Неделя Всех Святых

В начало

Дата:
Неделя:
Пост:
День памяти святых:
Апостольские и Евангельские чтения дня:

Подписка на новости сайта - введите Ваш email:

     Братия и сестры, важнейшим моментом в ходе Божественной Литургии является чтение Евангелия. Чтобы помочь Вам подготовится к воскресной литургии, мы за несколько дней до службы публикуем тексты евангельских чтений с толкованиями Святых Отцов и учителей православной Церкви. Тексты будут размещены в синодальном переводе и на церковнославянском языке (исходный текст и транслитерация).

Апостол

воскресный листок

Евангелие

воскресный листок
     В "Воскресном листке" на одной странице указаны праздники, отмечаемый Русской Православной Церковью в это воскресенье, а также приведен текст апостольского чтения. На другой странице размещен текст евангельского чтения дня.
Советуем Вам распечатать "Воскресный листок", предварительно ознакомиться с ним и взять его с собой на службу.
файлы для печати высокого разрешения:
скачать 1-ю страницу jpg скачать 1-ю страницу pdf скачать 2-ю страницу jpg скачать 2-ю страницу pdf

     Неделя Всех Святых, или День Всех Святых, (греч. Κυριακὴ τῶν Ἁγίων Πάντων, лат. Sollemnitas Omnium Sanctorum, нем. Allerheiligen, англ. All Saints, фр. Toussaint) - переходящий церковный праздник, празднуется среди православных христиан в первое воскресенье после Троицы. Неделя в нашем обычном восприятии – семь дней от воскресенья до воскресенья, но в церковнославянском понимании неделей называют воскресенье, а эти семь дней – седмицей. Так что, чтобы не возникло путаницы, сразу оговоримся: праздник этот длится один воскресный день.

     Сразу после праздника Недели Всех Святых в воскресный день с понедельника начинается Петров пост. Длительность его зависит от дня празднования Пасхи и, соответственно, Троицы. Идет Петров пост до 11 июля включительно, поскольку завершается 12 июля – в день памяти святых апостолов Петра и Павла.

     В этот день мы прославляем и благодарим, и ублажаем в песнопениях праздничных богослужений всех святых во всех чинах их:
патриархов
праотцев
пророков
апостолов
мучеников
священномучеников
исповедников
святителей
преподобных и праведных отцов и матерей
всех святых

но более всех и передо всеми – Невесту Неневестную, Богоматерь, Царицу Небесную Приснодеву Марию.

     Имена святых, которые своими подвигами восславили имя Господне, не все сохранились ни в летописях, ни в памяти людской, так что Неделя Всех Святых – это действительно День ВСЕХ Святых. Тем самым восполняется весь сонм их, включая тех, для кого, особенно среди первомучеников, не установлены особые празднования, нет специально для них созданных молитв. Часто у посетителей нашего сайта возникают вопросы о том, когда и как молиться святому, имя которого есть в святцах, но нет ни отдельного дня совершения празднования, ни отдельной молитвы. День Всех Святых – самый подобающий в этом случае момент, когда человек может вознести благодарную молитву своему менее известному святому, а также Всевышнему за то, что Он дал нам небесного покровителя, к которому мы можем теперь обратиться за молитвенной помощью и с благодарственным словом.

     После праздника Сошествия Святого Духа на апостолов вполне закономерно восславить всех, кто получил особый дар Благодати Божией, став Его со-работником и здесь, на земле. Наши святые – и чтимые всем христианским миром, такие, как:
равноапостольные
царь Константин
царица Елена
святители
Николай Мирликийский
Спиридон Тримифунтский
Мария Египетская
Андрей Критский

преподобные
Сергий Радонежский
Серафим Саровский
Фома Аквинский
Франциск Ассизский

и те, что были почти что нашими современниками:
святые митрополиты Иоанн Кронштадтский и Лука Крымский – духовный просветитель нелегкого времени и великий хирург, всех не перечесть, являют собой пример для подражания.

     Но как приблизиться к этому «будущему веку», под которым подразумевается вхождение в Царствие Небесное? Каждый из святых принимает нас под свое покровительство, которое, однако, не означает, что, кроме просьб, мы можем себе позволить ничего более не делать, ну поблагодарить иногда за помощь, что чаще забывается, как только проблемы решены. Наши святые были к себе чрезвычайно требовательны, и эта строгость, эта требовательность к себе в первую очередь должна передаться и нам. Нам не повторить их подвигов, в некоторых случаях в этом уже нет такой потребности, диктуемой временем, – особенно это касается тех, кто принял мученическую смерть в давние времена гонения на христиан. Мы можем найти другой путь, свой собственный, посильный и своевременный для нас. Но стремиться следовать образцу их личностей, пытаться приблизиться к их мировоззрению, учиться у них самоотверженной любви к Богу – нам вполне по силам. Поэтому в Неделю Всех Святых мы вспоминаем их не только по именам.

     Важно, как отмечают в этот день многие священнослужители во время проповедей на праздничной Божественной литургии, знать и самые подвиги святых, иметь перед собою их вдохновительные примеры и осознавать то, какими благодатными дарами награждает Господь за подвижническое и любовное служение Ему. Любовное – значит ненасильственное, не через «не хочу, но надо», а добровольное, сердечное, искреннее, ибо Он сам говорил:
«Милости прошу, а не жертвы»
«Милость» же в переводе с некоторых славянских языков – «любовь», но обозначает не частное чувство, не страсть, – а любовь и надмирную, и общечеловеческую ко всему сущему. Такое сердечное чувство приносили Присносущему Богу все святые от первых времен, от ветхозаветных пророков до святых нашего времени, и оно сторицей возвращалось к ним, давая силы и радость преодолевать искушения, труды и частые гонения в земном существовании.

     Вот так наши святые, их земная жизнь становились живыми, исторически реальными примерами того, как каждый живущий после Пасхи, Вознесения и Сошествия Святого Духа на апостолов способен соединиться с Богом настолько, чтобы в известном смысле обрести Царство Божие на земле. И в восхвалении святых наших в их праздник вспоминаются слова святого Иоанна Златоуста:
«Не хвалите нас, не воспевайте нас, а уподобьтесь нам»
Хвалить, конечно, будем, и воспевать станем – из благодарного чувства, но уподобиться им – это тоже вид благодарности. Каждый святой – и учитель, и наставник, и нет большей радости учителю, когда он видит, что ученик следует за ним, как все они, начиная с апостолов, последовали за Христом.

     Апостолы Христовы также были когда-то простыми, обычными людьми, имевшими обычную биографию, их жизнь так продолжалась бы и закончилась бы «как у всех», если бы Христос не призвал их на служение и в ученичество. По этому случаю владыка Антоний Сурожский в одной из своих проповедей в Неделю Всех Святых говорил:

«Это не только слава церковная, это зов, обращенный к каждому из нас. Сегодня нас призывает Евангельское чтение, вдохновляет Апостольское послание так любить Бога, чтобы стать Его подлинными учениками. И это значит, что наша вера в Него должна быть и изо дня в день становиться все более реально верностью, так, чтобы, видя нас, видя, как мы живем, кем мы являемся, другие люди могли поверить, что Христос пришел спасти мир и что стоит следовать за Ним как за Учителем и другом»

     А иеромонах Симеон (Томачинский) говорит:

«Святость – это не почетная грамота за хорошо прожитую жизнь, не аттестат с оценками, где одни только пятерки. Святость – это свидетельство о том «да», которое однажды человек говорит на призыв Божий, на веяние Святого Духа. Говорит не просто устами, а полным изменением своего взгляда на жизнь, исправлением своего бытия»

     Известно, что у Бога нет времени, как его представляем мы, разделяя земную жизнь на Прошлое, Настоящее и Будущее. У Бога есть лишь Вечность. Прославляя всех святых, мы прославляем и тех, о ком пока есть только замысел Божий. Он уже существует в Вечности мира горнего, ожидая часа, когда ему надлежит воплотиться в земном бытии, в той человеческой личности, которой еще только предстоит прожить земную жизнь и совершить свой подвижнический труд во славу Божию до второго пришествия, которого ожидают все души, как сказано в Символе веры:
«Чаю воскресения мертвых и жизни будущаго века»

     История празднования Дня Всех Святых восходит к концу IV – началу V веков, и мы находим упоминание о нем в проповеди святителя Иоанна Златоуста, в песнопениях преподобного Ефрема Сирина, где указывается твердая дата праздника – 13 мая, в Сирии же в тот же период времени среди христиан этот праздник отмечали в пятницу Светлой пасхальной седмицы.

     В Римской империи День Всех Святых праздновался также по Ефрему Сирину13 мая, в этот день 609 года (по другим сведениям 610-го) Папа Римский Бонифаций IV совершил освящение Пантеона, который в античное время был святилищем языческих римских богов, и капище стало храмом во имя Пресвятой Богородицы и всех мучеников. В VIII веке Папа Григорий III изменил дату празднования на 1 ноября, совершив освящение одной из часовен базилики Святого Петра во имя Всех Святых. Спустя еще столетие Папа Григорий IV снова переменил дату праздника, установив его 31 октября, причем накануне следовало поститься. Но на Западе праздник, который был установлен для поминания всех святых – и кто уже был прославлен и известен, и тех, чье имя история спрятала от нас, и даже тех, кому только предстояло прославить своей святостью Господне имя, странным образом выродился – иначе не скажешь – в Хеллоуин, день разгула всякой, отнюдь не благой, силы. Праздник, в общем-то, шуточный, но к памяти Всех Святых имеет скорее противоположное отношение…

     В православии же восхваления святым полны красивейших эпитетов. Вот кондак и тропарь из праздничного богослужения:

Тропарь, глас 4-й
Иже во всем мире мученик Твоих, яко багряницею и виссом, кровьми церковь Твоя украсившися, теми вопиет Ти, Христе Боже: людем Твоим щедроты Твоя низпосли, мир жительству Твоему даруй и душам нашим велию милость.
Кондак, глас 8-й
Яко начатки естества, Насадителю твари, вселенная приносит Ти, Господи, богоносныя мученики, тех молитвами в мире глубоцеЦерковь Твою, жительство Твое Богородицею соблюди, Многомилостиве.

     В других песнопениях святых восхваляют как «непрелестными светилами». Непрелестными – то есть теми, кого нельзя прельстить временными радостями, которые рано или поздно обратятся в прах. В утреннем каноне их именуют «божественным облаком», ибо дух их – как облако обнимает, окутывает престол Божий, и они «уясняют церковное небо». За терпение их, страдания и стойкость их называют там же «терпеливодушными», а в тропаре читаем, что кровью их, пролитой за истинную веру, Церковь, которая здесь подразумевается как все ее члены, украшается багряницей и виссом – драгоценными одеждами, символизирующими одеяние Господне, ибо «дивен Бог во своих святых».

     На вечерне поминают в паремиях ветхозаветных святых, предвосхитивших новозаветные события, читая стихи из пророка Исайи и Премудростей:

«Мои свидетели, говорит Господь, вы и раб Мой, которого Я избрал»
Ис. 43:9–14
«А души праведных в руке Божией, и мучение не коснется их. В глазах неразумных они казались умершими, и исход их считался погибелью, и отшествие от нас – уничтожением; но они пребывают в мире»
Прем. 3:1–9

нет страха быть уничтоженным на земле, если в руке Божьей обретается Вечность, и в этом отрывке слышится пророчество о первомучениках христианских.

«Праведники живут во веки; награда их – в Господе, и попечение о них – у Вышнего. Посему они получат царство славы и венец красоты от руки Господа, ибо Он покроет их десницею и защитит их мышцею»
Прем. 5:15 – 6:3

и в этом – обещание праведникам Его, святым Его «жизни будущаго века» через Символ веры, который получит свое полное утверждение на Никейском соборе и веками будет звучать под сводами храмов и церквей.

