» можно ближе всего разуметь «тьму вне дома», — это образное выражение указывает на темную улицу грязного восточного города и на положение человека вне царства.

 «Там будет плач и скрежет зубов» свойственно Матфею (Мф. 13:42, 50); (Мф. 22:13); (Мф. 24:51); (Мф. 25:30), и только однажды встречается у Луки (Лк. 13:28).

Член пред словами «плач» и «скрежет», по словам Бенгеля, многозначителен: в настоящей жизни скорбь не есть еще скорбь. Член стоит потому, вероятно, что разумеются какие-либо реальные факты, доступные для общего наблюдения в тогдашней еврейской жизни. Понятно, что это выражение имеет здесь переносный смысл: на том свете не будет «плача» и «скрежета зубов», но только мучения.

А "СЫНЫ ЦАРСТВА", те, которые считали себя законными наследниками этого царства, за свое неверие "ИЗВЕРЖЕНЫ БУДУТ ВО ТЬМУ ВНЕШНЮЮ" - на вечные мучения, подобно тому, как во время брачного пира из светлой, теплой горницы выгоняют недостойных гостей на улицу, в холодную зимнюю ночь.

 "ТАМ БУДЕТ ПЛАЧ И СКРЕЖЕТ ЗУБОВ", там плачут от холода и, изгнанные с царской брачной вечери, с досады скрежещут зубами. Так Спаситель объявляет, что "спасение будет предложено не только Иудеям, но и язычникам, и последним даже более, нежели первым. Не подумайте, говорит, что это исполнилось только над сотником: то же исполнится и над всей вселенной". "Между следовавшими за Господом, - говорит святитель Златоуст, - были и жители Галилеи языческой, и Господь говорит так для того, чтобы не оставить и язычников в отчаянии, и вместе с тем смирить гордость Иудеев. Но чтобы Своими словами не оскорбить слушателей Иудеев, Он повел речь о язычниках не тогда, когда сотник подал к этому случай, и не прямо называет язычников, ибо не сказал: многие из язычников, но - многие с востока и запада, что означает язычников. Таким образом сказанное было прикрыто. Мало того, Он смягчает мнимую новость учения еще и тем, что вместо Царствия упомянул о лоне Авраамовом. Сынами же царствия Спаситель называет тех, кому уготовано царствие".

Такими считали себя Иудеи. Но то же самое может относиться и к нам, православным христианам. И мы - чада Церкви Православной, сыны Царствия Божия; наша вера - единая, истинная, вера спасающая; но если мы будем исповедовать ее только устами, а не оправдывать делами, если будем только превозноситься своим православием, а жить будем по-язычески, то и мы будем изгнаны из Царствия Небесного и ввержены во тьму кромешную.

Знаете ли, что у людей бывают слезы трех различных родов?

Бывают слезы о вещах видимых, – и они очень горьки и суетны.

Бывают слезы покаяния, когда душа возжелает вечных благ, – и они весьма сладки и полезны.

И бывают слезы раскаяния там, где «плачь и скрежет зубом», – и эти слезы горьки и бесполезны, потому что вовсе безуспешны, когда уже нет времени покаянию.

Стих 8:13

И речé Иисýсъ сóтнику: иди́, и я́коже вѣ́ровалъ еси́, бýди тебѣ́. И исцѣлѣ́ óтрокъ егó въ тóй чáсъ.
И# рече2 ї}съ со1тнику: и3ди2, и3 ћкоже вёровалъ є3си2, бyди тебЁ. И# и3сцэлЁ џтрокъ є3гw2 въ то1й чaсъ.
И сказал Иисус сотнику: иди, и, как ты веровал, да будет тебе. И выздоровел слуга его в тот час.

После того, как Спаситель совершил многие чудеса, Он беседует с народом с большею уже свободою. Потом, чтобы кто не почел Его слова за лесть, но чтобы все знали, что сотник точно такого был расположения, говорит: "иди, и, как ты веровал, да будет тебе". И дело, свидетельствующее о таком расположении его, тотчас последовало: "и исцеле отрок его от часа того".

