"Охридский пролог" святителя Николая Сербского: 1 февраля (19 января)

В начало

Дата:
Праздник:

Неделя:
Пост:
День памяти святых:
Апостольские и Евангельские чтения дня:
подписка на новости сайта - просто введите Ваш email:
на указанную почту поступит письмо для подтверждения подписки (проверяйте папку "спам" - письмо может попасть и туда)

богословские курсы ВКонтакте

Перейти в календарь

охридский пролог святитель Николай Сербский

1. Преподобный Макарий Великий, Египетский.

     Египтянин, один из младших современников преподобного Антония Великого. Отец у него был священник. Из послушания родителям он женился, но его жена скоро умерла, и он удалился в пустыню, где провел целых 60 лет в трудах и борениях, внутренних и внешних, ради Царства Небесного. Когда его спрашивали, почему он так сух[ощав] и когда ест, и когда не ест, он ответил:
«От страха Божия».

     Настолько сумел он очистить свой ум от худых помыслов и свое сердце от злых пожеланий, что Бог наделил его даром чудотворения, так что воскрешал он и мертвых из могил. Его смирение изумляло [и] людей, и демонов. Как-то раз демон сказал ему:
«Есть только одно, в чем не могу я тебя одолеть: это не пост, ведь я никогда ничего не ем; и не бдение, ведь я никогда не сплю».
«Но что же это тогда?» - спросил его Макарий.
«Твое смирение», - ответил бес.

     Своему ученику Пафнутию Макарий часто говорил:
«Не осуждай никого - и будешь спасен».

     Жил он 97 лет. За девять дней до кончины явились ему с того света преподобный Антоний и преподобный Пахомий и возвестили, что через девять дней он умрет, что и исполнилось. Перед самой смертью пришел к нему и Херувим, открывший ему в видении блаженный небесный мир, похваливший его труды и добродетели и сказавший, что он послан для того, чтобы взять его душу в Царство Небесное. Святой упокоился в 390 году.


(Прим. - Ред.)

зриПатрология: учение преподобного Макария Великого


Земная жизнь, по учению преподобного Макария, со всеми ее трудами, имеет лишь относительное значение: приготовить душу, сделать ее способной к восприятию Царства Небесного, воспитать в душе сродство с Небесным отечеством.
"Душе, истинно верующей во Христа, должно переложиться и перемениться из нынешнего порочного состояния в другое состояние, доброе, и из нынешней уничиженной природы в другую, Божественную природу, и переделаться в новую - при посредстве силы Святого Духа".

Достичь этого можно, если "мы истинно веруем и любим Бога и во всех Его святых заповедях вращаемся".
Если же душа, обрученная Христу в святом Крещении, не будет сама содействовать дарованной ей благодати Духа Святого, то подвержется "отлучению от жизни", как оказавшаяся неблагопотребной и неспособной к общению со Христом.

В учении преподобного Макария опытно разрешается вопрос о единстве Любви Божией и Правды Божией. Внутренний подвиг христианина определяет меру восприятия им этого единства. Каждый из нас приобретает спасение по благодати и Божественному дару Духа Святого, но достичь совершенной меры добродетели, необходимой для усвоения душой этого божественного дара, можно лишь "верою и любовью при усилии свободного произволения". Тогда "сколько по благодати, столько и по правде" христианин наследует жизнь вечную. Спасение есть дело богочеловеческое: полного духовного преуспеяния мы достигаем "не одною божественною силою и благодатию, но и принесением собственных трудов", с другой стороны, в "меру свободы и чистоты" приходим не одной собственной рачительностью, но не без "содействия свыше Божией руки".

Участь человека определяется действительным состоянием его души, самоопределением его к доброму или злому. "Если душа в сем еще мире не приимет в себя святыни Духа за многую веру и за молитвы, и не сделается причастною Божественного естества, то она непригодна для Небесного Царства".