     К началу XVIII века в восточной Православной Церкви сложилось каноническое изображение Недели Всех Святых. На иконах центром композиции стал образ Господа Иисуса Христа в Его втором пришествии. Он находится вверху, под небесами на престоле Его. Вокруг Него – святые ангелы и люди, справа и слева – склоненные Адам и Ева. Здесь же изображены ветхозаветные родоначальники колена Авраамова – Авраам и Иаков, а в нижней части иконы, посередине – благоразумный разбойник, который сказал:

«Помяни мя, Господи, когда приидешь в Царствие Твое»
Лк. 23:42
«И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со мною в раю»
Лк. 23:43

Этот образ напоминает нам, что всякий, кто проникается верой, будь то даже закоренелый, но покаявшийся до глубины души и уверовавший во пришествие Его разбойник, будет там.

     Кто наши святые? Это те, кто услышал призыв:

«Всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную»
Мф. 19:27–30

Это не значит, конечно, что все уверовавшие должны в буквальном смысле бросить все и всех и начать жизнь инока, не чувствуя к этому призвания. Нам указывают на расстановку приоритетов, которые в жизни святых были акцентированы так, как к тому призывал Христос. Сначала Богу, потом – прочим, помня о том, что мы живем в новозаветное время, когда упразднена пропасть между миром горним и миром дольним подвигом Сына, и святые наши, что повторили каждый по-своему этот подвиг, указывают и нам этот благодатный и священный духовный путь.

Святая Церковь всякий день творит память святых. Но так как были угодники Божии, безвестно подвизавшиеся, не явленные Церкви, то, чтобы не оставить и их без чествования, св. Церковь установила день, в который прославляет всех от века угодивших Богу, чтобы не осталось никого не прославляемого ею. Творить же это тотчас после сошествия Святого Духа узаконила она потому, что все святые соделались и соделываются святыми благодатью Святого Духа: благодать Святого Духа приносит покаяние и оставление грехов, она же вводит в борьбу со страстями и похотями и венчает этот подвиг чистотою и бесстрастием. И таким образом является новая тварь, годная для нового неба и новой земли. Поревнуем же и мы идти вслед святых Божиих. Как это делать - учит нынешнее Евангелие: оно требует небоязненного исповедания веры в Господа, преимущественной любви к Нему, поднятия креста самоотвержения и сердечного от всего отрешения. Положим же начало по этому указанию.
Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

Дополнительные материалы

Церковнославянский текст (транслитерация) Современный перевод
Стихи:
Господа моего вся пою други:
Аще же кто хотя ко всем да идет.
Стихи:
Господа нашего всех воспеваю друзей я.
Коль изволение есть, всяк пусть вступит в их сонм
В тойже день в Неделю по Пятдесятнице, иже повсюду вселенныя, во Асии, Ливии и Европии, севере же и юзе, святых всех праздник празднуем: егоже убо по Всесвятаго Духа сошествии божественнии отцы наши узакониша совершати, аки бы образ некий показующе, яко Всесвятаго Духа пришествие, сицевая апостолы действова, освятившее и упремудрившее иже от нашего смешения, в наполнение отпадшаго онаго чина ангельскаго, сих уставившее, и Богу Христом приведшее. Овех убо мучением и кровию, овех же добродетельным житием и пребыванием, и яже паче естества соделовает. В тот же день, первое воскресенье по Пятидесатнице, совершаем празднование всем святым по всей вселенной – в Азии, Ливии и Европе, на севере и юге. Настоящий праздник божественнейшие отцы определили совершать после схождения Всесвятого Духа, как бы указывая, что все это произведено чрез апостолов Его пришествием, которое умудрило и просветило происшедших от нашего смешения, восставило их в [прежнем достоинстве человека] для восполнения отпавшего ангельского чина и чрез Христа к Богу привело: одних – мученичеством и кровью, других – добродетельной жизнью и обычаями.
Сходит убо Дух Святый в виде огня, естеством горнейшее имеяй преложение: восходит же к горним персть, естеством долу преложна сущи, и наше смешение, прежде вмале убо приятая, и обоженная Богом Словом плоть, вознесенная, и одесную Отчи славы седшая. Ныне же и всех влечет хотящих, яко обетование, якоже Богу Слову показующу примирения дела, и некий намеренный конец, еже к нам плотию пришествия Его и смотрения, якоже древле отриновенныя в соединение и дружество приводит Божие, незнающия от язык люди, человеческаго естества аки некия начатки приносящаго Богу, иже в нем различно благоискусившихся. По единому убо образу, сице всех святых празднуем праздник: И вот, совершается то, что превосходит всякое естество. Ибо Дух Святой, по природе своей обладая устремлением ввысь, нисходит в виде огня, а прах земной, по естеству стремящийся вниз, к небесам восходит, и то телесное наше смешение. Ведь плоть наша, ранее воспринятая и обоженная Богом Словом, возвысившаяся и одесную славы Отчей воссевшая, ныне, согласно обетованию, всех имеющих произволение влечет к себе (Ин.12,32), как если бы Бог Слово показал дела примирения и некую предусмотрительнейшую цель пришествия Своего во плоти и домостроительства. Ибо прежде отвергнутых – невежественный народ язычников – приводит Он к единению и дружбе с Собою, тогда как человеческая природа приносит Богу, словно некий начаток, тех, кто благими делами своими были в ней различным образом искусны. Итак, вот первое соображение, по которому мы совершаем празднование всем святым.
по второму же, понеже мнози убо Богу благоугодиша добродетели ради крайния, и инообразно безыменитии от человек быша: или и за некая негли человеческая, многу же обаче славу от Бога имуще. Или яко мнози убо по Христе жительствоваша во Индии, и Египте, и Аравии, Междоречии же и Фригии, и иже выше Евксина моря [1]: еще же и во всем западе, даже и до самех Вретанийских островов, и просто рещи, в востоце и западе. Не бяше же подобно сих всех якоже подобает почести, ради безчисльства, якоже церковный прият обычай: да убо еже от онех всех помощь приимем, идеже кто на земли Богу благоугоди. Инако же: и будущих ради, негли святых всех праздник божественнии отцы праздновати узакониша: всех же, иже прежде и послежде, явленных же и неявленных, во елицех Дух Святый вселивыйся освяти, почитающе и свосприемлюще. Второе же следующее. Поскольку многие угодили Богу величайшей добродетелью, но по разным причинам или неким человеческим обстоятельствам остались неизвестны у людей, великую славу имея, однако, пред Богом, или потому еще, что многие проводили жизнь по Христу у индов, египтян и аравитян, в Месопотамии, Фригии и вверху Эвксинского моря [1], а также по всему Западу до самых Британских островов, проще же сказать, повсюду на Востоке и Западе, и нелегко было по их неисчислимости почтить всех как подобает по обычаю Церкви, – то божественные отцы, дабы мы снискали помощь у тех, в какой бы земле ни угодили они Богу, а также ради будущих угодников, установили совершать празднование всем святым, объемля чествованием всех преждебывших и последующих, неявленных и явленных – всех, кого освятил Дух Святой, вселившийся в них.
Или и третие, подобаше по части на кийждо день празднуемыя святыя, и во един собрати день да явится, яко о едином Христе подвизашася, и вси тожде добродетели текоша поприще. И тако вси яко единаго Бога раби достойно венчани быша, Церковь сии составиша, горний мир вознаполняюще, поощряюще же и нас равный подвиг сим творити, различен сущ и многовиден, к по елику же кождо имать силы, всем усердием тщатися. Или еще третье соображение. Всех святых, по отдельности празднуемых ежедневно, следовало и в одном дне объединить, дабы обнаружилось, что все они ради одного Христа подвизались, все одно поприще добродетели прошли и, таким образом, все как Единого Бога рабы по достоинству увенчаны, и Церковь составили, восполнив собою горний мир, побуждая и нас равный с ними предпринять подвиг различного рода и вида, стремясь со всем усердием к тому, к чему у каждого способность есть.
Сим убо, иже от века святым всем, Лев приснопамятный и премудрый царь храм превелий и предобрый созда, близу же есть сей святых апостол храма внутрь Константиня града: прежде убо, якоже глаголют, Феофане жене его первее сего созидаяй, угодившей Богу в конец. И еже преславное посреде молв и царствий внутрь: и понеже приобщи намерение свое Церкви, не обрете ея покоренныя воли своей, ниже восхоте мудрования его, глаголющи: яко не лепо есть ону, яже вчера недавно растлевашеся царским мечтанием, и пищею, внезапу почитати толико, якоже созидати ей сицевый храм великолепный, и изрядный, и ниже время даяше е, аще и благоугоди Богу. Тогда премудрейший царь соборным хотением всея Церкве, великий храм, иже созда, посвяти всем святым вселенныя, глаголя: аще и Феофана есть свята, да сопричтется со всеми святыми. Этим-то всем от века бывшим святым прославленный и премудрый царь Лев посвятил весьма обширный и прекрасный храм. Ближайший к церкви Святых Апостолов, что в черте Константинополя, он сооружался сперва в честь Феофано – первой, как говорят, его жены, весьма угодившей Богу, а это, без сомнения, необычно среди суеты и [постоянного пребывания] в царских покоях. Но сообщив свое намерение Церкви, обнаружил, что та не склоняется к его желанию. Ибо Церковь, понимая образ мыслей царя, все же сочла недолжным женщине, еще вчера и третьего дня к царской пышности расположенной и роскошью испорченной, такую воздавать честь, чтобы храмом великолепным и доселе небывалым ее возвеличить, когда и само время еще не доставило ей всеобщего почитания, благоговейного поклонения и свидетельства, что она Богу угодила. Тогда премудрый царь, с полного одобрения Церкви, посвятил возведенный храм Всем святым, повсюду на земле бывшим, и сказал: «Если и Феофано – святая, пусть к ним будет причислена».
И сего ради аз мню, яко отселе прият начало праздноватися сей праздник, внегда бяше и прежде. Сего ради положиша и последи всех праздников, окрест вся праздники лета состягаяй, и заключаяй аки ограждением. Зане церковное уставление и благочиние, аще и прежде многаго начася, и помале прихождаше в доброе уставление, якоже подобаше: но во дни сего царя уставиша в совершенное, и изобразиша чином, иже днесь есть [2]. Я же полагаю, что нынешний праздник, который и прежде существовал, начал с той поры более широко совершаться. Оттого и помещают его последним в Триоди, как окончательно, словно ограда, все праздники замыкающий. Ибо хотя благочиние и устроение Церкви исстари началось, мало помалу приходя, как ему и подобает, в лучшее состояние, но в дни этого царя окончательно установлено оно и запечатлено в том чине и порядке, коего доныне держится [2].
Триодь убо, вкратце рещи, обдержит внутрь с великим прилежанием, елика Бог сотвори нас ради неизреченными словесы. Падение диаволе с небесе, первою притчею изгнание Адамово, и преступление: еже нас ради Бога Слова смотрение все, и како на небеса Святым Духом паки взыдохом, и испадший оный чин исполнихом, еже святыми всеми познавается. Итак, Триодь, вкратце сказать, содержит последовательное повествование обо всем, что совершил для нас Бог по неизреченным Его определениям: о ниспадении диавола с небес из-за первого ослушания, об Адамовом преступлении и изгнании, обо всем бывшем ради нас домостроительстве Бога Слова и о том, как снова возведены были мы на небеса Духом Святым и восполнили тот отпавший чин бесплотных сил, что заново познается в святых.
Ведомо же буди, яко вся ныне празднуем, елика благодатно освяти Дух Святый: глаголю убо высочайшия и освящательныя умы, девяти яве чинов: Праотцы и патриархи, пророки и священныя апостолы, мученики и священноначальники, священномученики и преподобномученики, преподобныя и праведныя, и вся святых жен ликования, и иныя вся безыменитыя святыя, с нимиже да будут и хотящии быти. Прежде же всех, и во всех, и со всеми, святых святую, Пресвятую, и тех пребезсравнительно лучшую ангельских чинов, Госпожу нашу и Владычицу, Богородицу Марию Приснодеву: Надлежит знать, что ныне мы совершаем празднование всему, что освятил Дух Святой как Податель благ. Разумею под этим высочайшие и сами участвующие в освящении умы, или девять ангельских чинов, праотцев и патриархов, пророков и священных апостолов, мучеников и иерархов, священномучеников и преподобномучеников, преподобных и праведных, и все лики святых жен, и других всех по имени неизвестных святых, с коими вместе пусть будут и те, что впоследствии явятся. Но прежде всех, во всех и со всеми святыми празднуем Святой, Пресвятой и самих ангельских чинов несравненно превысшей Госпоже нашей и Владычице Богородице и Приснодеве Марии.
Еяже молитвами Христе Боже, и всех от века святых Твоих, помилуй и спаси нас, яко един Благ и Человеколюбец. По ходатайствам непорочной Твоей Матери, Христе Боже, и всех от века бывших святых Твоих помилуй и спаси нас, ибо Ты Один благ и человеколюбив. Аминь.