То же случилось и с сирофиникиянкою, так как и ей Спаситель сказал: "о жено, велия вера твоя! Буди тебе, якоже хощеши. И исцеле дщи ея" ((Мф. 15:28). Так как Лука в повествовании о данном чуде со слугою сотника включает много другого, что, по-видимому, показывает разногласие, то нужно и это изъяснить вам.

Итак, что говорит Лука? Сотник посла к Нему старцы Иудейския, моля Его придти (Лк. 7:3). Матфей же говорит, что он сам, пришедши, говорил: "несмь достоин!" Некоторые говорят, что это - разные лица, хотя они и много имеют сходного. О том говорится: "сонмище нам созда, и язык любит" (Лк. 7:5), а об этом сам Иисус говорит: ни во Израили толики веры обретох. О том не сказано: "мнози приидут от восток", - откуда вероятно, что он был иудей. Что же сказать нам на это? То, что такое решение легко; спрашивается только, истинно ли оно? Я думаю, что это одно и то же лицо. Но от чего же, скажет кто-либо, по свидетельству Матфея, он сказал: "несмь достоин, да под кров мой внидеши"; по свидетельству же Луки, послал за Христом, чтобы Он пришел? Мне кажется, что Лука указывает нам на лесть иудейскую, и на то, что люди, в несчастии будучи непостоянны, часто переменяют намерения. Весьма вероятно, что когда сотник хотел идти, иудеи воспрепятствовали, льстя ему и говоря: мы сходим и приведем Его. Смотри, и самая просьба их исполнена лести. Любит бо, говорят, язык наш и сонмище той созда; и не знают даже, за что нужно похвалить этого мужа. Им надлежало бы сказать, что он сам хотел придти и попросить, а мы воспрепятствовали, зная его несчастие и видя лежащее в доме тело, и таким образом надлежало бы представить величие его веры; но об этом они не говорят. По зависти они не хотели обнаружить веру этого мужа; но чтобы призывающего не почли за какого-либо великого человека, они решились лучше помрачить добродетель того, за которого пришли просить, нежели, обнаружив его веру, исполнить то, за чем пришли. Зависть легко может ослепить ум. Но ведущий тайное прославил его против их воли. А что это так, послушай, как сам Лука опять, изъясняя это, говорит: "Ему не далече сущу, посла, глаголя: Господи, не движися; несмь бо достоин, да под кров мой внидеши" (Лк. 7:6). Как скоро он освободился от докучливости иудеев, то посылает сказать: не подумай, что я не пришел по лености, но потому, что почел себя недостойным принять Тебя в дом.

Если же Матфей повествует, что сотник сказал это не чрез друзей, но сам лично, то это не показывает никакого противоречия. Дело в том, оба ли евангелиста показали благорасположенность этого мужа и то, что он имел достойное мнение о Христе. Вероятно, что и сам он, после того как послал друзей, пришел и сказал то же. Если же Лука не упомянул об этом, а Матфей не упомянул о том, то произошло это не от их разногласия, но более от того, что один восполнял то, что другой опускал. Смотри, как Лука обнаружил его веру и с другой стороны, сказав: отрок хотяше умрети. Это не повергло сотника в отчаяние и не лишило надежды; но он и в этом случае надеялся, что отрок его останется в живых. Если же, по словам Матфея, Христос сказал: ни во Израили толики веры обретох, и тем показал, что он не был израильтянином, а Лука повествует, что он построил синагогу, то и здесь нет противоречия, поскольку можно было, и не будучи иудеем, построить синагогу и любить народ иудейский.