источник: открытая православная энциклопедия "Древо"


Богословие Макария Великого

Антропология

I. Образ Божий.

Душа человека - невеста Христова благодаря «родству» (συγγένεια) между Богом и душой, поскольку человек создан по образу Божию. Именно благодаря «родству» возможно общение человека с Богом. Вместе с тем такое «родство» не означает какого бы то ни было пантеизма: между Творцом и Его творением существует бесконечное различие. Душа - не Бог, но Его создание, «нет ничего общего между двумя природами».
«Через беспредельную и несказанную и непостижимую любовь и милосердие Свое, чтобы, как говорит Писание, нам быть некоторым начатком Его созданий (Иак. 1:18), благоволил Он сотворить сие умное и многоценное и избранное создание».

Образ Божий, заключенный в душе, и ее сходство с Богом (для автора Макариевского корпуса это одно и то же) обосновывают ценность души, к-рая есть ценный (τιμόν) предмет, сосуд (σκεῦος); как «умная сущность» (наделенная разумом, νοερά), она имеет бо́льшую ценность по сравнению со всем творением; ее достоинство (ἀξίωμα) и благородство (εὐγένεια) исключительны.
«Создавая же душу, такой Он сделал ее: в природу ее зла не вложил, не знала зла природа ее, но Он сделал ее по образу добродетелей Духа. Он вложил в нее законы добродетелей, рассуждение, знание, целомудрие, веру, любовь и прочие добродетели по образу Духа».

Подобно греч. отцам Церкви и прп. Ефрему Сирину, автор Макариевского корпуса считает, что человеческая природа сотворена одновременно свободной и благой. Она обладает самовластием (αὐτεξούσιον), к-рое сохраняется и в состоянии грехопадения, и под воздействием благодати. Будучи способной воспринимать (δεκτικός) как добро, так и зло, она может свободно обращаться (τρεπτός), склоняться (ῥέπω, наподобие весов) в ту и др. сторону:
«Видишь, как удобоизменяема (τρεπτή) одна и та же природа, наклонна то к худому, то, наоборот, к прекрасному, и вследствие того и другого имеет способность соизволять на какие захочет дела. Поэтому природа наша удобоприемлема (δεκτική) и для добра, и для зла, и для Божией благодати, и для сопротивной силы. Но она не может быть приневоливаема (οὐκ ἀναγκαστική)».
«Природа наша восприимчива и к добру и к злу, а сопротивная сила побуждает (προτρεπτική), но не принуждает (οὐκ ἀναγκαστική)».

Свободная природа была также создана благой и чистой.
«Душа по природе (κατὰ φύσιν) склонна к добру»;
«при создании ее Бог сотворил ее такой, что в естество ее не было вложено порока; напротив, сотворил ее по образу добродетели Духа, вложил в нее законы добродетелей».
Следов., зло - противоестественно (παρὰ φύσιν), чужеродно (ξένον, ἀλλότριον), привнесено (ἐπεισακτόν). В то же время Божии дары превосходят нашу природу (ὑπὲρ φύσιν), к-рая, т. о., нуждается в совершенстве, приходящем свыше. Необходимо стяжать божественную душу и стать «двойственным» в преизобилии благодати, к-рая есть присутствие Святого Духа, слушающего, молящегося и действующего в душе.

II. Грехопадение. Проблема зла.

Образ Божий был утрачен в результате первоначального грехопадения:
«Адам, преступив заповедь, погиб двояко; потому что утратил, во-первых, чистое, прекрасное, по образу и подобию Божию созданное достояние природы своей, а во-вторых, самый образ, в котором, по обетованию, состояло все его небесное наследие... Но как скоро Адам возымел худые помыслы и мысли, погиб он для Бога. Не говорим, что человек всецело утратился, уничтожился и умер; он умер для Бога, живет же собственным своим естеством».