 

 [1] Т.е. в северном Причерноморье

 [2] Византийский император Лев VI Философ, или Мудрый (886-911 гг) известен как ревнитель церковного устава и творец многих богослужебных песнопений, среди которых доныне выделяются стихиры Лазаревой субботы и Св. Пятидесятницы

 «В Неделю, следующую за Пятидесятницей, – говорится в Синаксаре на эту Неделю, – Православная Церковь совершает праздник Всех святых, которые есть благодатный плод Святого Духа. Святые Отцы установили совершать его по сошествии Святого Духа с тем намерением, чтобы показать нам те плоды, какие принесло через Апостолов пришествие Святого Духа, как оно освятило соестественных нам человеков, умудрило их, возвысило на степень Ангелов и привело к Богу: одних увенчивая за подвиги мученичества, других – за добродетельную жизнь. Человеческое естество в лице всех святых, прославившихся различным образом, приносит ныне Богу как бы некие начатки свои». Этим праздником, кроме того, восполняется чествование и прославление и тех святых Божиих, которым по причине многочисленности и неизвестности не установлены особые празднования. Об этом говорит нам величание в Неделю Всех святых, которое поется только на бдении в храме Всех святых: «Величаем вас, апостоли, мученицы, пророцы и все святии, и чтим святую память вашу, вы бо молите о нас Христа, Бога нашего».

   

При установлении праздника в честь Всех святых Церковь имела в виду и святых будущих, чтобы почитать вместе всех святых – явленных и не явленных, всех прежде бывших и будущих. И наконец, святые воспоминаются все в один день, хотя многие из них прославляются и особо, для того чтобы показать, что все они подвизались силою одного Господа Иисуса Христа, все составляют одну Церковь, одушевляемую Святым Духом, и обитают в одном Горнем мире.

   

В песнопениях Недели Всех святых Церковь, исчисляя различные чины (лики) святых, тем самым напоминает нам о подражании их многоразличным подвигам и добродетелям.

   

Неделей (воскресеньем) Всех святых заканчивается Цветная Триодь и начинается ежедневное пение Октоиха. Богослужебная книга Октоих употребляется с понедельника после Недели Всех святых до пятой Недели Великого Поста включительно. В период пения Постной Триоди – от Недели Сыропустной и в течение всей Четыредесятницы – Октоих употребляется только по воскресным дням.

   

С понедельника после Недели Всех святых начинается Петров пост.

ШИМАНСКИЙ ГЕРМОГЕН ИВАНОВИЧ. ЛИТУРГИКА. Учебное пособие для Духовных Семинарий

Святитель Лука (Войно-Ясенецкий), архиепископ Симферопольский и Крымский

 29 мая (11 июня) Православная Церковь почитает святителя Луку Крымского.

Архиепи́скоп Лука (в миру Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий; 27 апреля [9 мая] 1877, Керчь — 11 июня 1961, Симферополь) — епископ Русской православной церкви, российский и советский хирург, учёный, автор трудов по анестезиологии, доктор медицинских наук, профессор; духовный писатель, доктор богословия (1959). Лауреат Сталинской премии первой степени (1946).

Архиепископ Симферопольский и Крымский
5 апреля 1946 года — 11 июня 1961 года

Архиепископ Тамбовский и Мичуринский
7 февраля 1944 года — 5 апреля 1946 года

Архиепископ Красноярский и Енисейский
27 декабря 1942 года — 7 февраля 1944 года

Епископ Елецкий, викарий Орловской епархии
5 октября — 11 ноября 1927 года

Епископ Ташкентский и Туркестанский
12 мая 1923 года — сентябрь 1927 года

Лука (в миру Валентин Феликсович) Войно-Ясенецкий, архиепископ Симферопольский и Крымский, родился 27 апреля 1877 года в г. Керчи, в семье провизора. После переезда родителей в Киев, Валентин в 1896 году параллельно окончил 2-ю Киевскую гимназию и Киевское художественное училище, собираясь получить дальнейшее образование в Академии художеств. Однако уже в те ранние годы другое желание завладело его сердцем – стремление помогать страждущему, больному человеку. Оно и заставило юношу изменить свои планы.

После года учебы на юридическом, он перешел на медицинский факультет Киевского университета, который окончил с отличием в 1903 году.

В январе 1904 года, во время русско-японской войны, Валентин Феликсович работал в г. Чите заведующим хирургическим отделением госпиталя Красного Креста. Здесь же он встретился с сестрой милосердия, которая стала верной спутницей жизни будущего исповедника.

Некоторое время В. Ф. Войно-Ясенецкий работает земским врачом в больницах Симбирской, Курской, Саратовской и Владимирской губерний, а затем совершенствуется в институте топографической анатомии и оперативной хирургии у Ф. А. Рейна.

С 1910 по 1916 годы он заведует больницей в Переславле-Залесском и готовит докторскую диссертацию на тему «Регионарная анестезия», которую с блеском защищает в 1916 году. С марта 1917 года Войно-Ясенецкий работает главным врачом и хирургом в городской больнице г. Ташкента, а с 1920 года – профессором топографической анатомии и оперативной хирургии Ташкентского университета. Благодаря отменному врачебному мастерству, отточенной хирургической технике, популярность профессора медицины в широких кругах все время возрастала, на амбулаторные приемы к нему больные шли непрерывным потоком.. В самых разнообразных сложных операциях он применял свою собственную методику лечения, получившую впоследствии всеобщее признание.

В эти годы религиозные убеждения побудили его как врача помогать людям не только в их болезнях и физических страданиях, но и в их религиозных запросах и духовных поисках. Движимый этой потребностью, Валентин Феликсович изучал богословие, посещал местное религиозное православное общество, принимал участие в беседах, проводившихся в кафедральном соборе настоятелем его прот. М. Андреевым. Вслед за этим, после смерти жены, скончавшейся в 1919 году от туберкулеза, он принимает в 1921 году сан священника и назначается в собор, оставаясь одновременно в должности профессора университета.

Так определилось второе призвание на жизненном пути будущего архипастыря. Теперь он врач не только «телес», но и «душ» всех, нуждающихся в его помощи. Двойное служение людям настолько захватило его, что он живо откликнулся на призыв духовенства и паствы занять освободившуюся епископскую кафедру в том же Ташкенте. В мае 1923 года отец Валентин принял пострижение в монашество с именем Луки в честь святого апостола и евангелиста Луки.

Известно, что апостол Лука был не только благовестником-евангелистом и первым историком Христовой Церкви как автор книги «Деяний», но и врачом и живописцем (иконописцем). Многогранная одаренность апостола Луки оказалась созвучной душе Преосвященного Луки, побуждая его подражать евангелисту в столь многостороннем, ответственном и высоком служении. Необходимо также отметить, что, вступая на священническую стезю, профессор Войно-Ясенецкий получил от патриарха Тихона наказ продолжать научную и практическую деятельность по хирургии. Наказу этому он оставался верен всегда. На протяжении почти четверти века он разрабатывал вопросы гнойной хирургии, обобщив в 1934 году свои исследования на эту тему в монографии «Очерки гнойной хирургии», служившей долгое время настольной книгой любого хирурга, а также в ряде работ, изданных в годы Великой Отечественной войны. Всего же по медицинской тематике профессором В.Ф. Войно-Ясенецким было написано свыше тридцати научных работ.

В 1923 году отец Лука был тайно хиротонисан во епископа Ташкентского и Туркестанского. С 5 октября по 11 ноября 1927 года служил в сане епископа Елецкого, викария Орловской епархии. С ноября 1927 года он проживал сначала в Красноярском крае, а затем в городе Красноярске, где служил в местном храме и работал врачом в городской больнице. Хирургическая практика Преосвященного Луки особенно широко развернулась в этом городе в 1941–1943 годах, когда он работал главным хирургом и консультантом местного эвакогоспиталя, куда поступали тяжелораненые с полей сражений Отечественной войны. Здесь же, в Красноярске, уже в сане архиепископа, он стоял во главе местной епархии.

В январе 1944 года Преосвященный Лука был переведен в Тамбовскую, а в 1946 году в Симферопольскую епархию, которую возглавлял до самой своей кончины.

Церковная деятельность выдающегося архипастыря всегда была многосторонней и плодотворной. Вся она была направлена на укрепление приходской жизни. Совершаемые им богослужения, к которым он всегда благоговейно готовился, отличались особой истовостью, духовной сосредоточенностью и молитвенностью. Исключительное значение, согласно завету апостола Павла (2 Тим. 2, 2), он придавал проповеди, считая ее неотъемлемой частью богослужения. Здесь его усердие было неистощимо, потому что в благовестии он более всего видел апостольство своего епископского служения, свою ответственность перед Богом за духовное просвещение и спасение паствы. «О, как страшусь я того, чтобы хотя один из вас,– говорил он своим прихожанам, – не потерял горячей веры в Спасителя... и вторично не стал распинать Его».

Чувство ответственности за паству сочеталось в нем с подлинно пастырской любовью. Он ничего так не хотел, как «перелить в паству свою любовь к ней»,– так говорил он в другой своей проповеди.

Как проповедник он был очень самобытен. Каждая его проповедь дышала «духом и силой», приближаясь к благовестию апостольскому и святоотеческому и по силе искреннего, сердечного чувства, и по духу пастырской душепопечительности, и по простоте и доходчивости содержания и изложения.

Архиепископ Лука был автором не только многочисленных работ по медицинской тематике, он написал много статей духовно-нравственного и патриотического содержания, всегда находил время и для работы над большими, принципиальными богословскими вопросами. В 1945–1947 годах он работал над большим богословским трудом – «Дух, душа и тело», в котором рассматривался вопрос о душе и духе человека, а также учение Священного Писания о сердце как органе Богопознания.

В феврале 1945 года за архипастырскую деятельность и патриотические заслуги архиепископ Лука был награжден правом ношения креста на клобуке.

Прекратив врачебную практику еще в 1946 году, он оказывал помощь больным в качестве диагноста и консультанта все послевоенные годы. Он очень скорбел о том, что, лишившись окончательно в 1956 году зрения, не смог переработать свой труд по регионарной анестезии. Однако им были опубликованы еще три новые работы по медицине.

Управляя епархией в последние годы жизни, он имел возможность только слушать, что ему читали и диктовал свои работы и письма доверенным лицам. До конца дней своих он сохранил живую, отзывчивую, обаятельную душу, нежно любящую не только людей, но и природу. Боголюбивый архипастырь нашел утешение в богомыслии, в молитвенном богообщении, в дарах смирения, терпения и преданности воле Божией.

 11 июня 1961 года архиепископ Лука почил. Для его многочисленной паствы это было великой утратой. Ведь он пас «стадо Божие, какое было у него, надзирая за ним, не принужденно, но охотно и богоугодно, не для гнусной корысти, но из усердия. И не господствуя над наследием Божиим, но подавая пример стаду» (1 Пет. 5, 2–3).

В 2004 году на Архиерейском соборе Русской Православной Церкви святитель Лука был причислен к лику святых для общецерковного почитания.

Подводя итоги своей церковной жизни, святитель Лука утверждал, что за 38 лет священства он произнес 1250 проповедей, из которых не менее 750 были записаны и составили двенадцать толстых томов машинописи. В 1957 г. в Московской духовной академии была создана специальная комиссия под председательством профессора гомилетики протоиерея Александра Ветелева для изучения проповедей святителя Луки. В заключении комиссии говорилось, что проповеди архиепископа Луки, его труд «Дух, душа и тело» представляют исключительное явление в современной церковно-богословской литературе, а сам святитель был по праву удостоен звания почетного члена Московской духовной академии. Святитель Лука писал, что проповедями будут пользоваться только в библиотеке Академии, они не увидят свет до изменения отношения правительства к Церкви. В наши дни, к великой радости верующих, труды святителя стали общедоступными широкому кругу читателей.