Христос же, показав, что он достоин того, чтобы придти в дом его, сделал гораздо более, когда удивлялся ему, хвалил его и даровал ему более, нежели сколько он просил. Он пришел искать телесного здоровья отроку, а возвратился, получив царствие. Видишь ли исполнение сказанного: ищите царствия небеснаго, и сия вся приложатся вам (Мф. 6:33)

Итак, кто не верит исцелению отрока, тогда бывшему, тот пусть верит в него на основании предсказания, ныне исполнившегося. В самом деле, предсказание прежде события для всех объяснилось знамением, тогда бывшим. Потому-то Спаситель прежде изрек пророчество, а потом исцелил расслабленного, чтобы будущее подтвердилось настоящим, и меньшее - большим. Что добродетельные наслаждаются благами, а злые претерпевают несчастия, это не заключает в себе никакой несообразности, но согласно и с разумом, и с силою законов. А укрепление расслабленного и воскрешение мертвого - превыше естественных сил. И однако, к этому великому и чудному делу немало содействовал сотник, что и Христос показывая, сказал: иди, и якоже веровал еси, буди тебе! Видишь ли, как исцеление отрока обнаружило и силу Христову, и веру сотника, и утвердило будущее? Или лучше, все это возвещало силу Христову, потому что Он не только исцелил тело отрока, но посредством чудес привлек и душу сотника к вере. Но ты взирай не на то только, что один уверовал, а другой исцелился, но и подивись скорости, которую показывая, евангелист говорит: "и исцеле отрок сей в той час", - как и о прокаженном сказал, что он тотчас очистился. Христос являл силу не только чрез исцеление, но и чрез то, что производил его нежданно и мгновенно. И не этим только приносил Он пользу, но и тем, что во время совершения чудес часто предлагал учение о царствии, и всех привлекал к нему. Даже и тем, которым Он угрожал извержением, угрожал не для того, чтобы извергнуть, но чтобы, устрашив словами, привлечь к царствию. Если же отсюда иудеи не получали никакой пользы, то во всем виновны сами они и все страждущие их болезнью неверия. Всякому известно, что то же случилось не только с иудеями, но и с уверовавшими. Иуда был сыном царствия, и вместе с прочими учениками слышал: "сядете на двоюнадесяте престолу" (Матф. XIX, 28), однако сделался сыном геенны. Ефиоплянин же, будучи варваром и одним из тех, которые пришли от восток и запад, удостоился венцов вместе с Авраамом, Исааком и Иаковом. То же и ныне между нами происходит. "Мнози бо", говорит Господь, "будут перви последнии и последни первии" (Мф. 19:30). Это сказал Он для того, чтобы как последние не предавались беспечности, как не имеющие сил возвратиться, так и первые не надеялись бы на себя, как твердо стоящие. О том же предвещал раньше и Иоанн, говоря: "может Бог от камения сего воздвигнути чада Аврааму" (Мф. 3:9). Так как этому надлежало совершиться, то заранее и предвозвещается, для того, чтобы никто не смутился странностью вещи. Но Иоанн, как предтеча, говорит о том как о возможном; а Христос - как о несомненно имеющем быть, и доказывает это делами.

Итак, если стоим, не будем надеяться на себя, но будем говорить себе: "мняйся стояти, да блюдется, да не падет" (1 Кор. X, 12);
а если лежим, то не будем отчаиваться, но будем говорить себе: "еда падаяй не востает" (Иерем. VIII, 4)?

Действительно, многие, достигнув до самой высоты неба, показав всякое терпение, живя в пустынях и не видав женщины даже во сне, но несколько вознерадев, преткнулись и дошли до самой бездны зла. Другие, напротив, из этой бездны возвысились к небу, и от позорища и от места пляски обратились к жизни ангельской, и столь великую явили добродетель, что изгоняли демонов и совершали много других подобных знамений. Такими событиями исполнено Писание, такими примерами исполнена наша жизнь. Любострастные и изнеженные заграждают уста манихеев, которые злобу почитают неизменною, которые служат дьяволу, расслабляют руки желающих упражняться в добре и низвращают все уставы жизни. Те, которые внушают такие убеждения, не только причиняют вред в будущем, но и здесь, по возможности, все низвращают. Как кто-либо из порочных будет стараться о добродетели, когда он возвращение к добродетели и изменение на лучшее почитает невозможным? Если и теперь, когда и законы существуют и наказания угрожают, когда многих возбуждает слава, когда ожидается геенна и обещается царствие, когда злые осуждаются, а добрые восхваляются, - если и теперь некоторые едва решаются на подвиги добродетели, то, по уничтожении всего этого, что воспрепятствует всеобщему растлению и гибели?