Проблема зла, важнейшая для всего древнехрист. аскетизма, особенно подробно рассматривается в Макариевском корпусе. Творение является благим и вышло из рук Божиих чистым, поэтому зло (τὸ πονερόν) не субстанциально; однако автор Макариевского корпуса, подобно ап. Павлу, персонифицирует моральное зло (ἡ κακία, τὸ κακόν), или грех (ἡ ἁμαρτία, ср.: Рим. 7:7- 8:3). Грех - это сила, наделенная разумом и разумной сущностью (οὐσία νοερά), дух, способный преображаться. Грех и зло происходят от сатаны - творения изначально чистого, но добровольно уклонившегося с правого пути и ниспавшего с неба.

Теме происхождения зла и сатаны как источника первородного греха посвящено 2-е Слово собраний типов I и IV. Сатана - «дух, обладающий разумом, мирской, глаголющий лукавое и ставший мрачным из-за собственного зла и мрачного произволения... Он стал преступником и сатаной до сотворения Адама, не пожелав исполнять воли Бога, как говорит [пророк]: «Как спал с неба денница» (ср.: Ис 14. 12),- и апостол: «Ибо до закона грех был в мире» (ср.: Рим 5. 13), называя «грехом» самого родоначальника и изобретателя греха».
Затем сатана обратился против человека: «Так что грех (то есть диавол) уже был, но стал крайним грехом из-за вражды к человеку, коварства и зависти... [Диавол] добавил к своему злодейству убийство, страстно ненавидя человека, так как созданный из земли был сотворен по образу Божию и поставлен владыкой всего видимого».
Но Бог оставил его на свободе с целью испытать людей, дабы они проявили добрую волю. Схожее мнение встречается у свт. Василия Великого и свт. Иоанна Златоуста. Борьба со злом никогда не прекращается, потому что сатана «беспощаден и враждебен к людям», «потому что ненавистник добра сатана преуспевающим в добродетели внушает лукавое и старается развратить их».

Вместе с тем зло проникло в видимый мир вслед. преступления, непослушания Адама (παράβασις, παρακοή, ср.: Рим 5. 14, 19), к-рое часто представляется в Макариевском корпусе свободным решением человека:
«Если же говоришь, что противная сила крепче, и порок вполне царствует над человеком, то обвиняешь в несправедливости Бога, Который осуждает человечество за то, что послушалось сатаны. Когда сатана силен и покоряет себе какой-то приневоливающей силой, тогда, по-твоему, он выше и сильнее души... Великая в этом несправедливость».
Т. о., даже после падения человек сохраняет какую-то часть свободы. Однако очень часто говорится о том, что зло наделено такой мощью, что оно всецело пленяет человека, не оставляя ему возможности защищаться:
«Лукавый князь - царство тьмы, вначале пленив человека, так обложил и облек душу властью тьмы... Он не оставил в ней свободным от своей власти ни одного члена ее, ни помыслов, ни ума, ни тела, но облек ее в порфиру тьмы».
«Крепче нас те, которые пленили нас и держат в царстве своем».
Такое настаивание на силе первородного греха ведет к утверждению о необходимости благодати, характерному для Макариевского корпуса.

Грех, вошедший в человечество через первоначальное преступление, распространился на всех людей:
«Все мы - сыны этого омраченного рода, все причастны того же зловония. Какой немощью (πάθος) пострадал Адам, той же пострадали и все мы, происходящие от семени Адама».
Грех, добровольно впущенный душой, распространился на тело, а оттуда - на весь мир:
«Но после того, как лукавое слово приблизилось к нему и возбеседовало с ним, а сам он прежде сего восприял его через внешний слух, затем оно вошло в его сердце и захватило все его существо (ὑπόστασις), и таким образом, когда он оказался уже захваченным в плен, тогда вместе с ним была захвачена и служащая и повинующаяся ему тварь. Поэтому через него над всякой душой «воцарилась смерть»; в результате его преступления она изгладила весь Адамов образ».