Бесчисленны и необозримы, как песчинки великих пустынь Сахары и Гоби, современные нам люди и все жившие до нас. Кто они? Какова их жизнь? Что видим в душах их? Если бы можно было обозреть необозримое, то увидели бы мы, что огромное большинство человечества состоит из тех, которые в Священном Писании называются «народом земли». Почему называются они таким именем? Потому, что главнейшая цель их жизни и основные стремления их направлены на достижение земных благ, тех благ, которые получают они от материальной природы.

   

Они или совсем не духовны, или духовная жизнь их не глубока! Они или совсем не верят в духовный мир, или уделяют ему мало внимания.

   

Таков народ земли, таковы люди душевные, не духовные.

   

Это основная масса всего человечества. Но со страхом и болью душевной видим мы на левом фланге человечества несравненно худших и даже страшных людей. Видим людей-скотов, людей-зверей, людей-извергов и даже людей-бесов. А на правом фланге народа земли видим цвет и славу рода человеческого, тех блаженных и благословенных Богом людей, которых великий Иоанн Богослов называет детьми Божьими, друзьями Христовыми.

   

С благоговейным трепетом видим великий сонм святых, сияющих во тьме мира, как яркие Божьи звезды на темном небосклоне. Видим сонм пророков и Апостолов, великих святителей и пастырей, проповедавших и утверждавших Евангелие Христово.

   

Видим огромный сонм святых мучеников и мучениц, великих преподобных и отшельников и даже людей, подобных Ангелам Божиим.

   

Что сделало их святыми, совсем не похожими на народ земли? Это узнаем мы из глубочайших слов Апостола Павла, слов, которых до него никто не мог сказать.

   

Ужас и безмерная слава Креста Христова так потрясли его душу, что он забыл о всем мире и сказал:

«…крестом Господа нашего Иисуса Христа… для меня мир распят, и я для мира...» « Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 6:14; 2, 19–20)

Эти святые слова могли бы повторить о се6е и все великие святые. Вера в Господа Иисуса и любовь к Нему ярким пламенем пылала в сердцах святых мучеников и давала им силу переносить ужаснейшие мучения и страшную смерть.

   

Мир потерял всю свою привлекательность для великих преподобных и отшельников, мир был распят для них.

   

Невыносимо было для них оставаться среди людей, способных на такое безмерное преступление как распятие на кресте Спасителя мира, Сына Божия; и уходили они в безлюдные пустыни и непроходимые лесные дебри, чтобы жить там в неразлучном молитвенном общении с Богом.

   

Их молитва была глубока, как море, и лилась неустанно день и ночь.

   

Наш великий преподобный Серафим Саровский тысячу дней и ночей молился в лесу на плоском камне. Преподобный Арсений Великий стоял от вечера до утра с воздетыми к небу руками в пустыне, молясь о всем мире. И даже его превосходила по силе молитвы преподобная Мария Египетская.

   

Можно было бы еще долго говорить и о других великих подвижниках, которых весь мир не был достоин.

   

В нынешнюю первую неделю по Пятидесятнице Святая Церковь празднует память всех святых.

   

Почему установлен этот праздник? В святцах немного имен святых; всего около 2000 имен; но не может быть, чтобы святых было так мало; их больше, конечно, неизмеримо больше.

   

В седьмой главе Откровения Иоанна Богослова читаем:

«…взглянул я, и вот, великое множество людей, которого никто не мог перечесть,
из всех племен и колен, и народов и языков, стояло пред престолом и пред Агнцем в белых одеждах и с пальмовыми ветвями в руках своих...
это те, которые пришли от великой скорби;
они омыли одежды свои и убелили одежды свои Кровию Агнца» (Откр. 7:9, 14)
   

Необозримое и неисчислимое множество святых было показано Иоанну Богослову в этом видении, а не 2000 святых, имена которых читаем в святцах.

   

У Бога есть огромное множество святых, ради спасения которых сошел на землю и воплотился от Пресвятой Девы Марии Предвечный Сын Божий, Спаситель мира.

   

Только ничтожное число святых канонизировано Церквами Православной и Римо-католической. А все огромное множество других святых известно только Богу, о котором говорим, что Он единый Сердцеведец, «Единый сведый сердечная». В Его всевидящих очах велики и драгоценны ничего не значащие для мира и даже презираемые и гонимые миром простые и бедные люди, которых на самом деле весь мир не достоин. Нынешняя первая неделя (воскресенье) по Пятидесятнице посвящается Церковью памяти всех святых – и поименно известных Церкви, и ведомых только одному Богу.

   

Велик и свят этот день, и надлежит нам, хотя бы молебным пением, почтить его и испросить у всех святых предстательства их пред Богом за нас, чтобы и нам грешным стать хотя бы в последних рядах тех, которых удостоил Господь Бог назвать Своими чадами, тех, которые вторично родились, уже «не от хотения плоти, не от хотения мужа» (Ин. 1:13), но от Самого Бога и безмерной силы Евангелия Христова.

   

Сие да будет со всеми нами!

   

Аминь.

Божественная Литургия 11 июня 2017 года

Евангелие от Матфея 10:32-33, 37-38, 19:27-30 (зачало 38)

Евангелие от Иоанна


Стих 10:32

Вся́къ ýбо и́же исповѣ́сть мя́ предъ человѣ́ки, исповѣ́мъ егó и áзъ предъ Отцéмъ мои́мъ, и́же на небесѣ́хъ:
Всsкъ ў2бо и4же и3сповёсть мS пред8 человBки, и3сповёмъ є3го2 и3 ѓзъ пред8 nц7е1мъ мои1мъ, и4же на нб7сёхъ:
Итак всякого, кто исповедает Меня пред людьми, того исповедаю и Я пред Отцем Моим Небесным;

И смотри, какая точность! Он не сказал: Мя, но - о Мне, показывая, что исповедающий исповедует не собственною силою, но будучи вспомоществуем свыше благодатию.

Для чего же Он не довольствуется только сердечною верою, но еще требует и устного исповедания? Для того, чтобы побудить нас к дерзновению, к большей любви и усердию, и возвысить, почему и говорит ко всем вообще, а не разумеет здесь одних только учеников; не их только, но и учеников их старается Он сделать мужественными. Кто будет знать это, тот не только будет учить других с дерзновением, но и претерпевать все легко и охотно. Это многих, которые поверили этому слову, привлекло к апостолам; и отвергшиеся в муках подвергнутся большему томлению, и исповедавшие в блаженном состоянии получат большее воздаяние.

Когда праведник продолжительностью времени усугубляет свои приобретения, и грешник в отсрочке наказания думает находить для себя выгоду, то Он равносильное, или еще несравненно большее предлагает воздаяние. Ты приобрел более для себя, говорит Он, за то, что ты первый Меня здесь исповедал, и Я, говорит Он, обогащу тебя более, когда дам тебе более, и несказанно более, так как Я тебя исповем там.

Видишь ли, что там приуготовлены и награды, и наказания? Что же ты заботишься и беспокоишься? Что ищешь здесь воздаяния, когда ты можешь быть спасен только надеждою? Поэтому, если ты сделаешь что-нибудь доброе, и не получишь здесь за то воздаяния, не смущайся; в будущем веке ожидает тебя за это сугубая награда. Если же сделаешь что-нибудь худое и останешься без наказания, - не ленись. Там постигнет тебя наказание, если только не переменишься и не сделаешься лучше. А когда не веришь этому, то из настоящего заключай о будущем. Если еще во время подвигов исповедники бывают так славны, то подумай, каковы они будут во время раздаяния венцов? Если даже враги прославляют их здесь, то не возвеличит ли и не прославит ли тебя Чадолюбивейший из всех отцов?

Мысль, которую хотел выразить здесь Спаситель, понятна. Omologew значит, между прочим, признавать, а относительно Христа признавать Его Мессией и учение Его божественным. Такое признание может выражаться не только в словах, но и делах.Связь с предыдущим также достаточна ясна. Заговорив о гонениях за имя Его, Спаситель здесь указывает, какие последствия их могут быть. Многих они заставят вследствие страха или мирских привязанностей отречься от Него, подобно Петру. Предусматривая это, Он и говорит о том, какие последствия могут быть такого отречения.

Феофилакт объясняет, впрочем, этот стих несколько иначе

«Не сказал: кто исповедует Меня, но Мной, т. е. Моею силою.
Об отрекающихся же не сказал: Мною, но от Меня, показывая этим, что отрекается тот, кто не имеет помощи свыше».

Трудно ли исповедать Господа?

Никакого нет труда. Какой труд сказать, когда требуется, что
Господь наш Иисус Христос единородный Сын Божий и Бог,
Который ради нас пришел на землю, воплотился от Духа Святого и Марии Девы и вочеловечился,
был распят, пострадал, погребен, воскрес в третий день, взошел на небеса и сидит одесную Бога Отца,
и опять придет судить живых и мертвых,
- послал Духа Святого на св. апостолов, силою Его устроивших на земле святую Церковь,
которая, научая истине и освящая таинствами, незаблудным путем ведет всех верных чад своих в Царство Небесное?

Все это мы повторяем всякий раз, когда слышим и читаем символ веры. Так возьми эти истины, напечатлей их в сердце своем, и будь готов, не боясь никакого лица человеческого, предъявить, что так, а не иначе, должно веровать, чтоб быть спасену, готовясь вместе потерпеть и то, что за это в ином случае достанется тебе.

Заграждай уста учителей лжи и хулителей христианства словом истины, - и получишь то, что обетовано Господом. Ты исповедуешь Его Богом и Спасителем перед человеками, а Он перед Богом Отцем исповедует, что ты верный Его последователь перед Богом Отцем исповедует, что ты верный Его последователь и исповедник.

Человек состоит из души и тела; поэтому он должен служить Богу и духом и телом, ибо и тело, и душа - одинаково Божий создания; и тело, и душа, соединившись опять по воскресении, вместе будут участвовать в блаженстве вечном.

Вот почему и во всяком доброделании наше тело, т.е. наш внешний человек, должно участвовать вместе с душой, с нашим человеком внутренним. Самая вера наша должна проявляться в исповедании как устами, так и делами:

 "сердцем веруют к праведности", - говорит святой апостол Павел (Рим. 10:10), - "а устами исповедуют ко спасению".

Если мы сердцем веруем во Христа, и дорожим Его святыми заповедями, но стыдимся или боимся открыто перед людьми говорить об этом, то мы - лжецы, лицедеи и малодушные животолюбцы. Это значит, что страх перед людьми в нашем сердце сильнее веры во Христа. Закон духа таков: "от избытка сердца говорят уста" (Лк. 6:45). Кто любит Бога всем сердцем, тот не будет молчать о Возлюбленном. Вот почему Господь, посылая апостолов Своих на проповедь, так властно побуждал их безбоязненно, открыто исповедовать, и словом и делом свидетельствовать перед целым миром, что они веруют в Него, как истинного Бога, что они никогда не отрекутся от Него, своего Спасителя и Господа, хотя бы пришлось и умереть за такое исповедание.

ИТАК ВСЯКОГО, - говорит Он, - КТО ИСПОВЕДАЕТ МЕНЯ (буквально с греческого: кто исповедует во Мне, т.е. исповедует Меня не собственной силой, а при помощи Моей же благодати) ПРЕД ЛЮДЬМИ,
ТОГО ИСПОВЕДАЮ, объявлю его, И Я Моим верным последователем, достойным вечной награды за веру и исповедание,
ПРЕД ОТЦЕМ МОИМ НЕБЕСНЫМ, когда буду восседать одесную Его во славе, и особенно во Второе Мое пришествие на Всемирном Суде.