Итак, познав коварство диавольское и то, что как указанные люди, так и те, которые силятся утвердить учение о судьбе, мыслят противно и языческим законодателям, и божественным изречениям, и естественному разуму, и общему мнению всех людей, и варварам, и скифам, и фракиянам, и всем вообще, - будем, возлюбленные, бодрствовать и, оставив всех этих противников истины, будем шествовать тесным путем с упованием и страхом:
со страхом - по причине стремнин, отвсюду предстоящих;
с упованием же - потому, что Иисус предходит пред нами.

Пойдем с трезвостью и бодрствованием. Если кто хотя несколько задремлет, тотчас низринется. Мы не осмотрительнее Давида, который, несколько вознерадев, низвергнулся в самую бездну греха. Впрочем он и восстал скоро. Взирай поэтому не на то только, что он согрешил, но и на то, что он очистил свой грех. Для того написана и история его падения, чтобы ты не на падение его взирал, но удивлялся его восстанию; чтобы ты знал, как после падения должно тебе восставать. Как врачи, выбирая самые трудные болезни, описывают их в книгах и научают других способу врачевания, чтобы последние, узнав труднейшие болезни, удобнее могли преодолеть слабейшие, так точно и Бог сделал явными самые великие грехи для того, чтобы те, которые впадают в малые грехи, могли чрез то удобно исправлять их. В самом деле, если могли быть очищены большие грехи, то тем более меньшие.

Итак рассмотрим, как тот блаженный муж изнемог, и как он восстал в скором времени. Какой же был образ изнеможения? Он учинил прелюбодеяние и убийство. Я не стыжусь громогласно возвещать об этом: если Дух Святый не почел постыдным изложить всю эту историю, то тем более нам не должно скрывать ее. Поэтому я не только возвещаю об этом, но нечто и еще присоединяю. Те, которые скрывают падение Давида, весьма помрачают добродетель этого мужа. И как умалчивающие о сражении его с Голиафом, лишают его немалых венцов, так точно поступают и те, кто оставляют без внимания настоящее повествование. Может быть, мои слова кажутся странными? Но подождите немного, и вы узнаете, что это сказано нами справедливо. Я для того увеличиваю грех, и представляю дело в более странном виде, чтобы в большем обилии приготовить врачевство. Итак, что же мне присоединить? Добродетель мужа. Это увеличивает и вину его: неодинаково ведь осуждается все во всех.

Сильнии бо, говорит Писание, "сильно истязани будут" (Прем. Сол. VI, 7)
И: "ведевый волю господина своего, и не исполняющий, биен будет много" (Лук. XII, 47).

Следовательно, большее ведение служит причиною большего наказания. Поэтому иерей, впадающий в одинаковые грехи с подчиненными себе, не одинаковым с ними подвергается наказаниям, но гораздо тягчайшим. Может быть, вы, видя, что вина возрастает, трепещете и устрашаетесь, и удивляетесь мне, как будто бы я хожу по стремнинам; но я столько уверен в праведнике, что простираюсь еще далее. Чем более увеличу вину, тем более в состоянии буду восхвалять Давида.