Последствия греха - удаление от Бога, потеря образа Божия в душе, ослепление ума. Сатана облек душу «ветхим человеком» (ср.: Рим 6. 6; Еф 4. 22; Кол 3. 9), покрыл ее «покровом» (κάλλυμα, ср.: 2 Кор 3. 13-16; 4. 3), поразил неисцелимой раной, отвел в плен, в царство мрака. В общественном плане это смятение и непостоянство в мире, царящее в нем зло; стремление людей к благу, знанию, господству над самими собой обречено на неудачу; последнее доказательство их жалкого состояния состоит в том, что они сами не отдают себе в этом отчета.

Тем не менее человеческая природа сохраняет некоторую самостоятельность, включая свободу и возможность приносить «плоды» добродетелей, свойственные природе (φυσικοὶ καρποί), сколь бы несовершенными они ни были. Автор Макариевского корпуса не разделяет представления о пассивном сосуществовании в человеке греха и благодати; их присутствие всегда динамично, человек должен выбрать место среди сил, противоборствующих в нем и зачастую превосходящих его. Так, существуют люди, имеющие в себе грех и зло добровольно (κατὰ προαίρεσιν), и другие - против своей воли (παρὰ προαίρεσιν); «грех» пытается перейти в «явные грехи»; поэтому человек должен сопротивляться, отвечать ударом на удар, гневаться на самого себя, не смиряться с содержащейся в нем нечистой стихией - такова цель духовной брани при помощи благодати.
Подвижничество возникает из-за необходимости противостоять злу и не имеет конца в настоящей жизни - прежде всего потому, что невозможно достичь бесконечного Бога, а также потому, что могущество зла всегда остается действенным и мучит человека до его последнего дыхания, хотя и с позволения Божия и в определенных границах.

источник: церковно-научный центр «Православная Энциклопедия»

2. Преподобный Макарий Александрийский.

     Родился в Александрии и сначала был продавцом фруктов. Крестился лишь на 40-м году жизни и по крещении тотчас вступил в свой подвиг. Сперва, вместе с преподобным Макарием Великим, был учеником преподобного Антония, а потом - игуменом монастыря, именуемого Келлии, между Нитрией и Скитом. Будучи немного моложе того Макария, он позднее и умер. Жил свыше ста лет. Мучимый бесовскими искушениями, особенно славолюбием, он смирял себя тяжелейшими трудами и неустанной молитвой постоянно возводил свой ум к Богу.

     Однажды некий брат увидел его несущим в гору полную корзину с песком и рассыпающего его. Удивившись, брат спросил его:
«Что это ты делаешь?»
Макарий ответил:
«Томлю томящего меня» (то есть беса).

     Упокоился в 393 году, прожив более столетия.


(Прим. - Ред.)

В годы царствования императора-арианина Валента (364-378) преподобный Макарий Александрийский вместе с преподобным Макарием Великим подвергся преследованию со стороны арианского епископа Луки. Обоих старцев схватили и, посадив на корабль, отвезли на пустынный остров, где жили язычники. Там, по молитвам святых, получила исцеление дочь жреца, после чего сам жрец и все жители острова приняли святое крещение. Узнав о случившемся, арианский епископ устыдился и разрешил старцам возвратиться в свои пустыни.

источник: открытая православная энциклопедия "Древо"

3. Святитель Арсений, епископ Корфский.

в РПЦ святой именуется как святитель Арсений Керкирский

     Он дополнил и составил в современном виде чин таинства елеосвящения. Упокоился в конце IX века. Его мощи почивают в соборе на острове Корфу (Керкира).

4. Святитель Марк, архиепископ Эфесский.

     Знаменит своей бесстрашной защитой Православия на Флорентийском соборе - наперекор и царю, и папе. Мирно упокоился в 1457 году. На смертном одре просил своего ученика Георгия, впоследствии славного патриарха Геннадия, оберегаться от козней Запада и защищать Православие.


(Прим. - Ред.)