"Господь говорит здесь ко всем вообще, а не к одним ученикам. Он всех хочет сделать мужественными...
Бог готов несравненно более благодетельствовать, нежели наказывать, но здесь о награде упоминает однажды, а о наказании дважды, - почему так?
Конечно потому, что слушающие лучше вразумляются страхом наказания"

 говорит святитель Златоуст.

Стих 10:33

а и́же отвéржется менé предъ человѣ́ки, отвéргуся егó и áзъ предъ Отцéмъ мои́мъ, и́же на небесѣ́хъ.
ћкоже дaлъ є3си2 є3мY влaсть всsкіz пло1ти, да всsко, є4же дaлъ є3си2 є3мY, дaстъ и5мъ живо1тъ вёчный:
а кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцем Моим Небесным.

Мысль та же, что и в предыдущем стихе, только выраженная в виде отрицания. Этот стих может служить к пояснению того, о чем говорится в предыдущем стихе.

Об отрекающемся же не сказал: "Мной", но "от Меня", показывая этим, что отрекается тот, кто не имеет помощи свыше. Каждый, кто исповедует, что Христос - Бог, найдет Христа исповедующим его пред Своим Отцом, что он верный раб. Те же, которые отрекаются, услышат: "не знаю вас".

Так не только наградами, но и казнями побуждает, и оканчивает речь угрозою.

Об отвергающемся же не сказал: о Мне, но: Мене, так как он отвергается потому, что бывает чужд благодати. За что же, скажешь, винить его, если он отвергается потому только, что лишен благодати? За то, что причина этого лишения заключается в том, кто лишается.

Тогда будут возданы и награды за добрые дела, и наказания за злые; потому отвергающиеся и здесь и там будут мучиться.

Здесь - тем, что будут жить с злою совестью, так как если они еще и не умерли, то умрут непременно; а там - подвергнутся уже конечному наказанию.

Другие, напротив, и здесь и там приобретут пользу; здесь - побеждая смерть, соделываясь славнее живущих, а там - наслаждаясь неизреченными благами.

Бог готов не наказывать только, но и благодетельствовать, и готов несравненно более благодетельствовать, нежели наказывать. Но почему о награде упоминает однажды, а о наказании дважды? Конечно потому, что слушающие лучше вразумляются страхом наказания. Вот почему, сказавши, "убойтеся могущаго душу и тело погубити в геенне" (Мф. 10:28), еще присовокупил: "отрекусь от того и Я". С этой целью и Павел часто напоминает о геенне.

Итак, предложив слушателю всевозможные поощрения (Он отверз пред ними и небеса, поставил и страшное то судилище, показал и зрелище ангелов и, посредством их: проповедание о венцах, так как это много способствует успеху благочестия), - наконец, чтобы боязливость их не была препятствием проповеди благочестия, Он повелевает им быть готовыми и на заклание, чтобы они знали, что остающиеся в заблуждении понесут наказания и за самые против них наветы. Итак, не будем бояться смерти, хотя и не пришло время смерти: мы воскреснем для жизни гораздо лучшей.

Но, скажешь, истлеет тело? Потому-то особенно и должно радоваться, что смерть тлит, и погибает смертное, а не сущность тела. Когда ты видишь, что выливают истукан, то не говоришь, что вещество его пропадает, но что оно получает лучший образ. Так же рассуждай и о теле, и не плачь. Тогда надлежало бы плакать, когда бы оно навсегда осталось в муках. Но ты скажешь: это могло бы быть и без истления тел, так чтобы они оставались в целости. А какую бы это принесло пользу живым, или умершим? Доколе будете привязаны к телу? Доколе, пригвождая себя к земле, будете прилепляться к тени? Какая бы из того была польза? Или лучше, какого бы не произошло вреда?

Если бы не истлевали тела, то,

во-первых, овладела бы многими гордость, - зло из всех зол самое большее. Если и ныне, когда тело подвержено тлению и преисполнено червей, многие хотели быть почитаемы за богов, то чего бы не было, когда бы тело пребывало нетленным?

во-вторых, не стали бы верить, что тело взято из земли. Если и теперь, не смотря на то, что самый конец ясно свидетельствует, некоторые сомневаются в этом, то чего бы не подумали, если бы не видели этого конца?

в-третьих, тогда чрезмерно любили бы тела, и большая часть людей сделалась бы еще более плотскими и грубыми. Если и ныне, когда тела совершенно уже истлеют, некоторые обнимают гробы и раки, то чего не стали бы делать тогда, когда бы могли сберегать и самый образ их в целости?

в-четвертых, не очень бы привержены были к будущему.

в-пятых, те, которые утверждают, что мир вечен, еще более утвердились бы в этой мысли, и не стали бы признавать Бога Творцом мира.

в-шестых, не были бы уверены в достоинстве души, ни в том, как тесно связана душа с телом.

в-седьмых, многие, лишившиеся своих родственников, оставивши города, стали бы жить в гробницах и, подобно безумным, непрестанно стали бы разговаривать с своими умершими. Если и ныне люди, поскольку самого тела удержать не в состоянии (да и невозможно, потому что оно против их воли тлеет и исчезает), снимая портреты, прилепляются к доскам, то каких нелепостей не вымыслили бы тогда? Мне кажется, что тогда многие в честь любимых тел воздвигли бы храмы, а занимающиеся волхвованиями постарались бы уверить, что посредством их демоны дают ответы, тем более что и теперь имеющие дерзость заниматься вызыванием мертвых (некромантиею) делают много нелепостей (не смотря даже на то, что тело обращается в прах и пепел). Каких же бы бесчисленных видов идолопоклонства не произошло отсюда?

Итак Бог, отъемля все могущее служить поводом к таким нелепостям и научая нас отрешаться от всего земного, поражает тела тлением пред нашими глазами. Таким образом любитель телесной красоты, до безумия пристрастившийся к благовидной девице, если умом не захочет узнать безобразие телесного существа, то увидит это собственными глазами. Много было девиц столь же цветущих красотою, или еще несравненно прекраснее, нежели любимая им, которые после смерти своей чрез один или два дня представляли из себя зловоние, гной и гнилость червей. Подумай же, какую ты любишь красоту, и каким прельщаешься пригожеством? Но если бы тела подвержены были тлению, нельзя бы было хорошо знать этого; как бесы стекаются ко гробам, так многие из объятых любовною страстью, непрестанно сидя при гробах, сделали бы душу свою обиталищем бесов, и от жестокой страсти скоро бы и сами умерли. А теперь, кроме всего другого, облегчает душевную скорбь и то, что невозможность видеть образ любимого предмета способствует забвению и самой страсти.

Если бы тела не истлевали, то не было бы даже и гробов, и ты увидел бы города, вместо статуй, полными мертвых, потому что каждый пожелал бы тогда видеть подле себя своего умершего. Отсюда произошел бы великий беспорядок: никто бы из простолюдинов не стал пещись о душе своей, не стали бы принимать учения о бессмертии. Много бы и других еще худших произошло нелепостей, о которых и говорить даже неприлично. Для того-то тотчас и истлевает тело, чтобы ты мог видеть в наготе красоту души. В самом деле, если она такую красоту и такую живость дает телу, то как она прекрасна должна быть сама в себе? Если она поддерживает столь безобразное и отвратительное тело, то тем более может поддержать саму себя. Не в теле красота, но красота тела зависит от того образования и цвета, который отпечатлевает душа в существе его.

Итак, люби душу, которая сообщает телу такое благообразие. Но что я говорю о смерти? Я тебе докажу и самой жизнью, что все прекрасное зависит от души. Если душа радуется, то розы рассыпает по ланитам; если печалится, то, отъемля всю красоту у тела, все облекает в черную одежду. И если постоянно находится в радостном состоянии, то и тело бывает в безболезненном состоянии; если же находится в печали, то и тело становится слабее и бессильнее паутины. Если рассердится, то и телу дает отвратительный и безобразный вид; если покажет ясный взор, то и телу дает приятный вид. Если бывает объята завистью, то и на тело разливает бледность и томность. Если исполнена бывает любовью, то и телу сообщает особенное пригожество. Таким-то образом многие жены, не будучи пригожи лицом, особенную приятность получают от души; напротив другие, блистая внешней красотой, всю ее портят тем, что не имеют привлекательности душевной. Представь, как румянится белое лицо и какую производит приятность разнообразием цвета, когда краска стыдливости разливается по нем. Вот потому в ком бесстыдна душа, у того и самый вид отвратительнее вида всякого зверя; напротив, стыдливая душа и самый вид делает кротким и любезным. Подлинно, нет ничего прекраснее и любезнее доброй души. Любовь к телесной красоте смешана с огорчением; напротив, любовь к красоте душевной соединена с чистым, невозмущаемым удовольствием.

Итак, для чего ты, минуя царя, дивишься глашатаю. Для чего, оставивши самого мудреца, с изумлением смотришь на истолкователя его? Видишь привлекательный внешний взор, - постарайся узнать внутренний; и, если последний некрасив, презри и внешний. Если ты увидишь безобразную женщину в прекрасной маске, конечно не пленишься ею; наоборот, не захочешь, чтоб благовидная и красивая прикрывала себя маскою, но пожелаешь, чтобы маска была снята, чтобы ты мог ее видеть в естественной красоте ее.

Так поступай и по отношению к душе: ее наперед старайся узнать. Тело как маска прикрывает ее, и каково есть, таким всегда и остается; а душа, хотя бы была и безобразна, скоро может сделаться прекрасною; хотя бы имела око безобразное, свирепое, суровое, - оно может сделаться красивым, миловидным, ясным, ласковым, привлекательным. Этого-то благообразия, этой красоты лица будем искать, чтобы и Бог, возжелавши нашей красоты, даровал нам вечные блага благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава во веки веков. Аминь.

Потому-то, сказав: бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне, еще присовокупил: А КТО ОТРЕЧЕТСЯ ОТ МЕНЯ ПРЕД ЛЮДЬМИ, кто не признает Меня Искупителем мира, отвергнет Меня и Мое учение, или же, называя себя Моим последователем, на деле будет оскорблять Меня грешными делами, нерадением о своем спасении, уклонением от Святой Церкви, которую Я созижду на земле для спасения людей, ОТРЕКУСЬ ОТ ТОГО И Я ПРЕД ОТЦЕМ МОИМ НЕБЕСНЫМ, не признаю Своим последователем, скажу ему в день оный: Я не знаю тебя...

Вот почему всехвальные мученики терпели самые ужасные мучения и с радостью шли на страшную смерть, только бы не открыть своих уст и не отречься от Христа. Они умирали и в своей смерти торжествовали победу над своими гонителями и над сатаной, их учителем! И когда подумаешь, что этими победителями, этими борцами за веру во Христа являлись не только крепкие духом и телом мужи, но и претружденные старцы, и слабые жены, и юные девы, и даже младенцы (вспомним трехлетнего Кирика, сына Иулитты, пятилетнего Варула и других), то невольно в благоговении скажешь:
дивен еси, Господи, во святых Твоих и велика сила благодати Твоей, для коей нет воистину ничего невозможного!

Стих 10:37

И́же лю́битъ отцá или́ мáтерь пáче менé, нѣ́сть менé достóинъ: и и́же лю́битъ сы́на или́ дщéрь пáче менé, нѣ́сть менé достóинъ:
И$же лю1битъ nтцA и3ли2 мaтерь пaче менє2, нёсть менє2 досто1инъ: и3 и4же лю1битъ сы1на и3ли2 дще1рь пaче менє2, нёсть менє2 досто1инъ:
Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня;

Что же значит Господня заповедь? Сказано:

"аще кто не возьмет крест свой и последует Ми, не может Мой быти ученик" (Лк. 14:27)

Если ты со Христом умер для сродников своих по плоти, то для чего хочешь опять жить с ними? А если для сродников своих опять созидаешь то, что разорил для Христа, то сам себя делаешь преступником. Поэтому для сродников своих не оставляй места своего, ибо, оставляя место, оставляешь, может быть, и нравы свои.