Но можно ли, спросят, сказать что-либо более этого? Можно. Именно: как Каин учинил не только убийство, но и худшее многих убийств, - поскольку он убил не чужого, но брата, и брата не обидевшего, но обиженного, не после многих убийц, но первый изобрел таковое злодеяние, - так и здесь преступление состояло не в одном только убийстве, потому что не простой человек учинил его, но пророк, убил не обидевшего, но обиженного, поскольку этот последний был уже обижен в то время, когда была похищена жена, и таким образом к этому преступлению Давид присоединил еще новое. Видите ли, как я не пощадил праведника, и как без всякого послабления рассказал его проступки? Не смотря, однакож, на это, я так надеюсь защитить его, что, не взирая на столь великую тяжесть греха, желал бы, чтобы здесь находились как манихеи, весьма издевающиеся над ним, так и зараженные учением Маркиона, чтобы мне совершенно заградить их уста. Они говорят, что Давид учинил убийство и прелюбодеяние. А я не только то же говорю, но и доказал, что убийство его было двойное, как потому, что убит был обиженный, так и потому, что высоко было достоинство согрешившего.

Не одно и то же значит, когда отваживается на такие преступления человек, удостоившийся Духа, столько облагодетельствованный, имеющий великое дерзновение, притом в таком возрасте, - и когда то же самое делает тот, кто лишен всего этого. И при всем том, доблестный этот муж достоин величайшего удивления, потому именно, что он, ниспадши в самую глубину зла, не упал духом, не отчаялся и не остался ниц лежащим, получив от дьявола столь опасную рану, но скоро, даже тотчас, и с великою силою нанес ему более опасную рану, нежели какую получил. Случилось то же самое, как если бы во время сражения и в строю какой-либо варвар вонзил копье в сердце мужественного воина, или, оставив в груди его стрелу, присоединил к прежней другую опаснейшую рану, а получивший эти тяжкие раны, весь обливаясь потоками крови, проворно встал бы и, пустив копье в своего врага, тотчас бы поверг его замертво на землю. Так точно и здесь, чем большую представишь рану, тем более удивительною покажешь душу уязвленного, - поскольку он, не смотря на эту тяжкую рану, имел силу встать среди строя, и повергнуть того, кем был поражен. Как это важно, особенно знают те, которые впадают в тяжкие грехи. Подлинно, не столько тогда открывается мужественная и твердая душа, когда кто-либо без падений пробегает путь (потому что таковой имеет спутником своим благую надежду, возбуждающую, ободряющую, укрепляющую и делающую его ревностнейшим), сколько тогда, когда кто-либо, после бесчисленных венцов, многих трофеев и побед, претерпевая крайний урон, опять может вступить на прежние пути.

Для большей ясности, я постараюсь предложить вам другой пример, не менее важный, в сравнении с первым. Вообрази, что какой-нибудь мореплаватель, бывший на бесчисленных морях, проплывший все море, после многих бурь, подводных камней и волн, имея много товара, стал бы утопать при самом входе в пристань, и едва с нагим телом избег бы этого опасного кораблекрушения: в каком он будет расположении к морю, к плаванию и к морским опасностям? Не обладая особенно сильным характером, захочет ли он когда-нибудь посмотреть на берег, на корабль, на пристань? Не думаю; он скроется, будет лежать, не различая дня от ночи и от всего отказываясь, - предпочтет лучше жить милостынею, чем приняться за прежние труды. Не таков был блаженный Давид; но, после бесчисленных трудов и подвигов, претерпев ужасное кораблекрушение, не скрылся, а извлек корабль и, распустив паруса и взявшись за кормило, принялся за прежние труды - и опять собрал богатство, большее прежнего. Если стоять и после падения не лечь навсегда - достойно удивления, то каких венцов достоин тот, кто тотчас же встает и совершает великие дела? Много было для Давида побуждений к отчаянию:
и во-первых, великость греха;
во-вторых, то, что он потерпел это крушение не в начале жизни, когда больше надежд, а под конец, - ведь и купец, претерпевший кораблекрушение тотчас же по выходе из пристани не одинаково скорбит с тем, который после бесчисленных куплей попал на подводный камень;
в-третьих, то, что он претерпел это уже после того, как собрал великое богатство.