Византия погибла под натиском турок, и многие греки видели в объединении с Римом единственную возможность получить помощь в борьбе с наступающими османами. Выехавший в составе византийской делегации на собор в Италию митрополит Марк был не против восстановления церковного единства. Однако он считал, что оно достижимо лишь при условии устранения тех новшеств, которые ввели в Православное учение латиняне. Митрополит Марк надеялся убедить западных христиан в ошибочности учения о «Filioque», чистилище и проч.

Богословские прения на соборе не увенчались успехом - Рим не хотел отступать от своих новшеств даже после того, как Марк Эфесский убедительно доказал неправоту латинских богословов. Однако Римский папа Евгений IV настаивал на унии греков с Римом, не останавливаясь даже перед такими средствами, как шантаж и запугивание. Под нажимом понтифика византийская делегация капитулировала и подписала акт унии, признав над собой главенство папы. Один митрополит Марк протестовал против этого беззакония. Папа Евгений IV, не видя подписи Марка на акте соединения церквей, откровенно сказал: "Мы ничего не сделали".

Тайно удалившись из Флоренции, святой Марк ревностно убеждал жителей Константинополя отвергнуть нечестивое соглашение. Вскоре святитель стал свидетелем ее гибели, будучи среди тех, кто одной из главных причин постигшей Константинополь катастрофы считал отступничество от Православия и переход в унию. На смертном одре Марк умолял патриарха Константинопольского Геннадия продолжать борьбу с латинянами.

источник: открытая православная энциклопедия "Древо"


зриИстория Церкви: Флорентийская уния


Уния (церк.; лат. unio — соединение), слияние исповеданий православного и католического, причем, с одной стороны, признается главенство папы, чистилище, исхождение Святого Духа и от Сына (filioque), с другой допускается брак белого духовенства и богослужение на родном языке, с сохранением восточных обрядов.

В середине XI в. последовал полный разрыв между церквами Восточной и Западной. Вместо прежних мирных отношений между ними установились отношения неприязненные. Жестокостями и поруганием греческих святынь во время крестовых походов латиняне сделали эти отношения даже враждебными. Греки ненавидели латинян как еретиков и своих притеснителей: латиняне, в свою очередь, ненавидели греков как схизматиков (как они их называли) и как людей двоедушных и коварных. Вражда нередко выражалась в кровавых столкновениях.

Несмотря на это, греки и латиняне часто предпринимают попытки к соединению церквей. Были особые причины, которые побуждали их искать церковного союза. Папы и по разделении церквей не теряли надежды подчинить своей власти Греко-восточную церковь. В этих видах они всеми силами стремились восстановить общение церквей Восточной и Западной, понимая под восстановлением общения не союз церквей, а подчинение Восточной церкви Западной, или, что то же, папе.

Флоренти́йская у́ния - соглашение, заключённое на соборе во Флоренции (первоначально собор проходил в Ферраре) в июле 1439 об объединении Западной и Восточной (православной) Церквей на условиях признания Православной Церковью латинской догматики и главенства папы римского при сохранении православных обрядов.

Подписали унию все греческие епископы присутствовавшие на соборе, кроме Марка Эфесского и патриарха константинопольского Иосифа, который к тому времени умер. Подписал унию и русский митрополит грек Исидор (давно уже согласившийся на нее), за что был низложен Великим князем Московским Василием II Темным (уния так и не вошла в силу ни в Византии, ни в Русском государстве).

По возвращении в Константинополь многие греческие епископы которые согласились на унию во Флоренции, отказались от нее, заявив, что их насильно принудили к соглашению с латинянами. Греческое духовенство и народ, узнав об унии пришли в раздражение; униатов считали за еретиков. Вокруг Марка Эфесского сгруппировались все защитники православия. Патриархи Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский составили 1443 г. в Иерусалиме собор на котором произнесли отлучение на всех приверженцев унии. Повторное осуждение восточными патриархами Флорентийской унии произошло в 1450 г. на соборе в Константинополе, на этом же соборе был низложен униат патриарх Константинопольский Григорий Мамма и возведен на патриарший престол православный Афанасий.