Говоря это, Он показывал силу и горячность той любви, какой требовал. Так как сам Он много нас возлюбил, то хочет, чтоб и мы любили Его столько же. А такие слова и апостолов укрепляли и возвышали в духе. Если и ученики ваши, говорил Он, будут оставлять сродников, детей и родителей, то каковы, подумай, должны быть вы, учители! Бедствия эти не кончатся на вас, но перейдут и на других. Так как Я пришел даровать великие блага, то и требую великого послушания и усердия.

Что же? Не противно ли это древнему закону? Нет, - напротив, весьма с ним согласно. И там Бог повелевает не только ненавидеть идолослужителей, но и побивать их камнями; а во Второзаконии, похваляя таковых ревнителей, говорит:

глаголяй отцу и матери не видех тебе, и братии своея не позна, и сынов своих не уведе, сохрани словеса твоя (Втор. 33:9)

Если же Павел многое заповедует о родителях, и велит во всем им повиноваться, не дивись. Он велит повиноваться им только в том, что не противно благочестию. Святое дело - воздавать им всякое иное почтение. Когда же они потребуют более надлежащего, не должно им повиноваться. Потому и у евангелиста Луки говорится:

"аще кто грядет ко Мне, и не возненавидит отца своего, и матерь, и жену, и чад, и братию, еще же и душу свою, не может Мой быти ученик" (Лк. 14:26)

Повелевает не просто возненавидеть, потому что это совершенно противозаконно; но если кто из них захочет, чтобы ты любил его более, нежели Меня, в таком случае возненавидь его за это. Такая любовь и любимого, и любящего губит.

Так говорил Он для того, чтобы и детей сделать мужественнее, и родителей, которые бы стали препятствовать благочестию, уступчивее. Действительно родители, видя, что Христос имеет могущество и силу отторгать от них даже детей, должны были отступиться от своих требований, как невозможных. Вот почему, миновав родителей, Он обращает речь к детям, научая чрез то первых не употреблять бесполезных усилий.

Тот, Кто прежде сказал: Я не пришел ниспослать на землю мир, но меч и восстановить людей против отца и матери, и свекрови, - чтобы никто не ставил [свое] благочестие (pietatem) выше веры (religionis), ниже присоединил: Кто любит отца или мать более, нежели Меня. И в книге Песнь Песней мы читаем:

"Любовь ко Мне делайте правилом (ordinate)" (Песн. 2:4)

Это правило, или порядок, необходимо в каждом движении души. После Бога люби отца, люби мать, люби детей (filios). А если явится необходимость, чтобы любовь к родителям и детям поставлена была в сравнение с любовью к Богу, и если человек не может сохранить той и другой любви вместе, то пусть будет в отношении к Богу любовь (pietas), а в отношении к своим - ненависть (odium). Итак, Он не запретил любить отца или мать, но многозначительно прибавил:
Кто любит отца или мать более, нежели Меня.

 "Если Бог, - говорит митрополит Филарет Московский, - законом любви супружеской повелевает человеку оставить отца своего и матерь свою, то может ли Божественный Жених душ наших, Христос Спаситель, предлагать меньшие требования желающим духовного с Ним обручения?"

Вот почему Он с такой силой и властью говорит апостолам Своим, а в их лице и всем верующим: КТО ЛЮБИТ ОТЦА своего ИЛИ МАТЬ свою, которые дали вам временную жизнь, БОЛЕЕ, НЕЖЕЛИ МЕНЯ, вашего Искупителя, Который Своей Кровью дает вам вечную жизнь, НЕ ДОСТОИН МЕНЯ, такой не достоин называться Моим учеником. Почитай и люби своих родителей, заботься о них в старости, повинуйся им, но если они станут принуждать тебя к нарушению Моих заповедей, не слушайся их. И КТО ЛЮБИТ СЫНА ИЛИ ДОЧЬ БОЛЕЕ, НЕЖЕЛИ МЕНЯ, так что ради них готов забыть Мои заповеди, таковой НЕ ДОСТОИН МЕНЯ! Так мог сказать только Бог или Богочеловек. Такое требование не может высказать простой человек. Только Бог есть Отец Небесный, первее и превыше всех отцов и матерей земных. И отцы и матери наши сами должны любить Его паче всего, сами же должны требовать и от нас, детей своих, чтобы мы любили Бога более, нежели их самих. Если человек не любит Бога паче отца и матери, то у такого земные родители выше Бога и он уже не истинный христианин...

Буквально исполнялись эти слова Христовы: вспомните, например, историю страданий святой великомученицы Варвары, от руки родного отца принявшей мученическую смерть, или того родителя, вельможу, который, когда его сын отрекся от Христа, не побоялся сказать в глаза богоотступнику Иулиану: "ты, царь, говоришь мне об этом беззаконнике-сыне, который ложь возлюбил паче истины?... Он больше не сын мне"... Но что говорить о родителях и детях?

Стих 10:38

и и́же не прiи́метъ крестá своегó и вслѣ́дъ менé грядéтъ, нѣ́сть менé достóинъ.
и3 и4же не пріи1метъ крестA своегw2 и3 в8слёдъ менє2 грzде1тъ, нёсть менє2 досто1инъ.
и кто не берет креста своего и следует за Мною, тот не достоин Меня.

Объясняя заповедание Господа: "Иже не приимет креста своего и вслед Мене грядет, несть Мене достоин" (Мф. 10:38), преподобный Кассиан рассуждает так:

«Крест наш есть страх Господень. Как распятый уже не может обращать или двигать членов по желанию души своей, так и мы должны направлять воли и желания наши не сообразно тому, что нам приятно и увеселяет нас в настоящее время, но сообразно Закону Господа, к чему он повелевает. Как пригвожденный к древу крестному уже не любуется настоящим, не помышляет о своих пристрастиях; он не развлекается заботами и попечениями о завтрашнем дне; в нем не действует никакое пожелание к приобретению имущества; он не воспламеняется никакой гордостью, никакой сварливостью; не скорбит о настоящих бесчестиях, о прошедших уже не помнит; хотя он еще дышит в теле, но считает себя по всем отношениям уже умершим, устремляя сердечные взоры туда, куда он не сомневается переселиться, — так и нам должно быть распятыми страхом Господним ко всему этому, т.е. нам должно быть мертвыми не только к плотским страстям, но и к самым началам их, иметь очи души устремленными туда, куда переселения ежеминутно должны надеяться. Таким образом мы можем стяжать умерщвление всех наших похотений и плотских пристрастий».

Легко можно усмотреть, что описываемой здесь преподобным Кассианом распятие на кресте страха Божия есть называемое Исааком Сирским деяние, состоящее, по выражению апостола, в "распятии плоти со страстьми и похотьми" (Гал. 5:24), составляющее первую половину духовного пути, ведущего христианина к предназначенному ему совершенству.

Крестом, по объяснению святых Отцов, названы те скорби, которые Богу угодно попустить нам во время нашего земного странствования. Скорби разнообразны: каждый из человеков имеет свои скорби; скорби наиболее соответствуют страстям каждого; по этой причине каждый имеет «свой крест». Этот свой крест поведено каждому из нас принять, то есть поведено каждому признавать себя достойным посланной ему скорби, ереносить ее благодушно, последуя Христу, заимствуя от Него смирение, посредством которого переносится скорбь.

В вышеприведенных словах Господа заключается страшный приговор на непереносящих скорби терпеливо: Господь отвергает их. Они, произнося из среды скорбей ропот и злоречие, этим самым произносят исповедь, что их разум и сердце не озарены Божественною благодатию, что Господь чужд им: ибо никто иной а именно Господь научает смирению истинных рабов Своих.

Крест был орудием смерти Спасителя потому, что мы заслужили его: Сам Он был безгрешен. Так как мир доселе все еще лукав, прелюбодеен и грешен, плоть прихотлива, а диавол увлекает на свою сторону сладостию греха, то крест доселе есть необходимый путь ко спасению. Господь искупил нас на кресте – но если мы сами сраспинаемся Ему; Он умер за нас и погребен – но если мы сами умираем греху и спогребаемся Ему.

Кто, говорит, не откажется от настоящей жизни и не предаст себя на позорную смерть (ибо это означал крест у древних), тот не достоин Меня. Но так как распинают многих, как разбойников и воров, то прибавил: "и следует за Мной", то есть живет согласно с Моими законами!

Если даже и душу свою, говорит Христос, будешь предпочитать любви ко Мне, ты еще далек от того, чтобы быть Моим учеником: И КТО НЕ БЕРЕТ КРЕСТА СВОЕГО, кто, сделавшись Моим учеником, не будет готов на всякие страдания и испытания, тяжкие и позорные, какие только будет угодно Богу попустить, чтобы в человеке были умерщвлены плотские страсти и мирские похоти, - И СЛЕДУЕТ ЗА МНОЮ, кто не понесет вслед за Мною своего креста, подобно тому, как Я Сам несу Мой крест, ТОТ НЕ ДОСТОИН МЕНЯ!

"Кто не откажется от настоящей жизни и не предаст себя на позорную смерть (ибо так древние думали о кресте), тот недостоин Меня. Поелику же,
- замечает блаженный Феофилакт, -
распинают многих как разбойников и воров, то присовокупил: и следует за Мною, т.е. живет по законам Моим"

Поэтому у святого евангелиста Луки Спаситель говорит еще сильнее: если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником (Лк. 14:26). Повелевает не просто возненавидеть, ибо это совершенно противозаконно, но если кто из них потребует, чтобы ты любил его более, чем Меня, то в этом случае возненавидь его. Такая любовь и любимого, и любящего губит. "Кто же ходит во след Христа? Тот, кто живет по Его святым заповедям и во всем, насколько может, подражает Ему.

Стих19:27

Тогдá отвѣщáвъ пéтръ речé емý: сé, мы́ остáвихомъ вся́ и вслѣ́дъ тебé идóхомъ: чтó ýбо бýдетъ нáмъ?
ТогдA tвэщaвъ пе1тръ рече2 є3мY: се2, мы2 њстaвихомъ вс‰ и3 в8слёдъ тебє2 и3до1хомъ: что2 ў2бо бyдетъ нaмъ;
Тогда Петр, отвечая, сказал Ему: вот, мы оставили всё и последовали за Тобою; что же будет нам?

Брат спросил Максима Исповедника:
„Если заповедей много, то какия они, и кто может исполнить все заповеди?”
Святой Максим отвечал:

„Все заповеди может исполнить тот, кто подражает Господу и последует Ему шаг за шагом. Кто будет следовать за Господом — шаг за шагом, — тот увидит все Его заповеди, данныя Им и словом, и примером; а кто будет подражать Господу, тот и исполнит все заповеди Его.»

На вопрос:
«Кто может подражать Господу?»
Святой Максим сказал:

„Из тех, которые порабощены миру и суетам его, никто не может подражать Господу; те же, которые могут сказать: "Се мы оставихом вся, и в след Тебе идохом" (Матф. 19, 27), получат силу — подражать Господу, и по всем заповедям Его направляться.»

Хотя Петр, будучи беден, по-видимому, не оставил чего-либо большого, однако знай, что на самом деле и он оставил многое. Мы, люди, бываем крепко привязаны и к немногому. Петр же пренебрег всем приятным в мире, подавил даже и естественную любовь к родителям. Эти страсти воюют не только против богатых, но и против бедных.

Здесь очевидная ссылка на Мф. 19:21. Если для следования за Христом нужно было оставить все, то Петр и другие ученики это именно и сделали. Порядок их действий был именно таков, какой указан Самим Христом в 21 стихе. Сначала оставление всего, а потом следование за Христом. Апостолы, правда, не походили на богатого юношу; у них не было большого имения. Но если принять, что степени богатства бывают разные, что один бывает богат, имея в запасе сто рублей, тогда как другой бывает беден и при тысячах, то Петр имел полное право утверждать, что ученики не только оставили все, но даже оставили и все свои богатства.

Апостол Петр, "уста апостолов", один за всех высказал эти мысли Господу:
ТОГДА ПЕТР, ОТВЕЧАЯ, СКАЗАЛ ЕМУ: ВОТ, МЫ ничего не продавали, а просто ОСТАВИЛИ ВСЕ, бросили все, что имели, И ПОСЛЕДОВАЛИ ЗА ТОБОЮ; ЧТО ЖЕ БУДЕТ НАМ?