В самом деле, немало у него было тогда сокровищ: были, напр., сокровища, которые приобрел он в первом возрасте, когда был пастухом, - в сражении с Голиафом, когда поставил блистательный трофей, - в мудром обращении с Саулом. Поистине, Давид показывал евангельское великодушие, когда тысячекратно имея в руках врага, всегда щадил его и лучше решил лишиться отечества, свободы и самой жизни, нежели умертвить того, который несправедливо строил ему козни. Немало также он имел добродетелей после принятия царства. Кроме всего сказанного и худое мнение народа, а равно и лишение столь блистательной славы - производили не малое смущение. Не столько украшала его порфира, сколько покрывало стыдом пятно греха.

Вы, конечно, знаете, как тяжко бывает тому, чьи грехи разглашаются, и какое великое мужество требуется от такого человека, чтобы после всеобщего обвинения и после того, как много находится свидетелей его преступлений, не упасть духом. Но тот доблестный муж, извлекши из души своей все эти стрелы, столько после того просиял, так омыл пятно, так очистился, что и по смерти заглаждал грехи своих потомков. И что сказал Бог об Аврааме, то же говорит и о Давиде, - и о нем даже гораздо более. О патриархе Он говорит:
"я вспомнил завет, иже ко Аврааму" (Исход. II, 24);
говоря же о Давиде, не о завете говорит, а о чем? Ради Давида раба Моего защищу град сей" (4 Цар. XIX, 34).

И, по благоволению к нему, не попустил лишиться царства Соломону, столь тяжко согрешившему. И до того велика была слава Давида, что Петр, после столь многих лет произнося к иудеям речь, так говорит:
"достоит рещи с дерзновением к вам о патриарсе Давиде, яко и умре и погребен бысть" (Деян. II, 29).

И Христос, беседуя с иудеями, показывает, что он после греха удостоился такой благодати Духа, что и опять сподобился пророчествовать о Его божестве. Заграждая его пророчеством уста их, Он говорил:
"како убо Давид Духом Господа Его нарицает, глаголя: рече Господь Господеви моему: седи одесную Мене" (Матф. XXII, 43).

И что совершилось над Моисеем, то и над Давидом. Подобно тому, как Бог, против воли Моисея, по великой Своей любви к этому праведнику, наказал Мариам за обиду брата, так скоро отмстил и за Давида, оскорбленного сыном, хотя Давид того и не желал. И этого достаточно. Чтобы доказать добродетель этого мужа, и это даже более чем что-либо другое может служить доказательством ее. Когда Бог утверждает, тогда не нужно более исследовать. Если же хотите подробно знать мудрость Давида, то, прочитав историю его после греха, можете увидеть его упование на Бога, любовь, возрастание в добродетели и тщание до последнего издыхания.

Итак, имея такие примеры, будем бодрствовать и остерегаться от падения. Если же и случится нам пасть, то не будем лежать. Я не для того упомянул о преступлениях Давида, чтобы повергнуть вас в беспечность; но для того, чтобы большее произвесть опасение. Если даже этот праведник, несколько вознерадевши, подвергся таким страданиям и получил такие раны, то чего не потерпим мы, каждодневно предающиеся беспечности? Итак, познавши его падение, не предавайся нерадению, но представь, сколько совершил он и после него, сколько пролил слез, сколь великое являл раскаяние, день и ночь испуская источники слез и омывая ими постелю, и сверх того, облекаясь во вретище. Если же для него потребно было такое поведение, то как можем спастись мы, не смотря на множество преступлений, не имеющие сокрушения? Кто еще имеет великие добродетели, тот удобно может покрыть ими грехи; не имеющий добродетелей, откуда бы ни был поражен стрелою, получает смертельный удар.