Когда в 1453 г. Константинополь был взят турками о Флорентийской унии перестали вспоминать.

источник: открытая православная энциклопедия "Древо"

5. Блаженный Феодор, Христа ради юродивый, Новгородский.

     Перед смертью, бегая по улицам, кричал всем и каждому:
«Прощайте, отправляюсь далеко!»
Преставился в 1392 году.

6. Стихотворение

В Египетской пустыне
Любовь царила велия,
Среди простых монахов,
Как в Царствии святых.
Святой Макарий среди них
Был словно Херувим,
Во всяком добром деле
Служил примером инокам.
Но вот он занедужил -
Решил один собрат
Оливками и смоквами
Его утешить взгляд.
Макарий брату молвил:
«Неси сей дар другим,
Тем, кто сильнее страждет,
Нужней он будет им».
Но и второй брат страждущий
Дарителю сказал: [Вон там] сосед мой жаждущий,
За жизнь мою страдал».
Болящему соседу
Даритель дар отдал,
Сосед же милосердный
Собратьям передал.
И так - от кельи к келье,
От брата и до брата,
Пока последний не вернул
Макарию дар богатый.
«Вот, отче, ты ведь болен»,
С участием сказал.
Любовь такую видя,
Макарий зарыдал.
Он на песок горячий высыпал плоды,
И Бога всей душой благодарил:
Пески, что были сухи и мертвы,
Творец своей любовью оживил.
О Боже! Если брату своему
Во всем готовы мы служить, любя,
То это все лишь только потому,
Что дар любви приемлем от Тебя!

7. Рассуждение

святитель Николай Сербский Охридский Пролог

     Примеры кроткого претерпевания насилия, которые находим мы у святых Отцов, просто поразительны. Вернувшись однажды с дороги в свою келью, преподобный Макарий увидел в ней вора, выносящего его вещи и нагружающего их на осла. Макарий не только ничего ему не сказал, а напротив - даже помог ему удобно разложить всю поклажу на спине животного, говоря сам себе:

"Мы ничего не принесли в мир" (1Тим. 6:7)

     Другой старец, когда разбойники взяли у него всё из кельи, увидев, что те не забрали узелок с монетами, лежавший в укромном месте, тотчас схватил его, окликнул [уходящих] грабителей и вручил им и его. Третий опять-таки, застав грабителей, опустошающих его келью, крикнул им:
«Спешите, спешите, чтобы не пришла братия и не помешала мне исполнить Христову заповедь:

"От взявшего твое не требуй назад" (Лк. 6:30)

8. Созерцание


     Да созерцаю Господа Иисуса как Соль земли, а именно:
1) как Соль, дающую вкус этой жизни вообще;
2) как Соль, предохраняющую от тления человеческий род, который иначе весь растлился бы от одного конца истории до другого;
3) как Соль моей собственной жизни.


(Прим. - Ред.)

зриИконография: Спас Нерукотворный


Спас Нерукотворный; вторая половина 12 века; возможно, была написана для Церкви Святого Образа на Добрынининой улице на Софийской стороне в Новгороде. Затем находилась в Успенском Соборе Московского Кремля, в 1920-1930-х гг. в Государственном историческом музее. В 1930 г. поступила в Государственную Третьяковскую галерею.

Иконографическая справка

Создание иконографического типа Спаса Нерукотворного восходит к византийскому искусству X в. Появление и распространение подобных изображений совпадает по времени с перенесением чудотворного Эдесского образа в Константинополь (944 г.) и составлением "Сказания о перенесении образа в столицу" и "Слова" о его почитании в Эдессе. Данный Образ является самым ранним, из сохранившихся икон Спаса Нерукотворного. Особенностью этого Образа является отсутствие изображения плата. На обороте иконы изображение восьмиконечного Креста с розовым пальмовым венком на перекрестье. Крест водружен на Голгофе, внутри которой черная пещера с черепом Адама. У подножия Голгофы - архангелы с орудиями страстей. Изображение лицевой и оборотной сторон иконы глубоко взаимосвязаны. Крест на обороте символизирует собой образ Христа и Его Искупительную Жертву.