"Что это значит, блаженный Петр, оставили все?
- вопрошает святитель Златоуст, -
уду, сети, корабль, ремесло? Это ли разумеешь ты под словом все? Так,
- ответствует он.
Но не честолюбие заставляет меня говорить это. Я хочу вопросом этим обратить людей бедных ко Господу. Поскольку Господь повелел продать имение, то чтобы бедный не спросил, - что же, если у меня нет имения, значит, я не могу быть совершенным? Для этого и предлагаю вопрос свой, чтобы ты, бедный, знал, что бедность твоя нимало не вредит тебе. Апостол предложил вопрос этот от лица всей вселенной. Свою участь он знал ясно: получив еще на земле ключи Царства Небесного, он тем более мог быть уверен в наследии его благ. Но смотри, с какой точностью отвечает он на требования Христовы. Христос требовал от богатого этих двух вещей: отдать имение нищим и последовать за Ним. Потому и апостол указывает на эти же два действия: на оставление имения и последование за Иисусом"
"И Петр оставил многое,
- замечает блаженный Феофилакт.
- Мы, люди, обыкновенно и за немногое держимся крепко, а Петр, кроме того, оставил все мирские удовольствия и пристрастия, самую любовь к родителям, отказался от сродников, от знакомых и даже от своей воли. А ничто так не приятно для человека, как своя воля".

Стих 19:28

Иисýсъ же речé и́мъ: ами́нь глагóлю вáмъ, я́ко вы́ шéдшiи по мнѣ́, въ пакибытié, егдá ся́детъ Сы́нъ человѣ́ческiй на престóлѣ слáвы своея́, ся́дете и вы́ на двоюнáдесяте престóлу, судя́ще обѣманáдесяте колѣ́нома Изрáилевома:
І3}съ же рече2 и5мъ: ґми1нь гlю вaмъ, ћкw вы2 ше1дшіи по мнЁ, въ пакибытіе2, є3гдA сsдетъ сн7ъ чlвёческій на пrто1лэ слaвы своеS, сsдете и3 вы2 на двоюнaдесzте пrтHлу, судsще nбэманaдесzте колёнома ї}левома:
Иисус же сказал им: истинно говорю вам, что вы, последовавшие за Мною, – в пакибытии, когда сядет Сын Человеческий на престоле славы Своей, сядете и вы на двенадцати престолах судить двенадцать колен Израилевых.

Слово «пакибытие» показывает, что новое существование людей непременно настанет в таком или ином виде. Земное состояние есть одно бытие; за гробом — другое. Это последнее и есть «пакибытие». Слово это (palingenesia — так правильно, но не paliggenesia) употреблено только два раза в Новом Завете, здесь у Матфея и еще Тит III:5. Выражения «сядет», «сядете», конечно, образные, и их нельзя понимать в буквальном смысле. Слово «судить» также образное, подразумевает, по семитическому употреблению «господство», «власть» (ср. Откр. XX:4). Относительно того, будет ли причислен к судьям и Иуда, которому также были сказаны эти слова, встречается много заметок у древних и новых экзегетов.

«Итак что же?
— спрашивает Златоуст,
— и Иуда будет сидеть на престоле? Нет»
«Я обещаю награду только достойному. Беседуя с учениками Своими, Он не без условия дал обещание; не сказал просто: вы, но присовокупил еще: шедшие по Мне, чтобы и Иуду отвергнуть, и тех, которые после имели обратиться к Нему, привлечь, — эти слова Его относились не к ученикам одним, и не к Иуде, который впоследствии времен сделался недостойным Его обещания»

Феофилакт добавляет, что Спаситель здесь говорит

«о тех, которые последовали за Ним до конца, а Иуда не остался таковым»

Выражение «судить двенадцать колен Израилевых», очевидно, образное и не может быть понимаемо в точном смысле.

Се мы, говорит он, оставихом вся, и вслед тебе идохом. Оставление всего было нужно для последования: последование чрез оставление сделалось удобнее, и за то, что они оставили все, были исполнены надежды и радости.

Что же отвечает Христос? "Аминь глаголю вам, яко вы, шедшии по Мне, в пакибытие, егда сядет Сын человеческий на престоле славы Своея, сядете и вы на двоюнадесяте престолу, судяще обеманадесяте коленома Израилевома".

Как обещание это исполнится? Внимай, как и каким образом. Бог дал закон, чрез Иеремию пророка возвещенный иудеям, и гласящий:

наконец возглаголю на язык и на царство, да искореню и разорю.
И аще обратится язык той от лукавств своих, раскаюся и Аз о озлоблениях, яже помыслих сотворити им.
И наконец реку на язык и на царство, да возсозижду и насажду я.
И аще сотворят лукавая предо Мною, еже не послушати гласа Моего, раскаюся и Аз о благих, яже глаголах сотворити им" (Иерем. XVIII, 7, 10)

По тому же закону поступаю Я, говорит Он, и с добродетельными. Хотя Я и обещаю воссоздать их, но если они окажутся недостойными этого обещания, то Я не исполню его.

Так случилось с человеком первозданным. Трепет и страх ваш, сказал Господь, будет на всех зверех земных (Быт. IX, 2); но этого не исполнилось, так как человек сам себя показал недостойным такой власти.

Так точно и Иуда.

Но чтобы одни, устрашенные приговором наказания, не предались отчаянию и еще более не ожесточились, а другие, надеясь на обещание благ, не сделались совершенно беспечными, ту и другую болезнь Он врачует вышеупомянутым образом, как бы так говоря: буду ли Я угрожать тебе казнью, не отчаивайся, потому что ты можешь покаяться и уничтожить Мое определение, как сделали ниневитяне; буду ли обещать какое-либо благо, не ослабевай, надеясь на обещание, потому что если ты окажешься недостойным, то Мое обещание не только не принесет тебе никакой пользы, но еще увеличит твое наказание. Я обещаю награду только достойному. Вот почему и тогда, беседуя с учениками Своими, Он не без условия дал обещание; не сказал просто: вы, но присовокупил еще: шедшии по Мне, чтобы и Иуду отвергнуть, и тех, которые после имели обратиться к Нему, привлечь, - эти Его слова относились не к ученикам одним, и не к Иуде, который впоследствии времени сделался недостойным Его обещания. Итак, ученикам Господь обещал дать награду в будущей жизни, говоря: сядете на двоюнадесяте престолу (потому что они уже находились на высшей степени совершенства, и никаких земных благ не искали); а другим обещает и настоящие блага: и всяк, говорит, иже оставит братию, или сестры, или отца, или матерь, или жену, или чада, или села, или дом имене Моего ради, сторицею приимет в настоящем веке, и живот вечный наследит.

Чтобы некоторые, слыша слово: вы, не подумали, что сподобиться в будущей жизни величайших и первых почестей предоставлено одним ученикам, Он продолжил речь и распространил Свое обещание на всю землю, и обещая настоящие блага, уверяет в будущих. Господь и с учениками, вначале, когда они еще были несовершенны, начал беседу Свою представлением настоящих благ. Когда именно Он призывал их к Себе, от моря, и отвлекал от их ремесла, и повелевал оставить корабль, Он упоминал не о небесах, не о престолах, но о настоящих вещах, говоря: "сотворю вы ловцы человеком" (Матф. IV, 19). Но когда возвел их на высшую степень совершенства, тогда говорит уже и о небесных благах.

Но что значат слова: судяще обеманадесяте коленома Израилевома? То, что они осудят их; апостолы не будут сидеть, как судии; но в каком смысле сказал Господь о царице Южской, что она осудит род тот, и о ниневитянах, что они осудят их, в том же говорит и о апостолах. Потому и не сказал: судяще языком и вселенней, но: коленома Израилевома. Иудеи были воспитаны в тех же самых законах, и по тем же обычаям, и вели такой же образ жизни, как и апостолы. Поэтому, когда они в свое оправдание скажут, что мы не могли уверовать во Христа потому, что закон воспрещал нам принимать заповеди Его, то Господь, указав им на апостолов, имевших один с ними закон и однако же уверовавших, всех их осудит, как о том и раньше сказал: сего ради тии будут вам судии (Матф. XII, 27).

Что же, скажешь ты, великого в Его обещаниях, если апостолы будут иметь то же, что имеют ниневитяне и царица Южская? Но Он еще прежде обещал им много других наград и после обещает. Не в этом одном только их награда. Впрочем и в этом обещании заключается нечто большее пред тем, что сказано о ниневитянах и царице Южской. О последних Господь сказал просто: мужие Ниневитстии востанут и осудят род сей, и царица Южская осудит (Матф. XII, 41, 42). А о апостолах не говорит так просто. Но как говорит? Егда сядет Сын человеческий на престоле славы Своея, тогда и вы сядете на двоюнадесяте престолу, - показывая этим, что и они вместе с Ним будут царствовать и участвовать в той славе.

"Аще терпим, говорит апостол, с Ним и воцаримся (2 Тим. II, 12)

Престолы не означают седалища (так как Он один есть седящий и судящий), но ими означается неизреченная слава и честь. Итак, апостолам обещал Господь эту награду, а всем прочим - живот вечный и сторичную мзду здесь. Но если все прочие, то тем более апостолы должны получить возмездие и там, и в здешнем веке. Так и сбылось. Оставив уду и сети, они имели во власти своей имущества всех людей, их домы, поля и даже самые тела верующих; многие готовы были даже умереть за них, как свидетельствует о том Павел, говоря: "аще бы было мощно, очеса бы ваши извертевше, дали бысте ми" (Галат. IV, 15).

Далее, словами: "всяк, иже оставит жену", Господь не внушает того, чтобы без причины были расторгаемы браки; но как говоря о душе, что погубивый душу свою Мене ради обрящет ю (Матф. X, 39), говорил это не для того, чтобы мы убивали самих себя и тотчас разлучали душу с телом, но для того, чтобы предпочитали всему благочестие, - так и здесь того же требует Он, повелевая оставить жену и братьев. Мне кажется также, что Он говорит здесь еще и о гонениях. В то время многие отцы детей своих и жены мужей своих привлекали к нечестию. Итак, когда они от вас требуют этого, говорит Господь, оставьте и жену, и отца, о чем и Павел говорит: "аще ли неверный отлучается, да разлучится" (1 Кор. VII, 15).

Замечательно слово: пакибытие, то есть вторичное бытие. Каждый человек будет иметь два бытия, две жизни: одну – временную, а другую – вечную и бесконечную. Вечная жизнь будет совершенно отлична от этой временной, планетной жизни; мы наследуем ее после смерти, служащей концом земного нашего бытия, и потому-то она называется пакибытием. Апостолы назначаются в судьи двенадцати коленам Израилевым в сообразность с их понятиями о Царстве Мессии. Какое множество подсудимых! Весь народ израильский со времени разделения его на двенадцать колен и имеющий существовать до конца мира придет на суд двенадцати рыбарей.

Зная простодушие Своих апостолов, Господь не стал упрекать Петра в самохвальстве и в излишнем дерзновении; напротив, Он обратился ко всем ученикам Своим с несказанно утешительными словами обетования: ИИСУС ЖЕ СКАЗАЛ ИМ: ИСТИННО ГОВОРЮ ВАМ, ЧТО ВЫ, ПОСЛЕДОВАВШИЕ ЗА МНОЮ, все оставившие ради Меня и последовавшие за Мною в Моем уничижении, В ПАКИБЫТИИ, после воскресения мертвых, при будущем обновлении всего мира, КОГДА приидет на суд со Святыми Ангелами Своими и СЯДЕТ, ныне смиренный, СЫН ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ НА ПРЕСТОЛЕ Божественной СЛАВЫ СВОЕЙ, СЯДЕТЕ И ВЫ НА ДВЕНАДЦАТИ ПРЕСТОЛАХ СУДИТЬ ДВЕНАДЦАТЬ КОЛЕН ИЗРАИЛЕВЫХ.