Итак, чтобы этого не случилось, вооружим себя добрыми делами, и, если учиним какое-либо преступление, будем очищать себя, чтобы, проведши настоящую жизнь во славу Божию, удостоиться нам наслаждения будущею жизнью, которую все мы да сподобимся получить благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава во веки веков. Аминь.

Посему да будет известно тебе, брат, что не присутствием Христовым, но верою просящего освобожден больной от недуга. Так и ныне, в каком месте ни помолишься, если больной уверует, что помогут ему молитвы твои, все исполнится по желанию его.



Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл

Ваше Преосвященство, досточтимый владыка Александр! Ваши Высокопреосвященства и Преосвященства! Уважаемый Николай Васильевич Денин, губернатор Брянского края! Дорогие отцы, братия и сестры!

Сегодня мы слышали Евангелие от Матфея, в котором говорилось об исцелении слуги сотника (Мф. 8:5-13). Большинство из вас хорошо знают этот Евангельский сюжет, я только вкратце напомню, что к Спасителю подошел римский сотник, по нашему командир роты и, конечно, язычник — римляне были язычниками, — и попросил исцелить его слугу. Господь согласился и был готов идти в дом сотника, но тот остановил Его и сказал: «Не надо, не иди, достаточно одного Твоего слова. Вот и я, хотя сам человек подвластный, но имею и других, кто мне подвластен. И говорю одному «иди» — и идет, а другому «приходи» — и приходит. И слуге своему говорю «делай» — и он делает». Пораженный этой верой язычника, Господь говорит: «даже в Израиле, — то есть среди людей, верующих в единого Бога, Своих единоверцев, — не нашел Я такой веры».

Эта история с римским сотником напоминает нам нечто из нашей недавней жизни. Страна наша — историческая Русь, а затем Россия, Украина, Беларусь, другие страны — прошли через десятилетия уничтожения веры. Мы хорошо знаем об этих десятилетиях, особенно люди среднего и старшего возраста. Вера не просто игнорировалась, не просто порицалась — она высмеивалась, над ней издевались, ее уничтожали всей силой административного ресурса. И как много было людей, которые дрогнули, не выдержали испытаний, которые в самые тяжкие времена испугались ссылок, тюрем и даже расстрелов! Ну, а когда эта угроза прошла, многие боялись потерять работу, испортить карьеру, потерять очередь на квартиру — мало ли что могло произойти с человеком, который, живя в условиях атеистического общества, осмеливался верить в Бога.

Четыре поколения людей воспитывались в этой атмосфере. Наверное, всё, настал конец — ведь многие так и думали! Когда я в 1985 году впервые приехал в Смоленск из Петербурга, тогдашнего Ленинграда, и стал посещать деревенские приходы, то сердце заныло, я испытал физическую боль, созерцая видимый разгром православной Руси. Хорошо, если пять-шесть человек, древних старушек, были на службе. Да и в районных и даже областных городах дело обстояло ненамного лучше, и, казалось, пресеклась традиция, когда семья передавала веру, когда школа воспитывала, когда нравственные идеалы общества поддерживали религиозный выбор человека…

Мы знаем, что произошло затем. Сегодня мне часто приходится читать биографии кандидатов в священство, кандидатов на поступление в монастыри и даже биографии кандидатов на архиерейское служение — и что же является общим для абсолютного большинства этих людей? Пишут: «родился я в неверующей семье, отец и мать в храм не ходили, крестился в сознательном возрасте, а потом решил всю свою жизнь посвятить Церкви». И вот возникает вопрос: что же это за явление такое? Может быть, это обращение было в ответ на мощное влияние Церкви на жизнь общества? Может быть, в то время Церковь наша использовала все средства массовой информации? Может быть, во мгновение ока власть стала поддерживать и помогать Церкви? Но ведь ничего подобного не было, и до сих пор, если и бывает, то в таких масштабах, что они не могут повлиять на массовое обращение людей к Богу.