Стилистическая справка

Изображение Лика Христа в крестчатом нимбе занимает почти всю плоскость доски. Нимб, кроме нижнего края, касается полей иконы. Взгляд обращен влево. Высокие дуги бровей изогнуты. Волосы волнистые, коричневые, пряди обозначены параллельными линиями черными и золотыми. Борода и усы нанесены тонкими черными линиями. В живописи лика преобладают преобладают теплые золотистые охры. Предварительный рисунок, сделанный сажей по белому левкасу и перекрытый охрами, приобретает зеленоватый тон, образуя ореол теней. Подрумянка вишневого оттенка. На правой щеке пятно правильной округлой формы, на левой - незаметно переходит в охру. Нимб светлой охры с белым перекрытием. Контур нимба - коричневый. Фон коричневатый, темнее нимба и полей. Надпись сохранилась фрагментарно.

источник: научный отдел факультета церковных художеств Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета


Нерукотворный (ἀχειοποίητος) образ, или икона Спаса «на убрусе», известная на Западе как «святой лик» (μανδήλιον), занимает первое место среди икон Христовых.

Выражение «нерукотворный» получает свое подлинное значение в свете евангельского сопроводительного текста (см.: Мк.14:58): «нерукотворный» образ – это прежде всего воплощенное Слово, явленное в храме тела Своего (Ин. 2:21). С этого времени Моисеев закон, запрещающий человеческие образы (см.: Исх.20:4), теряет смысл, и иконы Христовы становятся неопровержимыми свидетельствами Боговоплощения. Вместо того чтобы творить «рукотворенный», т. е. сделанный по своему произволению образ Богочеловека, иконописцы должны следовать преданию, связывающему их с «нерукотворенным» первообразом.

Это предание в начале V в. приобрело легендарную форму в истории эдесского царя Авгаря, заказавшего живописный портрет Христа. Византийская версия легенды говорит, что эдесский образ был отпечатком лика Спасителя на плате, который Он приложил к Своему лицу и передал посланцу Авгаря.

Первые образы Христа, «мандилион» и два его чудесных отпечатка на черепицах, «керамиды», должны были, таким образом, являться своего рода «нерукотворными» документами, непосредственными и, так сказать, материальными свидетельствами вочеловечения БогаСлова.

Эти легендарные повествования по-своему выражают догматическую истину: христианская иконография, и прежде всего возможность изображать Христа, основана на самом факте Воплощения. Поэтому священное искусство иконописания не может быть произвольным творчеством художника: так же как богослов в области мысли, иконописец должен в искусстве выражать живую, «нерукотворенную» Истину, Откровение, содержимое Церковью в Предании. Лучше, чем какое-либо другое священное изображение, «нерукотворный» образ Христа выражает догматическую основу иконографии. Поэтому VII Вселенский Собор уделил этой иконе особое внимание, и именно эта икона Христа почитается в день Торжества Православия.