Столь высокая честь ожидает апостолов в день всемирного суда Христова! Это не означает буквально, что апостолы будут восседать, как судии; "в каком смысле сказал Господь о царице южной, что она осудит род тот, и о Ниневитянах, что они осудят их, в том же смысле говорит и об апостолах. Поэтому не сказал: "судить язычников", но колена Израилевы. Иудеи были воспитаны в тех же самых законах и вели такой же образ жизни, как и апостолы. Поэтому Господь, указав им на апостолов, имевших с ними один закон и, однако же, уверовавших, всех их осудит, как уже и сказал: Посему они будут вам судьями (Мф. 12:27). Что же, скажешь, великого в Его обещаниях, если апостолы будут иметь то же, что имеют Ниневитяне и царица южная? Но о них Господь сказал просто: осудят род сей; а об апостолах говорит, что они вместе с Ним будут царствовать во славе. Если терпим, то с Ним и царствовать будем, - говорит апостол Павел (2 Тим. 2:12). Престолы эти не означают седалища, так как Он один есть Сидящий и Судящий, но ими означается неизреченная слава и честь".

"Неужели сядет и Иуда, который был там вместе с другими, когда Господь сказал эти слова? Нет, ибо это сказано о тех, которые решительно последовали Христу до конца, а Иуда не до конца последовал Ему. Бог часто обещает блага достойным, но когда они становятся недостойными, то отнимает у них эти блага".

Стих 19:29

и вся́къ, и́же остáвитъ дóмъ, или́ брáтiю, или́ сестры́, или́ отцá, или́ мáтерь, или́ женý, или́ чáда, или́ сéла, и́мене моегó рáди, стори́цею прiи́метъ и живóтъ вѣ́чный наслѣ́дитъ:
и3 всsкъ, и4же њстaвитъ до1мъ, и3ли2 брaтію, и3ли2 сєстры2, и3ли2 nтцA, и3ли2 мaтерь, и3ли2 женY, и3ли2 ч†да, и3ли2 се1ла, и4мене моегw2 рaди, стори1цею пріи1метъ и3 живо1тъ вёчный наслёдитъ:
И всякий, кто оставит дóмы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или зе́мли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную.

Господь успокоил их сказав, что не только они, но и всякий, кто ради Него и Евангелия, оставит все, к чему привязан душой, получит великую награду и притом не только в будущей жизни, но еще в этой земной жизни. Оставивший свой дом или родных получит во сто крат домов и родственников в лице истинных христиан и их жилищ.

Действительно, в первые века христианства, во время гонений, это предречение Господа исполнялось буквально: все христиане составляли как бы одну семью, все были братья и сестры во Христе, и дом каждого из них был всегда открыт для каждого христианина, был для него как бы его собственным домом взамен оставленного ради Христа. Отрекшийся ради Христа и Евангелия от своего дома и своей семьи, вступал в дом каждого христианина, как в свой собственный и находил в нем для себя как бы новую семью: и отца, и мать, и братьев, и сестер, и детей. Но главная награда это, конечно, «в веке грядущем - жизнь вечная».

Место это совпадает с тем словом Спасителя, которым Он говорит:

"Не мир пришел Я принести, но меч;
ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее.
И враги человеку - домашние его." (Мф. 10:34-36)

Итак, тот, кто ради веры во Христа и проповеди Евангелия оставит с презрением все склонности и богатства, и удовольствия мира, [тот] в сто раз больше получит и будет обладать вечной жизнью.

По поводу этого слова Господа многие принимают учение о тысячелетнем Царстве после Воскресения, говоря, что тогда мы в сто раз больше получим, чем то, что мы оставили, и что нам должна быть дана в награду вечная жизнь. Они не понимают, что если в отношении к прочему обетование является почетным (digna), то в отношении к женам было бы позорным, чтобы оставивший ради Господа одну [жену] получил в будущем сто. Таким образом, смысл тот, что оставивший ради Спасителя плотское получит духовное, которое по сравнению и ценности его заслуги будет таково, как число малое по сравнению с числом стократным. Посему апостол и говорит, что те, которые оставили только малый дом и незначительные поля в одной области, бывают как бы ничего не имеющие, но всем обладающие [2 Кор. 6:10. По новому Синодальному русскому переводу: "Мы ничего не имеем, но всем обладаем" - Ред.].

Чтобы кто-нибудь не подумал, что сказанное выше касается одних только учеников, Господь распространил обетование на всех, поступающих подобно ученикам Его.

И они, вместо родственников по плоти, будут иметь свойство и братство во Христе,
вместо полей - рай,
вместо каменных домов - горний Иерусалим,
вместо отца - старцев в церкви,
вместо матери - стариц,
вместо жены - всех верных жен, не по браку - нет, но по духовной любви и попечению о них.

Но Господь не повелевает непременно разлучаться с домашними, а только тогда, когда они препятствуют благочестивой жизни.

Подобным образом Он повелевает пренебрегать душой и телом, а не в том смысле, что надо убивать самого себя. Смотри, как Бог, будучи благ, не только возвращает нам покинутое нами, но сверх того дает еще и вечную жизнь. Постарайся же и ты продать имение свое и раздать нищим.

А имение это у гневливого - его гнев,
у прелюбодея - его прелюбодейная склонность,
у злопамятного - памятозлобие и т. д.

Продай же это и отдай бедным, то есть демонам, у которых нет ничего доброго. Возврати свои страсти виновникам страстей и тогда будешь иметь сокровище, то есть Христа, на небе, то есть в своем уме, поднявшемся на высоту. Ты можешь иметь внутри себя небо, если станешь таким, каков Тот, кто превыше всех небес.

Стих 19:30

мнóзи же бýдутъ пéрви послѣ́днiи, и послѣ́дни пéрвiи.
мно1зи же бyдутъ пе1рви послёдніи, и3 послёдни пе1рвіи.
Многие же будут первые последними, и последние первыми.

Та жизнь во всем будет отлична от настоящей: многие, бывшие здесь первыми, там будут последними.

Здесь первенство зависит от
заслуг царю и обществу,
от происхождения,
от блестящих природных дарований,
от искательного характера,
от хитрости,
пронырства и других условий.

Там этого не будет. Чье нравственное совершенство выше других, тот и будет выше, тот и будет первенствовать. На земле и первенство, если можно так выразиться, земное, стихийное, определяемое условиями жизни на этой планете, на которой мы живем, где неправда часто поставляет престол свой и где внешние достоинства часто берут верх над внутренними.

Иуда был сыном Царствия и вместе с другими слышал: сядете на двенадцати престолах, однако, сделался сыном геенны. А Ефиоплянин, будучи варваром, удостоился венцов вместе с Авраамом, Исааком и Иаковом. Об этом и Предтеча Христов говорил:

Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму (Мф. 3:9)

Итак, если стоим, не будем надеяться на себя, но будем говорить самим себе:

"кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть" (1 Кор. 10:12)

 а если лежим, то не будем отчаиваться, но будем говорить себе: разве упавший не может встать?



Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл

Ваши Высокопреосвященства и Преосвященства! Дорогие отцы, братия и сестры!

Всех вас приветствую и поздравляю с воскресным днем. День этот особый — это первое воскресенье после Троицы, которое посвящено воспоминанию всех святых.

Совершенно неслучайно круг церковных служб и воспоминаний организован так, что после Троицы мы говорим о всех святых. День Святой Троицы — это день сошествия Святого Духа на апостолов, когда благодать Божия была низведена на тех, кому должно было устроять Церковь и через Церковь продолжать дело служения Господа и Спасителя нашего. Именно Святой Дух превращает людей, объединенных одной верой, в Церковь. И именно Святой Дух дает силы для того, чтобы каждый член Церкви мог обновлять себя, очищая покаянием и смывая грехи свои силой Божественной благодати.

Говоря о сошествии Святого Духа, Господь перед Своими страданиями, обращаясь к апостолам, сказал, что «Дух, Который будет послан во имя Мое, Он обличит мир о грехе» (см. Ин. 16, 7-8). Эти слова для многих остаются непонятными. Как это возможно? И зачем нужно, чтобы Дух обличал во грехе? На самом же деле именно это обличение во грехе силой Духа Святого помогает людям оставаться людьми, помогает людям различать добро и зло, помогает людям стремиться к нравственному совершенству.

Дух Святой обличает нашу совесть; а там, где нет Духа, там совесть не работает или работает так ущербно, что ею легко манипулировать. Именно на этой манипуляции человеческой совестью основываются сегодня все попытки разрушить нравственную природу человека: каждый, мол, сам решает, что хорошо, а что плохо. А ведь каждый может заблуждаться, уходить от истины, выдавая ложь за правду и зло за добро…

Но там, где действует Дух Святой, там возбуждается человеческая совесть, там наше нравственное чувств настраивается по Божественному камертону на ту самую волну и на тот самый звук, который исходит от Бога. Если же человеческая природа теряет способность нравственно настраивать себя на эту Божественную волну, то человек, переставая различать добро и зло, со всей убежденностью совершает зло, настаивая на своем праве так поступать. Когда мы сталкиваемся со страшными проявлениями человеческой греховности в личной и особенно в общественной жизни — ибо последнее более очевидно, — тогда многие в негодовании восклицают: «Как все это плохо! До чего мы дошли! Куда мы идем?!» И одновременно очень многие, кто так лицемерно воздыхает, делают все для того, чтобы помешать нравственной природе человека настроиться под силу Духа Святого, под Его голос, под Его истину…

Почему же мы празднуем в первое воскресенье после Пятидесятницы день Всех святых? Мы празднуем его как утверждение того факта, что сила Духа Святого преобразовала во множестве человеческие души от греха к святости, от тьмы к свету. Никто из этих святых не рождался святым — они стали святыми, сопрягая свои внутренние собственные усилия с тем, чтобы открыть душу свою навстречу Божественной благодати. В этой синергии, в этом соработничестве Божественного и человеческого начал и обретается полнота человеческой жизни, полнота спасения, а все остальное вторично и десятерично. И если будет так, то не придется инвестировать колоссальные средства, чтобы защищать людей от криминала, от коррупции, от жестокости, от лжи, от несправедливости, ведь добрые помыслы исходят от сердца, как от сердца исходят и помыслы злые.

"Тáко вся́ко дрéво дóброе плоды́ добры́ твори́тъ, а злóе дрéво плоды́ злы́ твори́тъ:
не мóжетъ дрéво добрó плоды́ злы́ твори́ти, ни дрéво злó плоды́ добры́ твори́ти.
Вся́ко ýбо дрéво, éже не твори́тъ плодá добрá, посѣкáютъ é и во óгнь вметáютъ.
Тѣ́мже ýбо от­ плóдъ и́хъ познáете и́хъ. (Мф. 7:17-20)

Церковь призвана свидетельствовать миру — тому самому миру, который очень часто не признает ее голоса и не желает его слушать. Со смирением, без всякой власти, тихим голосом Церковь призвана свидетельствовать, что там, где Дух Святой, там жизнь, а где нет Святого Духа, там гибель; и день всех святых является свидетельством об этом.

Вспоминая святых угодников, просиявших во всей вселенской Церкви, во все времена и во всех народах, мы преклоняем главу пред их жизненным подвигом и свидетельствуем, что они были храмами живущего в них Святого Духа, как и заповедал Сам Господь словами апостола (см. 1 Кор. 6, 19).

Пусть празднование дня всех святых поможет и нам, открывая свой разум и свое сердце навстречу Богу, навстречу Его благодати, настраивать свое нравственное чувство на этот Божественный голос. Это не будет гарантией от наших ошибок и даже от наших грехов. Но это будет гарантией того, что, вставая и падая, мы идем к Богу в надежде на Его милость и на Его прощение, обличаемые во грехах Духом Святым. И пусть силу прикосновения Божественной благодати Святаго Духа каждый из нас воспримет умом и сердцем, и да поможет нам в этом Воскресший Спаситель, искупительной Жертвой Которого Дух Святый был ниспослан Отцом на святых учеников и апостолов.

Аминь.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл
19 июня 2011 года, в неделю 1-ю по Пятидесятнице, Всех святых, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную литургию в Храме Христа Спасителя. По окончании Литургии Предстоятель Русской Церкви обратился к собравшимся с Первосвятительским словом.
Создание и сопровождение сайта:   Студия AleGrans.ru