Что же произошло и происходит с нашим народом? А произошло то, что произошло с римским сотником. Язычник, то есть человек неверующий, не знающий Бога, не умеющий молиться, не посещающий храм, вдруг в какой-то момент в сердце своем ощущает колоссальную перемену, и эта перемена происходит в ответ на встречу человека со Христом, с Богом.

И каковы последствия этой встречи? Это не просто осознание того, что «Бог есть, ну и буду время от времени в храм ходить». Эта встреча радикально меняет жизнь человека, и вчерашние инженеры, врачи, политические деятели оставляют мир и идут в монастыри, становятся монахами и священниками.

Я никогда не представлял себе, что в наших монастырях столько высокообразованных людей с прекрасной светской карьерой. И они ушли в монастырь не потому, что разобиделись на весь мир, и не потому, что какое-то несчастье их поразило, а потому что осознали, что встретились со Христом и хотят Ему служить и жить вместе с Ним.

А где же происходит эта встреча? Она может произойти где угодно и в любой момент жизни, но чаще всего она происходит в храме. Когда мы посещаем храм, даже будучи людьми невоцерковленными, мы, переступая порог, чувствуем, что оказались в ином мире. Это не тот мир, который остался за стенами. Все страсти того мира — злоба, конфликты, проблемы — как бы остаются за стенами храма, мы входим в иное миробытие. И это не просто эмоциональное восприятие архитектуры, музыки или изображений. Это реальное восприятие нашим умом и сердцем иного миробытия, потому что в храме присутствует благодать Божия, Божественная энергия. И часто, даже будучи невоцерковленными, мы сердцем чувствуем эту Божественную благодать. А если человек раз почувствовал ее и вернулся в храм, то он начинает постепенно погружаться в эту духовную стихию, в этот мир и осознает, что из храма он выходит каждый раз более сильным, спокойным, уверенным, потому что благодать Божия поднимает нас к небу, а с высоты иной взгляд на суету мира сего.

Бывает и так, что мы встречаемся с Богом вне храма, когда что-то происходит в нашей жизни. Иногда мы проходим через скорби, болезни, порой смертельные болезни, получая по своим собственным молитвам или по молитвам близких исцеление, этот факт потрясает нас, и мы встречаемся со Христом. А бывает и так, что мы встречаемся с Богом, встречаясь с другим человеком, чувствуя любовь, которая от него исходит, и через соприкосновение с добрыми людьми, а иногда и через погружение в любовь к другому человеку, мы осознаем красоту небесного мира.

Бывает и так, что соприкосновение с человеческим творчеством, с гармонией и красотой, которую творит человек, приводит нас к мысли об общем Творце, Который сотворил гармонию всего космоса и всего мира. Вот почему и соприкосновение с природой, с бесконечным звездным небом способно изменить мысль и жизнь человека. И всякий раз, когда это происходит, мы встречаемся с Богом, как встретился с Ним через Господа нашего Иисуса Христа римский язычник, не ведомый нам по имени сотник, воспылавший такой верой к Господу, которая поразила Самого Спасителя и наверняка всех тех, кто Его окружал.

Вот мы и строим храмы, и проповедуем слово Божие, и будем проповедовать, и будем призывать людей открыть свое сердце навстречу Господу. И если кто-то еще не встретил Спасителя мира, он непременно встретит, если этого желает. Пусть же строительство и освящение величественного Свято-Троицкого кафедрального собора в городе Брянске поможет многим жителям сего града и области, через соприкосновение с этой красотой и этим духовным величием, встретить спасающего Бога на своем жизненном пути.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл
1 июля 2012 года, в неделю 4-ю по Пятидесятнице, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную литургию в Свято-Троицком кафедральном соборе г. Брянска. По окончании богослужения Предстоятель Русской Церкви обратился к верующим с Первосвятительским словом.
Создание и сопровождение сайта:   Студия AleGrans.ru