Иконографический тип Нерукотворного Спаса представляет только лик Христа, без шеи и плеч, обрамленный с обеих сторон длинными прядями волос. Борода иногда кончается клином, иногда раздвоена. Правильные черты лица переданы схематично: прекрасная линия рта лишена всякой чувственности, удлиненный и тонкий нос составляет вместе с широкими бровями рисунок, напоминающий пальму. Серьезное и бесстрастное выражение лика Богочеловека не имеет ничего общего с бесстрастным равнодушием к миру и человеку, так часто встречающимся в религиозных изображениях Дальнего Востока. Здесь бесстрастие абсолютно чистой человеческой природы, исключающей грех, но открытой всему горю падшего мира. Взгляд больших, широко раскрытых глаз, обращенных к зрителю, печален и внимателен; он как будто проникает в самые глубины сознания, но не подавляет. Христос пришел не судить мир, но чтобы мир был спасен Им (см.: Ин. 3:17). В нимб, окружающий голову Христа, вписан знак креста. Этот крещатый нимб мы видим на всех изображениях Господа. Греческие буквы в трех концах креста составляют Имя Божие, открытое Моисею: ὁ ὤν – Сый (Сущий) (см.: Исх. 3:14). Это страшное имя Иеговы, принадлежащее божественной природе Христа. Сокращенное написание имени Иисуса Христа IC ХС (на одной внизу, на другой – вверху) указывает на Ипостась воплощенного Слова. Надписание имени обязательно на всех иконах Христа, Богоматери (ΜΡ ΘY) и всех святых.

Иконы Нерукотворного Спаса были, вероятно, многочисленны в Византии начиная с VI в.; они особенно распространились после перенесения иконы из Эдессы в Константинополь в 944 г. Однако лучшие иконы этого типа, которые нам известны, русского происхождения. Одна из древнейших сохранившихся икон (XII в.) находится в московском Успенском соборе. Она написана в монументальном стиле, напоминающем фреску.

источник: В. Н. Лосский, Л. А Успенский. "Смысл икон"

9. Проповедь о победе над миром.

толкование Нового Завета Евангелие от Иоанна
"сiя́ глаго́лахъ ва́мъ, да во мнѣ́ ми́ръ и́мате: въ мíрѣ ско́рбни бу́дете: но дерза́йте, [я́ко] а́зъ побѣди́хъ мíръ."
"сі‰ гlахъ вaмъ, да во мнЁ ми1ръ и4мате: въ мjрэ ско1рбни бyдете: но дерзaйте, (ћкw) ѓзъ побэди1хъ мjръ."
"Сие сказал Я вам, чтобы вы имели во Мне мир. В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир."
(Ин. 16:33)

     Победитель мира, единый и единственный, научает этими словами Своих последователей не бояться мира. Мир и впрямь кажется очень сильным, но разве Сотворивший его не сильнее Своего творения, т. е. мира? Весьма страшен мир для того, кто не знает, что миром правит Бог и что Он имеет власть удерживать его в бытии, доколе хочет, и обратить в небытие, когда пожелает. Но кто это знает, тому мир не страшен. В сравнении со Христом Господом, мир сей подобен ткани, сплетенной из самих немощей, тогда как во Христе Господе нет ни одной немощи. Кто этого не знает, тому мир страшен, а кто знает - у того нет страха перед миром.

     Мир переполнен бедствиями и скорбями, гробами и смрадом от тления, - кто способен всё это вынести? Только тот, у кого крепкое сердце. А крепкое сердце имеет только тот, у кого в сердце пребывает Христос. Мир дал нам взаймы тело, но за это он хочет взять у нас душу. Впрочем, как одолеет нас мир, если стоим мы [твердо] как воины Победителя мира?
Победитель мира вручает нам оружие ко брани,
Своим примером научает нас ратному делу,
выявляет скрытого врага,
указывает пути нападения и отступления,
поддерживает нас Своей рукой,
осеняет Своим крылом,
насыщает Своим животворящим Телом
и напояет Своей животворящей Кровью
и к тому же ободряет нас, восклицая: не бойтесь.

     Итак, братья, что может сделать нам мир, если его поражение запечатлено победой Христовой?

     О Господи, Победитель мира и победоносный наш Воевода, будь всегда близ нас, дабы мы не устрашились, и наставь [в серб. букв: направь. - Ред.] нас, дабы и мы сердцем, умом и душой всегда были рядом с Тобой. Тебе слава и [по]хвала вовеки. Аминь.


Создание и сопровождение сайта:   Студия AleGrans.ru